De profundis. Мусины волшебные плюшки

Прошли праздники — и хотя поток клиентов не иссякал, доходы просели. Оно и понятно: люди после трат на Новогодье, а ей нельзя понижать качество. А хорошие ингредиенты стоят дорого. Она предполагала такое развитие событий. Отложила часть заработанного, отсчитав на налоги, продукты и зарплаты. Должен быть запас. Так спокойнее — это даст возможность продержаться до тех времён, когда покупатели снова потянутся. Пришлось изловчиться, чтобы сохранить клиентуру и не прогореть. Порции «Утренней бодрости» и «Пряной кавы» сделали поменьше. Часто предлагали дополнительно разбавить их на четверть или наполовину молоком. И всё равно она не сдавалась. Ароматные булочки‑«улитки» — с изюмом, с глазурью, с корицей — отлично дополняли кофе и какао. Их раскупали с удовольствием. Пряничный замок раскупили по частям. Маруся специально продумала конструкцию: потом его легко было разобрать и распродать. Это неплохо пополнило кассу. Она с самого начала решила откладывать деньги — вдруг дела пойдут неважно из‑за каких‑нибудь обстоятельств. Но проблемы всё же случились. Этот посетитель сразу вызвал у Маруси напряжение. И не сказать, что с человеком было что‑то не так. Пухловатый, одет как обычный клерк или чиновник, лицо даже добродушное… Но девушка не могла отделаться от чувства тревоги — словно коготок скребёт внутри. Одна из девушек пошла принимать заказ. Маруся не сидела на месте — готовила тесто для новой порции выпечки. Что‑то заказывали, что‑то брали на вынос — витрину надо было постоянно пополнять. Вернувшаяся за заказом девушка выглядела подавленной. Всё время косилась в сторону зала. — Что случилось, Ония? — Да гость наш… странный он. Всё выспрашивал чего‑то, намеки делал. — Намеки? А пойду‑ка я сама отнесу ему поднос. Что там? Кава, каф с молоком и булочки? Отлично! Сменив обычный фартук на хрустящий от чистоты белоснежный передник, Маруся подхватила поднос и вышла в зал. Мужчина сидел за столиком, облокотившись на стол и откинувшись на стуле. Осматривался. Девушку снова царапнуло: смотрел гость так, словно что‑то выискивал. И на посетителей поглядывал оценивающе — прикидывал, что может себе позволить в этом заведении. Маруся подошла к нему с улыбкой, опустила поднос на столик. — Ваш заказ. Хорошего вам дня. — А, это вы хозяйка всего… этого? — Он взмахнул пухловатой ладонью, обводя зал. — Да. Я владелица «Душевных сладостей». Она улыбалась, а внутри тоненько зазвенел звоночек — тревога, опасность. Кто этот мужчина? Просто клиент? Или тот, кто хочет ей навредить? Между тем гость попробовал кафф, хмыкнул невнятно, снова оглядел зал. — Уютно тут у вас… — Мы стараемся, чтобы гостям нравилось — и они возвращались. — И место проходное… хорошее… Вот оно. — Рада, что вам у нас нравится. — Нравится, да… Очень мило… И снова эта интонация — словно она не ровня, а так, старшая прислуга. Маруся мысленно повторила: «Спокойно. Держись спокойно». — Скажите, любезный, наше заведение чем‑то привлекло ваше внимание? С налогами всё в порядке, у нас чисто и продукты свежие. Можем договориться о поставках — для вашей лавки или на дом. — Вот и доставишь мне завтра утром десяток булок, да посвежей. — Сначала обсудим: что, сколько и по какой цене. Потом курьер всё привезёт. Мужчина усмехнулся снисходительно. — Девушка, я — Арман Фалю. Ты сама мне утром всё принесёшь, а я уж решу… — Его взгляд стал липким, он протянул руку и сжал Марусино запястье. — Сколько платить… за пышки… Интонация и взгляд ей категорически не понравились. — Сударь Фалю, ведите себя прилично. — Ой, да чего ломаешься… А будешь упрямиться — так всплывёт, что у тебя бумаг нет… — Все документы в порядке: на дом, на заведение, на землю. Если вы проверяющий от Гильдии — покажите знак. Она вырвала руку и отступила на шаг. Неприятный господин поджал губы. — Так я ж не на службе… — Тем более, сударь Фалю. Вы не в трактире. У нас приличное заведение. Рядом вдруг оказался Норман. — Фрин ун Тойл, там нужно ваше присутствие. — Благодарю. Сейчас подойду. Краем глаза она заметила: господинчик словно на больную мозоль наступил. Она поспешила покинуть зал. В целом всё шло гладко, но девчонки ещё путались без подсказки — надо было помочь с рулетами. Спустя где‑то десинку вернулся и Норман. Маруся посмотрела на него, и парень скупо обронил: — Ушёл. Фрин, вам надо отправить заявку в Гильдию хлебопеков и кондитеров. Пусть пришлют инспектора. Не нравится мне всё это. Неспроста заявился этот хлюст. — Но разве… мы не всё оформили? — Могли что‑то упустить. Надо спросить у мастер Горазда. Он подскажет. Маруся кивнула. Не стала тянуть. На следующий день сходила до «Золотого Колоба», посоветовалась с Гораздом. Тот почесал в затылке, но согласился: ситуация и правда мутная. Они написали заявку и подали её в Гильдию. В ответ — ждать. Маруся была готова ждать, но её грызла тревога. Тем более что уже был случай: зашла компания, вела себя вызывающе. Хоть и заплатили, но громко ворчали — то жёсткое, то жирное, то приторное… Это расстраивало, но девушка держалась. Улыбалась гостям, не опускала руки. И ожидание дало результат. Спустя несколько дней на пороге появился представительный мужчина средних лет — в мундире тёмно‑серого цвета, в тёмном плаще. Остановился на входе, приподнял шляпу с пером и представился: — Моё имя Мартэн Руссель. Пришёл как инспектор от Гильдии хлебопеков и кондитеров. Кто владелец заведения? Маруся — в синем платье и белоснежном переднике — вышла к нему: — Добрый день. Я владелица «Душевных сладостей». Моё имя Лавеяна‑Марьяна ун Тойл. Мужчина слегка поклонился: — Вы отправили заявку, потому я здесь. Где можем поговорить? — Прошу в мой кабинет. Маруся приветливо улыбнулась, слегка присев, и повела гостя за собой. У неё был небольшой кабинетик. Там хранила записи и выручку. Стояли стол, пара кресел и стеллаж, за которым скрывался сейф. Сюда она и привела гостя. Предложив гостю сесть, она устроилась напротив и заговорила: — Господин Руссель, недавно моё заведение посетил некто Фалю. Вёл себя так, будто знает обо мне что‑то предосудительное. Считает, что может себе позволить невежливость. Намекал: если у меня нет патента Гильдии, будут неприятности. Это так? — Хм… Позвольте взглянуть на ваши бумаги. Маруся достала папку с документами: купчую на дом, разрешение на открытие «Душевных сладостей» и прочее. Инспектор внимательно всё изучил и вернул папку: — Знаю этого Фалю. Может наломать дров — особенно тем, кому нечем защититься. Но я и о вас наслышан, фрин ун Тойл. Ваше заведение — настоящая жемчужина Среброгора. И, смею надеяться, в будущем — всей Абельдонии. Давайте посмотрим, как вы работаете: чистота на кухне и в зале, хранение продуктов. А потом вы при мне приготовите несколько десертов на ваш выбор. После — дегустация. — Конечно, господин Руссель. Пойдёмте. Она поднялась и повела гостя по всем помещениям. Мужчина был предельно объективен. Что‑то записывал, одобрительно кивая на все новшества Маруси: и на то, что посуду мыли, и на еженедельную уборку, а на кухне — так вообще каждый вечер. Отметил и специальные ложки для снятия пробы. Хранение продуктов тоже его устроило. Инспектор даже уточнил, где и как что хранится, откуда закупается. Маруся строго следила за качеством и свежестью — это было для неё не пустым звуком. Всё увиденное явно понравилось инспектору. Когда обошли дом от чердака до подвала, мужчина кивнул: — Вижу достаточно, чтобы поддержать вашу просьбу о Гильдейском патенте. А теперь хочу убедиться: правда ли вы так великолепны, как говорят. Три десерта — на ваш выбор. — Тогда прошу на кухню… Маруся, поначалу волновавшаяся, в привычной обстановке успокоилась. Повязала передник, убрала волосы под косынку, тщательно вымыла руки — и взялась за дело. Можно было сделать привычные десерты — но идеально. Однако… Она ведь хочет, чтобы о ней говорили. И Маруся погрузилась в работу. Не замечала, как за каждым движением, за каждой мелочью следит человек, от которого зависит её будущее. В воздухе смешивались запахи ванили, корицы и шоколада. Сахар плавился, варилась карамель, тесто вымешивалось как надо — и всё получалось будто само собой. Наконец на подносе стояли три блюдца с настоящими шедеврами кулинарии. Рядом — три чашечки: кафф, кава и чай. — Прошу, сударь. Приятного аппетита. — Благодарю. Девушка отошла, нервно теребя фартук. Старалась не волноваться, пока инспектор пробовал её творения. Даже спустилась в зал — отвлечься. И тут… Вот это сюрприз! В дверях стоял тот самый тип — Арман Фалю. Почти радостно улыбался, чуть руки не потирал. Уселся за столик, заказал кафф и пирожных. Сидел с таким видом, будто уже хозяин заведения. И как же приятно было увидеть, как вытянулось его лицо, когда из кухни вышел господин Руссель — довольный, восхищённый! Инспектор подошёл к Марусе и с поклоном поцеловал ей руку: — Фрин ун Тойл, я в восторге от вашего таланта. Через три дня получите патент и серебряный знак Гильдии. Маруся смутилась, еле нашла слова, чтобы поблагодарить. Фалю допил, доел, расплатился — и бочком‑бочком выскользнул из зала. А через несколько дней курьер привёз всё: патент, грамоту в рамке, серебряный гильдейский знак и шнур‑узел для официальных мероприятий. Пройти проверку такого строгого эксперта было непросто. Но она справилась. Теперь можно смело смотреть в будущее.