От охотника к герою

— Я даже не знаю, кто из них победит, — Шинсо смотрел вниз с трибун. Финальный бой должен был начаться совсем скоро. — Если Танку не взгреет этого уёбка, я выбью из него всё дерьмо, — фыркнул Кацуки. — Вдохновляет… Вы с Изуку очень разные. Вы точно братья? Бакуго скрипнул зубами: — Не биологические. Ещё одно слово об этом, и я взорву нахуй твою башку. — Не биологические? Что это значит? — проходящий мимо Киришима, услышавший разговор краем уха, остановился. — Что в словах «взорву башку» неясно?! — взревел Кацуки. — Да ладно тебе. Расскажи, а? — Эйджиро подсел к этим двоим, привлечённый темой. — Закрой пасть и иди нахер! — Я уже полон желания учиться в А-классе, не надо мне рекламировать его тёплыми отношениями между одноклассниками, — ехидно протянул Шинсо. — А тебя, блять, никто не спрашивал, что и как мне делать! Остальные ребята из класса 1-А смотрели на это, как на очередную серию любимого реалити-шоу, что было очень близко к правде. По крайней мере, развлекательный компонент отрабатывался на все сто. Изуку прекрасно знал своего брата, так что понимал, что он сейчас с кем-то ругается, срывая злость из-за последнего проигрыша и переживаний об Изуку. Последнему предстоял сложный бой с тем, кому Кацуки проиграл. Конечно, он бы волновался. И, возможно, Изуку немного подлил масла в огонь своим безрассудным поступком в матче с Шинсо. В общем и целом, Кацуки можно было понять — это не первый раз, когда его брат подвергает себя опасности из-за каких-то мелочей. Но в этом матче не должно быть ничего неожиданного, верно?

***

Тодороки хмурился, ожидая объявления в своей комнате отдыха. Внезапно дверь распахнулась, и Шото с изумлением посмотрел на вошедшего учителя. Золдик довольно усмехался, спрятав руки в карманы толстовки. — Ты всё же решил пойти до конца. Это похвально, даже не нужно было бить тебя током. — Да, за отсутствие последнего я благодарен, —Тодороки отвёл взгляд. — Это не моя милость, ты просто избежал этого, приняв разумное решение, — Золдик пожал плечами. — Выглядит так, будто ты уже примерно понимаешь, как использовать свою Причуду полноценно, и мои советы тебе особо не нужны. — Вы бы дали совет прямо на Фестивале перед финалом? — Ну, да? В конце концов с другими из твоей группы я уже провёл эти разговоры, остались только ребята из группы Гона, с ними я тоже проведу беседу, но потом, и она будет значительно короче. Шото вздохнул. — Зачем вы здесь? — Проверить тебя и, пожалуй, кое о чём попросить. Это немного личное. Тодороки свёл брови к переносице, внимательно рассматривая учителя. Личная просьба? От такого человека, как Золдик-сенсей, это звучит очень сюрреалистично. Более того, он спокоен и расслаблен, не чувствует напряжения. С таким же лицом, впрочем, он угрожал поспособствовать отчислению Шото. Тут не угадаешь. — Я слушаю. — Я не знаю, как далеко ты хочешь или можешь зайти в финале. И всё же… — Золдик замолчал. Чего он хотел, что за личная просьба может быть? Если вспомнить подозрения о его связи с Изуку, возможно… Чтобы Тодороки был с ним полегче? Хотя нет, это абсолютно не вяжется с характером Золдика. Тем не менее, что ещё можно предположить? — Попробуй выйти за свои границы, — внезапно произнёс учитель, вырывая Шото из его мыслей. — Что? — Этот бой не дастся тебе так просто. Многие твои преимущества нивелируются стилем боя Изуку. Моя просьба — несмотря на всё это, покажи больше, чем от тебя ожидают. Да, сложно после предыдущей схватки с Кацуки, и в этом заключается причина моего визита. У тебя есть несколько серьёзных ограничений, которые в будущем сыграют плохую службу. Ты должен уже сейчас переступить некоторые из них — в тактике, физиологии Причуды, стиле боя и настрое. Представь, что это битва не за первое место, а за жизнь. Проиграешь — умрёшь. Знаешь, я бы попросил о том же и Изуку, но в этом нет необходимости. Ты покажешь ему, что здесь и сейчас нужно сражаться не во всю силу — нужно отдать больше, чем у тебя есть. — Почему вы вообще просите меня об этом? — растерянно спросил Тодороки. — По двум причинам. Первая: ты способен на это. Вторая: это с большой вероятностью когда-то в будущем спасёт вас обоих. Удачи, — махнув рукой, Золдик удалился, оставив Шото в замешательстве обдумывать его слова. Киллуа вернулся в рубку за минуту, даже не используя Божественную Скорость, под прикрытием Зецу. Он незаметно (для всех, кроме Гона) отлучился только ради того, чтобы подтолкнуть Тодороки ещё раз, сильнее и глубже. Он не слукавил, говоря, что видит потенциал в сыне Старателя. Примерно треть класса 1-А была способна выйти на другой уровень и перестроить мировоззрение на то, что было присуще скорее Охотникам, чем местным героям, но Киллуа находил его в разы более практичным, а потому хотел передать его своим ученикам. Более того, лучших условий для развития, чем сильный соперник в бою, просто нет — он сделал это сейчас в том числе ради Изуку. По возвращении Киллуа супруг посмотрел на него вопросительно, и Золдик кивнул. Гон расслабленно улыбнулся, и Киллуа сел рядом с ним, тут же попадая в чужие объятия.

***

Финальный бой начался. Тодороки, как и в сражении с Кацуки, подстраховал себя ледником, не допуская, чтобы его просто выбили с площадки — и подстраховал так, чтобы подобраться к нему можно было только напрямую, в лоб. И Изуку собирался это сделать. Он за считанные мгновения сократил расстояние между ними и занёс руку для удара, но тут левая сторона Шото вспыхнула. Ощутив жар, Изуку замедлился, а с правой стороны Тодороки направил на него стену льда. Ледяные кристаллы выросли с невероятной скоростью, отбросив Изуку на пару метров. Изуку быстро поднялся и ударом ноги снёс большую часть ледяной стены, остатки покрылись трещинами и развалились. А ведь лёд был прочный — вот только не для него. Подпрыгнув высоко в воздух, Изуку хотел достать Тодороки сверху, но тот успел откатиться в сторону и направил струю пламени в противника. Изуку с трудом успел оттолкнуться от льда, ранее прикрывавшего спину Шото, и отпрыгнуть, увеличивая дистанцию, чтобы избежать сильных ожогов. — Бакуго Изуку всё время приближается, а Тодороки снова и снова отбрасывает его назад, и это происходит так быстро, что едва успеваешь всё рассмотреть! — восхитился Сущий Мик. — Комфортная для Тодороки дистанция — средняя, сближение ставит его в неудобное положение, ведь огнём он управляет хуже, — прокомментировал Айзава. — Тем не менее, даже так противопоставить огню в ближнем бою нечего, надо реагировать и уворачиваться. — И, как мы видим, Бакуго Изуку даже находит возможность атаковать, — Золдик усмехнулся, глядя на то, как Изуку бьёт Шото в живот, достаточно, чтобы нокаутировать и отбросить за пределы площадки. Но Тодороки оказался крепким: остался в сознании, а от вылета за границу поля остановил себя созданным за секунду ледником. От правой стороны Тодороки разошлись несколько морозных лент, за которыми следовали растущие из замороженной земли ледяные кристаллы. Ледяные стены разошлись в стороны, а затем резко свернули к Изуку, окружая его и захватывая в ловушку. — Изуку каждый раз тратит время на то, чтобы разбить лёд Тодороки и заставить его использовать огонь, — заметил Шинсо. — Он определённо не хочет повторения того взрыва, что произошёл в вашем бою, и делает всё, чтобы температура на площадке не понижалась слишком сильно. — Спасибо за проговаривание очевидных вещей, — едко фыркнул Кацуки. — Вау, серьёзно? — Киришима удивился. — Он успевает об этом подумать? Я, если честно, уже плохо различаю, что происходит, слишком уж всё быстро… — Идиот, — припечатал Кацуки. — Да ладно, если бы я не брал дополнительные у Золдика и Фрикса, то тоже ничего бы не понимал, — Хитоши прищурился, пытаясь среди массы ледяных осколков рассмотреть финалистов. — Дополнительные? Ух ты! — восхитился Эйджиро. — Я бы тоже хотел… Они согласятся взять ещё одного ученика? — Заткнитесь, блять, и смотрите молча, — Кацуки зарычал на обоих. Киллуа наблюдал за боем с огромным удовольствием. Он не сомневался, что Изуку до этого было немного скучно, но сейчас? Явно нет. Как и Шото — он привыкал к скорости Изуку, а его реакция становилась быстрее. От более статичного стиля с упором на контроль территории Тодороки перешёл к динамичному, что оживило действие. Изуку уклонился от острых ледяных осколков и выдохнул с незнакомым до этого приятным волнением. Кровь будто кипела, а сосредоточенный, твёрдый и упрямый взгляд Шото пробуждал в нём азарт. Тодороки улыбнулся уголками губ, увидев в зелёных глазах напротив то же упрямство, что толкало вперёд его самого. Не победа — ответ на вызов. Это было чем-то новым, неизведанным для него. Ранее у него была цель: стать лучшим героем, доказать, что он способен на это лишь с Причудой матери. А сейчас Золдик-сенсей фактически бросил ему вызов — превзойти себя. У цели была конечная точка, а вызов не имел границ. Это та свобода, которую он только постигал. Та же свобода искрами вспыхивала в Изуку, с самого начала, с их первого столкновения на практическом занятии до сегодняшнего дня. Сейчас эти искры разгорелись в пламя. Они не сражались за победу, а изучали друг друга и самих себя. С каждым новым столкновением Изуку понимал яснее: ему нужно большее. Того, что у него есть сейчас, недостаточно. Сила, навыки, стратегия — ничто из этого не даёт ему преимущества, они с Тодороки остаются на равных. Больше. Если всего, что есть, не хватает, он должен выйти за свои границы. Но так думал не только он. — Вы только посмотрите! За одну секунду вся площадка покрылась льдом, а на границах выросли ледяные стены… И они сформировали купол! Всё поле боя было захвачено Тодороки за несколько мгновений! Теперь нам ничего не видно, — Сущий Мик озадачился. — И новые слои продолжают нарастать, укрепляя конструкцию, — добавил Сотриголова. — Не так легко будет её разбить на этот раз. — Ты стал быстрее, — восхищённо заметил Изуку, осмотрев купол, в котором они с Тодороки оказались заключены. — Твоя скорость созидания льда была и без того невероятной, но это… вдохновляет, знаешь ли. Шото пришлось уклоняться от удара, с сожалением отмечая, что даже если он держит огонь с левой стороны постоянно, Изуку это уже не остановит. При том, что у него уже были ожоги от прошлых стычек, казалось, он просто привыкал к ним и готовился к серьёзной битве. — Ты не чувствуешь боли? — спрашивает он, резким взмахом руки направляя в Изуку несколько острых осколков льда. Изуку отпрыгнул, но один из осколков задел его, оставив порез на предплечье. — Чувствую. Просто это ничего не меняет. — Если подумать, причина создания этого купола неочевидна, — пробормотал Айзава. — Разве? — Гон удивлённо посмотрел на него. — Дети хотят поиграть подольше. Купол удерживает внутри обоих довольно надёжно. Они могут померяться силами, не сдерживаясь и не переживая о том, что могут покинуть площадку случайно. — Минус один: никакой видимости, — добавил Киллуа, откидываясь на спинку дивана. — И неизвестно, что там происходит. А выносливости у ребят ещё достаточно. — И у Полуночи не будет возможности их остановить, если они зайдут слишком далеко… — протянул Ямада. Её усыпляющий газ просто не достигнет ребят за этими толстыми слоями льда. — Мы должны вмешаться заранее? — Нет, это ни к чему, — Фрикс отмахнулся. — А пока мы можем вас развлечь парой историй с наших занятий… — Пока это не истории с вашей предыдущей работы, всё в порядке, — вздохнул Шота. Со стороны Изуку оказалось ошибкой приближаться к окружающим их ледяным стенам. В следующее мгновение он обнаружил, что его ноги были скованы льдом, и лёд поднимался всё выше. И разбить его на этот раз у Изуку не вышло — удар оставил лишь трещины, которые быстро заросли, а лёд начал переползать на руку, примораживая и её. — И всё же понадобилось время, чтобы научиться создавать более прочный лёд, — Тодороки усмехнулся. — Немного медленно, но в итоге полезно. В этот момент Изуку осознал ещё острее: его силы недостаточно. Больше, больше, больше… «Я же говорил тебе, когда использовать когти — когда нужно применить большую силу…» Знакомый голос отозвался эхом в голове. Да, сейчас ему нужно применить большую силу. Он уже делал это сегодня… Лёд, сковавший руку, внезапно раскололся на части. Шото еле успел отреагировать, отскакивая в сторону, когда Изуку снова кинулся к нему. Но Изуку не сменил направление. Тодороки заметил, что ногти Изуку в этот момент были довольно длинными, став также острее — и именно ими Изуку рассёк укреплённый лёд купола. Несколько едва уловимых движений и на поверхности остались глубокие порезы, что немало удивило Шото. — Я думаю, это было чудесно, — Изуку подмигнул ему, хватая парня за руку. Тодороки тут же ощутил боль — острые ногти впились ему в кожу. А потом Изуку швырнул его прямо туда, где купол уже шёл трещинами. Тодороки пробил ледяную преграду окончательно и вылетел за пределы площадки. Зашипев, Шото коснулся головы, которой ударился о трибуны. Предплечье истекало кровью, спина саднила. — Вот это да! Тодороки оказался выбит с площадки! — завопил Сущий Мик. Изуку появился из разлома в ледяном куполе и тут же побежал к Тодороки. — И Бакуго Изуку становится победителем Спортивного Фестиваля среди первокурсников, поздравляем! — Тодороки-кун, ты как? — Изуку опустился на одно колено возле одноклассника. — Определённо буду жить, — пробормотал Шото. — Но в голове немного туманно. — Может быть сотрясение. Я могу тебя отнести к Исцеляющей Девочке, — взволнованно предложил Изуку, а потом всмотрелся в раны на руке Тодороки. — Я могу сам, правда, — Шото поднялся и пошатнулся. — Уф. — Это рискованно, — Изуку поджал губы. — Я пойду с тобой в любом случае, не спорь. Тодороки внезапно улыбнулся. Он проиграл, но абсолютно не чувствовал себя проигравшим. Та свобода, которую он почувствовал посреди боя, осталась с ним. Без правил, границ, целей — есть только направление. И это было лучшим исходом матча. — Хорошо. Не хочу упасть по пути, это было бы глупо. Шинсо и Бакуго должны были быть следующими, собираясь сразиться за третье место, но последствия финального боя ещё нужно было убрать, так что их матч немного откладывался. Тем не менее, они уже были внизу, готовые встретить Изуку и Шото. — Вы оба заслуживаете трёпки, — проворчал Кацуки, — но это впечатляет. Валите в медпункт побыстрее, от одного взгляда на вас тошно становится. — Конечно! — Изуку схватил Тодороки за руку и пошёл уже знакомым путём, ведя друга за собой. Шинсо посмотрел им вслед: — Это прозвучит дико, но они точно были на одной волне. — Танку был намного более безрассудным и одновременно сосредоточенным, чем обычно. Не совсем его стиль. Для него почти всё — игра, — холодно заметил Кацуки, погрузившись в воспоминания. Хитоши оглянулся на него с недоумением, но потом кивнул — да, очень похоже на правду. — Но в этот раз выглядело иначе. Может, на что-то разноцветный придурок и сгодился. Шинсо фыркнул. Агрессивная манера Кацуки его немного развлекала, учитывая, что он часто прикрывал раздражением или злостью искреннюю заботу. Он заботился даже о Тодороки — из-за симпатии брата или потому что сам потеплел к однокласснику, ещё было неясно.

***

Шото нервничал всё больше с каждой секундой, даже если выражение его лица практически не менялось всю дорогу, оставаясь нейтральным. А причина была в одном: Изуку продолжал держать его за руку и молчал, задумавшись о чём-то. Это ужасно смущало, но Тодороки в жизни бы не смог по своей воле отстраниться от него. Так что Шото поглядывал на его задумчивую мордашку время от времени, не смея заговорить первым. Да и о чём? Внезапно Изуку поднёс свободную руку к лицу и прикусил губу. Ногти за пару секунд удлинились и заострились, а вены на ладони отчётливо проступили через кожу. — Прежде, чем ты спросишь: я сам понятия не имею, что это, — сказал Изуку. Он вертел ладонь перед глазами, рассматривая со всех сторон. — Ты не использовал раньше эти… когти? — Нет. Или… — Изуку нахмурился. — Нет — с тех пор, как обрёл новую семью. Но мне кажется, меня учили ими пользоваться. — Родные родители? Изуку кивнул. Ногти приняли привычный вид, а вены вновь спрятались под кожу. — Ногти становятся острее ножей, а сила хватки и удара увеличивается, — пробормотал Изуку себе под нос. — Если это часть Причуды… разве не странно? — Не думаю. Более странно, если бы это не было Причудой, — Тодороки пожал плечами, но тут же поморщился от вызванной таким простым движением боли. Изуку задумчиво кивнул. Исцеляющая Девочка смотрела на обоих недовольно. Покрытый ожогами разной степени Изуку смущался, избитый Шото выглядел невозмутимым. Старушка вздохнула. — Совсем на своих Спортивных Фестивалях с ума сходят. К счастью, обошлось без сотрясения, а ожоги и царапины зажили довольно быстро. — А куда делся Иида? Я не видел его на трибунах, — внезапно вспомнил Изуку. — Я думал, он ещё здесь. — Тот мальчишка? — Исцеляющая Девочка помотала головой. — Так он после звонка вскочил, и поминай как звали, умчался тут же. Предчувствие у Изуку на этот счёт было не самым хорошим.