Повороты и неожиданности

Голова Мизрака безвольно свисала, когда он крепко сжимал свои запястья, прерывисто дыша. Всякий раз, когда он поднимал веки, перед глазами все плыло, поэтому он держал их крепко зажмуренными. Синяки, ссадины, покрывавшие его обнаженное тело, и острая боль в левом боку давали понять, что не долго ему осталось. Раньше он боялся смерти, того, что его ждет после неё, но учитывая то, как прошли последние несколько месяцев, он был уверен, что в аду будет и то легче.  Мизрак жалел, что не мог заткнуть уши так же легко, как и глаза. Смех вампиров резанул его по спине, а от чавкающих звуков и прерывистых угасающих всхлипов, доносившихся из разных углов комнаты, у него скручивало живот. Он молил, что бы его собственный конец был быстрым, но молитвы были бесполезны. Бог давно покинул его и его братьев, в тот момент когда их настоятель продал все их души в сделке с демоном в обмен на эту дьявольскую машину.   Ночное существо, столь же отвратительное и богопротивное, сжавшее его безвольные  руки над головой, толкнулось вперед. Живот бывшего монаха скрутило. Следом  он качнулся назад, затем вновь вонзился. К горлу подкатила желчь, но существо над снова успокоилось, и Мизраку пришлось  проглотить ее. Он слышал, как вампиры приближаются; он надеялся, что это скоро закончится, хотя сомневался, что его будущее будет хоть на крупицу светлее.  — Мои верные подданные! У меня есть дар для некоторых из вас — Произнесла Мессия своим звонким и одурманивающий голосом привлекая всех своих соратников. Она стояла совсем рядом, поэтому уши заболели. — Однако у моего милостивого есть свои условия. — Она хищно облизнула губы, что не предвещало ничего хорошего. — Моя сила растет с каждым днем, и скоро я смогу навсегда закрыть солнце, погрузив этот мир во тьму, в которой мы станем неуязвимы! Но, к превеликому сожалению, без противного Ярила, мир станет холодным и бесплодным, а жалкие людишки, за счет которых мы питаемся, замерзнут или умрут с голоду, а вслед за ними отправимся и мы. Поэтому я вынуждена позволить ненавистным солнечным лучам согревать землю и питать растения, чтобы сохранить наши собственные запасы продовольствия. — Однако! — драматично заявила она, заглушая недовольный шепот по комнате. Мизрак скривил верхнюю губу, возмущенный. В их когтистых руках уже была вся власть, а они еще и недовольны. — Я отказываюсь останавливать все наши планы лишь  потому, что светит солнце. К счастью, я придумала решение: отряд дампиров, рожденных служить мне!» По сторонам раздавалось смущенное бормотание, но со сторона откуда доносился голос Батори, слышалось нетерпение. Ее любимцы, должно быть, уже давно знали свои роли в этом ужасе.  — Взгляните на этих жалких рабов. Это бывшие рыцари — беты, которые служили церкви и местному богу, но теперь будут служить истинной богине — Мессии в качестве омег, благодаря моей новой машине. Мои фавориты среди альф получат одного из них на выбор; остальные омеги будут доступны для всех и каждого, и я призываю всех вас усердно трудиться, чтобы наполнить свои утробы моими будущими воинами! Должно быть, она жестом пригласила кого-то подойти, потому что теперь он услышал стук туфель по мраморному полу. Цок-цок-цок, стучали каблуки. Неожиданно в больной бок ударился носок чужой туфли.. Мизрака пронзила острая боль. Ему казалось, что вампир так обозначил, что из всех здесь избрал его, но ботинки продолжали двигаться вперед, назад, не останавливаясь. В дальнем конце ряда еще один рыцарь вскрикнул, когда его уронили на пол. Выбрали не его, но подчиненных было ещё достаточно и бывший рыцарь не сомневался, что очередь дойдет до него.  Но этого не случалось. Проходили минуты, дышать становилось все труднее, пока рядом выбирал все больше его собратьев. Бок болел невыносимо, нежели он сломал ребра? И даже если так, разве это должно это так сильно повлиять на его дыхание? Может все из-за волнения? Неважно от чего именно, но от отсутствия кислорода у него начала кружиться голова. Он открыл рот, стараясь жадно вбирать воздух, но это не помогло.  Неожиданно пальцы крепко сжали его подбородок, но не настолько сильно, чтобы оставить синяк, с легким удивлением отметил Мизрак. Его лицо запрокинули, и ему пришлось открыть глаза. Он встретился взглядом с парой светящихся изумрудов, с парой змеиных глаз на темнокожем лице. Красиво, подумал он рассеянно. Затем вторая рука коснулась его больного бока и он взорвался невыносимой болью.  Он не мог ни закричать, ни даже пошевелиться, когда агония усилилась. Что-то сдвинулось у него внутри — ребро? Затем что-то большее, и он задохнулся, чувствуя, что тонет. Вампир отпустило его, и он упал на колени, кашляя и отплевываясь, кровь брызнула у него из его рта на мраморные плитки перед ним. Через мгновение ему стало легче дышать, и он с благодарностью втянул воздух, отметив, что боль в боку прошла. Следом чья-то рука, схватившая его за левый бицепс, подняла его на дрожащие ноги, и он услышал, как Эржабет обратилась к удерживающемуся его на ногах мужчине: «Я не знала, что у тебя есть дар целителя, Олрокс. Столько необычных способностей — ты можешь гордиться собой. Уверена, твои дети будут благословлены.» — Спасибо, Госпожа. Я уже жажду наблюдать за тем как они растут. —спокойно ответил вампир с изумрудными глазами. Голова Мизрака все еще была тяжелой, он соображал медленно, и его начала бить дрожь в нетопленом помещении. Ни одежды, ни огня в огромных каминах в противоположных концах зала его лишили всего чем он мог бы согреться. Было чудом, если он не заболел. Словно в ответ на его мысли, один из его братьев чихнул. Видно, они все уже давно простудились. Краем уха он продолжал слышать диалог меж вампиром и миссией, но он не обращал на него внимания, едва ли осознавая, что кто-то держит его за руку ухватил его крепче. Затем комната на долгое мгновение начала тошнотворно вращаться, и он упал на колени, его вырвало. Открыв глаза, он заметил, что пол под ним теперь другой — узоры образованы множеством мелких голубых и белых плиток, а не крупными золотистыми плитками, как было в бальном зале. Он поднял голову и увидел мужчину в фиолетовом фраке и того же цвета брюках, который, склонившись над ванной, возился с вентилями на стене рядом с ней. Внезапно из невидимого источника полилась вода, и Мизрак подпрыгнул от неожиданности. Это была магия?  Мужчина повернулся, в ухмылке обнажив клыки, и Мизрак увидел, что это тот самый зеленоглазый вампир, которого он видел раньше. Длинные, прямые черные волосы падали ему на плечи, и он закатал рукава, обнажая сильные предплечья. - Вампиры, как правило, приберегают для себя лучшие технологии. Сантехника - это лучшее изобретение. Ничто не сравнится с теплой ванной по пришествию домой после долгого отсутствия. — Вампир погрузил руку в воду и кратко хмыкнул, после чего вновь обратился к смертному — Подойди и скажи мне, не слишком ли вода горяча; я не знаком с человеческими лимитами тепла.  Мизрак нерешительно поднялся и приблизился, вампир отступил в сторону, позволяя ему подойти к ванне. От поверхности поднимался пар, и он зашипел, когда его пальцы коснулись воды: чуть не обжегся. Это будет испытанием для его ноющих мышц... И только тогда он осознал. Это было бы не для него; нет, вампир, вероятно, хотел поиграть в банщика, смотреть как он сжигает себе кожу и не напрягаться, чтобы потом залечить ожоги — Идеально, — тихо сказал он, вынимая пальцы из воды и вытирая их насухо о свое обнаженное бедро. — Великолепно! - бодро ответил вампир. — Мыло здесь, думаю оно тебе пригодиться. Не торопись и не вылезай, пока полностью не вымоешься. Я не знаю, где они держали тебя раньше, но, должно быть, там ужасно воняло. — после этих слов он вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. «Чтож», — ошеломленно подумал Мизрак. Возможно, ванна предназначалась для него. Он не обратил внимание на слова вампира о том, что бы он не вылезал, пока не вымоется, поскольку он не собирался вылезать, пока вода не остынет полностью. Одному богу известно, когда еще представится такая возможность.

***

Мизрак поежился от холода, пытаясь вытереть воду с кожи и волос руками, поскольку вампир не оставил ему полотенца. Вода в ванне была уже довольно холодной, но первоначальное горячее купание, а также длительное пребывание в одиночестве, были... не бодрящими, как обычно, но, по крайней мере, приятными. Но он больше не мог откладывать возвращение к своему новому “хозяину”. Хотелось надеяться, что он еще не заслужил наказания, хотя если бы этот вампир захотел, то выдернул его из воды одной рукой и избил бы до потери сознания. Прежде чем открыть дверь, Мизрак на мгновение задержался, чтобы посмотреть в большое зеркало, висевшее на стене. Он выглядел отвратительно: намного бледнее, чем должно быть, так же заметно потерял в массе, хотя до полного истощения было еще далеко; мускулы потеряли часть своей упругости после предыдущих тренировок с мечом. Его борода исчезла — их всех регулярно брили, и, учитывая новые гормоны, замедляющие рост, он был уверен, что пройдут недели, если не месяцы, прежде чем он преодолеет фазу неряшливой щетины. С таким гладким лицом он выглядел по меньшей мере на десять лет моложе, как будто только что достиг зрелости. Закрыв глаза в знак покорности судьбе, он повернулся и открыл дверь, чтобы встретиться лицом к лицу с вампиром. Он подождал в дверях, с него все еще капало, несколько минут, прежде чем вампир оторвал взгляд от книги, которую читал. Изящно изогнув бровь, вампир оглядел его с ног до головы, после чего вздохнул и отложил книгу на столик рядом с мягким креслом, в котором сидел. - Я забыл полотенце, не так ли? - спокойно спросил он, вставая и направляясь к сундуку у стены. Вытащив массивное белое полотенце, он легко бросил его Мизраку, с ухмылкой добавив «Лови». Мизрак едва поймал его, слишком удивленный, чтобы среагировать быстрее. Вампир продолжал улыбаться смотря за ним. Старясь это игнорировать, бывший монах начал вытираться, обнаружив, что материал был греховно мягким. Несколько раз вытерев волосы полотенцем —они отросли на полтора дюйма длиннее, чем он предпочитал, — он бросил полотенце на пол и снова стал ждать пока вампир прикажет ему поднять; Мизрак никогда не станет служить добровольно. Вампир даже не взглянул на эту попытку бунта. Он, вернувшись на свое место у камина, перевернул страницу и вздохнул, не поднимая глаз. — Отправляйся спать — ты выглядишь так, будто даже ветер может сбить тебя с ног, и я бы не хотел, что бы так продолжалось. Мизрак знал, что его почти наверняка накажут за это, но он не собирался спать на коврике у ножек кровати, как хорошо выдрессированный пес. Он отказался дрожать у ног своего хозяина, наблюдая, как рассветный свет пробивается сквозь плотные шторы. Нет, он откинул одеяло и улегся прямо посередине чужой постели, положив голову на подушку и натянув тяжелые одеяла до подбородка. Может быть, у него будет несколько минут, чтобы насладиться теплом и мягкостью, прежде чем вампир заметит это. В конце концов, он, похоже, не обратил внимание на полотенце , брошенное на пол, или же вовсе не заметил его. Тем не менее, довольно скоро его вытащат из постели и изобьют за дерзость. Но пока он успеет отлежаться хотя бы.. минуту.. и ещё одну.. и ещё..

***

Мизрак проснулся посреди дня. Мышцы болели от того, как сильно он дрожал, зубы стучали, как кастаньеты. Через мгновение теплая линия на животе потянула его ближе к источнику тепла, и бывший монах повернуться к нему, тут же уткнувшись лицом во что-то мягкое. Прошло несколько минут прежде чем он начал понемногу согреваться. Чем дольше он прижимался, тем яснее замечал небольшие движения на теплой поверхности, похожие на..дыхание. Он оттолкнулся назад, с широко раскрытыми глазами глядя в горящие зеленые глаза вампира, наполовину скрытые приоткрывшимися веками. По коже Мизрака побежали мурашки, и в этот момент он не мог с точностью сказать, было ли это от страха или от холода. "Должно быть, это волосы вампира такие мягкие", - отстраненно подумал он. — Только не говори мне, что ты уже согрелся. Я вижу, что это не так. —пробормотал вампир. Мизрак резко спросил. — Чего ты хочешь? — Почему, во имя всего святого, его владелец-вампир... обнимает его? Это, должно быть, просто прелюдия к... При этой мысли его местечко между ног напряглось, но он подавил внезапное желание убежать. Это не даст ему ничего хорошего. — Чтобы ты не заболел. — небрежно, но твердо ответил вампир, как будто в этом был какой-то смысл. — Что? Разве же тебя это волнует? — Вампиры не могли простудиться, не так ли? — В данный момент я несу за тебя ответственность, поэтому мне нужно убедиться, что у тебя есть все необходимое для выздоровления. Ты голоден? — спросил вампир, меняя тему. В животе Мизрака заурчало, но он проигнорировал это. - Ты несешь ответственность? Почему бы тебе просто не оправдаться тем, что я твой раб, и покончить с этим? - выплюнул он. Вампир вздохнул, перекатился на другой бок, чтобы сесть и встать с кровати. Он подошел к очагу, где стояла миска, согревавшая его содержимое. Его расстегнутая туника распахнулась, когда он наклонился, а брюки туго натянулись на загорелой заднице. Возвращаясь к кровати, Мизрак увидел, что полотенце больше не лежит на полу, а висит на перекладине в ванной комнате. — Вот, — сказал вампир, присаживаясь на край кровати и протягивая ему миску. — Костный бульон. Я не знаю, сколько тебя не кормили, поэтому не хочу давать тебе слишком много, на случай, если твой желудок не выдержит. Этого пока хватит, но вечером я принесу для тебя что-нибудь еще. Мизрак залпом выпил горячую жидкость, не обращая внимания на то, что она обожгла ему рот и горло. Закончив, он вытер с кожи несколько капель и облизал пальцы, не желая упустить ни капли. Чужая рука, попавшая в поле его зрения, едва не заставила его отпрянуть, что могло закончиться плачевно, учитывая, как близко к краю он сидел, сам того не осознавая. Рука схватила его за запястье, достаточно аккуратно, не давая ему отпрянуть слишком далеко, а другая потянулась к горлу. Мизрак оскалил зубы, то ли провоцируя вампира задушить его, то ли старясь напугать. Но тот лишь положил руку на шею, и боль от ожога во рту и горле утихла. Он нерешительно сглотнул, и руки отпрянули, одна из них подхватила пустую миску. — Люди весьма импульсивны и склонны к травмам, не так ли? Впрочем, это не имеет значения. Меня зовут Олрокс. Как мне называть тебя? - спросил вампир. Мизрак молчал, и после долгой паузы вампир усмехнулся. — Если хочешь, чтобы я что-нибудь выбрал, я полагаю, мне нравится пито- - Мизрак, - выпалил рыцарь. Черта с два он будет отзываться на «питомец» — Намного лучше. А теперь, Мизрак, я рекомендую тебе поспать еще несколько часов. — Судя по полоске света, пробивавшейся сквозь занавески, было, вероятно, уже за полдень. — Сегодня вечером нас снова ждут в придворном дворе, и это, полагаю, сильно затянется и, если ты все еще плохо себя чувствуешь, то тебе будет крайне тяжело. — Вампир встал и вернулся к своему креслу, устроился в нем поудобнее и снова взялся за книгу. — И так же, прошу, дай мне знать, если тебе снова станет холодно, — небрежно сказал он. Мизрак осторожно лег на спину и натянул одеяло до подбородка, затем передумал и натянул его еще выше, прикрыв глаза. Бульон на время согрел его, хотя он, несомненно, проснется замерзшим, с полным мочевым пузырем. Простиралась ли фантастическая сантехника в этом месте до уборной, или ему пришлось бы искать пристройку? Наверняка архитекторы учли бы это, когда подавали горячую воду прямо в ванну, а не использовали стандартный метод, нагревая ведра с водой на огне. И думать о водопроводе было гораздо приятнее, чем о том, что этот Олрокс запланировал для него. Будет ли он продолжать притворяться, что заботится о благополучии Мизрака, когда, несомненно, он мог бы вылечить насморк так же легко, как ребра, легкие и горло? Стал бы он вообще— Нет, сантехника. Стоило думать о ней. Как из ванны вылилась вода? На дне была какая-то пробка, но поступала ли вода по трубам наружу? Или …