Guardian Angel

Хитоши никогда в этом не признается — по крайней мере, вслух, но Бакуго был довольно хорошим лидером. Он провёл их через лабиринт почти без проблем. Правда, они проигнорировали довольно много гражданских: «Нам нужно первыми добраться до центра, если мы это сделаем, то не будет иметь значения, сколько жалких статистов мы "спасём"», — сказал Бакуго. Монома настаивал на том, чтобы они спасли больше гражданских, поскольку им нужно было показать, на что способен класс 1-Б. Любой протест Хитоши против игнорирования гражданских практически улетучился после этого. Так что неудивительно, что они пришли вторыми. Бакуго кипел от злости, а Монома ныл о том, что его тянули вниз «лузеры из 1-А». Что касается него, Хитоши не был зол на их результат — честно говоря, он мысленно был готов к самосаботажу, когда услышал, что Монома в его команде, но он знал, что Изуку будет разочарован, если он так поступит. «У нас двенадцать студентов, выходящих в финальное испытание Спортивного Фестиваля!!!! У вас будет десятиминутный перерыв, пока мы распределяем вас по парам для сражений. Именно так, народ, финальное испытание — это долгожданные ОДИН-НА-ОДИН ТУРНИРНЫЕ БОИ!!!» Восторг Хизаши был заразителен — толпа немедленно закричала и скандировала в поддержку своих любимых студентов. Хитоши с гордостью услышал, что довольно многие выкрикивали имя Изуку. «Наконец-то», — Монома схватил Хитоши за плечо, и тот пристально посмотрел на него, молча предупреждая отпустить. «Я докажу тебе, что я лучше тебя. Я выиграю каждый бой и уничтожу тебя раз и навсегда на той сцене, так что будь готов, Хитоши Айзава». После этого Монома отпустил его руку и зашагал к раздевалкам. Затянутый свист привлёк внимание Хитоши к Денки Каминари, у которого на лице было очень самодовольное выражение. «Чего?» — рявкнул он. Денки рассмеялся над ним, прежде чем сказать: «Да ничего. Совсем ничего». И затем он тоже ушёл. «Какого чёрта?» — пробормотал Хитоши. «А я-то думал, ты действительно умный», — сказал Бакуго, прежде чем последовать за Каминари в раздевалки. Хитоши нахмурился вслед. Это что, «день насмешек над Хитоши» или что-то в этом роде? Он отбросил свою досаду в сторону, решив вместо этого поискать Изуку — в конце концов, его брат заслуживал поздравлений за то, что привёл свою команду к первому месту. Быстрый осмотр стадиона не показал никаких признаков Изуку. Хитоши нахмурился от недоумения. Неужели он уже ушёл в раздевалки? Хитоши последовал за одноклассниками, надеясь найти Изуку там.

***

«Наш первый бой в первом раунде будет чрезвычайно интересным, народ! Это принц семьи Иида, Тенья Иида, против единственного студента, дошедшего так далеко, который не является частью Геройского Курса: Мэй Хацумэ! Гений поддержки! Как ты думаешь, как справится твой студент, Сотриголова?» — спросил Сущий Мик своего угрюмого напарника. Вздох Айзавы был слышен через его микрофон, прежде чем он ответил: «С Иидой всё будет в порядке, хотя я бы не списывал Хацумэ со счетов только потому, что она на курсе поддержки. Это будет занимательный бой». Тенья Иида несколько усомнился в словах своего сэнсэя, учитывая, что тот звучал так же скучающе, как всегда. Мэй Хацумэ, розоволосая студентка поддержки, загнала Тенью в угол, когда он выходил из раздевалки. Тенья внимательно её изучил. Её глаза были завораживающими — вместо типичного кольца цвета её зрачки были окружены золотыми шестерёнками. Она была намного ниже его, но её уверенная поза делала её небольшой рост почти совершенно неважным. Она также что-то говорила ему. Тенья встряхнулся, настроившись на её слова. «Я уже получила разрешение! Так что, что скажешь? Ты с нами?» — волнение девушки было осязаемым, и на мгновение Тенья отвлёкся на её восторженность. «Иида?» — эта восторженная улыбка сошла с её лица, сменившись выражением замешательства, и Тенья наконец вышел из транса. «О, эм, да... Конечно». Он слепо согласился на всё, о чём она его просила. Возможно, ему следовало попросить подробностей, а не соглашаться на что бы то ни было, о чём она его просила, но счастье, которое его ответ принёс ей, стоило любой цены, которую ему придётся заплатить. Или, может быть, нет... Потому что в тот момент, когда Тенья вышел на боевую площадку, экипированный собственными разработками Мэй Хацумэ, он понял, что его шансы произвести хорошее впечатление в этом бою были ничтожны. «Этот бой немного отличается от наших обычных схваток, не так ли, Сотриголова?» — начал комментировать Мик. «Вы заметите, что студенты одеты в нечто большее, чем их обычная форма для Спортивного Фестиваля. Это благодаря Мэй Хацумэ, которая сама разработала эти предметы. Это снаряжение поддержки, и, по словам Погрузчика, это лишь начало того, на что она способна в дизайне». Айзава на этот раз не звучал так скучающе, как обычно. Иида мог только молиться, что это было из-за самого боя, а не из-за абсолютно нелепого наряда, в который Хацумэ его облачила. На его двигателях были закреплены небольшие охлаждающие устройства, которые, хоть и практичны, но выглядели не круто. Также была серия трубопроводов, которые направляли выхлоп его двигателей к спине, чтобы помочь ему набрать скорость. Они выглядели круто, но ощущались слишком сковывающе, чтобы позволить его обычную амплитуду движений. В целом он чувствовал себя больше куклой для переодевания, чем студентом-героем. У Хацумэ был пояс с инструментами, надетый поверх униформы, с большой сумкой, казалось, лопающейся от того, что Иида мог только предположить, были ещё гаджеты. На её голове было специальное головное устройство с прицелом, с таким количеством наворотов, что Иида не мог не сравнить его с оптометристом, к которому он ходил каждый раз на проверку зрения. Иида запустил двигатели, поморщившись, когда выхлопные трубы издали громкий хлопок. Он не был разваленной машиной и не оценил, что звучал как одна. Мэй Хацумэ ухмыльнулась ему, и затем её голос начал транслироваться по стадиону. Казалось, её головное устройство также было оснащено микрофонной системой. «Иида здесь оснащён двумя моими собственными детищами! Мой охладитель двигателя подходит для любого, чья причуда легко перегревается». Иида бросился на неё, намереваясь выбить её за пределы площадки, но она легко отпрыгнула в сторону. «Иида также оснащён системой отвода для перенаправления выхлопа его двигателя! Как вы можете видеть, это даёт ему огромный прирост скорости, но его манёвренность всё ещё требует доработки!» — она снова увернулась, когда он попытался снова. «Мои детища пока только в фазе тестирования, и с большим временем здесь, на курсе поддержки Юэй, я планирую сделать их достаточно хорошими для использования любым про-героем на поле! Так что следите за мной! Это М-Э-Й Х-А-Ц-У-М-Э!» — с эффектным поклоном Мэй Хацумэ сама перешагнула за ограничительную линию, оставив Тенью растерянно смотреть ей вслед. «Что ж, это было... интересно!» — сказал Мик. «Хацумэ вышла за пределы, что означает: Тенья Иида выигрывает свой первый раунд и проходит во второй. Сотриголова, кто у нас следующий?» «Это будут Фумикаге Токоями из класса 1-А против Денки Каминари, также из 1-А», — сказал Сотриголова, снова звуча скучающе и нуждаясь в кофе. «1-А — твой собственный класс, Сотриголова. Есть ли у тебя какие-либо соображения относительно исхода?» — игриво сказал Майк. «Тебе просто придётся посмотреть», — протянул Айзава. «Вы слышали его, народ, вам придётся посмотреть, чтобы узнать исход нашего второго боя! Участники, проходите на стадион!!!!»

***

Денки нервно грыз ноготь большого пальца, расхаживая по раздевалке. Он плохо знал Токоями, но достаточно, чтобы понимать, что Тёмная Тень сильна. Эта причуда чуть не убила Токоями на USJ, а Токоями буквально с ней связан. Денки понятия не имел, как он должен сражаться с этой штукой. «Каминари», — Токоями положил руку на плечо Денки, и тот быстро убрал руку, смущённый тем, что подросток увидел, как он грызёт ноготь. «Ага?» — пискнул он. «Нас вызывают на бой», — Токоями указал на телевизор в раздевалке, который показывал, что происходит и кому куда идти. Действительно, на доске чётко были указаны их имена: «бой скоро начнётся». «П-правильно». Денки выскользнул из захвата Токоями и быстрым шагом вышел из комнаты, внезапно почувствовав себя слишком душно с Токоями внутри. Когда он добрался до боевой арены, он не смог сдержать напыщенной улыбки, которую подарил толпе. «Просто веди себя уверенно, не дай им увидеть твой страх, Денки», — строго проинструктировал он себя, хотя его голос звучал слишком похоже на Кьёку для утешения. Его давняя подруга детства была слишком строга в том, что касалось его самопрезентации. Обычно она была надоедливым голосом разума в его голове. Токоями вышел на сцену стоически, как всегда, его настроение было практически невозможно разгадать на лице, покрытом перьями и большим клювом. Хотя Денки заметил скованность в его плечах, которой обычно не было. «Пусть тьма ведёт меня», — тихо сказал Токоями сам себе, его глаза на мгновение закрылись с этими словами. Денки отвел взгляд, чувствуя себя нежеланным наблюдателем ритуала Токоями. «И ТАААААК, ПУСТЬ ВТОРООООЙ БОЙ НАЧНЁТСЯ!!!» — внезапное вторжение Мика было настолько ошеломляющим, что Денки замер. Однако Токоями — нет. В течение секунды Тёмная Тень вырвалась из Токоями и устремилась прямо к Денки, который вздрогнул. «Нужно достать его, нужно достать искрящегося!» — Тёмная Тень радостно напевала, приближаясь к Денки. Позже, когда его спросят, Денки скажет: «Это инстинкты», или «Я просто настолько хорош!», но то, что произошло на самом деле, было гораздо глупее. Мозг Денки выдал команду телу в тот момент, когда Тёмная Тень подобралась слишком близко. В страхе его молния вспыхнула сама собой, ослепительно сверкнув из него. Он не знал, сколько заряда выпустила его причуда, но этого было достаточно, чтобы его мозг на время отключился. Всё, что он знал, это то, что он пришёл в себя в лазарете, где Кьёка щипала переносицу в своём типичном проявлении раздражения, а Исцеляющая девочка суетилась вокруг без забот. Денки застонал, что привлекло внимание Кьёки, и её рука опустилась. «Итак, идиот вернулся, как я вижу». «Что случилось?» Он знал, что случилось, в некотором смысле, но он не знал исхода самого боя. «К моему удивлению, ты победил. Оказывается, Тёмной Тени не слишком нравится твоя светошумовая граната. Причуда Токоями была настолько расстроена этим, что швырнула их обоих за пределы ринга в отчаянной попытке избежать твоей молнии. Ты, возможно, первый студент в истории спортивного фестиваля, которого пришлось выносить с поля после победы, в то время как его противник, проигравший, ушёл без забот. Честно говоря, просто знать тебя — это позор», — фыркнула Кьёка. Денки разразился истерическим смехом. Это было прямо как он, честно говоря. «Знать меня? Попробуй быть мной! Я позорю себя каждую секунду каждого дня!» «Эй!» — Кьёка ударила его по затылку. «Ай! Какого чёрта, не бей кого-то в лазарете, это просто жестоко», — взныл Денки. «О, пожалуйста, ты здесь только из-за собственного отсутствия контроля. Кроме того, единственная, кому позволено издеваться над тобой, — это я. Ты мой лучший друг, Дэнкс, я отказываюсь принимать любые негативные разговоры о тебе. Даже если они исходят от тебя». Денки рассмеялся, полностью смягчённый заботой Кьёки о нём. Он действительно не заслуживал друга вроде неё. Она всегда его поддерживала. Она была первым человеком, которому он открылся — правда, когда он сказал ей, что он би, она усмехнулась и сказала, что переплюнула его, поскольку она лесбиянка и явно более превосходящая сексуальность. Это вызвало довольно серьёзную перепалку между ними, прежде чем Денки заявил, что у него больше доступных людей для свиданий, на что Кьёка просто фыркнула и сказала, что это значит лишь то, что ему придётся встречаться с «отвратительными мужиками». Да, Денки действительно ценил их дружбу. «Давай, Денкс, нам нужно подготовить тебя ко второму раунду. Они вот-вот начнут третий бой первого раунда». «Ага?» — Денки потянулся, слезая с кровати. «Кто следующий сражается?» «Монома, болтливый блондин из 1-Б, против Шиозаки, девчонки с волосами-лозами», — пожала плечами она, пока они вдвоём направлялись обратно на стадион, плечом к плечу.

***

Хизаши надулся, передавая Шоте горсть денег. Правда, ему следовало бы усвоить, что никогда не стоит заключать пари с Шо, у которого была невероятная способность выигрывать каждый раз. Но на самом деле больше нечем было заняться, пока они были заперты в комментаторской кабине целый день. «Как ты узнал, что Каминари победит? С его обратной связью от причуды, я был уверен, что Токоями выиграет». Шота откинулся на спинку стула, их микрофоны были временно отключены. «Тёмная Тень черпает силу из тёмных мест. В этом была вся проблема, когда они оказались в ловушке в пещере на USJ. Я заметил, что причуда довольно стабильна на уроках, не увеличиваясь и не уменьшаясь особо в размерах. Единственный раз, когда я видел, как она меняет размер, был на USJ, где она стала огромной, и ещё однажды по дороге на тренировочные поля — она была под прямыми солнечными лучами и крошечной». Шота объяснил, закрыв глаза. Действительно, Хизаши нужно было скоро уложить мужа вздремнуть. Он выглядел таким несчастным. «Понимаю, так это яркость молнии Каминари заставила тебя предсказать исход». Хизаши обожал, насколько умён был его муж. Шота ничего не ответил, кроме кивка головой. «О, следующий матч вот-вот начнётся», — заметил Хизаши, когда два студента вышли на поле. «Приободрись, Шо, время шоу». Шота снял микрофон со стойки, предпочтя комментировать из расслабленной позы, откинувшись на стуле. Хизаши с любовью закатил на него глаза, зная, что ему придётся вести комментарий к этому матчу в одиночку. «Итак, народ!!! Это должно быть суперзахватывающе! Виноградноволосая принцесса 1-Б против Клонирующей Угрозы, также из 1-Б — Ибара Шиозаки против Нейто Мономыыы!» Хизаши использовал свою внутреннюю энергию диктора бойцовского ринга, гордо ухмыляясь, пока толпа ликовала вместе с его восторгом. Два студента выглядели готовыми к матчу, и толпа определённо была готова, поэтому Хизаши откашлялся, прежде чем сказать: «Ииии начииинайте!» Шиозаки действовала первой, запустив свои лозы в цементный пол. «Шиозаки не теряет времени, отправляя лозы в бетон за секунды! Что она планирует, мы можем только ждать и смотреть!» Монома не двигался, фактически казалось, что он ждёт, пока её лозы снова появятся. И действительно: «О! И вот её лозы. В мастерском движении лозы Шиозаки прорвались из бетона позади Мономы. Подросток полностью захвачен лозами, как же он выберется из этого?» Монома немного поборолся в лозах, прежде чем самодовольно усмехнуться Шиозаки. «Что это? Монома прекратил борьбу? Как думаешь, что у него на уме, Сотриголова?» «Должно быть, у него есть причуда в запасе. Он может копировать и временно хранить причуды, вероятно, он стащил одну перед боем», — сказал Шота, всё ещё закрыв глаза. «Кажется, оценка Сотриголовы верна! Посмотрите на это лезвие! Монома превратил свою руку в лезвие, Сотриголова, чья это причуда?» «Хм, скорее всего, это причуда его одноклассника Тогару Камакири: Острое Лезвие. Его причуда позволяет ему превращать любую часть тела в лезвие с острым краем. Неплохой выбор против лоз Шиозаки». Монома освободился, перерезав лозы, из-за чего Шиозаки нахмурилась на него. Затем он побежал к девушке. «Монома в движении, каков его план теперь? Шиозаки уклоняется от его первого удара, и вот второй уклон — действительно впечатляющая подвижность с её стороны». Монома был небрежен, его боевая техника была разрозненной. Хизаши сразу понял, что Шиозаки выиграет это, несмотря на невыгодность положения против скопированных лезвий Мономы. «Монома снова атакует... и попадает в воздух! Способность Шиозаки уклоняться действительно впечатляет и... ПОДОЖДИТЕ, что это? Все эти уклонения были отвлекающим манёвром! Шиозаки захватила лозой ногу Мономы! И МОНОМА ВЫБРОШЕН ЗА ПРЕДЕЛЫ РИНГА! Несмотря на лезвия, Монома не смог вовремя освободиться и был устранён. Шиозаки ПОБЕЖДАЕТ!» Толпа радостно закричала, когда матч подошёл к концу. Что было неудивительно, учитывая, что последние два матча были не очень захватывающими для просмотра. «Сотриголова, кого мы увидим сражаться дальше?» Шота, этот абсолютный слюнтяй, резко поднялся, внезапно полностью проснувшись. «Хитоши Айзава из класса 1-А против Кацуки Бакуго, также из класса 1-А». Шота обменялся заговорщическим взглядом с Хизаши, который перевёл внимание на поле, где Кацуки Бакуго и Хитоши уже вышли на поле боя.

***

Хитоши был в ярости. Как смел Бакуго оказаться тем, с кем он будет сражаться первым. Не было никакого шанса, что померанский шпиц ответит на какие-либо его вопросы — подросток к тому времени уже знал, как работает его причуда. И, несмотря на глуповатый вид, Кацуки Бакуго был одним из самых умных учеников во всей школе. Хитоши знал, что проиграет этот бой. Он лишь надеялся, что хотя бы попадёт по Кацуки. Бакуго выглядел на удивление сдержанным на нём не было обычной хмурости и убийственного взгляда. Он казался хладнокровным и собранным, чего Хитоши определённо от него не ожидал. «Эй, мы оба знаем, что я выиграю это», — уверенный голос Бакуго был достаточно громким, чтобы Хитоши услышал, но больше никто. «Так сделай бой стоящим». Хитоши кивнул — это было достаточно легко. В любом случае, он хотел того же результата. Он был более чем готов сделать это хорошим боем. «И НАЧИНАЙТЕ!» Хитоши точно знал, что Кацуки попытается атаковать его первым, что означало, что его лучший шанс попасть по нему — опередить его «удар». Поэтому, как только матч начался, Хитоши пришёл в движение. Бакуго ринулся на Хитоши, его взрывы подгоняли его; Хитоши упёрся ногами, готовясь к неизбежному столкновению с Бакуго — траектория блондина направляла его прямо на него, поэтому прямо перед столкновением Хитоши развернулся в сторону. Бакуго пролетел мимо него, дав Хитоши момент, необходимый для удара. Ему удалось задеть плечо Бакуго, но блондин был практически создан для воздушного боя. В считанные мгновения он уже развернулся обратно. Восторженный блеск в его малиновых глазах показывал, как он был рад, что бой не закончился слишком быстро. После этого Хитоши потерял себя в их поединке. Они обменялись несколькими ударами — Бакуго играл с ним. Блондин твёрдо держал ноги на земле после первой атаки, он даже сдерживал силу своих взрывов. Несмотря на это, Хитоши обнаружил, что ему весело. Это почти напоминало ему тренировки с Кейго — спарринги взад-вперёд, пока кто-то не устанет или не сдастся. Они уже дрались несколько минут, и, к досаде Хитоши, он мог сказать, что Бакуго близок к завершению боя. Действительно, Бакуго завёл его прямо к ограничительной линии. «Прости, Айзава, с тобой покончено!» Хитоши поднял бровь: «Что заставляет тебя так думать?» «Последние пять минут я хорошенько попотел», — Бакуго послал ему акулью ухмылку, и Хитоши был уверен, что его лицо исказилось от ужаса. Он не подумал задать вопрос со своей причудой, уверенный, что Бакуго никогда не утрудит себя ответом. И теперь он упустил свой шанс. Теперь, когда он осознал план Бакуго, всё стало очевидным. Кожа Бакуго блестела от пота или, точнее, нитроглицерина. «Ах, чёрт», — он поморщился. «Ты мог бы просто принять поражение и выйти первым», — поддразнил его Бакуго. Хитоши усмехнулся: «Мечтай. Я никогда не приму поражение. Если ты хочешь эту победу, тебе придётся забрать её у меня силой». Хитоши крепко зажмурился, когда Бакуго поднял ладонь к его лицу, другой рукой поддерживая запястье. «В таком случае... СДОХНИИИИ». На удивление, взрыв не причинил такой уж большой боли. В основном это была сила, выбросившая его за пределы. Удивительно, но в нём было мало жара. Хитоши задался вопросом, не сдержал ли Бакуго и этот взрыв тоже, а затем он врезался в цементную стену стадиона, его зрение потемнело, когда его голова с отвратительным треском ударилась о поверхность.

***

К тому времени, как Хитоши очнулся, следующий бой уже закончился. Тецутецу и Эйджиро Киришима сражались даже дольше, чем Бакуго и Хитоши. Похоже, их бой длился пятнадцать минут и закончился, когда сэнсэй Полночь настолько заскучала, что использовала свою причуду, чтобы вырубить их обоих, и объявила матч ничьей. «Что это означает для турнирной сетки?» — спросил Хитоши Изуку, который, конечно же, пришёл проведать его. «Это значит, что они оба пройдут дальше, и в следующий раунд возьмут одного человека, проигравшего в первом раунде с наивысшим баллом. Они не смогут побороться за первое место, но будут иметь право на третье». Хитоши промычал. Он не ожидал ничьей, но, учитывая, что у Тецутецу и Киришимы была одна и та же причуда, это не было таким уж сюрпризом. «Интересно, каков будет их финальный результат». «Я знаю, прошло много времени с тех пор, как на спортивном фестивале была ничья». Изуку задумчиво посмотрел на линолеумный пол лазарета, и Хитоши на мгновение задумался, не думает ли тот о своём прошлом. «Какой следующий бой?» — он, конечно, знал — оставался всего один бой. Изуку вздрогнул от удивления. «О, чёрт, мне нужно быть на арене! Прости, Тоши, мне бежать». Изуку споткнулся о собственные ноги на выходе, его крылья, которые всё ещё были прижаты к спине, заставили его пошатнуться сильнее, чем обычно, и Хитоши молча наслаждался каждой секундой, наблюдая, как его грациозный брат становился кем угодно, только не им. Хитоши хихикнул, когда тот вышел из комнаты. «О, ты смеёшься? После того жалкого боя?» Улыбка сошла с лица Хитоши в тот момент, когда он услышал этот знакомый самодовольный голос. «Какого чёрта ты здесь делаешь?» Монома вошёл в лазарет, его светлые волосы впервые после его собственного боя были растрёпаны. «Что, парень не может побеспокоиться об однокласснике в лазарете?» Хитоши почувствовал, как дёрнулся глаз. «Какого чёрта это должно означать?» Монома наклонился над его кроватью, его глупо-красивое лицо полно собственного веселья. «Это значит всё, что ты хочешь, чтобы это значило, Цветочек». Хитоши напрягся, потому что, честно говоря, что, чёрт возьми, не так с этим парнем? У него было несколько вещей, которые можно было сказать — колкие замечания или пара оскорблений. Вместо этого его тупой мозг ответил: «Ц-цветочек?» Монома выпрямился, теперь стоя на безопасном расстоянии от Хитоши. «Увидимся, Цветочек», — сказал он с подмигиванием, затем ушёл — абсолютный ублюдок. «Какой чёртов мудак», — прошипел Хитоши на пустое место перед собой.

***

«Дамы, господа, сёстры и братья, наш последний матч первого раунда — это долгожданный поединок: Шото Тодороки ПРОТИВ Изуку ЯмадаАААА!» Толпа взбесилась, все с нетерпением ждали боя крылатого подростка с младшим сыном знаменитого Тодороки. Никто ещё не знал о задержании Энджи Тодороки ранее в тот же день, всё, что они знали, — сын второго героя вот-вот сразится с подростком, который отказывается использовать свою причуду. Изуку улыбнулся Шото, когда они стояли друг напротив друга. Солнце над их головами и ликующие крики, звенящие в ушах. «Готов к этому, Шото?» Разноцветные глаза встретились с его собственными. «Я не буду его использовать», — упрямо настаивал он. Улыбка Изуку стала меланхоличной. «Это твой выбор, Шото. Но мне бы не хотелось, чтобы ты отказывался от части себя только потому, что один ублюдок попытался объявить ТВОЮ причуду своей. Это не его сила, Шото. Она твоя. Так используй её и покажи ему, насколько ты лучше него». Шото уставился на него, ошеломлённый до глубины души заявлением Изуку. Изуку молча задался вопросом, был ли у Шото когда-либо кто-то на его стороне. «Пусть последний матч... НАЧНЁТСЯ!» Объявление Хизаши вызвало новые крики на стадионе. Изуку кивнул Шото раз, показывая, что готов, и когда Шото ответил кивком, они начали. Шото Тодороки был талантлив, Изуку уже знал это, но его страх перед огнём делал его предсказуемым. Пока подросток отказывался от своего огня, он был ограничен дальним боем. Изуку знал, что для победы ему нужно добраться до Шото до того, как у того появится шанс поймать его в ледяной взрыв. Изуку обычно был намного быстрее, но его скорость была ограничена из-за скованных крыльев. Шото выстрелил в него ледяной стеной, как и ожидал Изуку. К счастью, стена была достаточно небольшой, чтобы Изуку смог перебраться через неё, а на спуске он использовал лёд, чтобы скользить быстрее, оказавшись прямо перед Шото. Изуку использовал те же приёмы, что и против клонов в лабиринте — удар ладонью по горлу и подсечка. Шото был в его команде в лабиринте и поэтому уже знал его уловки. Это означало, что, хотя Изуку и попал по горлу, ему не удалось выбить ноги из-под Шото. Шото сильно закашлялся, когда его горло спазмировало от силы удара. Изуку был впечатлён тем, что он смог уклониться после такого удара. «Давай, Шото. Используй свой огонь», — молча бросил ему вызов Изуку. Шото прошипел на него, но всё ещё не использовал огонь. Вместо этого он выстрелил льдом, который был слишком медленным, чтобы попасть в Изуку, даже замедленного. «Ты знаешь, что никогда не победишь меня половиной себя, Шото», — сказал Изуку, отчаянно надеясь, что другой подросток наконец сдастся. Он кое-что знал о стыде за своё происхождение, но это не означало, что Шото должен подвергать риску себя и других, отказываясь выкладываться на полную. «Я понимаю, правда понимаю. Но мы больше, чем наши родители!» Глаза Шото расширились, явно уловив смысл слов Изуку. «Пожалуйста, Шото, не дай ему победить». Изуку увидел момент, когда он убедил его. Решимость в его взгляде была практически внушающей благоговение. «Хорошо», — прошептал он. И затем на стадионе стало намного жарче, чем прежде, когда Шото воспламенил левую сторону, его рубашка формы сгорела в пламени. Его волосы были растрёпаны, красные и белые пряди смешались из-за перепадов температуры и внезапного ветра, который они создали. Изуку уклонился от его первого огненного взрыва. Шото явно был неопытен с ним. К пятой атаке он, казалось, вошёл в ритм, его огонь становился более контролируемым, чем больше он его использовал. Изуку был невероятно горд им. Если бы это не был Спортивный Фестиваль, Изуку уже стал бы невидимым, он использовал бы свои крылья, чтобы одолеть его. Но ему нужно было доказать свою точку зрения, и поэтому он добровольно оставался без причуды, отвечая на огонь Шото собственными мощными ударами. Он использовал хаотичную смесь боевых искусств — удары ногами из тхэквондо, удары из каратэ, движения тайцзи. Он смешивал их настолько тщательно, что это выглядело как совершенно новый стиль борьбы. Он знал, что толпа заворожена, он чувствовал их напряжение в воздухе, пока бой затягивался. В итоге именно неопытность Шото с его огнём принесла Изуку победу. Подросток устал быстрее, чем должен был, его тело не привыкло к регулированию между огнём и льдом. Напряжение стоило ему боя, но он выглядел так облегчённо, когда всё закончилось. Шото удивил их обоих, крепко обняв Изуку. «Спасибо», — прошептал он. «Для этого и нужны друзья, Шото», — прошептал в ответ Изуку.

***

Улицы Хосу были пустынны. Большинство людей находились дома, смотря трансляцию Спортивного Фестиваля Юэй. Те, кто не смотрел, работали. Тенсей Иида, более известный как про-герой Ингениум, относился к последним. Ингениум был в середине своего обычного патрулирования. Пока что работа была довольно лёгкой. Отсутствие людей на улицах обычно означало и отсутствие преступлений. Но эта ночь не была обычной. Всё началось с панического вызова о помощи по каналу экстренной связи героев. Звонил маленький мальчик, на которого напали в глухом переулке в сердце города Хосу. Ингениум, будучи самым быстрым героем на службе, был тем, кто отреагировал. Диспетчер направил Тенсея к месту вызова, где тот быстро осмотрел территорию в поисках раненого ребёнка. Первое, что он отметил, — насколько тёмным был переулок. Он зажат между двумя массивными зданиями, далеко от любого уличного освещения. Ни на одной из стен не было окон, что не давало переулку света от самих зданий. Поиск выше не показал видимых камер. Это больше всего насторожило Тенсея. Его геройские инстинкты кричали ему, каждая кость в его теле хотела бежать как можно быстрее, но Тенсей Иида не был трусом. Где-то здесь был ребёнок, и Иида не оставит его. «Малыш?» — прошептал он в воздух, надеясь, что ребёнок ответит, чтобы он мог вытащить их обоих как можно быстрее. К его растущему беспокойству, ответа не последовало. «Чёрт», — пробормотал он. «Здесь», — дрожащий голос донёсся от того, что Тенсей мог только предположить, было мусорным контейнером дальше по переулку. В голосе было что-то не так — он звучал напряжённо. Тенсей медленно подошёл к контейнеру, внимательно следя за окружением по мере приближения. Внезапный отблеск серебра был его единственным предупреждением, но герой скорости был не кем иным, как быстрым на ноги. Причуда Тенсея активировалась в тот момент, когда его глаза заметили изменение света. Он успел увернуться прежде, чем тот, кто попытался на него напасть, смог его достать. «Кто ты?» — спросил Тенсей, только чтобы нахмуриться, не найдя никого там. Он внимательно осмотрелся, но по-прежнему не увидел никого другого. «Выходи! Это приказ!» — рявкнул Тенсей. Ответ, который он получил, был гораздо хуже, чем он ожидал. Усмешка позади него застала его врасплох достаточно долго, чтобы его атакующий успел нанести удар. «Маленький герой думает, что у него есть право отдавать приказы?» Тенсей ахнул, когда его бок начал жечь. «Ох, блядь», — прошипел он. Ингениума били не так уж часто. «Тс-тс, такой сквернослов. Интересно, что бы сказал твой младший брат?» — злодей перед ним наконец вышел на скудный лунный свет, который позволял переулок. Глаза Тенсея расширились от ужаса; несколько вещей прояснились сразу. Во-первых, этот злодей знал о Теньи, что не было слишком удивительно, учитывая известность семьи Иида, но от этого не становилось менее страшно. Во-вторых, вспышка серебра, которую он видел, была лезвием катаны, которое лениво держали у бедра. И в-третьих, этот злодей был знаком. «Это ты...» — голос Тенсея дрогнул, его обычная уверенность в собственных способностях почти испарилась в тот момент, когда он лицом к лицу столкнулся с печально известным... «Убийцей Героев: Стейном». Стейн издал ещё один леденящий душу смех. «Моя репутация предшествует мне, но твоя — вот что меня волнует». «М-моя?» — он заикался, его разум был наполнен страхом, мысль о бегстве даже не приходила ему в голову в тот момент. «О да, гордость и радость семьи Иида, глава агентства Идатен. Герой, входящий в топ двести: Тенсей Иида, Ингениум», — Стейн приблизился, и Тенсей мог разглядеть его лицо чётче в темноте. Стейн выглядел гораздо более угрожающе, чем даже утверждали слухи. На его глазах была маска, скрывающая верхнюю половину лица жутким образом. Однако его рот был открыт. С его губ стекала струйка крови, и когда он усмехнулся, Иида увидел пятна крови, портящие его жёлтые зубы. Он выглядел как демон; как жнец, пришедший забрать его душу. «Н-не причиняй мне вреда», — Тенсей сделал шаг назад от медленно приближающегося злодея. Стейн ответил ещё одним смехом, он поднял катану. «Бедный маленький герой, так напуганный стариной Стейном. Скажи мне, тебя вообще волнует ребёнок, которого ты пришёл спасти?» Тенсей замер. Он забыл. Как он мог забыть? Его глаза наполнились слезами, когда он возобновил поиски ребёнка, более отчаянно, чем когда-либо. «Думаю, я достаточно поиграл с тобой. Время умирать, Ингениум». Тенсей зарычал на злодея, готовясь атаковать, когда внезапно его тело застыло. Стэйн опустил катану, облизывая лезвие по пути. «Мир будет очищен. Я очищу его от всех ложных героев. Ты недостоин этого звания, эгоистичный человек, которого больше волнует его слава и безопасность, чем беспомощный ребёнок. Я твоё возмездие, и ты не найдёшь от меня милости». Тенсей мог только стоять там, тело замороженное, как он мог только предположить, причудой Стэйна, и молча плакать. «Мне так жаль, Тенья. Позаботься о них за меня», — и затем лезвие нанесло свой удар по его груди, оставив Ингениума во тьме навсегда.