Во время отбоя
2 ноября 2025 г., 21:53
Шум реки. Шелест листьев на ветру. Яркое солнце слепит глаза. Ваня гребёт вёслами, обливаясь потом. Жара на улице стоит несусветная. Напротив сидит Толя в белой рубашке и красном галстуке. На его груди красуется значок комсомола. Вожатый сочувственно смотрит на давно не пионера, всё решаясь завести диалог. У него есть важная информация.
— Мы сегодня встретимся после вечернего отбоя? Олежке нужно переписать реплики, там осталось немного, — говорит Карпов, любуясь пейзажем вдоль берега.
— Да, Толь, я приду на площадку. А вообще, меня волнует то, что происходит в лагере. Ты разве не замечаешь? — отвечает Майский, тяжело пыхтя.
— В каком смысле? Я ничего не понимаю, Вань, — спрашивает вожатый, немного недоумевая.
Ну конечно, когда же Толе следить за тем, что происходит в пионерлагере, если он так сильно обеспокоен своим пятым отрядом? Карпов смотрит только на свою малышню, актёров в кружке, Машу, играющую на пианино, и Ваню, что всегда крутится рядом. На последнего просто не может не смотреть: завораживают волосы, что немного вьются, голубые чистые глаза и милая улыбка.
— Ты чего?! Я видел, как Хлопов из четвёртого ночами гуляет, да и из моего пацан. Ещё со второго отряда девчонка, и слышал про Несветову. И я даже знаю, кто всё об этом знает, — рассказывает Майский, подплывая к заводи.
— А что происходит? Я ничего не замечал. В моём отряде дети ночью не уходят, — недоумевая, интересуется вожатый.
— Я сам не знаю. В прочем... Забудь. Лучше посмотри, какая красота вокруг, — улыбаясь, отвечает младший.
Они замолкают, и всё погружается в приятную тишину. На самом деле, тишина только кажется в первую минуту. Потом слышатся различные звуки: шум течения реки, постукивания воды о борт лодки, кваканье лягушек, шелест листьев, щебет птиц и Ванино тяжёлое дыхание. Вокруг лодки плавают белые лилии, обрамлённые зелёными листьями. Такую красоту Толя видит впервые в своей жизни.
— Давай сорвём одну, — предлагает Майский, протягивая руку к цветку.
— Нет, их нельзя рвать, они же находятся в "Красной книге", — останавливает его Карпов, перехватывая ладонь.
— Как скажешь, — отвечает Ваня, глядя, как вожатый пятого отряда нежно и ласково касается белых лепестков.
Про себя Толя думает, какие же они нежные и бархатистые, эти лилии. Неосознанно он сравнивает кожу младшего с цветами. Похожие ощущения. Рук парни так и не расцепили. Да и не хочется совсем.
Они так и сидят, смотря друг другу в глаза. Немного неловко, но прерывать столь интимный момент никто не решается. Карпов нервно поправляет очки, тыча указательным пальцем в переносицу. От строгого руководителя не остаётся и следа.
— Вань, я хотел тебе кое-что сказать... — начинает вожатый, замолкая посередине фразы.
— Не говори ничего, — просит Майский, накрывая его ладонь своей.
Младший щурится из-за бликов на воде, счастливо улыбаясь. Такого он не чувствовал уже очень давно. Как будто новая жизнь началась, где есть музыка, где есть любовь и счастье. Это всё Толя делает его таким. Тот, кто показался сначала скучным занудой, тот, о ком даже не мог и думать.
Солнце печёт так, что пот катится с обоих градом, пропитывая одежду. И без того тонкая ткань рубашки облепляет тело Карпова, немного выделяя слегка подкачанные мышцы груди. Ваня сглатывает моментально выделившуюся слюну, стараясь отвести взгляд от этого прекрасного зрелища.
— А давай искупаемся. Я видел пляж, — предлагает старший, отлепляя белую ткань от кожи.
— Но у меня нет плавок... — говорит Майский, немного растерянно бегая глазами по дну лодки.
— Давай искупаемся голышом, уж очень сегодня жарко, — уговаривает вожатый, делая усоляющее выражение лица.
— Ладно. Сейчас выгребу из заводи, и можешь садиться за вёсла, — сдаётся младший, тяжело вздыхая.
Лодка приходит в движение, и они покидают заводь с лилиями. Парни встают на течение и пересаживаются. Толя гребёт вёслами, но это не так уж и нужно. Река сама несёт их, принося прохладу. Спустя несколько минут виднеется небольшой песчаный пляжик, и Карпов причаливает к берегу.
Он сразу же раздевается: снимает очки, развязывает галстук, расстёгивает пуговицы на рубашке и скидывает её с плеч. Ваня догоняет его, стягивая шорты и футболку. Ему не хочется снимать трусы перед старшим, но выбора особо нет. Вожатый аккуратно складывает одежду, снимает нижнее бельё и заходит в слегка прохладную воду. Майский не может не смотреть ра его сильные плечи.
— Вань, иди сюда, вода такая хорошая, — зовёт Толя, бросая взгляд через плечо.
И младший, набравшись смелости, снимает трусы и забегает в реку. Карпов отталкивается от дна и плывёт против течения. Ваня окунается с головой, немного расслабляясь. Старший подплывает к нему незаметно, касаясь ладонями плечей. Майский вздрагивает и выныривает прямо перед лицом вожатого.
— Вань, поцелуй меня, — просит тот, заглядывая в светло-голубые глаза.
— Т-толь, я-я... — не ожидая такой просьбы, заикается младший.
Он понимает, что давно этого хочет, а тут его ещё и сами просят. Наплевав на всё, Ваня стремительно сокращает расстояние между ними, неумело сминая Толины губы своими. Карпов перехватывает инициативу, углубляя поцелуй. Сейчас они только вдвоём, и они погружаются в эту интимную атмосферу, наслаждаясь друг другом.
— Пойдём на берег, а то замёрзнем, — предлагает старший, слегка сжимая запястье Майского в своей ладони.
Тот лишь кивает, и они выбираются из воды, садясь на подстеленную Ванину одежду. Осмелев, младший укладывает руку на чужое колено. Он медленно ведёт пальцами вверх по бедру, ловя на себе заинтересованный взгляд. Пора уже наплевать на всех. Они любят друг друга и ничто не сможет это изменить.
Вожатый не выдерживает повисшего в воздухе напряжения и сам роняет мальчишку на спину. Мелкие песчинки тут же приклеиваются к мокрой коже, попадают в волосы, но это неважно. Важны лишь Толины губы на Ваниных, их дыхание в унисон и шум реки.
— Я хочу... — только и произносит Толя шёпотом, но этого вполне достаточно.
— Давай, — соглашается Ваня, притягивая того за шею ближе и сладко целуя. — Ляжешь?
Карпов кивает, и они меняются местами. Как-то в их странных отношениях сразу было понятно, что ведёт Майский. Более решительный, более смелый, более безбашенный. Младший понимает, что просто так нельзя совершить то, что они задумали. Он смачивает свои пальцы слюной, приставляя один к сжатому колечку мышц старшего. Смущение берёт верх, и парень отворачивается.
— Ванюш, у меня тоже никогда такого не было. И я тоже очень стесняюсь, но я знаю, что ты этого хочешь, — успокаивающим голосом говорит вожатый, впервые не чувствуя страха из-за своего желания.
Ваня проталкивает палец внутрь, от чего Толя втягивает носом воздух. Небольно, но непривычно. Карпов кивает, и Майский толкается двумя пальцами. Старший шипит от боли, сжимая в кулаки песок. Младший немного беспокоится, но, понимая, что так надо, не отстраняется.
— Толь, ты как? — интересуется он, целуя острую коленку.
— Всё в порядке. Сейчас должно быть легче, — отвечает вожатый, поглаживая Ванино предплечье.
Через полминуты Карпов расслабляется, и черты его лица сглаживаются. Для Вани это знак, что можно продолжить. И он вставляет уже три пальца, видя, как пытается сдержать болезненный стон старший. Майский опускает свободную руку на подтянутый живот, выводя длинными пальцами замысловатые узоры. Это успокаивает обоих.
Когда Толя привыкает к новым ощущениям, а боль уходит, он кивает младшему. Тот осторожно вынимает пальцы, пуская побольше слюны на ладонь. Знания о данном занятии приходят в процессе, и догадываться о том, что нужно делать дальше, становится легче. Вот и Ваня понял: чем больше слюны, тем легче скольжение.
Он бережно разводит ноги Карпова шире, и устраивается между ними. Влажной ладонью Майский проводит по своему члену и приставляет головку к растянутой дырочке. Он поглубже вдыхает и входит в расслабленное тело, задерживаясь там. Старший вскрикивает, напрягает мышцы, но, ощущая ещё больший дискомфорт, пытается успокоиться.
Младший переносит свой вес на расставленные руки по обеим сторонам от головы вожатого и целует его в губы, отвлекая от неприятных ощущений. Это помогает. Чувствуя полное расслабление, Ваня начинает двигаться, медленно и ритмично. Он только учится, стараясь подобрать нужный темп и угол.
Спустя пару минут, слышится довольно громкий Толин стон. И Майский понимает, что он нашёл золотое сечение. Сейчас всё идеально, а значит можно быть посмелее. И младший ускоряется, заставляя Карпова захлёбываться стонами. Им лучше не шуметь.
Ваня совершает глубокие толчки, пытаясь доставить удовольствие старшему. Майский чувствует, как закручивается узел внизу живота, знаменуя скорую разрядку. Ничего удивительного: это его первый раз, а ещё в его любимом вожатом очень узко и горячо. Кажется, что Толя тоже близок к пику, поэтому он протаскивает руку между их телами, обхватывая пальцами свой член.
Их движения синхронизируются, и оба парня получают оргазм одновременно. Карпов пачкает их животы, а Ваня издевается внутри. Майский аккуратно выходит из измотанного тела и устраивается рядом, целуя чужую румяную щеку. Кажется, им пора возвращаться в лагерь.
Молча они отряживаются от песка и одеваются, сталкивая лодки на воду. Старший садится за вёсла, начиная грести. Дорога обратно не кажется долгой, ведь течение ускоряет лодку. Они приплывают на пирс, выходят на него, стуча кедами по деревянному настилу. Младший привязывает лодку и накрывает её брезентом. Вожатый первый уходит оттуда, спеша к своему пятому отряду.
***
Вечер наступает незаметно быстро, все дети расходятся по корпусам, младшие уже лежат в кроватях. Когда на улице становится пусто, Ваня спешит на детскую площадку. Там, сидя на карусели, его уже ждёт Толя. Сейчас немного неловко быть наедине друг с другом, но они оба собираются с духом и приступают за работу. Парни вливаются в редактирование текста для Олежки, забывая о смущении. Они шутят и тихо смеются, крутятся на карусели, Майский шутливо сдувает одуванчики. На дворе уже глубокая ночь, и уже пора расходиться. Они закончили с репликами для спектакля, а значит оставшиеся встречи могут посвятить друг другу. На чистом небе горят звезды, которые за городом отчетливо видно. Младший встает со своего места, беззвучно подходя к Карпову. Ваня кладет руку на русые волосы, слегка их взъерошивая. Он заставляет старшего поднять голову и посмотреть в глаза. Тот не сопротивляется, лишь уводит взгляд в сторону. Майский наклоняется, сокращая между ними расстояние. Когда остается буквально пару сантиметров, вожатый уклоняется от поцелуя. - Ты чего? — спрашивает младший, не понимая данного поведения. - Нас могут увидеть. Я проблем не хочу, да и тебе они не нужны, - отвечает Толя, прикасаясь к тыльной стороне Ваниной ладони. - Никого здесь нет, Толь. Хотя бы один поцелуй, - просит Ваня, делая умоляющее выражение лица. Карпов закрывает глаза, пытаясь принять решение: наплевать на всё и поцеловать или пойти на поводу своих страхов. И он сдается: сам приближается к мягким губам и сминает их своими. Майский улыбается в поцелуй, укладывая ладонь на напряженное плечо. Этот момент длится несколько бесконечных минут, кажущихся самими счастливыми в их жизни. Младший отстраняется первым, напоследок проведя пальцами по острой скуле. Они нехотя прощаются, обещая встретиться утром. Ваня уходит в свой отряд по тропинке, бросая влюбленный взгляд через плечо. Старший сидит на детской площадке, не собираясь уходить, и обдумывает произошедшее за день. Он осознает, что по уши влюбился в этого мальчишку. Несмотря на всё он очень хочет с ним быть, но пока не знает как это сделать. Вожатый идет в свой корпус с намерением сразу лечь спать, по пути думая о своих делах и не замечая ничего вокруг. Внезапно он чувствует невыносимую боль в районе шеи и, не успевая осознать, что произошло, падает на землю без сознания. Последнее, что он видит, это расплывчатый силуэт, уходящий во тьму.***
Ни на утро, ни в обед, ни на репетиции Толя не появляется. Ваня везде его ищет, обходя каждый уголочек лагеря. На следующий день он тоже его не видит. Майский начинает пугаться, что это из-за него. Однако на третий день пропажи Карпов появляется ему на глаза, проходя мимо столовой. Младший зовет его, но тот скрывается за углом и больше за день не встречается. Так проходит ещё пару дней. В один теплый вечер вожатый пятого отряда сам находит Ваню за недостроем. Тот, не ожидая кого-либо встретить, глубоко затягивается сигаретой. Видя Толю, Майский не на шутку пугается, сразу же туша окурок носком кеда. Но похоже Карпова это совсем не волнует: он подходит ближе, серьезно смотря в голубые глаза. Младший немного успокаивается, но, глядя на обеспокоенное лицо старшего, понимает, что что-то не так. - Ты где был? Я тебя обыскался за эти дни. Наши актеры переживают, что ты не появляешься на репетициях, - интересуется Ваня, ожидая честного ответа. - Мне нужно тебе кое-что сказать. Меня не было не просто так. Помнишь, как ты мне в лодке рассказывал, что в лагере что-то творится? — говорит Толя, нервно перебирая рукава рубашки. - Ну, да, помню. Но ты не ответил на мой вопрос, - настаивает Майский. - Ты не поверишь, но я после нашей встречи на детской площадке умер. Очнулся у Валентина Сергеевича в лазарете. Он меня отпустил, но теперь каждую ночь мне хочется крови. Неосознанно я ищу жертву, кусаю её, и этот человек начинает мне подчиняться. Я прятался от тебя, потому что не хочу, чтобы с тобой произошло то же самое. И я не знаю, что делать, - объясняется Карпов, выдавая всю информацию на одном дыхании. - Я верю тебе. Я рассказывал, что знаю того, кто в курсе всего происходящего. Предлагаю пойти к нему прямо сейчас, - предлагает младший, переплетая их пальцы. - Давай, - соглашается старший, и они идут в сторону четвертого отряда. Доходят до нужного корпуса они быстро. Валеру Лагунова парни встречают случайно на улице. Он-то им и нужен. Троица отходит в сторону спортивной площадки, устраиваясь на трибунах. Всё это время вожатый борется с желанием насытиться кровью ребят. - Валер, у нас к тебе дело. Я знаю, что ты в курсе про вампиров. Толя стал одним из них. Знаешь ли ты, как от этого избавиться? — спрашивает Ваня, постукивая пальцами по своему колену. - К сожалению, я пока не знаю, — отвечает Лагунов, зачесывая челку рукой. - А что ты можешь нам посоветовать? — интересуется Толя, с надеждой глядя на мальчишку из четвертого отряда. - Практически ничего, Анатолий Евгеньевич. Вам остается лишь кусать людей, либо пытаться по-другому добыть кровь. Обещаю, что я со всем разберусь и вы избавитесь от этого, - говорит Валера, тяжело вздыхая. - Спасибо тебе, - отвечает ему Карпов, и уходит со спортивной площадки вместе с Майским. Парни вновь отправляются на их любимую детскую площадку. Пару минут они сидят молча, обдумывая полученную информацию. Старший думает о своей новой сущности и о том, как с ней жить, не навредив окружающим. Младший пытается отыскать у себя в голове решение проблемы добычи крови. Внезапно ему приходит идея, и его лицо растягивается в счастливой улыбке. - Толь, я придумал! Давай я буду отдавать тебе свою кровь. Ты не будешь меня кусать. Я буду сливать кровь в кружку, и ты сможешь её пить. Мне все равно, вампир ты или нет. Я люблю тебя! — говорит Ваня, укладывая свою ладонь на чужую щёку. - Идея неплохая… - с благодарностью отвечает Толя. — Я тоже люблю тебя. Они сплетаются в нежном поцелуе, забывая обо всех проблемах. Им не важно, что будет дальше, потому что они есть друг у друга. И со всеми трудностями они справятся вместе. В любой ситуации важно остаться человеком, как бы тяжело это ни было. Любовь поможет это сделать. Главное — самому это хотеть.
