Город, которого нет.

Last Christmas

I gave you my heart

But the very next day you gave it away

This year

To save me from tears

I'll give it to someone special.

***

31 декабря, 2003 год.

Утро началось как обычно, если не считать лёгкого предвкушения праздника. Егор сел на кровати, опустив голые ступни на уже привычно холодный ленолеум. В комнате была почти кромешная тьма, слабый свет давал лишь холодный лучик зимнего солнца, пробивающийся в щель меж длинных плотных штор. Встав с кровати журналист подошёл к окну и распахнул тяжёлые зановески, комнату залил яркий свет. Линч сщурил привыкшие к тьме глаза и потер их. Сегодня почти два месяца как он устроился на эту поганую работу, обучение длилось мучительно долго и нудно. Генри объяснял как работать с современным оборудованием и оружием, как оказалось зона ещё и кишит мутантами, кто бы мог подумать... Егор мог-бы обвинить во всех своих бедах одного американца, но ведь Джон хотел как лучше. Пылившаяся в углу комнаты картонная коробка привлекла внимание мыльного взгляда, парень вспомнил как прошлым вечером притащил ее сюда с чердака, чуть не разбив содержимое. Раздвинув клапаны коробки Егор укололся о пластиковую иголку советской искусственной ёлки. Раздвинув пыльные ветви он достал несколько стеклянных шаров, как бы не разбить такую ценность... Сейчас вряд-ли можно где-нибудь найти игрушки такого-же качества, стеклянные шарики, шишки, совы и даже сам дед Мороз со Снегурочкой, если только какая-нибудь старушка на рынке задаром отдаст, но это конечно редкость. Линч поставил на пол крестообразную подставку, после чего установил первый ярус, расправив ветви и закашлявшись от поднявшегося облака пыли. Устанавливая и украшая раритетную ёлку Егор нечаянно уронил хрустальную сосульку, та с грохотом ударилась о пол и с треском разлетелась на мелкие осколки. Сердце журналиста ёкнуло, будто один из мелких кусочков стекла, устремившись прямиком в грудь, пронзил его. Точно как льдинка в сказке о Снежной королеве. Это была любимая игрушка матери, она ведь специально отдала ее именно сыну, что-бы тот хранил ее, а потом и внукам показывал. Но о каких внуках могла идти речь, если у журналиста даже девушки ни разу за 28 с лишним лет не было? Да, ему в подростковом возрасте нравилось несколько девочек, но до отношений никогда не доходило. Мама к счастью все ещё жива и почти здорова, но со своими детьми видится редко в силу возраста, да и живёт она с отцом далековато от Москвы и пригорода. Линч наконец закончил с ёлкой и поспешил завтракать и собираться в ненавистное здание центра медико-биологических исследований и последствий радиационных аварий, в сокращении "ЦМБИПРА", люди называли его просто Центром. В праздничный день ехать ему туда пришлось не по работе и не по собственной прихоти, начальство захотело хоть как-то скрасить будни подчинённых и устроить новогодний корпоратив. Четвертый отдел, где и проходил подготовку журналист, приказа не обошел, даже не смотря на возмущения Лэмбтона. Линч был полностью солидарен с начальником, хотя поначалу он и показался журналисту не тем человеком, с которыми он мог бы полажить, ну что поделать, лицо у Генри такое. Сейчас они, можно сказать, хорошо ладят? Нет, это громко сказано, просто коллеги. На удивление старший оказался отличным наставником, понятно объяснял принципы работы с оборудованием, на практике показывал примеры стрельбы из различного оружия, охотно отвечал на задаваемые по теме вопросы. Такого в каком-нибудь военном училище с руками бы оторвали. Но были и минусы, пусть и незначительные. Его излишняя официальность, к каждому подопечному он обращался на Вы, Егора это особенно бесило, это дурацкое "мистер", кто вообще так говорит? Размышляя об этом Линч вел машину, стараясь не отвлекаться на мелькающую за окнами празднично украшенную Москву, после карпоротива нужно будет прогуляться. В скором времени журналист припарковал машину у Центра и нехотя вылез из теплого салона. Лицо сразу же обдало ледяным порывом ветра, после первого вдоха лёгкие обожгло морозным воздухом. Егор поежился, сунул руки в карманы и поспешил зайти в теплое помещение.

***

Тем же утром в небольшой Московской квартире зазвенел будильник, затем в коридоре раздался громкий топот и вот, в спальню влетел мальчик одиннадцати лет с радостными криками. Запрыгнув на мягкую кровать он принялся расталкивать маму. –Маа, вставай! Лили перевернулась на другой бок и охрипшим ото сна голосом что-то невнятно простонала. –Ну мама, ты же все проспшь! Не унимался Лукас, продолжая трясти женщину за плечо. Она приоткрыла заспанные глаза и взглянула на часы. –Лукас, шесть утра... –Вот именно! Уже шесть! Спорить с таким неугомонным ребенком было бесполезно, Лили пришлось встать с кровати и уйти в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Лукас же в это время вернулся в свою комнату. Спустя примерно час школьник начал куда-то наскоро собираться, у двери его врасплох застала мама. –Ты куда это собрался? - Женщина подошла к своему чаду и дала лёгкий подзатыльник - Так ещё и без шапки! Лукас потер затылок и надулся. – Гулять, с Призраком и.. - встретив рассерженный взгляд матери мальчик запнулся. - с Кириллом и Семёном... - через пару мгновений закончил он. – Ты никуда не пойдешь, тем более в таком виде! Мне опять все самой готовить? - взвилась Лили - Мало того что ты своих дружков приведешь, так ещё и твой дядя этого прожорливого америкоса притащит! - не унималась она. - Я между прочим кухаркой вам не нанималась! –Ну маа.. Я же не долго, можно хотя-бы часик? - Лукас был готов уже упасть перед Лили на колени и биться головой об пол, когда мама наконец сдалась. –Ладно, иди, но чтобы через час был дома! И шапку надень! - сказав это она скрылась за косяком кухни. Готовый прыгать от счастья мальчик наскоро натянул на голову шапу, завязал шарф и пулей вылетел на лестничную клетку.

***

В Центре оказалось на удивление прохладно, Егор дошел до двери аудитории четвертого отдела и робко постучал в нее, после чего приоткрыл. Его глазам открылась картина небрежно украшенной комнаты, отдаленно похожей на школьный класс, под потолком висела серебристая переливающаяся мишура, на белой маркерной доске черным было нарисовано несколько снежинок, а по середине красовалась каллиграфичная надпись "С новым годом". На фоне белых стен в глаза бросалась зелёная ель, живая, украшенная цветными огоньками и серебристыми стеклянными шарами. Под ее ветвями паркет уже был припорошен изумрудно-зелеными иголками, служившими доказательством ее натуральности. На звук открывшейся двери обернулось несколько людей, среди них и знакомые лица. Витя и Тимоха, ребята которые тоже пришли сюда в поисках работы. Первый нуждался в деньгах из-за огромного кредита, который по глупости взял для организации собственной свадьбы. После года совместной жизни с женой та оставила его с долгами и без имущества. Второй, Тимоха, который предпочитал чтобы его звали просто Тимом, пришел сюда сразу за другом, не зная подвоха. Ребята они были неплохие, правда Тим немного... Глуповат в силу возраста? Ему всего 19, а уже занесло в такую задницу. Генри внутри не оказалось, зато внимание Линча привлекли сдвинутые столы, образуя собой один, большой и длинный. На нем стояли тарелки с различной едой, по большей части конечно были всякие дешёвые конфеты и печенье, но блюдо с несколькими пиццами, от которых все ещё шел горячий пар заставило желудок жалобно заурчать. Также на столе стояло несколько бутылок алкоголя, журналист точно увидел шампанское, красное вино и ещё что-то. Он не особо любил пить, поэтому его это не заинтересовало, но перспектива провести весь день, а может быть и вечер, с пьяными мужиками Егора не порадовала, но зато будет повод свалить пораньше. Линч кивнул парням и сев за стол уткнулся в телефон, открыл ICQ, написал сестре что возможно задержится, но постарается освободиться быстрее. Через пару минут получив очередной вопрос, где он постоянно пропадает он чиркнул что-то про газету. Линч не рассказывал Лили об этой ситуации, она как обычно начнет переживать, метаться по всевозможным вариантам освободить брата от этого кошмара и сделает этим только хуже... Спустя примерно двадцать минут начальник отдела соизволил явиться и объявить о начале корпоратива. Люди пили, разговаривали не о чем, заедали напитки пиццей. Линч с Витей сидели за краем стола, следя за Тимом, который, кажется, уже успел напиться... – Я пойду наверное у него бокал заберу, не встанет же потом... - сказав это Витя встал и направился к уже датому Тимохе. Линч посидел ещё с пол часа и даже не заметил как быстро приговорил почти четыре бакала шампанского, вопреки своему скептичному у отношению к выпивке. Вкус был сладким, поэтому пилось легко. Но вот проблема, журналист не умел пить от слова совсем, быстро пьянел, тяжело отходил от похмелья, поэтому утро ему предстояло веселое... А ведь это ещё не праздничный стол. Почувствовав подступающее чувство лёгкости Линч решил выйти на лестницу, через пожарный выход, и проветриться. С трудом открыв железную дверь Егор поежился от декабрьского мороза, на туманную голову он напрочь забыл про куртку. Под фланелевую рубашку задувал ледяной ветер, обжигая нежную кожу живота. На металлической площадке оперевшисть на перила стоял Генри, накинув на плечи черное пальто и держал в одной руке зажженую сигарету. Он, казалось, не услышал скрипа двери. Журналист, вдохнув зимний воздух с нотками табака и алкоголя, встал рядом со старшим и также облокотился на перила, но тут же одернул руки от холодного металла. – Не знал, что ты куришь. - выдал слегка пьяный язык, не желая больше терпеть молчания. Лэмбтон обернулся, будто и впрямь не заметил как тот пришел. – Я редко, можно сказать, по праздникам. - мужчина выдохнул дым и затушил окурок. – Мм... - Егору не была интересна беседа с начальником, ему просто хотелось хоть чем-то себя занять. – Вы без куртки не замёрзнете? - Генри окинул журналиста взглядом, Егору на секунду показалось, обеспокоенным. – Да нормально мне. - непонятно от чего Линча начал раздражать этот бессмысленный диалог, похоже он действительно переборщил с шампанским. – Мистер Линч, я думал вы не из тех людей, что напиваются. - в обыденной манере бросил Лэмбтон. - Вы же ещё и на машине, как домой доберётесь? - говоря это он подошёл к двери и открыл ее, пропуская парня обратно в тепло. –...- Егор мог бы возмутиться, но ему и самому не очень нравилось топтаться на холоде. Журналист сел на небольшой диван и только сейчас ощутил холод исходящий от ткани рубашки. Хотелось снять её прямо сейчас и прижаться торсом к горячей батарее, пусть даже останется ожог. Генри снял пальто и положил его на спинку диванчика, а сам ушел, оставив Егора наидене со своими мыслями и кучкой пьяных мужиков. Так прошло несколько часов, на настенном циферблате красовалось время «15:07», сидит журналист здесь уже три с лишним часа. Эффект от выпитого стал постепенно спадать, но садиться за руль все-же рискованно. Даже при новой зарплате, что хватало с головой и на дом и на еду, штрафы за вождение в нетрезвом виде все-еще запредельные. Но домой попасть как-то нужно, иначе Лили опять устроит скандал, "почему я опять все сама готовлю? Никакой помощи в этом доме!", каждый год одно и то же. Люди слегка протрезвели и уже сидели за столом, поднимая какие-то тосты, кому-то чего-то желая. Линч не слушал, его волновал только вопрос о том, как же всё-таки добраться до дома. Генри ведь не зря это спросил? Может такси вызвать? Размышляя над этим Егор не сразу заметил как ему передали зажженый бенгальский огонь, и вопросительно глянул на передавшего его ему Тима. – Егор, ну традиция же, ты что не слушал? - по голосу парня было понятно что он все-еще пьян. Тимоха вкратце объяснил суть этого бредового ритуала, нужно было пожелать чего либо руководству и коллективу, после чего передать огонь следующему. Промямлив заплетающимся языком стандартные пожелания, типа денег, здоровья, любви, счастья, журналист передал искрящуюся вещицу дальше по кругу. Спустя бесконечно долгие тосты Егор встал из-за стола и вновь направился к служебной двери, на этот раз все-же надев несчастную куртку, что висела под десятком других на вешалке. В этот раз он снова застал там Лэмбтона, на этот раз столкнувшись с ним в дверях, тот держал в руке бенгальский огонь, точно такой же, какой передавали за столом. Сверкающий огонек пожирал тоненькую палочку, казалось, вот-вот обожжет изящные пальцы владельца. Оранжевые искры яркими всполохами отблескивали в незрячем глазу, придавая ему хоть мнимую живость. Генри был явно в приподнятом настроении, не таким серьезным, каким Егор видел его все эти два месяца. Это мероприятие явно пошло на пользу всему коллективу, если не считать того, что все они уедут домой бухими. Огорчало только то, что журналист оказался в их числе. Кажется, таксисты сегодня заработают себе по месячной зарплате. Линч пошел на улицу как-раз чтобы вызвать себе такси, в помещении связь почти не ловила, свою машину он планировал забрать завтра, или чуть позже. Генри прошел мимо, но обернулся и спросил, чисто из вежливости, как обычно. – Уже домой? Вам такси вызвать? - абсолютно без интереса бросил он, Егора жутко бесила его манера общения, Лэмбтон будто запрограммированый, постоянно одни и те же вопросы, эта излишняя официальность, он что всегда такой? –Да, я сам как-нибудь - Линч привык в подобной манере общаться с начальником, тому всегда было наплевать. Набрав номер местного сервиса такси, Егор пошарился по карманам куртки и найдя всего сотку сбросил. Брюнет закинул телефон в карман, вот как он мог не позаботиться о деньгах, знал же. Похоже придется у кого-то занимать. Спустя двадцать минут поисков чьих-нибудь лишних двухста рублей, Линч, уже отчаявшийся и готовый идти по лесу до города пешком, подошёл с тем же вопросом к Генри. Было неловко занимать деньги у выше поставленного человека, но он был последней надеждой журналиста не стереть ноги в кровь, если он пройдет хоть километр и не замёрзнет насмерть. Ответ последовал быстро. – Мне ни к чему, я на машине, - Мужчина похлопал ладонями по карманам брюк, доказывая правдивость собственных слов. - Вас подвезти? - Вряд-ли Генри предложил это из собственного желания помочь. Линч коротко кивнул, даже не поблагодарив. Быстро собравшись и настрочив сестре в аську сообщение о том, что скоро будет, Егор вышел из аудитории вслед за Лэмбтоном, но перед этим забрав из машины кое-что. На улице бушевала пурга, небо и снег окрасились в постельно синие тона, розящие холодом снежинки, стараясь попасть в глаза, летели прямиком в лицо. Крыши машин, стоящих в ряд на парковке, были припорошины тонким слоем снега. Среди простых жигулей и волг была припаркована черная, отливающая глянцевым блеском машина, изящный изгиб крыши был застрелен белой пеленой. Генри открыл водительскую дверь и провернул ключ зажигания, зажглись круглые фары, теплый свет облил быстро летящие к земле белые крупицы. Егор ни капли не разбирался в марках машин, ему это важно, главное чтоб ездила, его старенькая Волга отлично справлялась с этой задачей. Журналист открыл переднюю пассажирскую дверь и залез в теплый салон. Снег, успевший тонким слоем ледяной пыли покрыть плечи Линча, мгновенно расстаял и впитался в куртку. Машина явно была дорогой, обшитые темной кожей сиденья без единой царапины, светящийся чистотой кремовый салон, бесшумная печка и запах дорогого, чуждого носу Егора парфюма выдавали неплохое финансовое положение ее владельца. Оба сели в салон, который уже успел нагреться, и вскоре автомобиль съехал с заснеженной парковки и скрылся за деревьями.

***

Сквозь частые щели между досками свистел ледяной ветер, шторка, выполняющая роль двери, колыхалась. Крыша шаткой базы, при новом порыве холода, издала неприятный скрежет. Внутри сидело двое парней 11-12 лет, один светловолосый, тощий и высокий, второй рыжий и пухлый. Они о чем то разговаривали и пили чай из остывшего термоса, ёрзая и потирая ладони от холода. Снаружи скрипнула железная дверь, после чего с громким лязгом закрылась, послышались спешные шаги по рыхлому снегу, устилавшему крышу пятиэтажки. Шторка отодвинулась и в коморку заглянул Лукас, в одной руке он держал скромный букетик из трёх розочек, обернутый прозрачной пленкой и перевязанный розовой лентой. Семён и Кирилл многозначительно переглянулись, оба знали для кого были куплены эти цветочки. Сегодня вечером должна была быть школьная дискотека, ничего необычного, различные современные, и не очень песни в перемешку с медляками. Именно там Лукас хотел признаться давно нравившейся ему однокласснице. Но это потом, сейчас друзьям нужно было вернуться в свои квартиры и помочь с готовкой салатов.

***

Во двор между двумя пятиэтажными зданиями заехал дорогой черный автомобиль, осветив желтыми фарами улицу и остановившись у одного из подъездов. Передняя пассажирская дверь открылась, Егор вышел из салона, показательно хлопнув дверью и направившись в подъезд. Старый лифт пошатывался и скрипел, но все-же довез гостя до нужного этажа. После нескольких попыток достучаться до хозяйки квартиры в спину журналиста влетел кто-то маленький и цепкими рученкам обхватил его. – Дядя Линч! - завопил Лукас, подпрыгивая на месте. – Привет Лукас, - Егор обернулся к племяннику и легонько потрепал мальчика по волосам, на которых только начали таять снежинки. - Ты без шапки гулял что-ли? После вопроса он замялся, а значит и впрямь был без нее. Взгляд мальчика упал на красочный, по новогоднему разрисованный шарами и еловыми ветками пакет, в котором было что-то объемное. При мысли о подарке глаза мальчика заблестели. Оба зашли в квартиру, с кухни доносились шум воды, кипящего чайника и стучание ножа одновременно. Услышав гостя Лили выглянула из кухни и хмуро глянула на брата. – Егор, ты почему так долго?! - после этих слов она вновь погрузилась в работу над тремя салатами одновременно. Снимая обувь журналист чувствовал на себе нетерпеливый детский взгляд, вернее не на себе, а на заветном пакете. В дверь раздался стук, Линчу даже гадать не пришлось, чтобы понять кто сейчас стоит за ней. Джон шагнул в отворившуюся входную дверь и скинул сапоги. За давно знакомым гостем последовал пожилой мужчина, он был явно недоволен тем что находился здесь. – Привет Линч, привет Лукас! - Парень также потрепал голову второго и сунул ему в руки сладкий подарок, журналист же наконец отдал желанный пакет. Голубые глазенки мальчика вновь зажглись, он кивнул шатену и скрылся в гостиной. – Знакомься, это Дейл, он был моим преподом по истории ещё в колледже, а вот недавно встретились, я его и позвал. - Это было в манере Джона, он мог запросто позвать на семейное застолье даже малознакомого человека. Егор уже смирился с его почти маниакальной тягой к людям, но вот Лили, которая сейчас орудовала ножом на кухне, вряд-ли бы оценила подобного гостя.

***

Сестра конечно поворчала, но прогонять Дейла не стала, гость как никак. Через пару часов стол раскладушка в гостиной был застрелен белой скатертью, на которой виднелись блеклые пятна от вина. На него уже были выставлены хрустальные бокалы, предназначенные именно для этого случая. Тары с салатами постепенно скрывали за собой белезну поверхности, оливье, селёдка под шубой, крабовый салат и многие другие традиционные блюда. Лукас в это время возился в своей комнате с подарком дяди, камерой. Мальчик давно мечтал о подобной штуке, и вот, наконец она у него в руках.

***

23:56.

За шумным столом слышалась преднавогодняя возня, звон бокалов о бутылки, отдаленно различимое поздравление президента, "Ирония судьбы" на большом телевизоре поодаль. На удивление Дейл вписался в эту компанию, кажется даже Лили уже не была так сильно зла на Джона за лишний рот. Стрелка настенных часов подходила к двенадцати, Лукас нетерпеливо ерзал на стуле, Лили разливала шампанское по бокалам, Джон уже тянул руки к бутербродам с икрой, а Линч поглядывал на экран телевизора. Наконец пробили куранты, бокалы с характерным звоном начали биться друг о друга, а во дворе загремели салюты.