Находясь под завистью

Новый учебный год, вернее сказать, первое сентября. По корпусу царила пестрая обстановка праздника, пусть рюкзаки были забиты пыльными учебниками и тетрадками. Будучи совсем честным, я соскучился по детским крикам и забитым коридорам. В хорошем смысле. Видеть эти заспанные, сонные глаза, а также опоздания на уроки. Спросите, почему я собственно рад, если школа – это самая настоящая преисподняя из стресса и домашки? Позвольте сказать. Нет, я не хвастаюсь… но уже как пять лет мне не приходится идти в школу как ученик. Высшее образования по профессии учителя дало возможность делать детям пакости в виде контрольных работ каждую неделю. Ох, сколько же двоек было, не нужно забывать долги! И не спешите называть меня злодеем. Все в этом месте кричит: “ты лучший учитель”. Так кто я такой, чтобы опровергать настолько правдивое заявление?

***

Столкновение выбило меня из колеи. Обычно, когда я шел летом на работу, то знакомые помещения были пустыми, но сейчас стало иначе. Инерция оттолкнула на пол. Школьный журнал выпал из моих цепких рук. Оставалось пару минут до начала занятий, поэтому я торопился, но, похоже, судьба имела на меня другие планы, о которых мне было неизвестно. — О-ой. — Незнакомец протянул мне руку. Видно, он тоже спешил, но не хотел показаться грубым со стороны. — Я более аккуратен. Временами… — Плохо. — Я автоматически отмахнулся от помощи и поднялся самостоятельно, предварительно взяв свои вещи. Пальцы протерли остатки пыли. — Потому что в этой жизни нужно быть чуточку внима- Мне хотелось прочесть самую настоящую тираду о морали и жизненных ценностях, но упомянутый просто-напросто предпочел избежать разговора, скрывшись в одном из кабинетов. Странно, только сейчас понял, что я не видел его раньше. Может учитель на замену? Как раз на парочку предметов еще не успели найти хороших преподавателей. Кто знает. Тихий вздох вырвался из моих полуоткрытых губ, когда я пошел в кабинет напротив. Звонок, предвещающий начало урока подступил громко и хищно, отчего я захотел прикрыть уши. Эту древнюю технологию до сих пор не отрегулировали, а ведь не раз просили. Зато здесь приятно пахло цветочками. — У вас всех такой вид, будто на похороны собрались. Нужно быть более позитивно настроенными. — Никто не ответил. Я просто включил в помещении свет. Лампы ослепили класс, как маленьких вампиров, которые тут же поморщились, но стали чуть более восприимчивы к информации, которую я говорил. — Разве я не прав? Чаще всего они успешно молчали и слушали, но были также парочки активных, с которыми я мог вести разговоры не только на уроках, но и на переменах. — Как можно быть позитивными, когда начался новый учебный год? — Фритц, мальчик с третьего ряда, второй парты нахмурился. Он не особо старается над учебой. Очень болтливый и любит тянуть время на уроках. — Уроки, уроки и еще раз уроки. Ради этого я встал в семь утра. Ненавижу рано вставать… — Если тебя успокоит, то я проснулся в пять утра. — В голове пролетело, что они уже не маленькие, но ведут себя до сих пор как дети. — Я бы хотел перейти к сути дела. У нас классный час, а не “сонный час”. — А можно слушать, но лежать на парте? — Сьюзи, девочка с первого ряда, третьей парты, едва ли не закрывала глаза. У меня был только один вопрос: что они все делали летом, что пришли такие убитые. — Мх, раз слушаете… то наверное. — В мгновение ока, все разом упали лицами в парты, пусть я не закончил говорить. — Блеск. — Не то чтобы я дисциплинирован, иногда нравится поваляться дома в кресле и забыть про работу… я сдержал улыбку. — Ладно-о. Сделаю одно исключение. — Мы внимательно слушаем! Каждый день ощущался как судный. Я прокашлялся, начав идти вдоль рядов, иногда касаясь пальцами уголков деревянных парт. — Каких-то особо важных изменений в программе нет. Мы продолжим изучать русский и литературу. Одна лекция, одна практика и одна контрольная за неделю. Нам стоит пройти довольно много материала, поэтому не ждите, что я буду как-то идти на уступки, как мог делать это в прошлом году. — Все хором согласились. — Отлично. По поводу технических вопросов мне надо уточнить сегодня у зама, если что расскажу. Пока продолжим занятие.

***

В целом ничего интересного не произошло. Я напомнил базовые вещи про безопасность. Обсудили погодные условия, пожары, что делать во время чрезвычайной ситуации. Подписали пару бумажек о ознакомлении с правилами в школе. Звонок вновь прозвенел, и добрая часть класса выбежала, словно насильно загнанное в клетку зверье. Некоторые, конечно, остались. Всего четыре человека. Изначально я планировал выйти из кабинета вслед за остальными. Так уж получилось, что сидеть на одном месте – не мое. Ноги затекают. Но именно сейчас, нутро приклеило меня к стулу. Я не мог объяснить почему. Стало беспокойно, что может что-то случиться или выйти из-под моего контроля. — Кстати, какой у вас там предмет стоит после классного часа? Габриэль тут же включил телефон и открыл новое расписание. Вот оно – отличник. — Два урока алгебры. — А-а… — Протянул я. — Опять замена что ли? Что-то не помню, чтобы кого-то принимали на работу. — Нет, не совсем, — ответил уже Джереми, — написано, преподаватель: “Генри Эмили”. Четыреста второй кабинет. — Четыреста второй? — Покосившись через открытую дверь моего помещения на соседнюю закрытую, я едва остался сидеть на месте. Пальцы сжали ткань черных брюк. Все звезды сошлись. Это был тот тип, с которым я столкнулся утром. Никакая это не замена. — То есть кабинет напротив. Это… «Как же не повезло с размещением», — Я, конечно, не сказал об этом вслух, но права на собственные мысли никто не отменял. — Тогда мы пойдем на урок! — Сьюзи стала активнее. Остальные тоже. Видимо, “сонный час” подействовал. — И да-а. Не переживайте, Вы незаменимый классный руководитель! Лучший. Просто лучший. Я Ваш фанат. — Фритц подошел поближе, заговорщицки прикрыв ладонью рот. Он пробормотал через стол. — Спасибо за то, что натянули мне четыре в прошлом году. Я постараюсь учиться лучше, обещаю. После этого они молниеносно ушли, и я услышал, как скрипят дверные петли соседнего кабинета. Тишина. — Я бы хотел, чтобы они также молниеносно отвечали на практике, как выбегают из кабинета. — Одна из рук потянулась за стаканчиком кофе – машинальное действие. Пришлось досадно цокнуть, ведь я не успел его взять в столовке утром. Поторопился. — Пять минут перемены. Пойду что ли возьму кофеек, потом вернусь и посижу за ноутбуком, если останется время. Я так и сделал. Спустился на пару этажей вниз, чрез толпы начальных классов. С некоторыми перекинулся словами, типа: “здравствуй”. Хоть об этом особо никто не говорит, однако, когда тебя узнают – это приятно и поднимает настроение. Зайдя в просторное помещение, обнаружилось, что из детей никого не было. Точно, еще одна причина поторопиться, ведь две-три минуты и звонок. Я уже заранее знал, что хочу, поэтому долго не задерживался. Приставил карточку к терминалу для оплаты. Нудно подождал, когда аппарат вольет жидкость в одноразовый стакан. И… Собирался повернуться, чтобы уйти. Только я не учел, что позади меня вновь был кто-то. Я врезался. Это уже второй раз за день, но еще более неудачный. То, что я хотел выпить вылилось на пиджак, только потому что я не успел накрыть напиток специальной крышкой. — П-прости пожалуйста. Я… — Собеседник исказился в неловкости. Еще бы. Как он вообще оказался настолько бесшумно за моей спиной? Я же должен был услышать. — Дай угадаю, более аккуратен? Временами. — Я был настроен максимально скептически. То ли неприязнь, то ли еще что. Иначе бы я не придал огласки словам, сказанным ранее. — Ха-х… в точку. — Он тут же потянулся за салфетками, что лежали на столе рядом и вручил их мне. Я протер все то, что было возможно и вышвырнул впитавшую жидкостью бумагу в урну. — Не переживай, я оплачу новую партию кофе. Для тебя и меня. «Да у меня зарплата больше, чем у тебя раза в два». — Я сам могу. — Моя рука вновь нажала на позицию, которую я хотел, но когда настал черед оплаты – чужая опередила меня. — …Нет, я настаиваю. Я сдержал презрительный смешок, сохранив на лице добродушную улыбку. Доиграешься так. — Спасибо, но знаешь, не обязательно. Как будто специально проигнорировав мои слова, он оперся о стену, продолжив свою тарантиновскую речь. Мои пальцы изредка ударялись о края столешницы – нужно было чем-то отвлечь себя. Он поведал весьма занятную историю, мол: не смог прижиться на прошлом месте работы. Деталей избегал, говоря, что больная тема. Впрочем, не суть. Ему достался класс 5 “Г”. Хм, почти совпадение, ведь у меня 5 “А”. Близкие классы, раньше были одним большим, просто так уж поделили на гуманитариев и физматов по направлениям. Я тоже рассказал ему в крации про себя. Из надобности. — Уильям, да? Русский язык и литература. Хорошо, тогда… будем друзьями? — Конечно. — Я все еще немного поражался, как я смог его заинтересовать так быстро. Хотя, мне весьма несложно признать себя очаровательным. — Упс-с, мне уже пора! Он взглянул на свои наручные часы, увидев, что от урока прошло уже пару минут. — Да, ты прав. Кстати, у меня, получается, урок с твоим классом? — От этого напоминания у меня свело челюсть. — Верно. — Я поплелся к выходу. — Не будь с ними так строг, ладно? В прошлом году частенько проводили замены. Может, месяц или два подряд. Учителя на замене вообще не спешат учить детей, как ты знаешь. — Даже не думал быть строгим. — Он улыбнулся мне вслед, оставаясь некоторое время на месте. Глаза сквозили неподдельной заинтересованностью. Я ушел.

***

Уже по прошествию пары часов захотелось закутаться в теплой постели, и не выходить на работу никогда. Я ощущал себя участником какого-то дебата, пытаясь спокойно, ни в коем случае, не повышая голос убедить класс вести тихо. Почему до некоторых все доходит с первого раза, а до некоторых нет? Так вымораживает. Меньше всего хотелось сорвать связки, ведь у меня такое случалось. Далеко не одно из самых приятных чувств. Не первый раз, когда я убеждаюсь, что 5 “Г” – не умеет слушать. Например, Кэсседи. Эта особа невзлюбила почему-то именно меня из всех учителей, что преподавали в школе. Я пытался найти способ договориться, искал компромисс. Никак. Неуважительное отношение – еще цветочки. — Раздвинь ноги. — Я недовольно сказал, нависнув над ее партой. Почему-то все резко начали смеяться с моих слов, хотя я не нашел ничего развлекательного в этом. — Не слишком личная просьба, старый? — Личная просьба? Не опошляй мои слова, когда в них совершенно ничего нет. Думаешь, я не понимаю, что там телефон? — Она даже не дернулась, чтобы отдать мне свое устройство. Я был раздосадован. — Разве так сложно сосредоточиться на материале? Кончайте уже. Вновь смех и пару непонятных мне присвистываний. Продержаться в этом цирке еще десять минут, когда ржание доносится из каждого угла – невозможно. — Может, все было бы легче, если бы не эти чертовы контрольные. Вот новый учитель по математике… — И как же он учит? — Мое разочарование сменилось возмущением и, вместе с тем, росло в геометрической прогрессии. Как так можно говорить, если я учу здесь невесть сколько, а он не смог закончить проклятый день? Очевидно, наглая девчонка поставила на мне крест, как только увидела, вот и придумывает. — Добрый, мягкий. Сказал, что готов остаться после занятий и объяснить тему, если кому-то не понятно. Не душит информацией, которая не нужна. — Не эффективно. По каждой теме должна проводиться контрольная, чтобы понять, как ученик усвоил тот или иной материал. После этого предпочитаешь его мне? — Он не Вы. — Кэсседи указала на меня пальцем, что не особо красиво. От такой дерзости я оборонительно скрестил руки на груди. — И Вы мне не нравитесь. — Я бы не хотел переходить на личности. Еще раз увижу за телефоном – будем говорить по-другому. Далее… я провел что-то похожее на контрольную, но не совсем. Небольшое сочинение на тему того, чем ты любишь заниматься свободное время. Вообще, мне как бы все равно (действительно, я же не класс рук этого класса), если там не написано радикальное и не нужно упекать под руку к психологу. По большей части это необходимо для проверки орфографии и пунктуации, ведь группа довольно слабая. «Нет, я точно не буду проверять сегодня. Мне нервы и рассудок еще нужны», — забрав последний листок, я положил его в аккуратно сложенную стопочку. Чьи-то пальцы коснулись моего рукава. Пришлось оглянуться. — Снова привет, незаменимый классный руководитель! — Я не был удивлен, увидев знакомую четверку, хоть что-то хорошее. — В обще-ем, мы выжили после двух уроков алгебры. Получается… сегодня сокращенный день. Сейчас пойдем по домам, но решили заглянуть к Вам. — Пауза, но теперь более взволнованно. — У Вас плохое настроение? — А… — Учитывая мой лохматый вид, наверное, стоило сказать “да”. Хотя, я обеспокоен словами Кэсседи, что новое лицо коллектива лучше меня. Моя репутация должна быть неоспоримо безупречной. — Нет, просто… как у вас прошли занятия с Генри? Возможно, я тайно не хотел слышать правду, а что-то обнадеживающе лживое. Но, уже задавая этот вопрос, я знал, каков примерно будет ответ. И он будет не в мою пользу. — Занятия прошли хорошо! Он очень добрый! — Сияв от радости пробормотала Сьюзи. — Мы заработали первые пятерки, к тому же, он сказал, что не будет портить нам в будущем аттестаты плохими оценками. — Я слышал, его достаточно много учеников хвалили. Достойно. — Я поднялся с места. — Можете тогда идти домой. Мне надо отлучиться. — Хорошо, кстати!.. — Фритц хотел сказать очередную глупость, но Габриэль оттащил его под руку. — Ты такой скучный…

***

Я зашел в кабинет зам директора после того, как чуть остыл. У нас с ним не очень хорошие отношения, однако несмотря на это, мне нужно было тут находиться. Как минимум для того, чтобы сдать подписанные детьми бланки ознакомления с правилами в школе. — Что? — Он пару раз лениво махнул веером, будто ему стало жарко. Будто он занят своими “важными” делами, хотя только и делает, что принимает звонки на горячей линии. Так наигранно. Напыщенный… Я сдержался. Молча пододвинул пальцем бумажки ближе к той части стола, где он сидел. — Шевелись быстрее. У меня не так много времени. — Я в курсе. — Моя физиономия давала трещины, ведь периодически мой голос ломался с спокойного к более грубому. — Прошу прощения, но у меня есть важный разговор. — И что это за разговор, который не может подождать до завтра? — Почему Вы решили поставить на должность учителя математики именно Генри? Это важный предмет, но он, буквально, ставит детям оценки просто так. Человек без опыта работы, а также умения коммуницировать с младшим поколением не может преподавать в школе. От такого заместитель удивился и отложил веер, наконец, обратив на меня внимание уже нормально. — Без опыта работы? У него опыта побольше, чем у тебя. И может, если он ставит положительные оценки, то хорошо преподает. Ученики им заинтересованы. — Затем он с провокацией добавил: — Может это тебе стоит поучиться, лучший учитель? Я вспыхнул искрой, как подоженная спичка. Ах ты мерзкая сука. — Очень ценю твой совет. Но правда всегда на моей стороне. Только время сможет показать, где и когда он допустит непоправимую ошибку. — Я приблизился к нему. Руки напряженно упали на стол, по обе стороны от него. Можно сказать, я навис над ним. Изредка меня заносит. Уверен, не о чем беспокоиться. В этом нет ничего страшного. — И тогда смеяться будешь не ты. Зам директор пару раз хлопнул глазами, прежде чем отъехать на стуле с колесиками назад. Наверное, не ожидал, что против него могут оскалить клыки подчиненные. Оно и видно, ведь ручонки полезли держаться за подлокотники. — Полегче. Я же просто шутил. Не нужно злиться и действовать на горячую голову… — Брось. — Поправляя волосы и отряхивая одежду, я отодвинулся на более приличную дистанцию. Нужно успокоиться. Я отвернулся с тихим смешком. Что меня так встревожило? Его хамское поведение? День не с той ноги? Зависть к любому, кто сможет стать лучше меня? Легкая ухмылка появилась на лице, украсив меня совершенностью. Я говорил уверенно, вставая в непринужденную позу. Словно собирался выступить. Прочесть монотонно страницу из какой-то книги на зал слушателей. — В конце концов, я же не чудовище.