Будущее переплитающее с прошлым

–Стоп, это я прочитала две главы?!-Вскрикнула Сара –Зато потом не будешь читать –Давайте я прочту–Отозвалась Дэн, взяв книгу она начала читать:

Глава четвертая

Дорога в университет Бельмонта была относительно спокойной. Чтобы скоротать время, Нил взял с собой домашние задания, но на всю шестичасовую поездку их не хватило. От скуки его избавил Ники, который мог трещать сутками напролет. К их разговору присоединилась Рене – она завела речь о возможных раскладах предстоящей игры и попросила парочку советов. До этого она уже успела пообщаться с Мэттом и Ваймаком, но также хотела услышать мнение игроков на других позициях. Бо́льшую часть пути за рулем сидела Эбби – давала Ваймаку отоспаться. Сразу после матча команда планировала отправиться домой, а не ночевать в гостинице. За ночной переезд отвечал Ваймак, и улететь в кювет никому не хотелось. Конечно, можно было бы нанять водителя, как поступало большинство других команд, однако Ваймак относился к чужакам почти с той же подозрительностью, что и его Лисы. Лучше потерпеть неудобства, чем доверить безопасность и без того небольшой команды постороннему. Они сделали две остановки – сперва заправились и забежали в туалет, потом наскоро поужинали – и на пути в Нэшвилл пересекли часовой пояс. Начало матча было назначено на половину восьмого, и хотя на подъезде к стадиону часы Нила показывали без пятнадцати восемь, он решил, что ради одной игры переводить их на час назад не стоит, а потому снял с руки и спрятал в сумку. Покинув автобус, команда оказалась на огороженной парковке, на которой дежурили два охранника с каменными физиономиями. Когда Лисы выгрузили багаж, волонтеры повели их в гостевую раздевалку. Шагая, Нил глазел по сторонам. Стадион университета Бельмонта практически не отличался от «Лисьей норы» по конструкции и размерам, однако при заполненных трибунах рассмотреть сходства было сложно. Среди толп, одетых в зеленое, Нил надеялся разглядеть проблески оранжевого, но не увидел того, что искал. После четырех месяцев, проведенных в «Лисьей норе», планировка гостевой раздевалки казалась непривычной. Помещения, рассчитанные на полносоставные команды, были больше, но в то же время казались тесными и какими-то убогими. Собственно мужская раздевалка находилась сразу за входной дверью, а санузел располагался чуть дальше. Нил догадался, что одна общая уборная обошлась дешевле двух индивидуальных, для мужской и женской раздевалок. Отдельную комнату предоставили в распоряжение Эбби – на случай, если кто-то получит травму. Наконец, последняя и самая большая комната, отведенная гостям, предназначалась для обсуждения игровой тактики в перерыве между таймами и послематчевой встречи с прессой. Один из волонтеров вышел через заднюю дверь на стадион, чтобы сообщить тренеру Гаррисону об их прибытии и найти арбитров. Второй волонтер зачитал Ваймаку и Эбби перечень основных правил. Ваймак, которому необходимо было дождаться сотрудников администрации, чтобы подать документы и заявить состав команды, отправил Лисов переодеваться. Взяв свою сумку, Нил направился в туалет и закрылся в кабинке. Внутри было очень тесно, однако у него имелся большой опыт в этом деле. Он стянул футболку через голову и закинул ее на дверцу; надел нагрудник, затянул ремни и покрутился, проверяя подвижность, после чего щелкнул застежками. Подложил наплечники, прицепил их к нагруднику. Чтобы найти джерси, пришлось порыться в сумке. Лисам полагалось по два комплекта формы: домашняя и выездная, первая – оранжевого цвета с белыми надписями, вторая – соответственно, наоборот, белая с оранжевым. Белая нравилась Нилу больше, поскольку не так сильно била в глаза. Дальше можно было не прятаться, поэтому Нил запихал футболку в сумку и пошел обратно в раздевалку. Однако, едва шагнув за порог, он понял, что столкнулся с серьезной проблемой: лишь открытый узкий проем отделял комнату для переодевания от общей душевой. Даже отсюда Нил видел, что отдельных кабинок в ней нет. Вполне ожидаемо, однако Нил, успевший привыкнуть к удобству «Лисьей норы», благополучно об этом забыл. Если бы Ваймак лично не организовал установку кабинок в душевой на стадионе Пальметто, их бы не было и там. Нил заставил себя сосредоточиться на главном. В первую очередь нужно пережить игру, а потом уже волноваться насчет душа. Расслабив пальцы, намертво вцепившиеся в ремень сумки, Нил нашел свободное место на скамейке. Остальные Лисы уже заканчивали переодеваться – им ведь для этого прятаться не требовалось – и, управившись, один за другим покидали раздевалку. Нил сбросил кроссовки, стянул носки, а джинсовые шорты сменил на трикотажные. Чтобы закрепить щитки для голеней, пришлось сесть на скамейку. Нил встряхнул сперва одной ногой, потом второй, проверяя, как они сидят. Сверху он надел длинные, до колена, гольфы и обул бутсы. Тонкие нижние перчатки не имели пальцев и застегивались выше локтя, поверх них закреплялись щитки для предплечий. Толстые армированные краги он сунул в шлем – они понадобятся только перед выходом на поле. Защита для горла представляла собой узкий оранжевый ошейник, который неприятно давил на кадык, но при случайном ударе мячом должен был уберечь гортань от травмы. Чтобы волосы не лезли в глаза, Нил спрятал их под оранжевую бандану, а ее концы туго завязал на затылке. Все, можно идти. Ваймак ждал их в большой комнате. Нил появился последним, но, поскольку играл в нападении, встал третьим по счету. Лисы построились согласно позициям на поле; Даниэль как капитан команды была первой, а Рене в качестве запасного полузащитника стояла в паре с Элисон. Выглядело это странно, однако Нила больше волновало его собственное положение. Он стоял позади Кевина, а это означало, что за спиной у него была Элисон. Занимая свое место, он старался на нее не смотреть, но она и сама не проронила ни слова. – Ну, и надолго вас хватит? – поинтересовался Эндрю, замыкавший строй. Наигранная бодрость в его голосе заставила Нила скрипнуть зубами. – Тебя уже начинает ломать? – Всему свое время, – ухмыльнулся Эндрю. В «Лисьей норе» переход из фойе во внутреннюю зону был открытым, тогда как на стадионе Бельмонта имел вид тоннеля. Шагая вслед за Дэн и Кевином, Нил не видел зрителей, а только слышал доносившиеся снаружи звуки. Гулкий рев возбужденных голосов заглушал его шаги. Трибуны быстро заполнялись фанатами в зеленом. Охрана и одетые в форму сотрудники стадиона дежурили по периметру внутренней зоны и у каждой лестницы. Первый ряд трибун располагался на высоте примерно в полметра, где специальное ограждение отделяло команды от наиболее рьяных поклонников. От шума оно не защищало, однако Нил пропускал мимо ушей летевшие в его адрес крики и свист. Он пока что не видел ни «Лисичек», женскую группу поддержки университета Пальметто, ни командного талисмана – Несокрушимого Лиса. Маскот соперников, персонаж в костюме черепахи, однако, уже бегал туда-сюда по внутренней зоне, подзадоривая публику. Огромная кукольная голова помешала ему заметить появление «Лисов», но зрители тут же известили его об этом, крича и тыкая в них пальцами. Сообразив, в чем дело, персонаж-талисман проворно – насколько позволял громоздкий костюм – подбежал к скамейке противника, остановился на безопасном расстоянии и показал несколько грубых жестов. Ники с радостью взялся кривляться в ответ, пока Ваймак не прекратил безобразие, отвесив ему подзатыльник. Довольный маскот ускакал прочь под торжествующие вопли домашней публики. Эндрю и Ники выкатили стойку с клюшками. Дэн взялась за нее с края и задвинула между двумя скамейками. Присев, застопорила колесики, после чего выпрямилась и одну за другой ловко откинула защитные крышки. Она еще не закончила, а Кевин уже был тут как тут. Он взял одну из своих клюшек, проверил натяжение сетки, как будто за время пути оно могло ослабнуть, и направился к борту. Толпу он не удостоил ни единым взглядом; все, что его интересовало, находилось прямо перед ним. Нил тоже взял клюшку и встал рядом с Кевином. «Черепахи» уже заняли свою скамью на противоположном конце поля. Их было меньше, чем брекенриджцев, и все же «Лисов» они превосходили числом более чем вдвое. Нил так сильно стиснул черенок своей клюшки, что она затрещала. – Дашь совет? – обратился он к Кевину. На ответ Нил не рассчитывал, но Кевин все же повернул голову в его сторону. – Ты играешь весь первый тайм, так что не торопись. В первые двадцать минут лучше не забивай – разве что окажешься прямо перед воротами. Не бей по воротам, отдавай пасы. Гоняй мяч по полю. Когда Дэн меня заменит, врубай полную мощность до конца тайма. На отдых у тебя есть перерыв и первая половина второго тайма. Восстанови силы, возвращайся на поле и выдай все, на что способен. Если я увижу, что ты играешь вполсилы только потому, что устал, я сам вышвырну тебя с поля. К финальной сирене ты должен с ног валиться, понял? – Хорошо, – сказал Нил. Понимая, что тема болезненная, он все же не удержался: – Как думаешь, Эндрю закинется таблетками перед вторым таймом? – Нет, – мрачно отозвался Кевин. – Он сдвинул прием последней дозы на полчаса вперед. Надеется продержаться на этом всю игру. Нил оглянулся на Эндрю. На прошлой неделе Дэн говорила, что Эндрю принял пропущенную дозу так, чтобы за полчаса до начала матча действие лекарства начало слабеть. Уже на разминке он понемногу скисал, и к тому моменту, когда прозвучала стартовая сирена, силы стали его покидать. Это длилось примерно час – час пятнадцать, а потом ломка накрыла его по-настоящему. Игра проходит в два тайма продолжительностью по сорок пять минут каждый, между которыми предусмотрен пятнадцатиминутный перерыв. Остановки из-за нарушений и замен прибавляют еще несколько минут. То, что Эндрю сдвинул прием таблетки, ему не поможет: слишком долго нужно продержаться. Миньярд прекрасно все понимал, однако его это как будто ничуть не беспокоило. У него еще длилась эйфория от предыдущего приема лекарства, и он оживленно болтал с Рене. "Быстро он понял как работают мои таблетки"-Удивился Эндрю, хотя Нил просто был внимательным – Погнали, ребята! – негромко воскликнул Ваймак. Нил посмотрел на тренера, и на периферии его зрения мелькнул оранжевый цвет. Он обернулся: на стадионе показались «Лисички» и Несокрушимый Лис. Чирлидерская скамья отстояла всего на каких-нибудь пять метров от последней из трех скамеек «Лисов», однако из-за общего шума Нил не слышал, о чем щебечут девчонки. С трибун в их адрес полетели пошлые шутки и призывный свист, но чирлидерши не обращали на это внимания и деловито поправляли друг другу юбки и прически. Все они вертелись на месте, поэтому Нил легко разглядел в их гуще ту единственную, которая стояла на месте. Девушка теребила в руках помпон и не сводила глаз с Лисов. – Привет, Кейтлин! – энергично помахал ей Ники. Аарон в отместку двинул ему в бок локтем, но Кейтлин широко улыбнулась и тоже помахала в ответ. Ники хищно осклабился, глядя на подошедшего Нила: – Кейтлин – подружка Аарона. –Ники. –Это другой я, а я ещё этого не говорил.–Обижанно сказал Ники – Ничего подобного, – возмутился Аарон. – Хватит нести чушь. – А могла бы быть, если бы ты пригласил ее на свидание, – встрял Мэтт. – Чего тупишь-то? – А-а… – Эндрю хлопнул кулаком по ладони, словно его только что осенило. Криво усмехнувшись, он произнес на немецком: – Наверное, боится, что она отдаст концы, как та последняя бабенка, которую он любил. Аарон бросил на него испепеляющий взгляд. – Заткни, блядь, хлебало. – Боже, Эндрю, – простонал Ники. Мэтт обвел глазами всех троих. – Подозреваю, сейчас прозвучало что-то очень неприличное. Мне надо это знать? – Так мы тебе и сказали, – перешел на английский Эндрю. – Прекратить болтовню! – вмешался Ваймак. – Вы команда или кучка сплетниц? Через десять минут выходим на разминку. Начнете с пробежки. Того, кто на бегу хотя бы посмотрит в сторону Черепах, я немедленно отправлю домой. Пешком. Уяснили? Тогда вперед. Дэн в паре с Мэттом задала темп, остальные последовали за ними, тоже по двое. Нил бежал последним и без пары, что вполне его устраивало, однако, не преодолев и четверти пути, Эндрю и Кевин перестроились. Эндрю сдвинулся вбок, пропуская Нила. Кевин прибавил скорость, чтобы его догнать. Нил оглянулся на Эндрю. – Если запутаешься в собственных ногах, поднимать не буду, – заявил Кевин. –Мне и не нужна твоя помощь... –Какая из помощей пап? Нил закатил глаза. Нил продолжал смотреть перед собой, сочтя за лучшее не задавать вопросов. Проведя долгие часы в автобусе, он бежал с удовольствием, но после двух кругов Дэн их остановила. Они делали растяжку у скамеек, пока арбитры не подали знак переместиться на поле. Надев шлемы и перчатки, Лисы взяли клюшки и вышли на пятнадцатиминутную разминку с мячом. После нее с игровой площадки ушли все, кроме капитанов. Даниэль и капитан «Черепах» встали на средней линии и подбросили монетку. Право первой подачи досталось гостям, «Черепахам» – выбор половины поля. Когда капитаны покинули поле, диктор зачитал статистику команд. Стартовый состав «Черепах» он объявил с восторженным энтузиазмом, «Лисов» же представил с прохладной вежливостью. На Нила это произвело невольное впечатление: внезапная смена тона ясно дала понять Лисам, что они находятся далеко от дома и поддержки родных стен. Нила объявили вторым. Шагая к средней линии, он скользнул взглядом по своему сегодняшнему «опекуну». Защитник «Черепах» Эррера был на пятнадцать сантиметров выше, а значит, и размах рук имел больший. Придется выигрывать за счет скорости, подумал Нил. Он встал на исходную позицию и стал смотреть, как занимают места остальные члены команды. Элисон шла, не поднимая глаз. Проходя мимо нее, Мэтт ободряюще стукнул клюшкой о ее клюшку, а затем расположился на линии третьей четверти строго за Нилом. Тот порадовался, что Бойд играет с ним на одной половине поля, хотя и понимал причину: Мэтт – сильнейший игрок «Лисов», а Нил – слабейших из двоих нападающих. Задача Мэтта – исправлять его неизбежные косяки. –Всегда твоим услугам бро! Последним вышел Эндрю. С массивной клюшкой на плече он направился к вратарской площадке. Разглядеть выражение его лица мешала толстая решетка шлема. Переживать за Эндрю до второго тайма не стоило, и все же Нил обернулся, чтобы проводить его взглядом. Прежде чем встать на воротах, он задержался возле Элисон и что-то ей сказал, но что именно, Нил не расслышал, а через пару секунд Эндрю уже был на своем месте. Даже не оглянувшись на него, Элисон встала поудобнее и вскинула клюшку наизготовку. Главный судья вручил ей мяч. Предупредительная сирена возвестила, что до начала матча осталась одна минута. Шестеро арбитров разошлись на противоположные концы поля, заперли выходы, а затем встали вдоль боковых линий, по трое с каждой стороны. Через вентиляционные отверстия в потолке Нил по-прежнему слышал гомон трибун, но прозрачное ограждение отчасти его заглушало. Приготовившись к рывку, он начал мысленно отсчитывать секунды. Гудок стартовой сирены отозвался в каждой клеточке его тела. Черепахи и Лисы одновременно рассыпались по площадке, ринувшись навстречу друг другу. Вратарь «Черепах» издал воинственный клич и грохнул клюшкой в пол, призывая товарищей по команде к атаке. Нил напряженно вслушивался, но подачи все не было. На мгновение он испугался, что Элисон зависла в ступоре. Нил уже бежал к Эррере, когда наконец тяжелая клюшка Эндрю отчетливо ударила по мячу. Элисон сделала подачу назад на голкипера, и Эндрю послал его через все поле нападающим. Игра с самого начала была жесткой. Нил пытался следовать совету Кевина, но необходимость сдерживать силы выводила его из себя. Он не мог понять, как Даниэль и Элисон не умирают от скуки на позиции полузащитников, всю игру занимаясь распасовкой. Нилу нравилось опережать и обводить вокруг пальца защиту противника, нравилось ощущать выброс адреналина в кровь после точного удара по воротам. Он обожал динамику, натиск, триумф победы. Вся остальная его жизнь представляла собой сплошной пугающий бардак, поэтому драйв и четкие правила игры служили ему необходимой опорой. Сейчас его радовало лишь одно: тренировки с Кевином не прошли даром. Начиная с июня, по ночам Нил четыре раза в неделю ездил с Кевином на стадион и выполнял специальные упражнения на меткость. Отдавать пасы было скучно, однако уже сейчас он сам видел, насколько прибавил. Удары стали мощнее и точнее, да и траекторию он теперь рассчитывал быстрее. –Поэтому мы будем идти на... –Кевин! Дай папе поспать. Пока может... Эррера довольно скоро сообразил, что Нил не собирается забивать, однако приписал это криворукости нового нападающего. Он то и дело отпускал ехидные замечания насчет непрофессионализма и слабоволия Джостена. Нил мечтал уложить его на лопатки и расстрелять ворота, доказав, что тот ошибается. Если он промажет, Эррера будет насмехаться над ним до конца матча, а если забьет, то Кевин тут же ему вычитает. Так и так ситуация выходила проигрышная, и развитие игры больших надежд не сулило. «Черепахи» уже вели со счетом три – один, когда на двадцать третьей минуте Кевин наконец забил гол. Ваймак воспользовался паузой, чтобы произвести замены. Направляясь к выходу, Кевин не поленился сделать крюк и подбежать к Нилу. – Размажь его, – коротко приказал он. Нилу показалось, что он ждал этого момента всю жизнь. – Хорошо. Кевин, Элисон и Аарон уступили место на поле запасным игрокам. Ники и Дэн вышли первыми и трусцой побежали на свои позиции. Рене у двери обняла Элисон. Без своих тяжелых голкиперских доспехов она выглядела непривычно маленькой и хрупкой. Нил надеялся, что она не подведет. –Не подведу, будь уверен. Тренер Гаррисон также сделал несколько замен. Защитников он оставил – вероятно потому, что у защиты «Черепах» работы пока было не много, – зато выпустил двух свежих нападающих. Арбитры заперли двери. Когда все замерли в неподвижности, прогудела сирена, и игра возобновилась. Мяч подавала Рене. Как и Элисон, она развернулась и отправила его вратарю. Эндрю мощным ударом послал снаряд аж во вратарскую зону соперника. Нил и Дэн помчались за ним. Мяч ударил высоко в стену, отскочил в потолок, а оттуда под острым углом срикошетил на линию первой четверти. Защитники, которые уже бросились навстречу Дэн и Нилу, понеслись назад в удвоенном темпе. Эррера поймал мяч и метнул его вперед. Нил не пошел на перехват, а сосредоточился на том, чтобы не выпускать Эрреру за среднюю линию, оттесняя его назад. Эррера пытался обойти противника то слева, то справа, однако Нил перемещался вместе с ним. Он понимал: надолго Черепаху не задержать, – просто старался выиграть время, чтобы партнеры по команде сумели завладеть мячом. Защита «Лисов» подготовилась заранее – Рене предложила этот план еще в автобусе. Кто из них отберет мяч у «Черепах» после подачи, они не знали, но предварительно договорились, как действовать в этом случае. Борьбу выиграл Мэтт. Зацепив клюшкой клюшку нападающего, он резко дернул и вытряхнул мяч из сетки, тут же поймал его и сделал бросок. Он даже не стал терять времени и оглядываться по сторонам, уверенный, что Эндрю отобьет мяч под любым углом. Эндрю направил удар влево, так что мяч попал в стену перед лисьими скамейками и полетел в сторону Нила и Эрреры. Нил рванулся за ним, как только увидел, куда бьет Эндрю. Он знал, что Эррера за его спиной готов применить силовой прием. Если он окажется между защитником и стеной, то в этой схватке потеряет мяч. Нил поймал мяч, отскочивший от борта, но не стал его защищать и вместо этого сильно ударил по торцу клюшки кулаком. Снаряд выпорхнул из сетки, а Нил в то же мгновение упал на колени. Он едва успел. Полсекунды спустя Эррера на полном ходу врезался в него, однако не так, как рассчитывал: он споткнулся о Нила и, поскольку тот не принял силу удара на себя, влетел в стену шлемом вперед. Выкарабкавшись из-под тяжелого тела, Нил тихо выругался – плечо обожгло болью. Если бы не защитный наплечник, колено Эрреры обеспечило бы ему вывих. –Нил, это было опасно –Зато эффективно. Кто-то замолотил в плексигласовую стену с другой стороны. То ли запасные, оценившие прием, благодаря которому Нил избавился от своего «опекуна», то ли – что вероятнее – Ваймак или Кевин, взбешенные таким опасным маневром. С этим можно было разобраться позже, а сейчас значение имел только мяч, откатившийся в сторону меньше чем на полметра. Подхватив его, Нил понесся к воротам. Он не смотрел, поднялся ли на ноги Эррера и не пытается ли ему помешать защитник «Черепах», опекающий Дэн. Нил видел перед собой только вратаря и знал, что забьет. Он вложил в бросок всю злость, накопленную с начала тайма. Вратарь взмахнул клюшкой, но мяч не отбил. Вспыхнувшие на стене красные лампы подтвердили гол. От радости Даниэль гикнула так громко, что ее вопль эхом отразился от стен. Перейдя на трусцу, Нил развернулся. Дэн подбежала к нему и коротко, крепко стиснула в объятьях. Она хотела что-то сказать, но ей помешал пронзительный гудок сирены. Тренер «Черепах» знаками показал, что меняет Эрреру. Из-за возможной травмы защитника Гаррисон имел на это право, хотя следующую подачу должны были делать «Лисы». Нил наблюдал за своим новым «опекуном», только что вышедшим на поле, однако его внимание снова привлекла Дэн. – Это было крутецки, – сказала она и хлопнула Нила по плечу. Он непроизвольно поморщился. Даниэль наставила на него указательный палец. – Но больше никаких рискованных финтов. Нам некем тебя заменить, слышишь? – Да, Дэн. – Отлично. Теперь давай покажем этим засранцам, кто тут главный. Сказать легче, чем сделать, и все же «Лисы» упорно боролись до самого перерыва. Первый тайм закончился со счетом четыре – четыре. Ваймак повел своих подопечных с поля на скамейки запасных, где от рева беснующейся публики едва не лопались перепонки. У Кевина слов для товарищей не нашлось, тогда как Аарон сразу заговорил с Мэттом и Ники. Элисон куда-то подевалась, но, поскольку Эбби тоже не было видно, Нил предположил, что они отошли туда, где потише. Он очень надеялся, что Элисон продержится еще немного. Ваймак жестом велел Лисам идти в раздевалку, а сам задержался – проверить стойку с клюшками и попозировать перед камерами. Нил еще в туннеле стянул шлем и перчатки, потом рванул с горла защитный ошейник – ему был нужен воздух. Мышцы ног горели, стоп он не чуял вовсе, лишь полагался на то, что где-то там они есть. В ушибленном плече до сих пор пульсировала боль, и все благодаря прицельным ударам защитника «Черепах», вышедшего на замену Эррере. В раздевалке Лисы расположились широким кругом, чтобы, не толкаясь, снять лишнюю экипировку и сделать растяжку. Выглядели все усталыми, однако голоса звучали бодро. Они обсудили свое возвращение в форму, высказали осторожную надежду на успех во втором тайме, Дэн и Мэтт даже посмеялись над грубым замечанием, которое нападающий «Черепах» отпустил в адрес Бойда. Нил обвел глазами товарищей по команде, проникаясь их воодушевлением, но его внимание почти сразу же приковал к себе Эндрю. Нилу и раньше приходилось видеть, как тяжело Миньярд переносит пропуск таблеток, но тогда все было иначе. Как правило, Эндрю накрывало поздно вечером, когда на синдром отмены накладывалась усталость после тренировки, или уже в Колумбии, когда тяжесть симптомов притуплялась алкоголем и «крекерной пылью». Понять, как сильно на самом деле страдает Эндрю, на этом фоне было сложно. Все говорили, что Эндрю Миньярду глубоко наплевать на экси, но какая-то часть души Нила отказывалась в это верить. Что-то тут не складывалось, особенно учитывая добровольный отказ Эндрю от своего химического кайфа на время матчей. И его стычка с Кевином сегодня утром только подтверждала, что творится нечто странное. Но сейчас Эндрю безмолвным изваянием стоял среди остальных Лисов с таким лицом, будто находился за тысячу километров отсюда. Его словно бы окружала пустота, пробиться сквозь которую шумное веселье товарищей не могло. –Как видишь, могу. – Прекрати. Нил не собирался ничего произносить. Он понял, что сказал это вслух, только после того как все вокруг умолкли. Дэн и Мэтт уставились на него с удивлением. Рене переводила глаза с Нила на Эндрю, Аарон упорно смотрел в пол. Кевин, которого апатия Эндрю приводила в такое же глухое бешенство, быстрее остальных сообразил, в чем дело, и посмотрел на него с упреком. Эндрю смерил Нила скучающим взглядом. – А я ничего и не делаю. «Вот именно», – хотел ответить тот, но знал, что спорить бессмысленно. Он не мог описать ноющее чувство, которое терзало его изнутри, а кроме того, понимал, что в собственной наивности винить некого. С досадой покачав головой, Нил промолчал. Ники открыл было рот, но передумал высказываться и лишь похлопал его по плечу, выражая не то поддержку, не то сочувствие. Не снимая руки с плеча Нила, он как-то чересчур бодро обратился ко всей команде: – Слушайте, а мы вообще-то смотримся куда лучше, чем я ожидал. В раздевалку вошел Ваймак. Услышав слова Ники, он гневно нахмурился. – Вы смотритесь отвратительно! Такая игра никуда не годится, и больше я этого терпеть не намерен. Где разрыв по очкам, я спрашиваю? Вы обязаны были создать его в первом тайме, потому что к началу второго уже набегались, а соперник выпустит свежих игроков. – Тренер прав, – согласилась Дэн. – Надо было поднажать до перерыва. Мы берегли силы, чтобы продержаться до конца, но эта игра в догонялки – для нас заведомый проигрыш. Нужно придумать, как обойти «Черепах». Ваймак кивнул и посмотрел в другой конец комнаты. – Эндрю? – Здесь, – отчеканил Миньярд. Интерпретировав этот бесполезный ответ по-своему, Ваймак щелкнул пальцами. – Так, продолжаем растяжку. – Он отошел и крикнул в коридор: – Эбби! – Иду, – отозвалась та и вскоре появилась в раздевалке с двумя кувшинами в руках. В одном была вода, в другом – изотоник. Наполнив стаканчики, Эбби по очереди раздала их Лисам. Задержавшись возле Нила, стоявшего последним, она ощупала его плечо. – Как ты? Он осушил оба стаканчика и только потом ответил: – В порядке. Ники победно дернул кулаком. – Спасибо тебе, Нил, за то, что ты такой предсказуемый. Два твоих слова только что принесли мне десять баксов. –Спасибо Нил. Мэтт вскинул глаза. – Серьезно? И с кем же ты спорил? Ники большим пальцем указал на Кевина. – Каждую минуту в мире рождается один лузер. –Согласна!–Крикнула рыжая Кевин выглядел рассерженным, однако злился он не на Хэммика, а на Нила. – Видишь это, идиот? – Он потряс в воздухе левой рукой. На расстоянии шрамы были не видны, однако Нил понял, что имеет в виду Кевин. – Травмы – это не шутка, их нельзя скрывать. Если получил травму, не молчи. Мне все равно: сбавишь ты скорость, попросишь тренера тебя заменить или обратишься за помощью к Эбби, – но если еще хоть раз скажешь: «Я в порядке», когда дело касается твоего здоровья, я заставлю тебя пожалеть, что ты вообще родился на свет. Ясно? –Я и так желею что родился... –Нил, может перестанешь говорить так будто ты это говориш каждый день... –Так я и говорю это каждый день... –Нил... –Может будем дальше читать? Нил собрался возразить, но вовремя сдержался. – Ясно, – ответил он. – Я тебя тоже предупреждала, – сухо заметила Дэн, – хотя, вижу, угрозы Кевина доходят быстрее. Эбби снова посмотрела на Нила. – Дубль два. Как ты? – В по… – автоматически начал Нил, но стоило Кевину угрожающе шагнуть вперед, прикусил язык. Раздраженно выдохнув, он попытался подобрать слова. – Ну… побаливает. Если не лупить меня по плечу, я буду в… – Он запнулся. – Короче, справлюсь. –Надо написать полу-плюс–Сказала Мэнни. –Может сделает банку "я в порядке"? –Согласен(на)–Крикнули все, кроме Нила и Финна Мэтт прыснул. – Сомневаюсь, что ты выдержишь этот словесный эксперимент, Нил. – Да-а, некоторые просто на редкость тупоголовы… – буркнул Ваймак. – А теперь хватит вякать, все слушаем меня. Перед нами стоит непростая задача. Начав с линии защиты, Ваймак объяснил каждому игроку его просчеты и похвалил команду за немногочисленные удачные моменты. Глядя на листок со стартовым составом «Черепах» во втором тайме, оставшуюся часть перерыва он посвятил разбору сильных и слабых сторон противника. Лисы внимательно его слушали, не переставая двигаться. Растянув мышцы, Мэтт начал ходить туда-сюда вдоль стены; остальные внимали тренеру, делая растяжку и бегая на месте. Эбби собрала пустые стаканчики, выбросила их в мусорное ведро и приготовила еще одну порцию напитков. Нил выпил свою воду так быстро, что не успел почувствовать вкуса. Силы к нему возвращались, и все же он был рад провести первую половину тайма на скамейке. К тому моменту, когда он выйдет на поле и присоединится к Кевину, нужно быть заряженным на все сто процентов. Над головами загудела сирена. Через минуту Лисам полагалось выйти во внутреннюю зону, а Элисон все не было. Поймав взгляд Ваймака, Эбби кивнула и отправилась ее искать. – Выдвигаемся, – объявил Ваймак. Выстроив подопечных друг за другом, он подхватил с пола свою папку. В коридоре, возле санузла, Нил увидел Эбби. Она жестом показала Ваймаку идти вперед, он распахнул дверь и повел команду на стадион. Перчатки и шлем Нилу пока были не нужны, поэтому он оставил их на скамье и помог Ники закрепить стойку с клюшками. Выпрямившись, он увидел шагавшую по туннелю Элисон. В полной экипировке, она сразу направилась за клюшкой. Нил постарался незаметно убраться с ее пути; если она это и поняла, то никак не показала. Судя по каменному лицу, она целиком сосредоточилась на предстоящей игре. Стартовые составы пригласили на поле. Сидя на скамейке рядом с Мэттом и Рене, Нил наблюдал, как Лисы расходятся по своим местам. Он чувствовал, что говорить об Элисон пока не готов, поэтому переключил внимание на другого нестабильного члена команды. – Зачем Эндрю это делает? – не выдержал Нил. – Если ему наплевать на экси, какой смысл истязать себя каждую пятницу? "Почему он хочет понять меня?" – А ты бы захотел каждый день проживать под таблетками? – вопросом на вопрос ответил Мэтт. – Но ведь он страшно мучается. Разве это того стоит? – Может быть, – улыбнулась Рене. – Сам увидишь. После стартового гудка «Черепахи» ввели мяч в игру, и на поле всё моментально пришло в движение. Разыгрывающий полузащитник бельмонтцев начал игру жестко – с броска по воротам. Элисон могла бы отбить удар, однако проигнорировала его как нечто не заслуживающее внимания. Эндрю отреагировал с таким же надменным спокойствием, хладнокровно наблюдая, как мяч пролетел в считанных сантиметрах от линии ворот. Поймав его на отскоке, голкипер «Лисов» слегка стукнул по нему и с размаха послал в обратном направлении. Элисон снова проводила летящий снаряд глазами, позволила сопернику словить его, а затем пошла на таран. Полузащитник «Черепах» устоял на ногах, но зашатался и потерял мяч, который Элисон не мешкая подхватила. Сделав передачу на центр поля, она побежала в том же направлении. –Горжусь–Одновременно сказали Сет и Сара Поскольку за время своего существования «Лисы» печально прославились отсутствием слаженности, почти все зрители забывали, что вообще-то это команда первого дивизиона. Сколачивая свою команду побитых жизнью отщепенцев, Ваймак пользовался тем же ресурсом, что и любой другой тренер премьер-лиги, то есть отбирал лучших спортсменов в университетах по всей стране. Если бы только Лисы сумели преодолеть свои разногласия и по-настоящему сплотиться, то превратились бы в грозную силу. Именно об этом Нил предупреждал Рико на телешоу Кэти Фердинанд. Кроме того, Даниэль полагала, что без Сета шансы команды значительно повысятся. Сейчас, наблюдая за товарищами, Нил искал подтверждение ее правоты. –Ну хоть кто-то позитивно думает о... Понял я, понял!–Элисон дала подзатыльник своему парню. Пристальный глаз действительно замечал улучшения, но лишь отдельные и кратковременные. Видно было, что Ники в защите слабоват, но Аарон умело это компенсирует. Элисон и Дэн впервые играли в связке, однако хорошо понимали друг друга, так как на протяжении трех лет делили комнату. Находясь вдалеке от своей привычной позиции, Дэн не могла, как обычно, держать под контролем все поле; тем не менее ей хватало одного взгляда, чтобы оценить ситуацию и подстроиться под нее. Нилу не терпелось поскорее увидеть на поле Мэтта.... –О-о-о–Умилился Мэтт ...Бойд был сильнейшим игроком «Лисов». Уже одним своим появлением он объединял команду, а его агрессивная манера во многом определяла ход игры. А еще Нил не мог дождаться, когда выйдет на поле вновь и уже по-настоящему проверит, достоин ли первого дивизиона сам. Он хотел внести свой вклад в преображение команды, хотел поскорее ощутить безупречную синхронность работы всех игроков, пускай даже это продлится какие-то мгновения. –Ты уже это делаешь. К тому времени, когда Ваймак выпустил его на поле, Нил уже изнывал от нетерпения и жажды ринуться в бой. У двери они с Дэн на удачу стукнулись клюшками, однако звука Нил не услышал – все заглушал бешеный стук сердца, отдававшийся в висках. Прозвучала сирена, матч возобновился. «Черепахи» бросились в атаку, но гости с неожиданной свирепостью отшвырнули их назад. Силы «Лисов» были на исходе, и все же Мэтт успешно отвлекал на себя защиту соперника, а Нил наконец-то мог не щадить себя в нападении. Самый малоопытный игрок в команде, он тем не менее был самым быстрым и отчаянным. Каждая минута, проведенная на поле, приближает его к той черте, за которой он попрощается с экси навсегда, а значит, ни одна секунда оставшегося времени не должна быть потрачена впустую. –Блин, ты ведь можешь уйти или умереть... Он намеренно не смотрел на табло, а то, что «Лисы» вырвались вперед, понял по реакции публики. Совсем скоро «Черепахи» едва не сравняли счет, но Мэтт впечатал рвавшегося к воротам нападающего в борт. Миг спустя они сцепились в драке. Рене, которая находилась ближе всех, подбежала их разнять. Заметив ее, Мэтт тут же вскинул руки и шагнул назад, но взбешенный Черепаха не унимался и успел врезать Бойду еще пару раз, прежде чем тот отпихнул его от себя. Воспользовавшись случаем, Рене ухватила нападающего за шиворот и пнула под колено. Тот рухнул как подкошенный, и Рене всей тяжестью навалилась ему на ногу, не давая подняться снова. Судьи разняли соперников, ругаясь и выразительно жестикулируя. Все трое игроков заработали желтые карточки за драку. Нил счел решение арбитров дурацким, поскольку Рене, строго говоря, ни с кем не дралась, однако трибуны одобрительно взревели. Так как потасовку затеял игрок «Черепах», мяч перешел к «Лисам». Подавать полагалось с того места, где Черепаха его потерял. Вставая к новым исходным позициям, Мэтт и Рене стукнулись клюшками. За одну минуту до окончания матча благодаря голу Кевина «Лисы» вырвались вперед. Последние шестьдесят секунд превратились в отчаянную схватку. Гол «Черепах» означал бы овертайм, а сил на пятнадцать минут дополнительного времени ни у кого из Лисов уже не было. До конца оставалось всего восемь секунд, когда нападающий бельмонтцев завладел мячом. Аарон помчался за ним, но догнать не сумел – сказалась усталость. Десять шагов, разрешенные правилами, вывели нападающего прямо к вратарской зоне. В груди у Нила разлилась жгучая волна разочарования. Ворота слишком велики, а Эндрю слишком мал, удар с такого близкого расстояния ему ни за что не отразить. Черепаха выбрал самую дальнюю от Миньярда точку и направил снаряд в левый нижний угол. Даже если бы Эндрю успел метнуться туда, мяч летел слишком низко к земле, и для замаха тяжелой вратарской клюшкой не хватило бы места. Только вот Эндрю оказался там раньше, чем соперник сделал бросок, – словно предугадал траекторию. Он просто закрыл угол собой, грохнувшись на пол и выставив перед собой клюшку, как щит. Треск от тяжелого удара разнесся по всему полю. Эндрю успел: мяч ударил в туго натянутую сетку клюшки и отскочил обратно. Бросив клюшку, голкипер «Лисов» ринулся за мячом, противник – тоже, но он уже потерял драгоценные секунды, рассчитывая на свой гол. Аарон в один миг очутился рядом и на ходу врезался в него, помешав завладеть снарядом. Оба едва не столкнулись с Эндрю, однако тот, не поворачивая головы, спокойно подобрал мяч толстой рукавицей и швырнул его подальше от ворот. Глаза Нила, Кевина и Финна засветились от простого описания игры Эндрю. Финальная сирена прогудела оглушительно громко, но торжествующий вопль Мэтта перекрыл даже ее. Нил вскинул глаза на табло: чтобы поверить, ему требовалось увидеть цифры. От облегчения ноги сделались ватными, однако жар победы, разлившийся по телу, вернул воздух в легкие. Он покрутил головой, выискивая Кевина: тот широким шагом направлялся к воротам. Нил чуть повернулся, чтобы разглядеть Эндрю, и увиденное отчасти охладило его радость. Эндрю сидел во вратарской зоне, держа клюшку поперек колен. Запасных игроков пустили на поле, и Нил услышал взволнованный голос Даниэль, но дожидаться остальных он не стал, а побежал за Кевином и оказался перед воротами почти одновременно с ним. Дэй без всяких слов понял, в чем дело. За долгие годы он научился лгать перед камерами, поэтому знал, как выиграть время для Эндрю. Опустившись на корточки перед Миньярдом, он потянулся к его клюшке, делая вид, будто вместе с голкипером осматривает ее на предмет повреждений. Оба принялись жестикулировать, изображая разговор, хотя в действительности никто из них не произнес ни слова, и только Эндрю судорожно втягивал воздух сквозь стиснутые зубы, пытаясь сдержать тошноту. Кевин перевернул его клюшку и надавил обтянутыми перчаткой пальцами на головку. Дерево поддалось, и черенок по всей длине прорезала огромная трещина. Услышав этот хруст, Нил вздрогнул и поискал глазами щербину в полу. Остальные члены команды окружили их кольцом, поздравляя нападающих с победой и заодно закрывая от посторонних взглядов своего измученного вратаря. Мэтт радостно хлопал товарищей по плечам и шлемам, с его лица не сходила широченная улыбка. – Вот как это делают Лисы! Вот как мы это делаем, да, ребята? Эндрю отодвинул сломанную клюшку и поднялся, хотя ноги его явно не держали. Нил испугался, что он упадет, но Ники дружески обнял его за плечи и прижал к себе, незаметно поддерживая в вертикальном положении. Эндрю хотел было огрызнуться насчет непрошеной помощи, однако Хэммик не дал ему открыть рта. Вскинув вверх кулак, он испустил ликующий вопль. – Это было круто! Считайте, сезон наш! – Это было отстойно, – возразил Кевин, выпрямляясь во весь рост. – Еле-еле вывезли. – Заткнись, зануда, – добродушно отмахнулся Ники. – Брюзжать будешь в автобусе, а сейчас не порти нашу минуту славы. – Реально. – Мэтт энергично потер Кевина по шлему. – Ты что, облезешь, если хоть разочек улыбнешься бесплатно? Не дожидаясь ответа, Мэтт повернулся к Элисон, которая наконец присоединилась к команде. Она уже приняла душ и переоделась в обратную дорогу, а влажные волосы стянула на макушке в тугой хвост. Заметив ее заплаканные глаза, Нил отвернулся. Мэтт стиснул Элисон в медвежьих объятьях, оторвав от земли. – Ты была великолепна! – Ладно, – вмешалась Дэн, – пора выразить соболезнования проигравшим и двигать отсюда. Лисы быстро встали в шеренгу, Черепахи неохотно выстроились напротив них. Игроки обеих команд прошли друг мимо друга, символически стукаясь клюшками и повторяя «Отличная игра!», хотя и без особой искренности. После этого Лисы не задерживаясь покинули поле и столпились вокруг Ваймака. Эндрю под шумок скрылся в раздевалке. Нил впервые видел на лице тренера такую улыбку – скупую, но полную яростной решимости и гордости одновременно. – Ну вот, так-то лучше. Отряжайте тех, кто вместе со мной будет отбиваться от прессы. Остальные – тащите свои потные вонючие задницы в душ. Игру разберем в автобусе. – Мы с Рене пообщаемся с репортерами, – сказала Дэн по пути к раздевалке. – Нил, можешь воспользоваться женской душевой, пока нас нет. – Что? – не понял Нил. Дэн недовольно сдвинула брови, и вместо нее пояснил Мэтт: – Здесь в душевых нет кабинок. Нил это заметил, но не думал, что заметят другие. То, что Лисы обратили на это внимание и пытаются ему помочь, его потрясло. Он замялся с ответом, не находя слов, и в конце концов выдавил: – Вы правда не против? – Чувак, ты меня убиваешь, – встрял Ники. – Почему, как только тебе хотят оказать услугу, у тебя сразу появляется взгляд испуганного оленя в свете фар? –Или побитый котёнок который больше не доверяет...–Грусно сказала Эрика. –Ага...–Ники согласился с ним – Мы правда не против, – успокоила его Дэн. Нил начал мямлить слова благодарности, но она лишь небрежно отмахнулась: – Брось, ерунда. Только не растрать всю горячую воду. В общей комнате Дэн, Рене и Ваймак уселись на скамейку дожидаться интервью, а остальные пошли мыться. Забрав сумку, Нил направился по коридору в женскую душевую, где приватности было чуть больше: здесь, по крайней мере, имелись отдельные кабинки, хотя и открытые, без дверей. Отвернувшись спиной к выходу, Нил наскоро принял душ и растерся полотенцем, так быстро и сильно, что кожа пошла красными пятнами. Он торопился, потому что не хотел задерживать девушек. Оделся в джинсы и свободную футболку, схватил сумку с вещами и поспешил прочь. Судя по оживленным голосам, доносившимся с другого конца коридора, репортеры еще не ушли. Нил осторожно прокрался мимо двери в общую комнату – происходящее там не вызывало у него особого интереса, просто он хотел показать девушкам, что освободил душевую. Ваймака с ними не было – видимо, свою часть интервью он уже отработал. Заметив движение в коридоре, Рене бросила взгляд в дверной проем и улыбнулась Нилу: дескать, поняла. После этого он предпочел побыстрее убраться – не дай бог сцапают журналисты. Прятаться было особо негде, но тут он заметил приоткрытую дверь медицинского кабинета. Нил осторожно толкнул ее, заглянул внутрь и увидел Ваймака, который сидел на идеально застеленной кушетке и крутил в руке пачку сигарет. Сочтя его кивок приглашением, Нил скользнул в комнату и уже хотел закрыть за собой дверь, как вдруг его взгляд наткнулся на безмолвного компаньона тренера. В углу комнаты на полу, скрестив ноги, сидел Эндрю. Он по-прежнему был во вратарской форме и только скинул краги и шлем. Перед ним кучей высилось содержимое медицинского чемоданчика Эбби, сбоку валялся опрокинутый пузырек с таблетками, часть из которых раскатилась по полу. Обеими руками Эндрю крепко – так, что побелели костяшки пальцев, – сжимал свою награду за сегодняшние труды: бутылку дорогущего виски «Джонни Уокер». И хотя поле он покинул не больше десяти минут назад, бутылка была наполовину пуста. Нил удивился, как Эндрю вообще ее держал. – Эбби и Элисон уже в автобусе, – сообщил Ваймак. – Можешь идти к ним или, если хочешь, подожди остальных здесь. Нил неплотно прикрыл дверь, чтобы услышать, когда пресс-конференция закончится, и сел на ближайший к выходу табурет. Поставив сумку в ногах, он снова посмотрел на Эндрю, затем перевел взгляд на Ваймака. – Тренер, зачем вы потратились на установку кабинок? Ваймак неопределенно дернул плечом. – Наверное, знал, что однажды они тебе понадобятся. Не отнимая горлышка бутылки от губ, Эндрю ухмыльнулся. – Наш Нил – ходячая трагедия. – Да и на тебя без слез не взглянешь, – парировал тренер. –Я могу без слез, и Финн тоже. –Не считая вас. Эндрю хихикнул. Смешок вышел слабым, так как лекарство еще не подействовало, но, услышав его, Нил понял, что Миньярда накроет еще до отъезда со стадиона. – И то правда, – кивнул Эндрю. – О, кстати: на этих выходных я поживу у вас. – Не припомню, чтобы я тебя приглашал, – буркнул Ваймак, хотя как отказ это не прозвучало. – После сегодняшней игры Кевин достанет меня своим занудством. – Эндрю закрутил крышку на бутылке и отставил ее в сторону, потом ловко собрал чемоданчик Эбби, отодвинул его и встал. – Так что либо я ночую у вас, либо снова его пырну. Выбирайте. –Пырнуть Кевина!–Радостно крикнула Веснински –Нет! –Блин... Ваймак устало взялся за переносицу. – Эндрю, клянусь богом… – Всего хорошего, тренер. Эндрю направился к двери, однако Нил рукой загородил ему путь. Послушно остановившись, Миньярд с любопытством на него посмотрел. Нил убрал руку. – Как ты узнал? – спросил он. – Как угадал, куда он будет бить? – Тренер говорил, что Уоттс всегда пробивает пенальти в нижний угол. В ситуации, когда от него зависел исход игры, он, естественно, сделал то же самое. Нил ошеломленно уставился на Эндрю. Ваймак упомянул об этом во время перерыва, давая указания на второй тайм и зачитывая стартовый состав бельмонтцев; упомянул вскользь, среди всякой прочей информации. Нил был уверен, что Эндрю даже не слушал скучные речи тренера. Просто невероятно, что он запомнил эту подробность и сумел воспользоваться знанием в решающий момент. – Но… – Нил умолк, не находя слов. Эндрю сверкнул улыбкой и вышел. Нил растерянно посмотрел на тренера. – Я думал, ему все равно. Все говорили, что ему плевать, и я начал в это верить, но, если бы это было так, он не спас бы сегодняшнюю игру… правда? – Как разберешься, свистни, – отозвался Ваймак. –Мы сами в догатках. Через несколько минут журналисты наконец убрались, и Нил вернулся в общую комнату ждать товарищей. Лисы подтягивались по двое, Дэн и Рене явились последними. Погрузиться в автобус не заняло много времени, а вот выбраться с парковки оказалось сложнее, даже несмотря на присутствие целой толпы копов, регулировавших движение после матча. Пока «лисий» автобус полз через кампус, его не раз обстреляли смятыми банками из-под пива. Ники опустил стекло, собираясь как следует обматерить хулиганов, но Ваймак строго на него шикнул, и Хэммику пришлось ограничиться неприличными жестами в адрес бельмонтцев. Благодаря атмосфере душевного подъема, вызванного неожиданной победой, дорога домой пролетела незаметно. Общую радость не разделяла только Элисон, тихонько дремавшая на переднем сиденье рядом с Эбби. Остальные старшекурсники собрались в середине автобуса, чтобы подробно обсудить матч с компанией Эндрю, тогда как сам Эндрю пересел к Ваймаку, предпочитая забалтывать тренера, нежели пережевывать детали прошедшей игры. Грубая критика Кевина несла в себе пользу, однако для разгоряченных победителей была неприятным холодным душем. Посреди разговора Нил вдруг осознал, что счастлив.... –Ёпт! Что?! –Нил, ты нас убиваешь... ...Это ощущение оказалось таким неожиданным и непривычным, что на какое-то время он словно оглох. Он не помнил, когда в последний раз испытывал такое чувство сопричастности и защищенности. Прекрасное, но опасное чувство. Человеку с таким прошлым, как у него, тому, чье выживание завязано на лжи и тайнах, нельзя ослаблять защиту. И все же, когда Ники со смехом придвинулся к Нилу, снова вспоминая один из его удачных голов, тот сдался: пожалуй, он может позволить себе счастливый вечер, всего один. –А потом разрешать хоть каждый день быть счасливым. –Дэнни-и-и, твоя очередь читать.–Напомнила Мэнни брату –Знаю, дайте уже книгу.–И близнец получив книгу, начал читать:

Глава пятая

У себя в комнате Нил хранил двести пятьдесят тысяч долларов наличными и зашифрованные инструкции на получение еще полумиллиона. Когда они с матерью пустились в бега, денег было куда больше, но за годы скитаний запас истощился. То, что осталось, многие сочли бы целым состоянием, однако для Нила эти жалкие гроши означали жалкое будущее. Без карточки социального страхования на работу не устроишься, а при каждом переезде нужно обеспечить себе новое имя, новое лицо и новое жилье. Траты росли как снежный ком. Маскировка давалась проще всего. Изменить прическу, цвет волос и глаз, освоить акцент – этого, как правило, было достаточно, чтобы обдурить окружающих. В Европе Нил пользовался британским акцентом матери, в Штатах – американским акцентом отца. Но для того чтобы полностью вылепить новую личность, не привлекая лишнего внимания, требовалось иметь реальный адрес, порой – освоить другой язык, а еще заполнить свободное время. В Милпорте Нилу повезло: он самовольно заселился в пустующий дом и не платил за жилье, но в будущем такая удача вряд ли выпадет вновь. –И вправду, тебе очень повезло. Перемены в жизни поднимали расходы на новый уровень. Нил переживет этот год, только если дотла сожжет все мосты. После того как он схлестнулся с Рико Мориямой и засветился на экранах, простая смена имени и переезд не спасут; необходимо оборвать все связи, в том числе в Штатах. –Знала бы моя книжная версия, что идет не по плану. Выправить новый паспорт непросто, но тут Нил хотя бы знал, к кому обращаться. Его мать родом происходила из британского преступного клана, и от нее Нилу достался целый список контактов разных темных личностей. Большинство были европейцами, а значит, его папаша дотянуться до них не мог. Нил не был уверен, согласятся ли они помочь ему в отсутствие матери, и все-таки надеялся, что ее имя сослужит добрую службу. Необходимые документы стоили весьма недешево, но зато и по качеству работы считались едва ли не лучшими. Учитывая стремительное развитие технологий, иначе и быть не могло. Примерно рассчитав, сколько денег ему понадобится в мае, Нил благоразумно решил отказаться от лишних покупок. Он и так сдуру потратился на той отвратительной первой вечеринке в Колумбии, так что оставшиеся средства лучше попридержать. У Лисов, однако, имелись другие соображения на этот счет, и именно поэтому во вторник Нил неожиданно оказался на шопинге. –Ну наконец-то. О том, что после тренировки они не сразу поедут в общагу, его никто не предупредил. Лисы просто затолкали Нила в машину и без объяснений повезли в торговый центр. В субботу намечался традиционный осенний банкет команд юго-восточного округа, а подходящей одежды у Нила, как все прекрасно знали, не было. Мероприятие не такое официальное, как грядущий в декабре зимний банкет, и тем не менее в рваных джинсах и линялой футболке на него не заявишься. – Рано или поздно тебе придется что-то примерить, – заметил Ники. – Я мог бы просто не ходить на ваш чертов банкет, – пробурчал Нил. – Заткнись. Ты идешь, и точка, – отрезал Кевин, как будто сам не дрейфил перед этим событием. На банкет приглашались все четырнадцать команд первого дивизиона, включая «Воронов» из университета Эдгара Аллана. Встречи с бывшими товарищами Кевин жаждал не больше Нила. – Другие команды хотят на тебя посмотреть. – Плевать, – сказал Нил. – Меня они интересуют только на поле. – Сохраняй лицо, Нил. – Эндрю методично стягивал с вешалок предметы одежды и ронял их на пол. Очередную вешалку он метнул в двоюродного брата; крякнув, тот вовремя увернулся. В ответ на свой промах Эндрю пожал плечами и повернулся к Нилу. – Ты высмеял Рико на шоу у Кэти. Если не придешь на банкет, он скажет, что ты зассал. Ай-ай-ай, Нил, как не стыдно! Нила, однако, в самом деле терзал страх, и Эндрю это знал. – Вот. – Аарон протянул Нилу клочок бумаги. – Держи, пока я не забыл. На клочке синими чернилами были выведены округлые буквы и цифры – перечень имен и номеров. Ники заглянул Нилу через плечо и пренебрежительно фыркнул: – Серьезно, Аарон? – Дэн попросила меня взять список у Кейтлин. – Кто все эти люди? – не понял Нил. – Лисички без пары, – сообщил Аарон. –Мне жаль их. –А мне папу, и его психику... –Согласен–Согласился Ники. –Дядь Ники, даже не пытайтесь сделать из моего отца в гея. Он дэми! –Кто?–Не понял Нил –Дэми-это те люди которые никто не привлевает, но будет нравится человек которому он доверяет–Коротко объяснил Финн – И все они девчонки, – поморщился Ники. – Это нам не поможет. – Ники, – начал было Нил. Но Хэммик выдернул у него из пальцев бумажку и смял ее. – Какая прелестная невинность! Нил, в свои девятнадцать ты ни разу не посмотрел на сиськи Элисон – и после этого будешь называть себя натуралом? Надо нам с тобой как-нибудь сесть и поговорить об этом. –Чего?!–Крикнул Сет с Сарой –Каюсь. – Так, лично я сваливаю. – Аарон поднял ладони и развернулся. – Когда закончите, найдете меня на фудкорте. – Прекрати дурно на него влиять, – сказал Кевин, обращаясь к Ники. – Я собираюсь вывести его в национальную сборную, и будет проще, если он останется гетеросексуалом. Тебе лучше чем кому-либо другому известно, сколько у людей предрассудков. Только представь, как это ударит по его карьере! –Удивительно, что они это обсуждают–Прокоментировал Нил. –Ну как тебе сказать–Невинно сказала Рейчел. – Поверить не могу, что мы это обсуждаем, – вздохнул Нил. Ники с обеих сторон сжал его голову ладонями, словно стараясь оградить от спора, но пользы это не принесло, так как уши-то он и не закрыл. – Ты занимайся карьерой Нила, а я позабочусь о его личном счастье. Брось, Кевин. Даже ты не можешь не признать, что он ведет себя очень странно! –Это как бы моя жизнь! Эндрю вскинул руки. – Новость часа, Ники: Нил – ненормальный! –Вау, мы оказывается таки-и-ие тупые, что не сразу это поняли–Сьязвила Карин – Он даже хуже ненормального. – Вообще-то я здесь, – возмутился Нил, – и все слышу. Ники театрально вздохнул и отпустил его голову. – Ладно, ладно. Бери с собой чирлидершу, если хочешь. – Никого я с собой брать не буду. Я вообще не хочу идти. – Ты хоть представляешь, какое это позорище – прийти на такое мероприятие без пары? –Тогда я позор–Сказал Финн–И Кай тоже. –Я думал ты меня забыл. –Тебя забыть трудно, особенно твоё лицо.–Сказала Рейчел. –Это оскрабление или комплимент? –Скорее оскрабление. – А ты, что ли, нашел себе пару? – удивился Нил. – А как же Эрик? – Эрик в Германии, – ответил Ники. – Да, нашел, но встречаться-то с этим парнем я не собираюсь. Мне просто нужен кто-нибудь, с кем можно хорошо провести время. Повеселиться, понимаешь? Нормальные люди иногда веселятся. А вы двое просто невыносимы. Нил перевел взгляд на Эндрю, но вместо него ответил Кевин: – Не лезь не в свое дело. – Трое, – произнес Нил. – Не двое, а трое. Еще Элисон. От этих слов Ники разом помрачнел. После всего, что Хэммик о нем наговорил, Нил не жалел о сказанном, но и не чувствовал, что реабилитировался. Ники что-то пробормотал себе под нос и отправился дальше рассматривать рубашки. Нил снова переключился на выбор слаксов, висевших перед ним, но никак не мог сосредоточиться. Не глядя на размер и модель, он рассеянно перебрал несколько вешалок, потом посмотрел на Кевина. – Пригласишь ее? – Кажется, его самого вопрос удивил не меньше, чем Кевина и Эндрю, которые застыли, вытаращив глаза. Нил продолжал перебирать вешалки, не отводя взгляда от Кевина. – Они с Сетом так хотели пойти, за обедом только о банкете и болтали. А теперь она придет, а он – нет… – Какая дешевая отмазка, – издевательски ухмыльнулся Эндрю. – Хочешь, чтобы кто-то другой подчищал за тобой дерьмо? Нил, Нил, в следующий раз придумай что-нибудь получше. С поджатым хвостом ты смотришься убого. – Отъебись, – сказал Нил. – Твоя теория – всего лишь теория. Когда найдешь доказательства… – …произойдет чудо и тебе сразу станет легче смотреть Элисон в глаза? – Эндрю изобразил потрясение. – Когда я найду доказательства, станет ясно, что Сет ходил с мишенью на спине и нарисовал ее ты. Задумайся об этом как-нибудь на досуге. –Нил, Рико мудак, он заслужил, ты не виноват в возможной смерти Сета. Нил не нашелся с ответом. Повисла короткая пауза, после чего Эндрю, хохотнув, двинулся прочь. Нил посмотрел ему вслед, пытаясь решить, кого ненавидит сильнее – его или Кевина. – Я не буду ее приглашать, – сказал Кевин, прервав затянувшееся молчание. – Хоть ты и навлек гнев Рико на всю нашу линию нападения, но округ «Вороны» сменили в первую очередь из-за меня. Ни ты, ни я не вправе сейчас подходить к Элисон. – Ты считаешь, что Эндрю прав. – Да. – Но людей не убивают из-за игры. –Ну наконец-то! Нашла доказательство того, что Рико не человек!–С такой радостью сказала Рейчел, что многих напугало. – Там, где я вырос, это больше чем игра, – сказал Кевин. – Я знаю, что за смертью Сета стоит Рико. Знаю таких, как он. Тебе не понять, что ими движет, – и слава богу. При любых других обстоятельствах Нил вздохнул бы с облегчением, услышав эти слова. Они означали, что Эндрю не рассказал Кевину о его прошлом, что Кевин его пока не узнал. Однако на краткий миг Нилу захотелось возразить, сказать, что на его глазах творилось много жестокости, но такой бессмысленной – никогда. Отец Нила возглавлял крепкий преступный синдикат, состоявший из верных ему людей. Мало у кого хватало глупости оскорбить Мясника; рискнувших перейти ему дорогу было еще меньше. Из тех, кто на это осмеливался, Мясник делал показательный пример – только из них самих, а не из их соседей или коллег. Рико полагалось прийти за Нилом, а не вымещать злобу на Сете. –Ну Рико тупой, но не казнить же его, хотя должны... – Эй, – позвал Ники из прохода. Нил был рад отвлечься, но Ники двигался слишком медленно. – Хватит уже на сегодня чернухи. Прекращайте эти ваши разговоры, слышите? В ответ Кевин молча отвернулся. Ники, все еще слегка настороженный, подошел к Нилу. Тот обвел глазами охапку вешалок с одеждой в руках Хэммика: для банкета все это не годилось. Спрашивать, кому предназначаются наряды, он не собирался, однако Ники поймал его взгляд и надулся от гордости: – У меня отличный вкус, правда? Можешь примерить, если хочешь, но я и так знаю, что не ошибся с размером. – С какой стати мне это мерить? – С такой, что это твои шмотки. – Ники произнес это как нечто само собой разумеющееся и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Ты же в курсе, что тренер еще с июня долбит нам кукушку насчет твоего гардероба? Он пригрозил, что заставит нас бежать марафон, если мы не решим вопрос. Гребаный марафон, Нил! Парень вроде меня на такой дистанции сдохнет. Будь добр, сделай одолжение и не спорь. – Да что не так с моей одеждой-то? – Отмотаем назад на тот момент, когда я просил не спорить, ладно? Я хорошо его запомнил, ведь всего пять секунд прошло. – Когда Нил потянулся за одеждой, Ники отдернул руки. – Нет уж, я сам подержу. А ты пока подбери себе штаны. Нил мысленно сосчитал до десяти, однако унять вскипевшее раздражение это не помогло. – В жизни больше не поеду с вами по магазинам. –Поедишь, ещё как. – Ага, как же. Чувак, теперь я начинаю понимать, почему Эндрю оставил тебя здесь. Хорошо, что он не послушал, когда я предложил ему взять тебя с собой. – Взять меня с собой куда? – Ну, кое-куда, – туманно ответил Ники. – Сосредоточься на текущей задаче, Нил. Чем дольше ты будешь стоять столбом, тем дольше мы тут проторчим. Нил отогнал мысли об Эндрю, Элисон и Рико и переключился на одежду. Со слаксами он определился довольно быстро, а вот несколько выбранных им рубашек Ники забраковал. В конце концов Нил плюнул и сдался на его милость. К кассе они подошли вместе, причем Ники никак не хотел расставаться с охапкой ненужных Нилу вещей. Шлепнув его по рукам, Ники упрямо увернулся. – Раз уж эти шмотки тебе не нравятся, платить за них ты не будешь. Заплатит универ – ну, почти: деньги спишутся с карты тренера. Э, э! – Ники попятился, не давая Нилу выхватить у него вещи. – Еще раз полезешь, укушу. И не думай, что это пустая угроза. Я знаешь как кусаюсь! Иди Эрика спроси. –Почему я не удивлён? –Потому что бывали случаи и похуже, чем потеря ваших денег. – Хватит нас позорить, – разнял их Кевин. – Ники, вали на другую кассу. – Я сам могу купить себе одежду, – снова запротестовал Нил, когда Хэммик ускакал прочь. Кевин медленно оглядел его с головы до ног. Джинсы Нила вылиняли до беловато-серого оттенка, горловина футболки замахрилась, подол обтрепался. На него не впервые смотрели как на бездомного, но высокомерная снисходительность Кевина била наотмашь. Сперва Нила обожгло стыдом, однако он подавил это чувство. Внешний вид у него, конечно, запущенный, но тому есть свои причины. Человеку вроде Кевина, выросшему под вспышками фотокамер и заработавшему кучу денег на собственном таланте, их не понять. – Терпеть тебя не могу, – признался Нил. – Да мне фиолетово. – Кевин показал поверх его головы на кассира. – Шевелись. Расплатившись, они забрали целую уйму пакетов. Съехали вниз по эскалатору, вышли к большому фонтану – сердцу торгового центра. Там их уже ждал Эндрю: по-турецки скрестив ноги, он сидел на окружавшем фонтан бортике, выложенном плиткой под мрамор. Эндрю увлеченно что-то строчил в телефоне и при появлении товарищей даже не поднял головы. Свалив пакеты с покупками ему под ноги, Ники с любопытством вытянул шею. – Где ты откопал этого динозавра? – ужаснулся он. – Кто сейчас берет телефон-раскладушку? Эндрю, ты мне такой выигрыш обломал! Нил в который раз задался вопросом, есть ли в этом мире что-нибудь, на что Лисы не спорят. – Печалька, – сухо прокомментировал Эндрю. – Не мог найти с нормальной раскладкой? – А зачем? – Эндрю закончил возиться с телефоном, захлопнул его и перебросил Нилу. Тот инстинктивно поймал мобильник, но от следующих слов Миньярда буквально замер. – Кому Нил будет писать? –Что блять? –Нил, у тебя нет телефона, мы должны хотя бы знать, что ты жив –Но... –Заткнись–Крикнула большая часть комнаты – Гм, да хотя бы мне, – сказал Ники так, будто озвучил очевидный факт. – Что… – Нил не смог даже задать вопрос. Разжав пальцы, он уставился на серый телефон в своей ладони. Он не думал, что такая маленькая вещица всколыхнет такую боль, но тяжкая скорбь, наполнившая сердце, казалось, разрывала его на части. Шум в ушах напоминал грохот океана. На мгновение Нил вернулся на пляж, к объятому пламенем автомобилю. Он до сих пор помнил запах гари, соленую воду и тошнотворную вонь горящей плоти. Он все еще чувствовал песок на пальцах – нагретый солнцем сверху и обжигающе холодный на глубине, где Нил закопал кости матери. –Нил, тебе точно нужно к Бетси –Нет. Ему очень хотелось сохранить телефоны. Переезжая с места на место, они всякий раз покупали новые мобильники, одноразовые дешевки с предоплаченной связью, от которых не жалко избавиться при первом подозрении на опасность. Он хотел сохранить телефон матери – как напоминание о ней, как нечто материальное, к чему можно прикоснуться. Увы, он уже тогда понимал, что не может себе этого позволить. Покидая пляж, он зашвырнул оба мобильника в воду и новым с тех пор не обзавелся. Какой смысл? На всем белом свете нет никого, кому он мог бы позвонить. –Ну хотя бы дедушке Стюарту. –Он меня не убьёт? –Пап, ты единственный член из его семьи который жив, он будет тебя защищать, не убивать, ты сын его сестры. –Всё равно. – Нил. Настойчивый голос Ники наконец пробился сквозь глухой шум в его ушах. Нил медленно поднял глаза и запоздало сообразил, что Ники что-то ему говорит. На лице Хэммика читалась тревога. Нил судорожно сглотнул и попытался вспомнить, как дышать. Сомкнув пальцы на телефоне, чтобы не видеть его, он протянул аппарат Ники. – Нет. Хэммик вскинул ладони. Со стороны он походил на человека, который не столько отказывается забирать мобильник, сколько старается успокоить загнанное в угол животное. – Нил, – осторожно и с расстановкой заговорил он, – нам, типа, надо, чтобы у тебя был телефон. Чтобы ты весь сезон оставался на связи. – А то уж как-то легко ты вызываешь в людях желание тебя пришить, – добавил Эндрю. –Кстати да, даже в нашем времени также. Услышав это бестактное объяснение, Ники болезненно поморщился, но взгляда от Нила не отвел. – Что, если тренеру понадобится с тобой поговорить или до тебя докопаются сраные фанаты Рико? Под конец прошлого сезона все словно взбесились, а в этом с самого начала творится черт знает что. Мобильник нужен на всякий случай. Нам всем будет спокойнее, если мы будем знать, где ты. – Не могу. – Слишком грубо, слишком честно, но иначе нельзя. Если Нил прямо сейчас не избавится от этого телефона, его стошнит. – Ники, я… – Ладно, ладно. – Ники накрыл руку Нила ладонями. – Мы что-нибудь придумаем. Нил думал, что, отдав телефон, почувствует себя лучше, однако непреодолимое ощущение потери по-прежнему жгло легкие огнем. Он высвободил ладонь и взял в нее пакеты с покупками, висевшие на сгибе локтя. Просить ключи не потребовалось – Эндрю выудил их из кармана Ники и протянул Нилу. Тот потянулся за связкой, но Эндрю отдернул руку. Подавшись вперед на широком бортике, он усмехнулся. – Знаешь, Нил, честность тебе ужасно не к лицу. –Потом привычное честное лицо–Сказал Эван Нил выдернул ключи у Эндрю из пальцев и под его смех побрел прочь. В торговый центр Нил больше не вернулся, но довольно скоро Лисы присоединились к нему в машине. Про телефон никто не вспоминал, и, хотя Ники то и дело обеспокоенно поглядывал на Нила в зеркало заднего вида, на обратном пути в кампус к нему никто не лез.

* * *

Молчание не могло длиться вечно, как бы Нилу того ни хотелось. Выйдя из душевой наполовину одетым для ночной тренировки с Кевином, он обнаружил, что Дэя в раздевалке уже нет. Судя по разбросанным на скамье вещам, выйти его заставило что-то непредвиденное. Эндрю дожидался Нила, сидя верхом на скамейке; перед ним лежал тот самый телефон. Невольно посмотрев на мобильник, Нил быстро перевел взгляд на лицо Миньярда. Эндрю больше не ухмылялся. Он пропускал девятичасовую таблетку, чтобы до отхода ко сну выйти из возбужденного состояния, хотя при этом обычно бодрствовал до полуночи, сопровождая Кевина и Нила на тренировку. – Надо же, сколько проблем у человека, – вздохнул Эндрю. – Телефон мне не нужен. – В этом сезоне тебе он нужен как никому. Эндрю вытащил из кармана собственный телефон и положил его рядом с мобильником Нила. Он был черного цвета, но той же модели. Открыв оба телефона, Эндрю нажал какие-то кнопки. Через пару секунд его мобильный зазвонил. Нил ожидал услышать стандартный рингтон, но вместо этого зазвучала песня. Выбор Эндрю показался ему странным, но потом он вслушался в текст: песня была о беглецах. –У вас будут парные телефоны?–Удивилась Элисон. –Проверенный временем. –Зачем я остался. –Ради шоу? –Скорее цирк или зоопарк Нил пересек раздевалку и уселся на скамью лицом к лицу с Эндрю, потом сгреб его телефон и с силой нажал клавишу отбоя. – Думаешь, ты смешной? Нифига. – Да и ты, в общем-то, тоже. Накинул себе на шею петлю, а конец веревки отдал Рико, – отозвался Эндрю. – Я хорошо помню, как обещал позаботиться о твоей безопасности. Назови хоть одну причину, по которой тебе обязательно надо ставить мне палки в колеса. – В последние восемь лет мне удавалось выжить только потому, что меня не могли найти. – Это не причина. – Мы опять играем в честность? – А что, надо? – Эндрю забрал у Нила телефон. – Тогда ты первый. Нил принялся пальцем вращать свой мобильный на скамейке. Брать его в руки он не хотел и не мог. – Понимаешь, большинство родителей покупают детям телефоны, просто чтобы быть с ними на связи, а я носил с собой мобилу из-за тех людей, которые работали на отца. Мои родители хотели быть уверены, что успеют связаться со мной, если случится худшее. «Просто на всякий случай», – эхом повторил он слова Ники. – Я не выбросил телефон, когда сбежал. Родители погибли на моих глазах, но я продолжал надеяться, что ошибся. Я верил: в один прекрасный день они позвонят мне и скажут, что их смерть была инсценировкой. Что мне можно вернуться домой и что все наладится. Но единственный звонок был от того человека – он требовал вернуть деньги. С тех пор у меня нет телефона. Да мне он и не нужен. Кому звонить-то? – Ники, тренеру, на горячую линию по предотвращению самоубийств, да кому хочешь. – Я вспомнил, почему меня от тебя воротит. – Странно, что ты об этом забыл. – Может, забыл, а может, и нет. – Нил подтолкнул телефон к Эндрю. – Должен быть другой выход. – Например, иногда проявлять характер, – предложил Эндрю. – Понимаю, человеку, у которого на уровне инстинктов заложено чуть что рвать когти, это нелегко, но ты хотя бы попробуй, вдруг понравится. – Затолкать этот дебильный телефон тебе в глотку – вот что мне бы понравилось. –Нил, прошу лучше заталкай характер Веснински куда по глубже. –Я это не управляю, и ты это знаешь – Во-от, уже интереснее. – Я пришел сюда не для того, чтобы тебя развлекать. – Но, как я и ожидал, ты настолько талантлив, что справляешься с несколькими задачами одновременно. Вопрос, Нил: я похож на мертвеца? – Эндрю показал на свое лицо, сделал паузу, ожидая ответа, и, не услышав его, совсем не удивился. – Смотри сюда. Он поманил Нила ближе, как будто хотел что-то показать на маленьком дисплее телефона. Щелчком открыв раскладушку, Эндрю вдавил одну-единственную кнопку. Сначала было тихо, потом раздался приглушенный звук набора номера. Телефон Нила ожил; текст песни отличался, но голос исполнителя был тем же, что в рингтоне Эндрю. Играла все та же дурацкая песня, только другой куплет, и слова ранили так же сильно, как те, что звучали из мобильника Миньярда. Нил молча смотрел на экран, не нажимая отбой. –Ещё и одинаковый рингтон. – Тебе звонят, – подсказал Эндрю. – Сними трубку. Не чувствуя пальцев, Нил взял телефон и откинул крышку. Скользнув взглядом по высветившемуся на дисплее имени Эндрю, он нажал на клавишу ответа и поднес мобильный к уху. – Твои родители мертвы, у тебя куча проблем, и впереди не светит ничего хорошего, – сообщил Эндрю. – Для тебя это не новость. Но с сегодняшнего дня и до следующего мая ты останешься Нилом Джостеном, а я – человеком, который пообещал тебя защитить. Мне по барабану, когда ты воспользуешься телефоном – завтра, послезавтра или вообще никогда. Но ты оставишь его у себя, потому что однажды он может тебе понадобиться. – Эндрю поддел пальцем подбородок Нила и приподнял его голову, заставив посмотреть в глаза. – И в этот день ты не сбежишь. Ты вспомнишь о моем обещании и позвонишь. Скажи, что понял. Нил вдруг словно лишился голоса и сумел только кивнуть. Эндрю убрал палец с его подбородка и захлопнул свой телефон. Нил тихим щелчком сделал то же. Бесконечно долгую минуту он сверлил мобильник взглядом, потом взял его в руку и спрятал в сумку-почтальонку. Эндрю наблюдал за ним из-под полуприкрытых век. Нил избегал смотреть на Миньярда, пока не справится с эмоциями, но они отражались на его лице слишком явно. Эндрю изучал Нила взглядом еще какое-то время, потом вздохнул и отодвинулся. – Если ты закончил страдать, задавай свой вопрос, а то Кевин уже задрался тебя дожидаться. Нил собирался спросить про Кевина, но телефоны напомнили ему кое о чем еще. Выпытать правду об уговоре между Кевином и Эндрю можно и у Дэя, а на этот другой вопрос никто, кроме Эндрю, не ответит. – Зачем тебе звонили из полиции Окленда? – Ух ты, сразу в глотку вцепился. Может, ты все-таки и не тряпка, – с легким удивлением произнес Эндрю. – Служба опеки начала расследование в отношении одного из моих приемных отцов. Кабан Хиггинс знает, что я жил в той семье, и хочет, чтобы я дал показания. – Но ты его послал. Эндрю небрежно отмахнулся. – Ричард Спир – скучный, но относительно безвредный тип. Копам не удастся ничего на него навесить. –Спирт, Стрит–Начала повторять похожие фамилии Рейчел.–Совпадение? А Финн? –И вправду. Совпадение. –О чём вы? –Потом узнаете. – Точно? Если это простое недоразумение, как-то уж слишком бурно ты отреагировал. – Мне не нравится это слово. – Бурно? – осторожно спросил Нил. – Недоразумение. – Странно. Чем оно может не нравиться? – Не тебе судить о чужих странностях. Эндрю перекинул ногу через скамейку и встал. Видимо, это означало, что разговор окончен. После ухода Миньярда Нил потянулся за спортивными шортами, но дверь, едва успев закрыться, распахнулась снова. Эндрю был прав: Кевин, вынужденный болтаться в ожидании Нила, страшно разозлился. Нил ждал едких упреков, но дерганые движения Кевина говорили сами за себя. Они быстро переоделись, вышли на поле и разрядили напряжение на тренировке. А закончив, вместе с засыпавшим на ходу Эндрю вернулись в общежитие. В ванной комнате Нил переоделся ко сну, ногой отпихнул грязную одежду и присел на край ванны. Верхний свет бросал блики на изогнутый корпус телефона у него на ладони. Прошла целая вечность, прежде чем он решился открыть его. Нил медленно пролистал меню и не удивился, обнаружив, что Эндрю заполнил за него список контактов, а некоторые номера даже поставил на быстрый набор: первым забил свой, вторым – номер Кевина, третьим – Ваймака. А еще непонятно с чего внес в список экстренных контактов телефон командного психолога. Встречаться с Бетси Добсон Нил больше не собирался, а потому удалил ее номер. –Я думаю тебе он в будущем пригодится. –Нет. Обновив контакты, он залез в историю звонков. Одно имя в списке повторялось дважды с указанием времени звонка. Не имя матери и, к счастью, не имя отца. Нилу еще только предстояло научиться с этим жить.

* * *

Неожиданный утренний звонок разом отнял у Нила пять лет жизни. Только что закончился испанский, и Нил уже складывал вещи, когда услышал отчетливую вибрацию. Отшвырнув учебник, он принялся лихорадочно рыться в недрах сумки в поисках телефона. Что могло случиться? В голове с бешеной скоростью проносились самые разные предположения. На экране мигал индикатор входящих сообщений. Увидев рядом с ним имя Ники, Нил слегка выдохнул – от Ники дурных вестей стоило ожидать меньше всего. Он открыл сообщение: это оказался всего-навсего веселый смайлик. Нил подождал, но больше ничего не пришло. В следующий раз телефон зажужжал, оповестив о сообщении от Дэн: «ники сказал у тебя есть тел. да или да?» Нил отправил короткое «да», надеясь, что этого достаточно. Полминуты спустя Дэн написала: «давно пора. я уж думала никогда не купишь». Нил хотел спросить, как у нее проходит урок английского, но потом решил воздержаться от ответа. К обеду, когда он пришел в столовую для спортсменов, в телефон нападало уже два десятка сообщений. Почти все были от Ники: пустой треп ни о чем. Нил читал их, но отвечал, только если Ники задавал вопрос. Два сообщения пришло от Мэтта – в первом он проверял слух о том, что Джостен обзавелся мобильным, во втором жаловался на Эндрю, который обломал крутой спор, купив такую убогую модель. «Эту древность уже сто лет не продают. Он ее в ломбарде надыбал?» –Они как бы продаются, даже в нашем времени, хотя у нас сенсерные–Показала свой телефон Рейчел. –Хочется уже побыстрее быть в вашем времени. –Всему своё время. Нил не знал, как к этому относиться. Мало того что Лисы каждый день проводили вместе по семь часов на тренировках, так все они еще и жили бок о бок в «Лисьей башне». Как при таком тесном общении у них оставалось что сказать друг другу, он не понимал. Он хотел поставить запрет на входящие сообщения или как-то объяснить, что брал мобильник не для этого. Телефоны нужны для экстренной связи, а не для бесконечных комментариев по поводу тягомотной лекции. Нил сдерживал себя, сознавая, что в данном случае неправ, но все равно испуганно подскакивал всякий раз, когда раздавалось знакомое жужжание. –Пап, это важно. Особенно если жаловатся на Кевина... –Эй! Остальных его молчание нисколько не смущало. Ники сыпал эсэмэсками весь день в среду и почти до вечера четверга. Наконец терпение Нила иссякло. Усевшись на ступеньки в учебном корпусе, он старательно набрал ответ: «Что, если ты израсходуешь все сообщения, а они тебе понадобятся?» Реакция Ники последовала незамедлительно: «???» Несколько секунд спустя он прислал более вразумительный ответ: «в нашем тарифе нет лимита смс. их нельзя израсходовать. хотя я попробую Нил вздохнул и отказался от этой борьбы, сочтя ее безнадежной. –Это худшая пытка в твоей жизни? –Получается, что так. К раннему вечеру пятницы, когда команда погрузилась в автобус, в папке «Входящие» накопилось семьдесят сообщений. «Лисы» отправлялись в Колумбию на матч против команды университета Южной Каролины. Колумбийцы были единственной, помимо них, командой первого дивизиона в штате, поэтому университеты жестко соперничали между собой. Сегодня шансы у «Лисов» были неплохие, хотя играть они собирались с той же авантюрной расстановкой, что и на прошлой неделе. Ники хотел ехать в Колумбию отдельно, чтобы после игры завалиться в «Райские сумерки», но Ваймак категорически это запретил. Он знал, как парни развлекаются в клубе, и не хотел подвергать команду риску перед самым банкетом. Если на банкете кто-то из руководства вдруг решит, что Эндрю уклоняется от приема таблеток, его заставят сдать кровь на анализ, а Ваймаку очень не хотелось, чтобы в результатах фигурировала «крекерная пыль». Эндрю не стал спорить с решением тренера, зато Ники всерьез надулся. Он развернулся в своем кресле и стал болтать с Нилом. В разгар его щебетания о каком-то учебном проекте у Нила завибрировал телефон. Нил машинально открыл сообщение – это оказался смайлик от Ники. Нил посмотрел на товарища с недоумением. – Видишь? – довольно произнес Ники. – Уже гораздо лучше. Вот так должен выглядеть нормальный человек, когда проверяет свой телефон. Нил удивился еще больше. – Так ты поэтому строчил мне сообщения как из пулемета? – В основном да. Эндрю велел мне разобраться с этим. Я нашел самый простой способ. – Разобраться с чем? – С тобой, конечно. Внимание, вопрос. – Ники сделал паузу. – Если бы я тебя не донимал, ты бы хоть раз прикоснулся к телефону за эту неделю? – Он нужен мне на экстренный случай, так что – нет. – Вопрос номер два, – продолжал Ники. – Ты действительно думаешь, что в экстренном случае схватился бы за телефон? Да ни за что. Видел бы ты свое лицо, когда Эндрю тебе его отдал. Это было не безразличие, не шок, а реальный нервный срыв, причем такой, какого я давненько не видывал. В чем причина – не знаю, но уверен, что в случае опасности тебе и в голову не придет позвонить кому-то из нас. Нил чувствовал правоту Ники и все же возразил: – Вам-то откуда знать? – Пойми, мы не можем рисковать. Нам совсем не хотелось бы на горьком опыте убедиться, насколько повернутые у тебя мозги. – Когда мне понадобилась помощь в Колумбии, я позвонил Мэтту. – О да, – сухо кивнул Ники. – Эту песню мы уже слышали. Ты позвонил Мэтту, выдал ему свою обычную присказку «Я в порядке» и дернул назад автостопом черт знает с кем. Не забыл? – Ники выжидающе посмотрел на Нила, но у того аргументов в свою защиту не нашлось. – Ладно, не благодари. Я только что сэкономил тебе как минимум две сотни баксов на сеансе интенсивной психотерапии. Нил не считал, что обязан благодарить Ники за удачную попытку ослабить его бдительность, однако покорно сказал: – Спасибо… – Господи, ты можешь хоть раз произнести это без вопросительной интонации? – обиженно поморщился Ники. – Что ж, маленькие победы – тоже победы. Сперва выиграй бой, потом победи в войне, так? Не уверен, как правильно звучит цитата, но, в общем, ты меня понял. Так на чем я остановился? Ники быстро вспомнил, о чем вел речь, и снова принялся увлеченно рассказывать о своей учебной презентации. Нил слушал вполуха. Мысли о мобильнике занимали его больше, чем назойливое гудение Ники. Когда Хэммик наконец отвернулся и пристал с каким-то вопросом к Аарону, Нил открыл телефон. Убрав с экрана набитую папку с входящими сообщениями, он переключился на историю звонков. Ничего не поменялось: имя Эндрю по-прежнему было единственным в списке. Что-то тут не сходилось. По утверждению Кевина, в Ниле крылось нечто, необходимое Эндрю. Что именно, Нил понятия не имел, но, очевидно, что-то важное, если ради него Эндрю готов противостоять «Воронам» и взяться за решение всех его проблем. Нил сделал себе заметку на выходных переговорить об этом с Кевином, но сперва им предстояло пережить осенний банкет. Вспомнив о завтрашней встрече с Рико, Нил помрачнел. Сунув телефон на дно сумки, он постарался расслабиться и не думать вообще ни о чем. –Ой блять. –Кто следущий? –Давайте я–Решила прочитать Эбби

Глава шестая

По жребию, разыгранному в июле, принимать осенний банкет выпало университету Блэквелла. Для Лисов этот вариант был относительно удачным – Блэквелл располагался всего в четырех часах езды, – и все же, загружаясь в автобус в субботу, никто особой радости по этому поводу не испытывал. Автобус выехал на шоссе с тринадцатью пассажирами на борту: Лисами, администрацией команды – тренером и медиком, а также спутниками Аарона и Ники. Ники взял с собой Джима – одногруппника, вместе с которым посещал занятия по импровизации; Аарон таки набрался смелости и пригласил Кейтлин. Нил не придал этому особого значения, пока не увидел, какие деньги перешли из одних рук в другие. Очевидно, Кейтлин стала предметом сразу двух споров между Лисами: во-первых, пригласит ее Аарон или нет, и, во-вторых, как на это отреагирует Эндрю. Последнее интересовало Нила больше. Эндрю пребывал в лекарственной эйфории, но при этом ни разу не улыбнулся Кейтлин и не сказал ей ни слова, а смотрел сквозь нее, как будто девушки не было вовсе. Банкет планировался как двухдневное событие, чтобы участники, добиравшиеся издалека, не зря потратили деньги и время, – но Лисы единогласно решили уехать в субботу вечером. Шести часов в обществе команд, которые регулярно и грубо высмеивают их перед журналистами, более чем достаточно. Дэн уверяла, что вряд ли кто из спортсменов рискнет затеять потасовку на официальном мероприятии – таких отморозков просто не найдется, – однако Нила это утешало слабо. Его напрягали не тринадцать крепких команд, а один-единственный страшный человек. Он старался не подавать виду, а вот Кевин начал терять самообладание еще в дороге, когда они проехали первый указатель на Блэквелл. Нил услышал короткие прерывистые вдохи-выдохи: Дэй мужественно боролся с приступом панической атаки. Отваги Нилу это явно не прибавило. Кевин не просто боялся Рико. Через двадцать минут его ждала встреча с прежней командой в полном составе. После смерти матери Кевина тренер «Воронов», Тэцудзи Морияма, взял его под свою опеку. Воспитывая будущую звезду, он тем не менее не позволял забывать, что Кевин – всего лишь ценная собственность Рико. Больше ничего Нил о Тэцудзи не знал. Единственный раз, когда Кевин упомянул бывшего тренера, он проговорился и назвал его «хозяином». После этого Нилу все стало понятно. Блэквелл медленно вырастал на горизонте, но уже сейчас можно было различить очертания двух стадионов. Футбольный стадион и стадион для игры в экси высились на противоположных концах кампуса, словно два гигантских краеугольных камня. – Эй-эй, – отвлек Нила голос Эндрю. – Кевин, если будешь так дышать, у тебя что-нибудь порвется. Нил обернулся. Эндрю навис над креслом Кевина, уложив руки на подголовник, и сверху смотрел на его макушку. Кевин сидел, подтянув колено к груди и спрятав лицо в сгибе локтя; костяшки стиснутого кулака побелели от напряжения. Нил догадывался, что трясет его так вовсе не из-за вибрации двигателя. – Посмотри на меня, – сказал Эндрю. – Все будет хорошо. Ты же мне веришь? – Верю, – глухо, но с заметным напряжением ответил Кевин. – Лжец, – засмеялся Эндрю и подался вперед, чтобы посмотреть в окно. «Лисы» прибыли не первыми, но и не последними, как выяснилось по быстрому подсчету автобусов. Взгляд Нила зацепили три черных автобуса, стоявших посреди парковки. Единственным цветовым пятном в этой черноте была темно-красная клякса вокруг силуэта ворона. Ваймак благоразумно припарковался подальше от «Воронов». Вытащив ключ из замка зажигания, он подхватил дорожную сумку Эбби и двинулся в конец салона. – Вываливайтесь, – скомандовал он, и старшекурсники послушно направились к выходу. Аарон и Ники дождались, пока Ваймак пройдет мимо их кресел, и только потом покинули автобус вместе со своими спутниками. Нил остался сидеть. Ваймак вытащил из сумки бутылку водки и поставил рядом с Кевином. – Пей сколько сможешь. У тебя десять секунд. Время пошло. Количество алкоголя, которое способен влить в себя человек, нуждающийся в «эмоциональном костыле», просто пугало. Ваймаку пришлось силой вытащить бутылку из судорожной хватки Дэя. Кевин утер рот тыльной стороной ладони и посмотрел в окно. Со своего места он не мог видеть черные автобусы «Воронов», однако, судя по затравленному выражению его лица, этого и не требовалось. Ваймак бросил на Нила многозначительный взгляд. Тот все понял, перестал тянуть время и вышел из автобуса, препоручив Кевина заботам Эндрю и тренера с его нетрадиционной медициной. –Пап, тебе тоже надо для "смелости"–Сказал Кай. Кевин послушался и начал пить. Эбби открыла багажное отделение, куда Лисы сложили одежду для банкета. Ники уже держал в руках вешалку с костюмом Нила, которую сразу ему отдал. Нил аккуратно ее взял, стараясь не помять свой наряд. Кевин и Ваймак спустились по ступенькам автобуса вслед за Эндрю. Тренер вернул Эбби ее сумку, подождал, пока Эндрю и Кевин заберут одежду, и запер автобус. Двое охранников, с интересом наблюдавших за прибытием «Лисов», проверили всех по списку. После этого один остался за входными воротами, а второй проводил их в комнату для переодевания. Поскольку домашняя раздевалка была занята командой университета Мэдисона, Лисам пришлось тащиться в гостевую на другом конце стадиона. К тому времени как они переоделись, спиртное успело подействовать на Кевина. Выходя из раздевалки следом за Эндрю, он выглядел гораздо спокойней. Ники, впрочем, то и дело бросал на Кевина тревожные взгляды: он явно сомневался, что это спокойствие продлится долго. Нилу тоже слабо верилось в выдержку Кевина, но он надеялся на Эндрю. На двери одной из инвентарных кладовок висела напечатанная табличка: «Университет Пальметто».... –Очевидно. ...Лисы оставили там свои личные вещи, Ваймак закрыл кладовку, а ключ спрятал в карман. После этого тренер снова пересчитал подопечных по головам и смерил Кевина оценивающим взглядом, а потом молча перевел глаза на Эндрю. В ответ Миньярд широко ухмыльнулся. Кивнув, Ваймак переключил внимание на Нила. – А ты, – строго сказал он, – постарайся вести себя прилично. Не лезь к нему сегодня. – Да, тренер, – отозвался Нил. –Ну да-а. –Пизда!–Крикнула Карин, скорее от ужаса. Ваймак скептически на него покосился, но развивать тему не стал. – Тогда идемте. На стадионе Блэквелла царила зловещая тишина. Все прибывшие уже собрались на поле. Толстый настил защищал гладко отполированный паркет от царапин, которые могли оставить ножки столов и стульев. Здесь ярко светили все прожекторы, и только экраны электронного табло под потолком оставались темными. Нил услышал слабые отголоски музыки, но убедиться в том, что ему не показалось, смог, только оказавшись во внутренней зоне. На банкет съехались четырнадцать команд, а это означало, что на поле присутствуют двести пятьдесят спортсменов плюс еще человек девяносто сопровождающих и служебного персонала. Нил впервые видел столько народу на поле для экси. Свободного места между столами оставалось предостаточно, и все же Нила коробило от того, что игровую площадку используют не по назначению. Ваймак придержал дверь и жестом пропустил Лисов вперед. Сразу за входом стояла небольшая группа тренеров. Один из них в рупор объявил о прибытии команды Пальметто. Оживленный гул разговоров немного стих, заскрипели стулья – кое-кто из гостей обернулся. Ваймак посмотрел на Дэн, дернул подбородком в безмолвном приказе двигаться дальше, а сам направился к коллегам, чтобы обменяться приветствиями. Эбби пошла за ним, напоследок окинув Кевина задумчивым взглядом. Места рассадки гостей были закреплены заранее. На спинках стульев имелись бумажные таблички в цветах команды с изображением соответствующего талисмана. Найти короткий ряд, отмеченный оранжевым, не составило труда, увидеть места «Воронов» оказалось еще проще. Команды усадили за одним столом, друг напротив друга. –Пиздец. –Так, Финн попкорн? –Есть! Лакрица? –Есть, и даже две пачки! Вишинко? –Есть. –Что вы делаете? –Готовимся к шоу –Нил блять! –Это возможное будущее, и другой я. – Вот мудачье, – донесся до Нила злой возглас Дэн, тихий, но отчетливый. Капитан команды, надо отдать ей должное, не сбилась с шага и так же решительно продолжила путь к столу. – Как банально, – фыркнул Эндрю. Однако, казалось, этот поворот событий привел его в восторг. – Может, все-таки повеселимся. Ну же, Кевин, не будем заставлять себя ждать. Кровь отхлынула от лица Дэя, однако он продолжал идти следом за Эндрю. Нил быстро пересчитал Воронов – получалось, что никто из них не привел с собой пару. И цветовую гамму они тоже не разнообразили: все двадцать два игрока были с ног до головы одеты в черное – двадцать парней в одинаковых рубашках и брюках и две девушки в одинаковых черных платьях. Вороны даже сидели одинаково – поставив правый локоть на стол и подперев ладонью подбородок. Любая другая команда на их месте выглядела бы по-идиотски, но «Вороны» своим видом почему-то внушали уважение. – Рико, – поздоровалась Даниэль, отодвигая свой стул, расположенный точно напротив стула Мориямы. – Дэн Уайлдс. Рико протянул руку с такой надменной снисходительностью, какой Нил в жизни не видел: предплечье вытянуто, кисть расслаблена – точь-в-точь владыка, ожидающий, что подданный припадет к его длани губами. Нил надеялся, что Дэн проигнорирует этот наглый жест, однако она вложила пальцы в ладонь Рико и легко пожала ее. Когда она отпустила его руку, он улыбнулся. – Я знаю, кто ты. Кто же здесь тебя не знает? Девушка – капитан команды первого дивизиона. Довольно прилично справляешься, несмотря на недостатки. – Недостатки? Какие же? – Ты правда хочешь, чтобы я начал их перечислять? Банкет рассчитан всего на два дня, Хеннесси. Что имел в виду Рико, Нил не понял, зато понял Мэтт, злобно процедивший сквозь зубы: – Поосторожней, Рико. Дэн коснулась руки Мэтта, призывая его не нервничать, и заняла свое место. Старшекурсники устроились слева от нее, аккуратно усадив Элисон между Рене и Мэттом. Пятерка Эндрю обосновалась справа от капитана в том же порядке, в каком они ехали в автобусе. Нил обнаружил себя в неприятной близости от Рико; слегка утешало лишь то, что их все же разделяло несколько человек. К сожалению, выяснилось, что Рико – не единственная проблема. Едва Лисы расположились, Ворон, который находился справа от Рико, встал и приблизился к девушке, сидевшей напротив Нила. Он молча положил два пальца ей на плечо, и этого оказалось достаточно, чтобы она поспешно поднялась и пересела на освободившийся стул, уступив место напротив Нила ему. Как только он это сделал, все остальные Вороны словно бы ожили и как один откинулись на стульях. С прямой спиной остались сидеть только Рико, тогда как новый визави Нила подался вперед, изучая его взглядом. Нил не узнал этого человека, но справляться насчет его имени не было нужды. Черная цифра три, вытатуированная на левой скуле, говорила, что перед ним не кто иной, как Жан Моро, основной защитник «Воронов» и, предположительно, давний друг Кевина. Сегодня его лицо определенно не лучилось дружелюбием. –Дядя Жан!–Радостно улыбнулась Рейчед, а вместе с ней Бен и Мелоди. –Почему ты называешь Жана дядей, а меня нет? –Потому что дядя, дедушка или тётя получают лишь те которые меня не бесят, либо у меня про них другое обозначение. Но для тебя Кевин первый вариант. – Где-то я тебя видел, – произнес Жан с густым французским акцентом. – На шоу у Кэти, если смотрел, – сообщил Нил. – А, точно. Как, говоришь, тебя зовут? Алекс? Стефан? Крис? –Блять! –Твои прошлын имена? –Это было очевидно, да Нил? –Мне пизда. –Мы это поняли. На миг Нилу показалось, что он полетел вниз. Земля как будто ушла у него из-под ног, в желудке все перевернулось. Секунду – минуту? вечность? – спустя он осознал, что не сдвинулся с места. Более того, замер не дыша. За восемь лет в бегах Нил сменил шестнадцать стран и двадцать два имени. Одно имя, упомянутое Жаном, могло ничего не значить, но три – уже не совпадение. Это угроза. Эндрю предупреждал, что Рико раскопает прошлое Джостена, как бы глубоко они с матерью его ни зарыли. Нил боялся этой неизбежности, но не хотел ее признавать. Иногда проходили годы, прежде чем отцу удавалось напасть на их след. Поверить, что Рико добился этого за две недели, было невозможно. Сет записал про совпадение. Вернуть воздух в легкие оказалось невероятно трудно. Просто чудо, что дыхание Нила оставалось ровным, когда горло сдавливало смертельной петлей. – Меня зовут Нил. – М-м-м-м? – Жан наклонил голову набок, как будто хотел лучше его рассмотреть. – Что-то ты не очень похож на Нила. –Похож. – Все претензии к моей матери. Это она меня окрестила. – Кстати, как она поживает? – спросил Рико. –Лучше чем твоя жизнь –Хорош Финн. Нил заглянул в его темные глаза и почувствовал, что прощается с жизнью. Он попытался ответить, но тут вмешалась Дэн. – Не провоцируй моих ребят, Рико, – раздраженно бросила она. – Здесь для этого не место. – Я просто проявил вежливость, – ответил Рико. – Ты еще не видела, как я умею провоцировать. –Вежливость и Рико? –Мы знаем что он мудак –Он не мудак, он ублюдок, монстр, чудовище... –Можешь не перечислять. Жан посмотрел на Кевина. – Привет, Кевин. – Жан, – тихо отозвался Дэй. На губах Жана играла ленивая улыбка, но в его серых глазах застыл мертвенный холод. Ни один, ни другой больше не произнесли ни слова и лишь сверлили друг друга пристальными взглядами. Вскоре Эндрю это надоело, и он подался вперед. –Удивительно, что дядя Жан всё ещё общается с тобой. –Почему? –Ты уёбок его бросил в аду!!! –Думаю иы уже передала слова Джанет. –Думаю, что да. –Кто такая Джанет? –Дочь Жана, Джанет Моро, капин троянцев –Ого. – Жан, – окликнул он. – Привет, Жан. Жан Вальжан. Эй. Э-эй. Привет. –Хорошо, что вы сидели, а у Жана не было наушников. Эрика немного засмиялась Жан недовольно засопел, но все же взглянул на Эндрю. Миньярд протянул ему руку, и Жану хватило глупости за нее взяться. У Эндрю даже костяшки побелели – с такой ненавистью он стиснул пальцы Ворона. Моро не сумел скрыть болезненной гримасы, и спокойное выражение лица сменилось злым оскалом. Эндрю на это лишь улыбнулся еще шире. – Я Эндрю. Мы раньше не встречались. – И слава богу, – ответил Жан. – Вся ваша команда – позор первого дивизиона, ну а ты и само твое существование и вовсе оскорбительны. Вратарь, которому плевать, забьют ему гол или нет, не имеет права прикасаться к клюшке. Твое место на скамейке запасных – сиди там и кривляйся, ни на что другое ты не способен. – По-моему, это слегка чересчур, – заметила Рене. – Тебе не кажется? Девица справа от Рико громко фыркнула. – Если на твое место в воротах поставили вот этого, то у тебя точно руки из задницы. Не терпится посмотреть на тебя в игре. Обхохочешься, наверное. Мы бы взялись выпивать за каждый вколоченный тебе мяч, да боимся помереть от алкогольного отравления. – Ой, как было бы грустно, – с неприкрытым сарказмом парировала Дэн. – Наши команды встречаются в первый раз, – невозмутимо произнесла Рене, словно и не слышала обмена грубостями. – Зачем начинать с плохого? – Почему бы нет? – снова фыркнула девица. – Вы плохи во всем. Серьезно, неужели выставлять себя на посмешище так весело? – Нам явно живется веселее, чем вам, – произнесла Рене. Нил расслышал в ее интонации улыбку. Просто поразительно, как ей удавалось сохранять такое дружелюбие. Страх свернулся в желудке Нила ледяным комом, но оскорбления, сыпавшиеся от Воронов, постепенно прожигали во льду дыру. Держать рот на замке и не вмешиваться в разговор требовало от него неимоверного усилия воли. Чем дольше он молчал, тем сильнее его распирало. Лучше бы он унаследовал выдержку матери, чем буйный темперамент отца, промелькнуло у него в голове. – Веселье – для детишек, – заявил Жан, отвернувшись от Эндрю. –Поэтому у нас зоопарк! Если он и собирался сказать что-то еще, то позабыл об этом, когда внимательнее присмотрелся к Рене. Пока Моро отвлекся, Эндрю разжал хватку, но Жану понадобилась еще секунда-другая, чтобы это осознать и убрать руку. Рико сделал едва заметное движение, однако Нил так остро ощущал его присутствие, что уловил это. И Жан тоже – судя по тому, как быстро к нему вернулся дар речи. – На этом уровне уже оценивается мастерство, которого у вашей команды, увы, нет. Вы не имеете права играть против нас. – Тогда нечего было менять округ, – подал голос Мэтт. – Вам тут не рады. – Вы забрали то, что вам не принадлежит, – встрял другой Ворон. – И в этом сезоне похороните себя собственными руками. – Мы ничего не забирали, – возразила Дэн. – Кевин хочет быть с нами. Ворон, сидевший напротив, расхохотался. – Только не говори, что вправду в это веришь. Кевин у вас только потому, что кто-то в конце концов должен был показать вам, что такое настоящее экси. Останься он вторым тренером, может, и научился бы мириться с вашими поражениями, но теперь, на поле, до конца сезона он с вами не выдержит. Мы знаем его лучше, чем кто-либо из вас, и знаем, как выбешивает его ваша бездарность. – Мы тоже, – вставил Аарон. – В выражениях он не стесняется. К Кевину наконец вернулась способность говорить. – Да, они знают, что я чувствую, но одними словами ничего не исправить. Команда, с которой надо много работать, требует более ответственного подхода. – Ты с ними не останешься, – сказал Жан. Это прозвучало не как предсказание, а скорее как приказ. – Советуем принять наше предложение, пока оно в силе. Кевин, факты есть факты. Твой ручной зверек был и всегда будет балластом. Пора… – Что? – Эндрю вытаращился на Кевина. – Ты завел ручного зверька, а нам ничего не сказал? Где ты его держишь, Кевин? Жан раздраженно отмахнулся. – Не перебивай меня, сиротка Доу. Ники, сидевший рядом с Нилом, издал короткий негодующий возглас, однако Эндрю в ответ на это странное оскорбление лишь ухмыльнулся. – Молодец, попытка засчитана, но прибереги свое красноречие для другого раза. Хочешь подсказку? Нельзя еще больше унизить того, кто и так в самом низу. Так что не трать зря время, ни свое, ни мое. – Хватит! – Дэн сердито щелкнула пальцами. – Прекратите. Мы на официальном мероприятии, здесь одной администрации человек двадцать. Мы собрались для того, чтобы познакомиться, а не чтобы лезть в драку. Если не можете сказать ничего хорошего, лучше совсем молчите. Обеих команд касается. – Поэтому ваш новый ребеночек сидит так тихо? – Рико жестом указал на Нила. – Не может сказать ничего хорошего? –Щас начнётся. – Оставь его в покое, – глухо произнес Мэтт. – В прошлый раз он держался куда смелее, – не унимался Рико. – Может, просто рисовался перед публикой? Эй, я к тебе обращаюсь. Язык проглотил? Пальцы Ники под столом впились в бедро Нила – безмолвное и отчаянное предупреждение не открывать рта. Оставив на тыльной стороне ладони Хэммика полукруглые следы ногтей, Нил принялся считать до десяти. На счете четыре Рико опять подал голос. – Ну и трус, – с деланым разочарованием протянул он. – Прямо как его мамаша. –ДА! – Короче, я понял, – сказал Нил. – Из тебя растили суперзвезду, и тебе, наверное, пришлось очень, очень тяжко. В тебе видели только ресурс, но не человека, нечто совершенно бесполезное за пределами поля. Да, звучит жестко. Мы с Кевином постоянно обсуждаем твои многочисленные комплексы, которыми одарил тебя папаша. –Я?! –ДА! –Теперь ясно про, что говорил папа–Понял Кай. – Нил! – с тихой яростью в голосе процедил Кевин. Не обращая на него внимания, Нил продолжал: – Понимаю, в твоей психической неуравновешенности и беспредельной мании величия виноват не только ты. Кроме того, ясно, что ты чисто физически не способен разговаривать с окружающими как все нормальные люди. Тем не менее это не означает, что мы обязаны выслушивать все то дерьмо, которое из тебя льется. Жалость – это, конечно, повод во многом тебя оправдать, но свой лимит на жалость ты исчерпал примерно шесть оскорблений назад. Так что, пожалуйста – пожалуйста, – заткни уже пасть и не цепляйся к нам. –ДА, ДА! –О господи. Теперь ясно откуда у нас такой Финн –Простите уж. –Что? –Я даже это записала, хотите послушать? –Рейчел! –Ладно, ладно. Вороны разом уронили челюсти. Нарушив свою идеальную симметрию, они ошеломленно пялились на Нила. Взгляд Рико мог бы заморозить адское пекло, однако Нил был так расстроен, что не боялся. Нервный срыв накроет его позже. А сейчас он перегнулся через стол к Дэн – та сидела, спрятав лицо в ладонях. – Дэн, я сказал ему «пожалуйста». Я постарался быть вежливым. –Ну да, он был вежливым – Мэтт, – хрипло выдавила она, – Мэтт, приведи тренера. Тренера сюда. О боже. Мэтт пулей вылетел из-за стола. – Ты что несешь? – выдохнул Жан. Нил посмотрел на него только потому, что услышал в его голосе скорее ужас, нежели злобу. – Нечего было втягивать меня в этот разговор. Я и молча себя неплохо чувствовал. Жан повернулся к Кевину и гневно затараторил по-французски: – Что это вообще за херня? – Его враждебность – это личный недостаток, с которым нам всем приходится уживаться, – сообщил Кевин. – Уживаться? – эхом повторил Жан, словно его возмутила сама эта мысль. – Еще чего! Ты обязан был разобраться с ним еще две недели назад, когда он возбухнул в первый раз. Мы надеялись, ты объяснишь ему, как надо себя вести. Почему он до сих пор не знает своего места? – Нил не участвует в играх Рико, – заявил Кевин. – Он Лис. – Он не Лис! – Забавно, – сказал Нил на французском. Жан, не ожидавший, что их разговор кто-то понимает, слегка опешил. – Я точно помню, что в моем контракте прописано: «команда университета Пальметто». – Контракт ничего не меняет, – отрезал Моро. – Или ты забыл, кто тебя купил? –Кевин, про что он? –Стоп, ты не знаешь? –О чём я и говорил. – Купил? Меня? – не понял Нил. – Никто меня не покупал. Кевин с подозрением нахмурился и посмотрел на Жана. – Ты о чем? У Жана вытянулось лицо. – То есть ты не знаешь. – Упрек повис в воздухе. Моро переводил изумленный взгляд с Нила на Кевина и обратно. – Как ты можешь не знать, Кевин? Зачем еще ты взял его в команду? – У него большой потенциал, – ответил Дэй. Жан расхохотался, и в его смехе явно слышались истерические нотки. – Боже храни вас, придурки убогие! Только Господь вам и поможет. Просто в голове не укладывается, как при своей безнадежной тупости вы оба дожили до таких лет. –Я сам в шоке –А я от тебя в шоке. Голос Ваймака, загремевший сзади, заставил Нила вздрогнуть от неожиданности: – Что вы тут устроили, мать вашу? Нил оглянулся: тренер стоял у него за спиной. Мэтт подошел к своему месту, но за стол не сел. Не обращая внимания на Ваймака, Жан полуобернулся и быстро залопотал по-японски. О чем бы он ни говорил, его слова стерли с лица Рико каменное выражение. Он бросил внимательный взгляд на Нила, затем – на Кевина и только потом ответил Жану. Тот беспомощно развел руками. Посмотрев на обоих, Кевин осторожно произнес что-то на японском. Не дав ему договорить, Ваймак махнул рукой Лисам: – Поднимайтесь. Эбби договаривается с администраторами, чтобы нас пересадили за другой стол. Нил охотно подчинился, но далеко уйти не смог. Едва он отодвинул стул, как Жан преградил ему путь и жестом подманил поближе. Нил едва успевал за его французским и все же разобрал больше, чем хотелось бы. – Чуть позже Рико займет пару минут твоего времени, – сообщил Жан. – Советую тебе поговорить с ним, если не хочешь, чтобы все узнали, что ты – сын Мясника. Услышав имя отца, произнесенное вслух, Нил словно получил удар под дых, но звук, который издал стоявший рядом Кевин, был еще хуже. Нил инстинктивно упер ладонь ему в грудь, отталкивая его подальше от стола. Дэй попятился так быстро, что чуть не упал. Нил на него не смотрел, но услышал, как тот прохрипел: – Это неправда. – Заткнись, – прошипел Нил, сам не зная, к кому из двоих обращается. – Больше ни слова. – Давай, беги, – сказал Жан. – Это ты умеешь лучше всего, не так ли? Ваймак остался уладить вопрос с «Воронами»; Лисов из-за стола как ветром сдуло. Направляясь через все поле к Эбби, они привлекали немало любопытных взглядов, однако им было не до того: вся команда не сводила глаз с Кевина и Нила. Эбби и тренер блэквеллцев препроводили «Лисов» к новому столу, который изначально отводился тренерам. Сменив дислокацию, команда оказалась на задворках мероприятия, однако Нил не сомневался, что его товарищи этому только рады. Они расселись в прежнем порядке, только теперь Кевин развернулся вполоборота и буравил Нила глазами. Дэй таки обратил на себя его взгляд, схватив за подбородок железной рукой. Нил хотел дернуться, но понял, что это уже бессмысленно. Он смотрел на Кевина, ожидая, когда тот его узнает. За ожиданием маячил тошнотворный страх. Нил стиснул кулаки, спрятав их под стол, чтобы никто не видел, как у него трясутся руки. Кевин открыл рот. Нил не хотел его слушать. Он не знал, что именно сейчас скажет Дэй и, главное, на каком языке, а потому заговорил первым – тихо, с трудом выдавливая слова, на французском: – Нет, Кевин, не здесь. Поговорим завтра. Наедине. Кевин заколебался. – Эндрю знает? – Не всё. Моего имени он не знает. – А кто ты – знает? – Сказал же, нет. – Нил вывернулся из хватки Кевина. – Здесь мы это обсуждать не будем. Кевин еще несколько секунд смотрел на него, потом вскочил с места так резко, что чуть не опрокинул стол. В ту же секунду рядом с ним выросла встревоженная Эбби. Казалось, Кевин напрочь забыл человеческую речь – он жестом указал на дверь, призывая Эбби следовать за ним, и двинулся к выходу. Эбби сделала шаг, потом запнулась в нерешительности. – Идите, идите уже, – обеими руками замахал на нее Эндрю. – Приведете его назад, когда напьется. А Нил останется с нами. Правда же, Нил? Нил истратил все слова на Кевина, поэтому просто кивнул. Эбби поспешила за Дэем, на ходу посмотрев в сторону стола «Воронов» и кому-то махнув. Нил проследил за ее взглядом и увидел Ваймака. Тренер направлялся к Лисам, лицо его было чернее тучи. Нил крепче стиснул кулаки, заставляя себя унять дрожь в пальцах. – Нил. – Дэн заняла освободившееся место Кевина. – Ты в порядке? – А что, похоже? – вместо него ответил Эндрю. Дэн чуть не испепелила его взглядом, однако широкая улыбка Миньярда свидетельствовала о том, что ее гнев не произвел на него впечатления. Уцепившись за край стола, Эндрю отклонил стул, балансируя на задних ножках – так, чтобы Дэн не загораживала ему обзор и он мог видеть Нила. Нил посмотрел на него только потому, что в эту минуту не находил в себе сил встретиться взглядом с кем-то другим. Эндрю прикрыл рот ладонью и, не потрудившись понизить голос, заявил: – А я предупреждал. – Миньярд, сядь нормально, – прорычал Ваймак, появляясь за спиной Дэн. Эндрю преувеличенно громко вздохнул и качнулся на стуле в обратную сторону. – Ты обещал или не обещал мне не затевать с ним разборок? – набросился Ваймак на Нила. – В защиту Нила… – высунулся с другой стороны Ники. – Тебя не спрашивают! – гаркнул тренер. – Нил, отвечай. Нил уже мысленно считал шаги к свободе: их стол стоял ближе всего к выходу с поля. Надо лишь пройти через внутреннюю зону и раздевалку. Забор вокруг стадиона обнесен колючей проволокой для защиты от хулиганов и воров, но можно уйти тем же путем, которым «Лисы» сюда пришли. Остановят его охранники или нет – это уж как повезет. Хорошо одетый парень, сломя голову улепетывающий с торжественного банкета, явно вызовет у них подозрения. А вот если придумать предлог – например, его послали в автобус за Кевином, – то мимо охраны можно идти спокойным шагом. И тогда останется только найти такси, поскольку добираться автостопом на этот раз нет времени. Он вернется в общежитие и достанет из сейфа папку. Ему нужны деньги и шифры. Возможно, пришло время позвонить… Выстроенный в голове Нила маршрут внезапно оборвался. Он разжал кулак и потрогал карман брюк. Через тонкий хлопок четко проступали очертания мобильника. – Нил, если тебе здесь совсем невмоготу, так и скажи, – обратился к нему Ваймак. – Эбби подыщет для тебя тихое место, посидишь там до конца банкета. Выйди на улицу, подыши воздухом. Возможность была отличная, только воспользоваться ею Нил не мог. В этом случае ему действительно придется бежать, и назад он уже не вернется. Спастись бегством непросто, хотя и проще, чем довериться Эндрю. И все же Нил помнил тяжесть ключа на ладони, тепло металла, нагретого в руке другого человека. Он помнил обещание Эндрю защищать его жизнь до конца сезона. – Нет, – наконец обрел голос он. – Я знал, что это произойдет, просто не был готов. Я в порядке. – Чем тебе помочь? – спросил Ваймак. Нил удивленно поднял глаза и по усталому взгляду тренера понял, что свое удивление выказал слишком уж откровенно. На долю секунды он ощутил вину – непонятно за что – и тут же ее в себе подавил. Сейчас у него полно других забот и эмоций тоже хватает – разбираться с такой странной штукой, как чувство вины, некогда. – Не знаю, – ответил он. – Когда будешь знать, обращайся. – Хорошо, тренер. Появление еще одной команды позволило отвлечься. Чуть позже подошел и Кевин – накачавшись водкой по самые брови, держался он куда бодрее. После того как собрались все четырнадцать команд, тренер Блэквелла произнес короткую речь о текущем сезоне. Официанты подали угощение, и все принялись за еду под звуки приглушенных разговоров и редкого смеха. Сейчас, когда на спортсменов не давило напряжение игры, общение складывалось легче. От всех требовалось лишь не поднимать опасных тем и избегать стычек с соперниками. Тринадцать тренеров перешли за стол к «Воронам». Занявшим их места «Лисам» пришлось вести светские беседы со второй половиной тренерского состава. Впрочем, это оказалось легче, чем Нил ожидал. Будучи профессионалами, тренеры высказывали свое мнение более сдержанно. В основном разговор поддерживали Дэн и Кевин: Даниэль – благодаря неукротимому энтузиазму, а Кевин – благодаря тому, что под воздействием алкоголя излучал сплошное обаяние. Нил был этому только рад, потому что к разговорам душа у него не лежала, однако время от времени кто-то из тренеров обращался с вопросом и к нему. После трапезы все столы убрали. Они были складные, поэтому их составили один на другой по три штуки вдоль длинной стороны поля. Из стульев соорудили башни – такие высокие и шаткие, что они грозили опрокинуться. Освободив место, организаторы банкета постарались сделать обстановку менее формальной – так, чтобы каждый нашел чем заняться. При виде волейбольной сетки, натянутой на поле, предназначенном исключительно для экси, Нил поморщился, однако всех остальных такое кощунство ничуть не смутило. Команды перемешались, и все разошлись кто куда. На другом конце включили динамики: заиграли популярные композиции, и половина поля превратилась в импровизированный танцпол. – Вперед, – приказал Ваймак подопечным. – Веселитесь. Или не веселитесь – мне плевать. Главное – никаких драк. Усвоили? Бо́льшую часть Лисов уговаривать не пришлось. Дэн и Мэтт поспешили присоединиться к волейбольной команде, Аарон и Ники потащили своих спутников танцевать. Элисон чувствовала себя не совсем хорошо, поэтому Рене вывела ее на воздух освежиться. За столом остались только Нил, Эндрю и Кевин. Ваймак смерил их выжидающим взглядом. – У вас проблемы со слухом? Еще раз повторить? – Ох, тренер… – Эндрю беспомощно вскинул руки. – Вы не представляете, как мы тут веселимся, просто отвал башки. Дайте минутку отдышаться, а то сердце из груди выскочит. – Даю вам ровно тридцать секунд. Уже через двадцать Кевин вышел из-за стола в сопровождении Эндрю и Нила. Он сделал неторопливый круг по полю, пообщавшись со всеми командами, кроме «Воронов». И неважно, что соперники думали о «Лисах»; при приближении Кевина любой разговор моментально стихал. Дэй не лез из кожи вон, проявляя любезность, но и свою обычную надменность старался сдерживать. В конце концов Нилу пришлось обменяться гораздо бо́льшим количеством рукопожатий, чем хотелось бы. Протянуть руку Эндрю Миньярду осмеливались лишь некоторые, да и на тех он смотрел с такой улыбочкой, что они, смутившись, отказывались от своего намерения. Было не то чтобы весело, но по крайней мере интересно; присутствие Кевина многих по-настоящему воодушевляло. Нил не знал, сколько времени они провели за разговорами о прошлых матчах и профессиональной лиге экси, только в какой-то момент обернулся и боковым зрением заметил Элисон. Он посмотрел на часы: оказалось, их троица нарезает круги уже почти два часа. Через час банкет завершится – всем нужно подготовиться к насыщенному завтрашнему дню. Нил снова посмотрел на Элисон. Она неподвижно стояла на краю танцплощадки вполоборота к центру поля, и ее руки безжизненно свешивались вдоль тела. Впрочем, нет, не совсем неподвижно: секундой позже Нил заметил, что Элисон медленно поворачивает голову, за кем-то наблюдая. Интересно, что ее привлекло? Нил вытянул шею, приглядываясь к толпе. Буквально через пару секунд он понял, в чем дело. «Вороны» в полном составе шли с другого конца поля по направлению к Кевину, причем двигались клином, словно стая птиц, летящих на юг. – Эндрю, – позвал Нил. – О, наконец-то. – Эндрю встал рядом с ним. – Кевин, смотри, у нас, кажись, приятная компания. – Прошу прощения, – извинился Кевин перед брекенриджскими Шакалами, с которыми вел оживленный разговор. Уловив, как изменился голос Дэя, Нил понадеялся, что брекенриджцы этого не заметили. Кевин покинул их и занял место с другой стороны от Эндрю. Нил сунул руки в карманы, пряча сжатые кулаки с побелевшими костяшками. Рико остановился довольно далеко, но еще через секунду-другую замысел Воронов стал ясен: клин продолжал движение, пока не взял троих Лисов в кольцо. Нил скользнул взглядом по лицам, прикидывая, кто сделает первый шаг. Того, что случилось дальше, он уж точно не ожидал. Вынырнув непонятно откуда, рядом с Кевином нарисовалась Рене. Она продела одну руку под локоть Кевина, а другую протянула Жану. – Ты Жан, верно? А я Рене Уокер. Раньше все как-то не выходило пообщаться. Растерянность пробила каменную маску Моро; его лицо исказила гримаса досады, но руку Рене он все-таки пожал. – Жан Моро. – Нил Джостен, – окликнул кто-то. Вверив Кевина заботам Рене, Нил повернулся на голос. Слева от него тесной кучкой стояли двое парней и девушка. Назвавший Нила по имени не протянул руки для приветствия, а издевательски ухмыльнулся. – Мы – основные нападающие «Воронов». Хотим, чтобы ты представлял, как выглядит настоящая линия нападения. – Нападения или оскорбления? – За спиной Нила вырос Мэтт. Если Рене и могла появиться случайно, то Бойд уж точно нет. Старшекурсников предупредила Элисон, догадался Нил. – Мэтт Бойд, основной защитник «Лисов», тот, кто расстреляет ваши ворота уже в этом октябре. Приятно познакомиться. – Он протянул руку, но не удивился, когда никто ее не пожал. – Я смотрю, приятно только мне. – Еще бы, – фыркнул Ворон, – учитывая, что твоя подружка – проститутка. Дэнни немного отвернулся от ребят, ведт чувствовал стыд. – Стриптизерша, – поправила Дэн, обнимая Мэтта за талию и небрежно помахивая своими туфлями на острой шпильке, ремешки которых висели у нее на пальце. – Надеюсь, ваших умственных способностей хватает на то, чтобы различать две эти профессии. В противном случае, ребята, я опасаюсь за вашу успеваемость в универе. –Мам не слушай их, они идиоты. –Согласен! Нил старался не пялиться на нее. Он отмел бы грубый комментарий Ворона как наглую ложь, если бы не спокойный ответ Дэн. Нил запоздало вспомнил: она ведь говорила, что в старших классах была вынуждена подрабатывать по ночам. Он тогда решил, что она работала продавщицей в каком-нибудь круглосуточном супермаркете или ночным администратором в мотеле. Она производила впечатление девушки, которой не нравится, когда ее воспринимают как сексуальный объект. Нил не имел привычки копаться в чужом прошлом, но за этой новостью явно крылась какая-то история. – Хеннесси, да? – ухмыльнулся один из нападающих. – Какое подходящее имя для такой сильной духом девушки. – Мы даже немного расстроились, что ты сегодня не выступала, – подхватил второй. – Так хотели посмотреть твое шоу. – Он медленно обвел ее сальным взглядом. Мэтт в бешенстве дернулся, собираясь свернуть шею наглецу, однако сумел себя сдержать. Нил восхитился его силой воли, но потом увидел, что Дэн предостерегающе вцепилась ему в бедро. Она определенно не хотела, чтобы из-за нее случилась драка. Скользнув вперед, Даниэль закрыла собой Мэтта и вплотную приблизилась к Ворону. Нападающий ухмыльнулся Мэтту из-за ее плеча, наклонился к ней и шумно втянул ноздрями воздух. Дэн коротко и зло двинула острыми шпильками ему в пах. Он взвыл и согнулся пополам. Вороны, стоявшие по обе стороны от него, непроизвольно поморщились; кто-то поспешно отвел глаза. – Да, Хеннесси, – с поразительной невозмутимостью подтвердила Дэн. – Порадует тебя, если ты готов заплатить, но, если перейдешь границы, наутро мало не покажется. Извини, бренд есть бренд. Надеюсь, на первый раз прочувствовал, уёбищный ты ублюдок! –Моя мама лучше всех! Не дожидаясь ответа, она развернулась и снова встала рядом с Мэттом, прижавшись к его плечу. Нил не знал, то ли она таким образом извинялась перед Бойдом за то, что не позволила ему решить вопрос кулаками, то ли, наоборот, благодарила за возможность разобраться с Вороном самостоятельно. Так или иначе спина Мэтта по-прежнему оставалась напряженной. – Так что там насчет вежливости, Дэн? – не удержался Нил. – Делай, как я говорю, а не повторяй за мной, салага, – расхохоталась она. – Кевин Дэй, – загремел чей-то голос, и все Вороны как по команде обернулись. –Вау, вы так резко стали всем нужны. Проследив за их взглядами, Нил увидел выступившего на передний план мужчину, и по спине у него пробежал холод, от которого волоски на затылке встали дыбом. Тренер Тэцудзи Морияма, безусловно, был самым влиятельным человеком в мире экси – собственно, как и полагалось, учитывая, что именно он и покойная мать Кевина, Кейли Дэй, изобрели этот спорт тридцать лет назад. Он лично избрал университет Эдгара Аллана местом, где был возведен первый студенческий стадион для игры в экси, и с тех самых пор тренировал на нем «Воронов». Тэцудзи Морияма основал КРЭ – Комитет по регламенту экси – и в придачу носил статус консультанта международного уровня, а также владел двумя профессиональными командами. Он был живой легендой. А еще – дьяволом во плоти: жестоким дядей Рико и младшим братом главы мафиозного клана Морияма. – Хозяин, – выдохнул Кевин; в его голосе сквозил страх. – Давно с вами не виделись. Морияма махнул рукой Воронам, и те наконец разбили строй, рассредоточившись между Лисами стеной черных одежд и каменных лиц. Нил уже не видел Мэтта и Дэн – нападающие просто оттеснили его в сторону. Пристально наблюдая за Тэцудзи и Кевином, он этого почти не заметил. Морияма протянул руку, и Кевин послушно вложил в нее свою ладонь. Тэцудзи поднял ее повыше, разглядывая неровные белые шрамы. – Мясник, – тихо произнес кто-то на французском. Нил оглянулся. Обойдя толпу, неподалеку от него стоял Жан. Он коротко мотнул головой, и Нил, следуя за его взглядом, увидел Рико, который только что вышел за дверь. Нил не стал оборачиваться и проверять, заметит ли кто-то из Лисов его уход, а сразу направился к выходу. Оказавшись во внутренней зоне, он успел заметить, как Рико скрылся в домашней раздевалке блэквеллцев. Набрав полную грудь воздуха, чтобы успокоить нервы, Нил двинулся за ним. Когда он вошел, Рико проверял, нет ли в раздевалке посторонних. Нил остановился на пороге и, скрестив руки на груди, подождал. Проверка не отняла у Рико много времени; властным жестом он приказал Нилу перейти в главную комнату. Она была такой большой, что могла целиком вместить раздевалку Лисов в Пальметто, и диваны в ней имели соответствующие размеры. На полу лежали декоративные коврики с эмблемой команды Блэквелла – ушастым зайцем, на стенах висели фотографии команды. Изучив несколько фото, Рико презрительно фыркнул. Он развернулся лицом к Нилу, и их взгляды встретились. Наконец Рико улыбнулся. Эта улыбка вселяла ужас, но слова, что за ней последовали, прозвучали куда страшнее: – Сколько лет, сколько зим, Натаниэль. Грудь обожгло страхом. Нил едва мог дышать. Он молился лишь о том, чтобы собственное лицо его не выдало. Понимая, что уже поздно, он все-таки произнес: – Меня зовут Нил. – Еще раз соврешь мне – пожалеешь. – Рико сделал паузу. – Представь, как я удивился, когда пришли результаты. Отпечатки пальцев, – добавил он, издевательски скривив губы. – Кэти отдала мне твой стакан в качестве сувенира. Всего-то за улыбку и поцелуй. Похоже, она становится настоящей акулой. –Вот о чём я и говорила. Внутри у Нила все сжалось в тугой комок. В начале шоу он взял из рук Кэти Фердинанд стакан воды, а по окончании съемки беспечно оставил его на столе, решив, что стаканы унесут ассистенты Кэти. Мать за такое отлупила бы его до полусмерти. Угрохать столько времени и средств, чтобы замести следы, а потом пустить все насмарку из-за сыгравших нервов! – Объясни мне вот что. – Рико медленно двинулся навстречу. – Жан утверждает, будто Кевин не знал, кто ты. Увидев реакцию Кевина, я склонен верить Жану. Пожалуй, я могу это понять, учитывая, как слеп Кевин, когда дело доходит до экси. Я даже могу простить ему то, что он пытался тебя защитить. Но тебе-то прекрасно известно, кто ты такой, поэтому мне страшно интересно: что ты, по-твоему, делаешь? – Просто пытаюсь выжить. – Нил обхватил себя руками с такой силой, что едва не хрустнули ребра. – Если бы я знал, что наши семьи ведут дела, я бы не подписал контракт с Пальметто. Рико приблизился вплотную, и Нилу пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы не отпрянуть. Он и не подозревал, что Рико Морияма почти одного с ним роста – сказались японские гены. А Нил своим невысоким ростом был обязан миниатюрной матери. Тем не менее, вопреки размерам, Рико излучал агрессию и смертельную опасность. Казалось, разница между нападающими не пять сантиметров, а все двадцать. – Врешь, – коротко бросил Рико. – Не вру. – В голосе Нила мелькнула нотка отчаяния, и за это он себя возненавидел. – Я не хочу создавать проблем твоей семье. Как и своей. Сезон закончится, и я исчезну. Обещаю. – Не хочешь создавать проблем моей семье, – эхом повторил Рико, словно разжевывая фразу. – Ты уже обошелся нам в целое состояние и восемь лет сплошных проблем. – В смысле? – поднял брови Нил. – Деньги, которые я взял, принадлежали моему отцу. – Включаешь дурака? Ты сильно ошибаешься, если думаешь, что это тебе поможет. – Нет, не включаю. – Нил не выдержал и сделал шаг назад. – Мать сказала мне, что это деньги отца. Про вас она и словом не упоминала. Если бы я знал, что деньги ваши… – У твоего отца ни цента своего не было! – рявкнул Рико. –Что? Слова застряли у Нила в глотке; он ошарашенно уставился на Морияму. Тот, сверля взглядом, выискивал в его лице признаки лжи. К какому бы выводу он ни пришел, это лишь сильнее распалило его злобу. Схватив Нила за плечи, Рико швырнул его об стену. От удара затылком у Нила клацнули зубы. – Никогда не поверю, что она ничего не сказала. Столько лет в бегах, и ты ни разу не спросил, почему вы бежите? Нил посмотрел на Рико с недоверием. – Ты видел моего отца? По-моему, спрашивать нет нужды. В коридоре хлопнула дверь. – Нил? – позвал Мэтт. До того как Бойд зайдет в комнату, оставалось всего несколько секунд, но Рико этого хватило. Он наклонился к уху Нила и понизил голос, при этом вложив в него весь скопившийся яд: – Ты бежал не от отца, Натаниэль, а от его хозяина. Мысль о том, что Мясник может кому-то подчиняться, просто не укладывалась в голове. – У него не было хозяина. –Кевин, от говорит правду. –Да. –Блять. –Оказывается твоя полу правда, правда? Рико отошел назад за миг до того, как в дверях вырос Мэтт. Бросив на него свирепый взгляд, Бойд встал рядом с Нилом. – Что здесь происходит? Не обращая на него внимания, Нил упрямо повторил: – У него не было хозяина. Рико молча показал пальцем на себя. Нил застыл в изумлении. Разум отказывался складывать последние кусочки пазла. То, в чем Рико хочет его убедить, попросту невозможно. Имя Мясника было одним из самых громких на всем восточном побережье. Обосновавшись в Балтиморе, он контролировал территорию от Вашингтона до Ньюарка. Люди в его подчинении отличались безмерной преданностью своему боссу, а он сам – садистской любовью к изощренным расправам. Никто не указывал Мяснику, что делать. И все же вспышка гнева Рико не выглядела притворной, да и обманывать Нила ему не имело смысла, тем более что Кевин с легкостью мог подтвердить или опровергнуть его слова. И он бы подтвердил – Нил это чувствовал, но пока не был готов к разговору с Кевином. Если Морияма действительно настолько могущественны, что способны прижать головореза вроде Мясника, то Нил и подавно покойник. – Я тебе не верю, – сказал он и сам расслышал в собственном голосе тщетно скрываемый страх. – То, что ты продолжаешь все отрицать, бесит даже больше, чем твоя неосведомленность, – процедил Рико. – При случае попроси Кевина в двух словах объяснить тебе ситуацию – так, чтобы ты уяснил ее своим скудным умишком. И знай свое место. Наглости от тебя я больше не потерплю. Понял? Нил уже видел себя в гробу – так почему бы не вбить в крышку последний гвоздь? – Да. Я понял, что ты – конченый мудак. –Ты только сейчас это понял? Рико шагнул к нему с искаженным злобой лицом, но Мэтт преградил ему путь рукой. – Рико, оставь в покое мою команду. Только попробуй еще раз затеять драку на этом банкете, и уж я позабочусь, чтобы тебя отстранили от игр. Будешь развлекаться, объясняя причины журналистам. Рико на него даже не смотрел. Он не отрывал взгляда от Нила еще с полминуты, пока не подавил в себе гнев. Его глаза все еще сверкали диким блеском, однако голос прозвучал спокойно и уверенно: – Ты приползешь ко мне на коленях, умоляя о прощении, только прощения тебе не видать. Жду не дождусь этого дня. –Молить? Ха, скорее это он будет молить о пощады–По Веснински улыбнулась Рейчел, а вместе с ней и Нил. С этими словами Рико вышел. Только когда дверь за ним захлопнулась, Мэтт опустил руку и резко повернулся к Нилу, охваченный гневом и тревогой одновременно. – Нил! Похолодевшего от ужаса Нила трясло с головы до ног, но дрожь в голосе он все же сумел унять. Спрятав руки в карманы и судорожно стиснув телефон, он небрежно произнес: – Видимо, Рико я не нравлюсь. Вряд ли стоит переживать по этому поводу. Мэтт задрал голову, стараясь сдержаться. – Тренер тебя убьет. – Ему не обязательно об этом знать. – Это не шутки. Рико от тебя не отстанет. – Он цеплялся не только ко мне. К Дэн тоже. Потемневшее от гнева лицо Мэтта подсказало, что он не скоро об этом забудет. – Пусть цепляется, сколько влезет. Если он кого и выбесит, то только меня. Дэн не стыдится своего прошлого. С тобой история другая. – Он ткнул пальцем в Нила. – Уж не знаю, что там наговорил тебе Жан, но Кевину пришлось нажраться в хлам, чтобы это переварить. – Дело не в том, что сказал Жан, – солгал Нил. – Кевина расстроили мои слова. Я бросил в лицо Рико, что мы с Кевином постоянно над ним стебемся, и не дал Кевину объясниться с Жаном. То есть высказался за него, а потом заткнул ему рот. Конкретно ему подосрал, хотя и не жалею о том, что сделал. – Ну ты и крендель! – расхохотался Мэтт. – Давай-ка убираться отсюда, пока тренер не просек, что нас нет. Они двинулись обратно на стадион и присоединились к команде. Воронов поблизости не было – видимо, после разговора с Нилом Рико отозвал свой отряд. Дэн и Рене стояли у стены в компании Кевина и Эндрю, чуть позже к ним подошла и Элисон, тогда как Аарон и Ники затерялись где-то на танцполе. Нил поискал взглядом Ваймака и нашел его в центре поля: тренер разговаривал с Тэцудзи Мориямой. – О, Нил вернулся, – прокомментировал Эндрю. – А я уже и не ждал. Нил вынул руку из кармана и разжал кулак. Эндрю сперва изучил глазами телефон на его ладони, потом – лицо. Не глядя на него, Нил сказал на немецком: – Я решил вопрос по-другому. Эндрю со смехом качнулся на пятках. Улыбался он так широко, что Нил видел это даже боковым зрением. Он полагал, что Эндрю ответит на английском, ведь спектакли на публику доставляли ему куда больше удовольствия, но пока что Миньярд решил подыграть. – Как интересно. И как неожиданно. Больновато было? – После разговора с Кевином будет гораздо больнее. – Только не сегодня, – отмахнулся Эндрю. – Отдам ему тебя завтра. Нил спрятал телефон в карман. Подняв глаза, он поймал на себе взгляды старшекурсников. Зная, что позже Мэтт расскажет им свою версию, он не удивился, когда ни Дэн, ни Рене не поинтересовались у него, в чем дело. Вместо этого Мэтт посмотрел на Нила и осведомился: – Так сколько языков ты знаешь? – Ну, так, парочку, – уклончиво отозвался Нил и сменил тему, обратившись к Эндрю: – Что еще за Доу? – А, так это я, – ответил тот. – Я попал в систему опеки без фамилии, поэтому меня записали просто Доу. Ну, как Джон Доу – любой безымянный чувак, понимаешь? Умники, ага. Я сменил фамилию, когда меня взяли в приемную семью. Теперь ясно? Ники тебе про все это вроде как рассказывал. Ники ни за что бы не признался, что сболтнул лишнего. Нил счел тему слишком деликатной, чтобы обсуждать ее с Эндрю в его угашенном состоянии, а потому отделался неопределенным: – Только в общих чертах. Эндрю лишь усмехнулся и свернул разговор. Нил облегченно вздохнул и еще больше порадовался тому, что задавать вопросов о Рико товарищи по команде не стали. Наконец пришла пора уезжать. Ваймак собрал своих подопечных и, когда все переоделись в одежду поудобней, тронулся в обратный путь. Все Лисы вырубились уже через несколько миль, и только Нил до самого дома напряженно думал о Рико и своем отце. –Давайте я прочту–Отозвался Ники, взяв книгу начал читать:

Глава седьмая

Нил проснулся на диване в гостиной Ваймака. Он не сразу сообразил, где находится, хотя обстановка была такой же знакомой, как в общежитии. Ваймак высадил всю команду на стадионе, а Нила перехватил прежде, чем тот успел скользнуть в машину вместе с компанией Эндрю. Тренер не стал на ночь глядя требовать от Нила объяснений по поводу конфликта на банкете – видимо, сильно устал, – а просто привел его в гостиную и пошел спать. Нил отбросил ногами позаимствованную у Ваймака простыню и сел. Часы на полке были практически завалены грудой мятых сигаретных пачек, но, судя по свету, проникавшему в комнату через щелочки жалюзи, утро давно наступило. Нил совсем не удивился, что столько проспал, – вернулись они в Пальметто вон как поздно, – однако пока чувствовал себя не готовым к новому дню. Он понимал, что прятаться от Кевина – глупое ребячество, и все же хотел максимально оттянуть встречу. Нил сполз с дивана; зевнув, скомкал простыню. Звяканье посуды на кухне подсказало, что Ваймак встал и, скорее всего, уже глушит кофе. В коридоре, прижимая к груди смятую простыню, Нил заколебался – искушение улизнуть и избежать разговора было велико. В конце концов он со вздохом покорился неизбежности и отвернулся от входной двери. Бросил простыню в корзину для грязного белья сразу за дверью хозяйской спальни, завернул в ванную умыться и присоединился к Ваймаку на кухне. Не отрывая глаз от газеты, тренер показал на плиту. Картошка и яйца в сковороде под крышкой еще не остыли. Нил завернул то и другое в лепешку – получилось что-то вроде буррито – и сел за стол напротив Ваймака. Он почти управился с завтраком к тому времени, как Ваймак дочитал свою газету и отложил ее в сторону. Не желая встречаться с ним взглядом, Нил упорно смотрел в тарелку. – Не хочешь рассказать, почему тебя так и тянет поцапаться с Рико? – задал вопрос тренер. – Он первый начал, – пробормотал Нил, набив рот лепешкой. – Это не значит, что ты должен опускаться до его уровня. Ты вообще слушал, когда я рассказывал, что он за человек и какая семья за ним стоит? – Да, тренер. – Точно так же ты ответил мне вчера, когда я предупредил тебя насчет поведения. Твое дежурное «да, тренер» больше не прокатит. Не ври мне, когда дело касается действительно важных вещей. – Ничего не могу с собой поделать, – пожал плечами Нил. Он старался жевать медленнее, но еда быстро заканчивалась, и тогда он решил сменить тему. – Тренер, как у вас хватает терпения работать с нами? Разве вам не тяжело изо дня в день дрючить нас и решать наши проблемы? Ваймак одним большим глотком допил свой кофе. – Не-а. Нил удивленно уставился на него, тренер невозмутимо посмотрел в ответ. Нил устал от «гляделок» первым; он поднялся, чтобы унести тарелку, но Ваймак забрал ее у него из рук, сунул в посудомоечную машину и налил себе вторую кружку кофе. За стол он больше не сел, а прислонился спиной к барной стойке и снова устремил взгляд на Нила. – Я начинаю думать, что неверно тебя оценил, только пока не пойму, в чем конкретно. Не то чтобы я полностью ошибся, но что-то в тебе не сходится. – Теперь вы говорите как Эндрю. – Это его слова и есть. – Нил озадаченно нахмурился; Ваймак пожал плечами и сделал глоток кофе. – Помнишь, когда я объявил команде, что «Вороны» сменили округ? В тот день Эндрю ночевал здесь, у меня. Поначалу я решил, что его взбесил обман Кевина, но на самом деле он гораздо больше разволновался из-за тебя. Тогда я пропустил почти всю его болтовню мимо ушей, а сейчас думаю, что следовало бы прислушаться. – Мы с Эндрю пытаемся наладить доверие, – сообщил Нил. – Ну, типа того. – Он утверждает, что ты патологический лжец, – произнес Ваймак. – И я начинаю ему верить. – Так уж меня воспитали, – пожал плечами Нил. – Попробуй сказать правду хотя бы раз, – предложил Ваймак. – Растолкуй мне, почему парень, который поспешил переехать сюда, чтобы быть подальше от родителей, и который шарахнулся на полметра, решив, что я собираюсь его ударить, просто из кожи вон лезет, стараясь достать Рико Морияму? Кажется, у тебя не должно быть проблем с инстинктом самосохранения. Нил слегка сгорбился на стуле и повозил ладонью по краю столешницы. Ваймак заслуживал объяснения, но врать страшно не хотелось. – Рико – мой ровесник, – с трудом выдавливая слова, начал он. – Если бы вы представляли, на что способны мои родители, то вам стало бы ясно, почему я не доверяю мужчинам примерно того же возраста, что и мой отец. Умом, – Нил ткнул пальцем в висок, – я понимаю, что вы не причините мне вреда, и реагирую чисто рефлекторно. Извините. – Эй, умник, я не просил тебя извиняться. – Да, тренер, – машинально ответил Нил и с досадой поморщился. – М-да, ты тот еще тип. – Ваймак уселся обратно за стол. – И родители у тебя, видно, люди непростые. –Ага, мафиозники – Ваши, наверное, тоже, раз вы столько с нами возитесь, – заметил Нил. – Были, – кивнул Ваймак. – О, – смутился Нил, – так они умерли? Казалось, тренера позабавила его бестактность. – Моя мать умерла от передоза почти десять лет назад, а отец погиб в тюремной драке в тот год, когда я только устроился на работу в Пальметто. Я не общался с ними с тех пор, как уехал из столицы. У Нила екнуло сердце. – Вы родом из Вашингтона? – Любопытно, что тебя привлек именно этот факт моей биографии. Ложь всегда давалась Нилу легко, но еще никогда не вызывала таких угрызений совести, как сейчас. – Я родился в Александрии. Мама какое-то время работала в столице. Просто подумал, забавно: мы оба оттуда и оба теперь здесь. Иногда мир кажется мне таким большим, а потом – бац, и он оказывается совсем маленьким. –Ну почти. – Как бы то ни было, помни: ты в этом мире не один. У тебя есть команда, хотя, конечно, это палка о двух концах. Они в любое время дня и ночи придут к тебе на помощь, если позовешь, и поддержат тебя, если нужно, но в то же время каждый твой шаг будет иметь последствия и для них. Чем сильнее ты враждуешь с Рико, тем больше усложняешь жизнь своим товарищам. – Как это получилось с Сетом. Знаю, – кивнул Нил. Ваймак неотрывно смотрел на него бесконечно долгую минуту, потом тихо – слишком тихо – спросил: – Что, мать твою, ты сейчас сказал? До Нила запоздало дошло, что Эндрю не поделился своей теорией с тренером. – Как-то странно все сошлось по времени, правда? Я оскорбил Рико в прямом эфире, похвастался малочисленностью нашей команды, и в ту же ночь Сет умер от передоза, а я вместо него попал в стартовый состав. Даже Кевин считает, что все это подстроил Рико. – Даже Кевин, – эхом отозвался Ваймак. – Можно не спрашивать, чья это теория, – и так ясно. Посмотри на меня, Нил, посмотри и послушай. У Сета было много проблем и не было ключей к их решению. Мы всегда знали, что будет чудом, если он дотянет до выпуска. За четыре года в университете он ловил передоз трижды. Четвертый раз стал последним. Мне все равно, что наговорил тебе Эндрю. Мне все равно, что там думает Кевин. Если – а это большой знак вопроса, Нил, – если Рико действительно причастен к смерти Сета, то вся вина лежит только на нем одном. Это он решил выместить свою мелкую злобу на Сете, он перешел черту. Он, а не ты. Слышишь? Не смей винить себя в гибели Сета. Это скользкая дорожка. Лучше смотри под ноги и двигайся вперед. – Да, тренер. Ваймака ответ явно не убедил, однако давить он не стал. – Так нам стоит поговорить насчет вчерашнего? – Нет, тренер. – Тогда не рассиживайся. Эндрю сказал, вы договорились утром встретиться на стадионе. Я тебя подброшу. – Ваймак одним глотком допил остатки кофе и двинулся к выходу. За время короткой поездки до стадиона Нил, сидевший на месте переднего пассажира, не произнес ни слова. На парковке стояли всего два авто – машина Эндрю и минивэн уборщиков. Ваймак высадил Нила у тротуара. Прежде чем тот закрыл дверь, тренер пальцем поманил его поближе, перегнулся через сиденье и посмотрел ему в глаза. – Передай Эндрю, чтобы держал свои говенные теории при себе. –Тоже самое к тебе Рейчел, держи свои мысли о убийтсве или вроде того при себе. – Да, тренер. Нил захлопнул дверцу и, не дожидаясь, пока Ваймак уедет, двинулся прочь. На двери служебного входа набрал код, менявшийся каждую неделю, и прошел по коридору к раздевалкам. Свет везде горел, но помещения пустовали, поэтому он отправился сразу на поле. В самом его центре, на отпечатке лисьей лапы, одиноко сидел Кевин, одетый в джинсы и футболку. Нил мысленно задался вопросом, долго ли Кевин вот так просидел, дожидаясь, пока он выспится. Эндрю нашелся быстро: он бегал вверх-вниз по трибунам. Нил бросил сумку возле скамейки запасных и зашагал к Кевину. При виде Нила Дэй не поднял головы и на его появление вообще никак не отреагировал. Нил сел напротив, на расстоянии вытянутой руки, и посмотрел в лицо Кевину, пытаясь разглядеть в нем правду, которую по-прежнему не хотел знать. Уголок рта Кевина страдальчески дернулся – неизбежный разговор определенно не доставлял удовольствия и ему, – и от этого Нилу стало совсем тошно. – Почему Рико сказал, что купил меня? – задал он первый вопрос. Кевин молчал так долго, что Нилу уже начало казаться, будто все это – лишь дурной сон, однако в конце концов Кевин заговорил. – Ты же не он, правда? – Голос был тихий, едва различимый. – Пожалуйста, скажи, что ты не Натаниэль. –Ну он Стефан, Крис, Алекс, Нил, и кто-то ещё, а и Абрам Услышав свое настоящее имя, Нил стиснул зубы, но болезненную гримасу скрыть не удалось. – Не называй меня так. Неважно, кем я был. Сейчас я Нил. – Если бы все было так просто, – сокрушенно сказал Кевин, уже чуть громче. – Зачем ты приехал сюда? – Больше некуда было. Тогда, в Аризоне, я подумал, что ты прилетел, потому что узнал меня, но по твоему виду понял, что это не так. Я подумал, что могу остаться, пока ты меня не вспомнишь. – Ты решил. – В интонации Кевина проскользнуло нечто похожее скорее на истерику, нежели на издевку. – Идиот ебаный. – Я был в отчаянии. – Поверить не могу, что твоя мать на это согласилась. – Она мертва. – Кевин открыл рот, однако Нил не дал ему заговорить. – Умерла год назад. Я похоронил ее на пляже, на западном побережье. Кевин, у меня больше никого и ничего нет. Вот почему я прибился к «Лисам». Я рискнул, решив, что ты вряд ли меня вспомнишь и что тебе неизвестна вся правда о моей семье. – Разве мы могли тебя забыть? Нил печально качнул головой. – Приехав сюда, я не знал, что мой отец и Морияма – партнеры. – Они не были партнерами. – Кевин оскорбился почти так же, как Рико. – Я не знал, – повторил Нил. – Я вообще ничего не знал о семье Рико, пока в мае тренер меня не просветил. После этого я подумал, что, наверное, это и было поводом той нашей встречи много лет назад. Я думал, наши отцы договаривались о разделе территорий. А вчера Рико заявил, что мой отец принадлежит клану Морияма. Что он имел в виду? Почему сказал, что купил меня? – Не ври мне, – процедил Кевин. – Мы и без этого по уши в дерьме. – Мать так и не рассказала мне, из-за чего нам пришлось бежать. А я никогда не спрашивал, что стало для нее последней каплей. Я просто был рад убраться. С тех пор мы с ней ничего не обсуждали – разговаривали только о погоде или о том языке, на котором общались в новой стране, о местной культуре. Единственный раз, когда она сказала мне что-то действительно важное, случился перед смертью, но и тогда речь шла не об отце. И клан Морияма она не упомянула ни словом. В противном случае меня бы здесь не было, согласен? Так расскажи мне правду. Кевин бесконечно долго сверлил Нила взглядом, потом яростно потер лицо ладонями и что-то глухо пробормотал на японском. Нил уже хотел встряхнуть его за плечо, но тут Кевин уронил руки на колени и заговорил: – Твой отец был правой рукой господина Кенго, главным доверенным лицом и самым надежным инструментом в его арсенале. Территории, которые он контролировал, принадлежали семье Морияма. Он был управляющей силой империи Морияма, и он же обязан был принять вину на себя в случае уголовного расследования. Его могущество и обернулось для тебя проблемами. Ты ни за что бы не стал его преемником. Оберегая трон, господин Кенго очень тщательно выбирает свое окружение. Кумовство и родственные связи подрывают безоговорочную преданность боссу, члены семей, работающие вместе, начинают в первую очередь заботиться о собственном благополучии. Проще всего было тебя убить, но господин Кенго дал тебе шанс оправдать свое существование. Твоя мать записала тебя в Малую лигу экси, чтобы ты начал тренироваться. День, когда мы встретились, был днем твоего просмотра. – Стоп, – запротестовал Нил. – Стоп. Что? – Ты должен был стать таким, как я, – пояснил Кевин. – Подарком тренеру, его рабочим материалом. На просмотр отводилось два дня: первая игра – чтобы выявить твой потенциал, вторая – убедиться, что ты способен подчиняться тренеру и выполнять все его указания. Если бы ты не прошел отбор, твой отец умертвил бы тебя собственными руками. –Подчиниться? Пап ты не ворон, будь в спокойствии. –Тебя только это волнует? –Ну да. Он лис, не ворон Нил сглотнул. – И… как я справился? – Твоя мать не стала рисковать. Вторая игра не состоялась. Накануне ночью мать забрала тебя и исчезла. По телу Нила разлился жар – то ли тошнота, то ли ярость. На кого он злился? Мать всю жизнь ненавидела его одержимость экси. Постоянно твердила, чтобы он больше не смел брать в руки клюшку, но ни разу не назвала причину. Точно так же Нил не понимал ее нежелание объяснить, от чего вообще они бегут. – Меня сейчас стошнит, – признался Нил, поднимаясь на ноги. Он уже почти встал, когда Кевин схватил его за запястье. – Натаниэль, подожди. Нил выдернул руку до того резко, что Кевин едва не растянулся на паркете. – Не называй меня так! Он попятился, но Кевин тоже встал и двинулся к нему. Нил предостерегающе вскинул ладонь. Мысли разлетались в разные стороны. Он смотрел на Кевина и видел татуировку на скуле, карьеру и славу, которую мог завоевать в другой жизни. Если бы он произвел впечатление на тренера Морияму, то рос и воспитывался бы вместе с Рико и Кевином в «Замке Эвермор». И носил бы татуировку с цифрой «3», которая сейчас украшает скулу Жана Моро. Нил испытал горячее желание возненавидеть свою судьбу. На мгновение ему это удалось. Он вырос запуганным ничтожеством, в то время как мог стать одним из Воронов, а в будущем попасть в национальную сборную. Он так страстно любил экси, что отнятый шанс на успех должен был вызвать в нем бурю негодования. И все же ему хватило одного взгляда на Кевина, чтобы осознать: такую жизнь он возненавидел бы не меньше. Он бы учился у лучшего тренера, играл за лучшую команду, но при этом жил бы словно в клетке и постоянно подвергался насилию. Может, он и провел последние восемь лет в бегах, но по крайней мере был свободен. Нил наконец понял, кто держит его на поводке. Вчера Жан сказал, что ему никогда не стать Лисом, а еще посоветовал Кевину указать Нилу его место в иерархии Воронов и укоротить язык в общении с Рико. Рико до сих пор считает Нила своей собственностью, по ошибке попавшей в чужие руки. Теперь, когда Нил узнал правду, Рико ждет, что тот покорно склонит голову и встанет в строй. «Этого не будет», – хотел сказать Нил, но вместо этого выдохнул: – Я так не могу. – Тебе надо бежать, – произнес Кевин. – Не могу, – повторил Нил и провел трясущимися пальцами по волосам. Успокоиться это не помогло; дрожь била его с головы до ног. – Кевин, я бегал восемь лет. Это было ужасно, даже когда была жива мама. Теперь я совсем один. Куда мне бежать? Эндрю считает, что для меня безопаснее оставаться здесь. – Ты же говорил, Эндрю не в курсе. – Он думает, что мой отец – мелкий жулик, который присвоил деньги босса, предназначенные семье Морияма. Я наплел, что моих родителей убили за воровство, а я сумел скрыться с деньгами. Эндрю считает, скандальная слава «Лисов» может послужить мне защитой. Если мы каждую неделю будем мелькать в новостях, избавиться от меня будет не так просто. – Тебя известность не спасет, – сказал Кевин. – Ты слишком серьезная угроза. Обронишь словечко не тем людям, и все рухнет. Морияма знали, что твоя мать ни в коем случае не сдаст свою семью копам, но ты – ребенок, непредсказуемый и напуганный. Нил открыл рот, но Кевин покачал головой и, не дав ему возразить, продолжил: – Хозяин хочет тебя спасти. Весной он заберет тебя в команду «Воронов». Если ты будешь сидеть тихо, не высовываясь, он не скажет главной семье, что нашел тебя. – Я не Ворон, – запротестовал Нил, – и никогда им не стану. –Ну и хорошо, а то у них столько проблем. – Тогда беги, – с глухой злостью бросил Кевин. – Иначе тебе не жить. –Так папа как таракан. –Что? –Мелкий и живучий, сколько не трави будет жить. –Интересное сравнение. Нил закрыл глаза и постарался выровнять дыхание. Пульс грохотал в ушах, высверливал мозг. Нил обхватил себя руками, через тонкий хлопок прощупывая шрамы. Он вдохнул, и в нос ударил запах соленой морской воды и крови. На мгновение Нил оказался за три тысячи миль от Пальметто: одинокий, сломленный подросток, бредущий по шоссе в сторону Сан-Франциско. Пальцы заныли, требуя сигарету. Ноги горели от нестерпимого желания бежать. Однако он покрепче уперся ими в пол и открыл глаза. – Нет. – Не будь глупцом, – фыркнул Кевин. – На этот раз бегство не поможет. Если Морияма на самом деле считают меня угрозой, за мной пошлют убийц. Нам с матерью стоило огромных трудов скрываться от людей отца. Думаешь, его босс меня не найдет? – По крайней мере, это хоть какой-то шанс выжить. – Шанс сдохнуть где-то еще и в полном одиночестве, – парировал Нил. Кевин отвел глаза. Нил сунул руки в карманы: в одном – телефон, в другом – связка ключей. Кончиками пальцев он ощупывал зазубренные бородки, пока не нашел ключ от дома Ники в Колумбии. Этот ключ дал ему Эндрю – в августе, когда впервые пообещал свою защиту. Нил опустил взгляд под ноги, на отпечаток лисьей лапы. Начал говорить и почувствовал, как страх постепенно уходит, сменяясь обреченным спокойствием: – Бежать надо было в августе. Эндрю еще тогда сказал, что это мой последний шанс. Я решил, что останусь. Я не был уверен, что он действительно сможет защитить меня от отца, но так хотел остаться, что наплевал на риски. Может, в тот момент я не вполне понимал, насколько все серьезно, но своего решения не изменю и теперь. – Нил опустился на корточки и прижал ладони к оранжевому отпечатку. – Я не хочу бежать. Не хочу быть Вороном, не хочу быть Натаниэлем. Я хочу быть Нилом Джостеном. Лисом. Хочу отыграть с вами этот сезон и дойти до финала. А весной, когда за мной придут люди Морияма, я сделаю то, чего они так боятся: пойду в ФБР и сдам их всех. Пускай меня убьют – для них уже будет слишком поздно. Кевин долго молчал. – Твое место в национальной сборной, – наконец сказал он. –А место Рико, Н. Л. Д. И других в аду, а они там, я уверена на 100% Кевин произнес эти слова едва слышно, однако Нилу они вонзились в самое сердце. Кевин с болью отпускал мечту о блестящем будущем Нила Джостена. Он взял Нила в команду, потому что разглядел в нем талант; привел к Лисам, потому что собирался сделать из него звезду экси. Несмотря на свою надменность и внешнее безразличие к стараниям Нила, Кевин Дэй искренне верил, что после университета тот займет место в сборной страны. А теперь он осознал, что всему этому не суждено осуществиться: к маю следующего года Нил будет мертв. –Зато будешь Нилом – Ты продолжишь меня тренировать? – нахмурился Нил. Кевин опять ответил не сразу, хотя эта пауза вышла не такой долгой: – Каждую ночь. Нил сглотнул, пытаясь побороть тупую боль в груди. – Мэтт и Дэн надеются, что мы выйдем в финал. По-твоему, у нас есть шанс? – Есть шанс добраться до полуфинала, если Ники возьмется за ум, а Эндрю перестанет стоять столбом. Но «большую тройку» нам не пройти. «Большой тройкой» в НССА считались сборные экси университетов Южной Калифорнии, Пенсильвании и Эдгара Аллана, причем «Вороны» неизменно возглавляли список, а колумбийцы и пенсильванцы занимали второе и третье места, постоянно обходя друг друга в рейтинге. Единственный способ пробиться в финал – выиграть у одной из этих команд в полуфинальном матче. – Ну, наверно, и это неплохо, – сказал Нил. Он выпрямился и обвел взглядом стадион – сперва оранжевую разметку поля, затем трибуны за прозрачным ограждением. Эндрю закончил подъемы и спуски и теперь наматывал круги по периметру внутренней зоны. Нил позавидовал выносливости Миньярда – побочному эффекту таблеток. – Кевин, чего он хочет? Сообразив, что Кевин не читает его мысли, Нил махнул рукой в сторону Эндрю. – Эндрю не знает, кто я, но знает, что за мою голову назначены немалые деньги. Несмотря на это, он обещает мне защиту в течение сезона. Не ради меня, конечно. Просто он думает, что наши тренировки помогут тебе не зацикливаться на угрозах «Воронов». – Нил снова повернулся к Кевину. – Так чего он добивается, если готов так рисковать, лишь бы удержать тебя здесь? – Я дал ему слово. – Кевин медленно перевел взгляд с Нила на Эндрю. – Теперь Эндрю хочет проверить, сдержу ли я его. – Не понимаю. Кевин погрузился в такое глубокое молчание, что Нил уже почти перестал надеяться на ответ. Наконец он сказал: – Когда Эндрю под таблетками, толку от него ноль, но когда он чист – все еще хуже. Сравнив состояние Эндрю за год до окончания школы и перед самым выпуском, его кураторша клялась и божилась, что лекарства спасли ему жизнь. Без таблеток Эндрю… – Кевин умолк, вспоминая точные слова школьного куратора, потом согнул пальцы, изображая кавычки, и процитировал: – «Подавлен и склонен к саморазрушению». У него нет ни целей, ни стремлений, – продолжал он. – Я был первым, кто сказал Эндрю, что он чего-то стоит. Когда курс лечения закончится и у него не останется «костылей», я дам ему стимул, опору в жизни. –Теперь понятно. "Теперь ясно почему Эндрю почти задушил папу." – И он на это согласен? – с сомнением спросил Нил. – Но ведь он сопротивляется и спорит с тобой на каждом шагу. Почему? – Когда я впервые сказал, что ты будешь играть в национальной сборной, почему ты разозлился? – Потому что я знал, что это невозможно. Но все равно этого хотел, – признался Нил. Кевин промолчал. Чуть погодя до Нила дошло, что он сам ответил на свой вопрос. Потрясенный, он тоже умолк. Отрицание боролось в нем со смутной тревогой, но откуда взялось это неприятное ощущение, Нил не понимал. Он переступил с ноги на ногу и скрестил руки на груди, сжав их едва не до хруста. – Так что дальше? – вполголоса спросил он. – Думаешь, следующим летом он слезет с таблеток и внезапно поймет, что жить не может без экси? Ты не похож на человека, который верит в чудеса. – Эндрю – чокнутый, но не тупой, – покачал головой Кевин. – Даже ему в конце концов наскучит быть неудачником. Когда в его организме не будет химии и он снова начнет ясно мыслить, мне будет легче до него достучаться. Нил в этом сильно сомневался, но все-таки пожелал: – Удачи. Как ни странно, сказал он это совершенно искренне. Бо́льшую часть времени к Эндрю нельзя было подступиться ни с какого бока, но в то же время он делал все возможное и невозможное, чтобы удержать их с Кевином в Пальметто. Меньшее, чем они могли отплатить, – это постараться вернуть его самому себе. Размышляя о том, что Эндрю ждет будущее, которого он сам будет лишен, Нил невольно испытывал легкую горечь, но знал, что со временем это пройдет. – Нам пора, – сказал он, не желая больше об этом думать. – Не говори ничего Эндрю, ладно? – Не могу, – ответил Кевин. – Он не поймет твоего выбора. Нил шагнул к двери, но Кевин остановил его, положив руку ему на плечо. – Нил… В этом имени прозвучало и горькое сожаление, и обещание. Нил собрал себя по кусочкам и вслед за Кевином покинул поле.

* * *

Впервые в жизни Нил не думал о будущем. Он перестал считать дни до матча против «Воронов» и свел к минимуму просмотр и чтение новостей. Всю свою энергию он направил на тренировки, уже не засыпал на занятиях в университете и старался общаться со всеми Лисами в равной мере. Поскольку в компании близнецов, Ники и Кевина он ездил на тренировки, а Эндрю и Кевин к тому же возили его на стадион почти каждую ночь, вечера Нил проводил вместе со старшекурсниками. Теперь он знал о них много такого, чем прежде даже никогда бы не поинтересовался. Например, настоящее имя Рене было Натали; приемная мать дала ей другое, когда удочерила ее. Благодаря ей же Рене и Дэн оказались в университете Пальметто. Стефани Уокер, репортер по профессии, попросила Ваймака об интервью, втайне рассчитывая пристроить дочь к нему в команду. Во время весенних игр Ваймак прилетел в Северную Дакоту посмотреть на встречу команды Рене с основным соперником. Так случилось, что капитаном соперников в то время была Даниэль, и ее яростная манера игры произвела на Ваймака большое впечатление. В те же выходные он взял обеих девушек к себе. – Тяжко было, – призналась Дэн, когда Рене рассказала Нилу эту историю. – У меня просто в голове не укладывалось: неужели тренер всерьез рассчитывает, что мы поладим, особенно после того, как в выпускной год команда Рене выбила мою команду из чемпионата? – Она приняла это слишком близко к сердцу, – мягко улыбнулась Рене. Нил попытался представить времена, когда Рене и Дэн не были подругами, – картинка не складывалась. – Но в итоге ты это пережила. – У меня не было выбора, – сказала Дэн. – «Лисы» возражали против девчонок в команде и уже тем более не хотели видеть девушку капитаном. – Нам пришлось выступить против парней единым фронтом. – Рене указала на себя, Дэн и Элисон. – По-другому мы бы не выжили. Поначалу эта дружба была спектаклем, который начинался и заканчивался у двери нашей комнаты. Прошел почти год, пока мы осознали, что сдружились по-настоящему. – Лично я поняла это только на летних каникулах, – призналась Дэн, – когда рассказывала девочкам о прошедшем сезоне. «Девочками» она называла танцовщиц из клуба. В старших классах школы Даниэль, взявшая себе сценический псевдоним Хеннесси, раздобыла поддельный паспорт и устроилась танцевать стриптиз в соседнем городке. Она успевала и учиться, и играть в экси, и при этом еще зарабатывать. Ее тетка сидела дома с маленьким ребенком, поэтому Дэн приходилось обеспечивать всех троих. Дэн порвала все контакты с теткой, как только съехала от нее, но с бывшими коллегами по сцене продолжала общаться. Все они считали, что Даниэль станет звездой шоу-бизнеса. Нил узнал, что после университета Дэн не планирует играть в экси на профессиональном уровне, а хочет стать тренером и однажды обосноваться в «Лисьей норе», сменив на посту Ваймака. При отборе игроков она обещала придерживаться тех же принципов, что и их нынешний тренер, и Мэтт всецело одобрял эту идею. –И она наш тренер! –Мне уже жаль тебя Дэн, они хуже чем вы. –Мне теперь жаль себя. –Кстати, что будет с ногой человека если её отрубили? –Ну будет кровоточить... –Может, вы потом будите говорить об этом? –Что случиться если ударить человека об стул? –Зависит от силы удара. –Что случиться если будет ядерная война, или США станет СССР, что будет? –Ты что хочешь вернуть корни Финна? –Заткнитесь обе. –До сих пор не понимаю, почему вы вообще считаете себя семьей, если одна убийца, другая нарко-торговщица, другая транс, четвёртая золушка, пятый предатель и подстилка... –Что ты блять сказал? Повтори про пятого. –То что он предатель и подстилка, не удивлюсь, что мать вообще изменщица. Рейчел сильно разозлилась, и бросила нож в мимо Дэнни. Когда тот отвлёкся, рыжеволосая уже приложила нож в шее ворона. –Теперь слушай меня внимательно. Ты не знаешь всей причины, поэтому ты не имеешь право так называть Финна, уяснил? –Рей, он того не заслуживает. Помнишь? "Твари не должны быстро подыхать как насикомые". –Ты прав Финн. К тому же он лишь пешка в руках королевы. Рейчел отдалилась от Дэнни, а нож ловко спрятала в повязках. Другой нож который был рядом с Дэнни, остался. Все посмотрели на Рейчел, но ей было всё равно. Главное отстояла честь брата. –Не стоило. –И ты знаешь, мне плевать. Так мы продолжим? Богатый и образованный Мэтью Бойд, сын боксерши и высококлассного пластического хирурга, являл собой полный контраст своей девушке и ее скромному происхождению. Его родители разошлись много лет назад из-за бесконечных измен отца, однако развод так и не оформили. Мэтт рос с отцом, поскольку спортивная карьера матери предполагала частые разъезды. Об отце он говорил скупо, зато о маме мог рассказывать часами, ведь она была его кумиром. Нил слушал его истории не только с интересом, но и с болью в сердце. Когда Мэтт описывал гонки с ускорением, которыми занимался на летних каникулах в горах, Нил вспомнил треск, раздавшийся при попытке оторвать обгорелый труп матери от виниловой обивки сиденья. Через две недели после банкета Элисон снова начала с ним разговаривать. Он все еще мучился, не зная, как лучше перед ней извиниться и надо ли извиняться вообще, когда она наконец прервала молчание. Нил ужинал в кафе в компании старшекурсников, и Элисон попросила его передать кетчуп. Едва не выронив от неожиданности бургер, он поспешил выполнить просьбу. В следующий раз она обратилась к нему только через несколько дней, но ледяная стена, которой она отгородилась от окружающих, постепенно таяла. Один раз Нил даже заметил, как Элисон улыбнулась непристойной шутке Мэтта. Она еще не преодолела горе – до этого было далеко, – но понемногу училась жить дальше. Нил искренне хотел бы отплатить товарищам за их доверие и дружескую поддержку, однако любая открытая им мелочь могла навредить команде. Лисы не проявляли лишнего любопытства, но лишь спустя несколько месяцев до Нила дошло, что им это и не нужно. Они не выведывали его секретов и вполне довольствовались крупицами правды, проявлявшимися в повседневной жизни. Они знали, что Нил терпеть не может овощи, но обожает фрукты, что из всех цветов предпочитает серый и что он не любит фильмы и громкую музыку. Сам он смотрел на эти вещи исключительно с точки зрения выживания, тогда как Лисы бережно собирали крохи информации о нем, как крупинки золота. –Нил, всё в порядке, мы рады, что ты с нами, этого достаточно. Они складывали его, будто головоломку, вылепливали вокруг созданной им лжи образ реального человека. Находили в нем те грани, которые не замаскируешь ничем. И хотя все накопленные ими знания никак не могли повлиять на предрешенный исход или раскрыть его истинную личность, Нила это сближение пугало. К счастью, на носу была зимняя сессия, и он мог использовать учебу как предлог, чтобы потихоньку отдалиться от товарищей. –Блин... Библиотека – четыре этажа, книжные полки в две сотни рядов – казалась спасительным убежищем, однако готовиться к экзаменам сюда приходил не только Нил Джостен. Выходя из библиотечного кафетерия со стаканчиком столь необходимого сейчас кофеина, он наткнулся на Аарона и Кейтлин. Аарон застыл как вкопанный с видом крайней досады, зато на губах Кейтлин расцвела дружелюбная улыбка. – Привет, Нил. – Она протянула руку. – Кажется, нас еще не познакомили. Нил взял стаканчик в левую руку, освободив правую, и ответил коротким рукопожатием. – Нет, но я видел тебя на играх. Ты Кейтлин, верно? Одна из «Лисичек». Кейтлин явно было приятно, что он ее узнал, в то время как Аарон по-прежнему недовольно хмурился, и Нил понимал причину. Аарон и Кейтлин постоянно переглядывались на стадионе, но Аарон никогда не приближался к группе поддержки. Нил впервые видел их вместе. Возможно, Аарон наконец решился на тот шаг, которого от него ждала вся команда. Парочка держалась за руки – значит, дела продвигались неплохо. – До встречи, – холодно произнес Аарон, увидев, что от Нила не укрылась степень их близости. Кейтлин прижалась к его плечу с мягким укором, однако Нил без возражений и споров пошел своей дорогой. Впрочем, любопытство заставило его оглянуться. Поглощенные собой, Аарон и Кейтлин стояли в очереди за кофе. Кейтлин, льнувшая к Миньярду, была на несколько сантиметров выше, но, несмотря на это, выглядела рядом с ним очень изящно. Для тех, кто так старательно избегал друг друга во время матчей, эти двое смотрелись на удивление довольными и расслабленными. Нил ожидал, что на первом этапе романтических отношений Кейтлин и Аарон будут держаться скованнее. – Загляделся на кофе? – раздалось сзади. Решив, что Лисы прикрепили к нему отслеживающее устройство, Нил обернулся на знакомый голос. Ники стоял почти на самом верху лестницы; на локте у него болтался рюкзак, руки были заняты охапкой журналов. – Да нет, – отозвался Нил, но Хэммик все равно подошел к нему и из-за его плеча заглянул в кафетерий. Нил приготовился к бурной реакции или торжествующим воплям по поводу выигранных пари, однако Ники лишь одобрительно кивнул. – Свидания в библиотеке – умно придумали, – оценил он, потом приобнял Нила за плечо и повел прочь от кафетерия. – Эндрю утверждает, что у него аллергия на книжки, поэтому приходит сюда, только если заставит Кевин. У этой парочки в запасе по меньшей мере неделя. Сделай одолжение, не трепись об этом, ладно? –Вот оно что. –Они блять серьёзно.–Аарон зло смотрел на книгу в руках Ники – Я думал, они не вместе, – заметил Нил, бродя между рядами в поисках свободного места. – Официально – не вместе, – пояснил Ники, без приглашения следуя за ним. – Аарон достаточно умен, чтобы не появляться с ней на людях, а Кейтлин какое-то время готова подождать. Не знаю, хватит ли ее терпения до выпуска, и, конечно, требовать от нее этого нельзя, но мне, честно говоря, хотелось бы, чтобы у них все срослось. Они здорово подходят друг другу, правда? – Мне-то откуда знать? Нил нашел свободный стол и разложил на нем тетради. Три четверти стола заняли небрежно брошенные Ники журналы. Нил отодвинул те, что мешали, в сторону и сел. Он слегка опасался, что с таким болтливым соседом не сможет сосредоточиться, однако, к его удивлению, Ники с головой ушел в собственный проект. Журналы, которые Нил принял за развлекательное чтиво, оказались источником материалов для подготовки задания по основам маркетинга. После двадцати с лишним минут, проведенных в тишине, Ники подал голос: – Ты в курсе, что Эндрю ее ненавидит? Нил не сразу понял, о чем речь. Голова у него была забита цифрами – он напряженно решал целых шесть страниц уравнений, – а Ники будто все это время только и думал, что об Аароне и Кейтлин. Нил даже хотел проигнорировать его реплику, сочтя, что математика важнее таких пустяков, как гипотетический роман Аарона, и все же пропустить столь интригующую фразу мимо ушей не смог. – Почему? – Потому что она нравится Аарону. – Ники произнес это как нечто само собой разумеющееся. – По-моему, Эндрю и Аарона не слишком любит. – Точняк. – Ники захлопнул журнал, с явной опаской оглянулся по сторонам (нет ли поблизости кузенов?), а после перегнулся через стол к Нилу. – Видишь ли, нельзя сказать, чтобы Эндрю желал брату счастья. Раз Аарон неравнодушен к Кейтлин, Эндрю против их отношений. Ты не смотри, что Эндрю улыбается во весь рот, он на многое способен из детской зависти. – Чушь какая-то, – пробормотал Нил. – Тут все сложно. – Ники потер шею и откинулся на стуле. – Я не стал углубляться в подробности при Дэн и Мэтте, их это не касается, но тебе как члену семьи скажу. – Он снова оглянулся. – Помнишь, я говорил, что тетя Тильда отказалась от Эндрю? Это еще не все. Поначалу она сдала обоих детей в приют, а неделю спустя передумала. – А так можно было? – Система опеки дает время тем, кто испугался или пожалел о своем решении, – поморщился Ники. – В приюте не спрашивают фамилию, тете Тильде просто дали браслетики с номерами ее детей. И да, если одумаешься достаточно быстро, то младенцев можно забрать. Тетя Тильда мучилась угрызениями совести, но не до такой степени, чтобы вернуть обоих сыновей. Ее возможностей хватало только на одного ребенка – так, во всяком случае, она сказала моему отцу, когда ему стало известно про Эндрю. Уж не знаю, как она между ними выбрала, то ли по алфавиту – «А» раньше «Э», то ли браслетик Аарона попался ей под руку первым. Задумавшись, Ники на мгновение умолк, потом провел ладонью по лбу и продолжил: – Шансы на дерьмовое будущее у них были одинаковые, пятьдесят на пятьдесят. Ха! – Ники безрадостно усмехнулся. – И, прикинь, оба вытащили короткую спичку. Эндрю лишился семьи, а Аарон стал тетке ходячим напоминанием ее греха. Тетя Тильда изо всех сил отгораживалась от Аарона, по крайней мере пока на горизонте снова не объявился Эндрю. И вот тогда, по словам Аарона, она из нерадивой мамаши превратилась в злобную. – Они знают, что мать отказалась от них обоих? – задал вопрос Нил. – Когда приемная мать Эндрю позвонила, чтобы договориться о первой встрече братьев, она спросила у тети Тильды, как так вышло, что в приюте оказался только один из близнецов, и тетка ей рассказала, а Аарон подслушивал по параллельному телефону. – Ники поднял палец, как будто указывая на тетину спальню. – Понятия не имею, за каким хреном приемные родители Эндрю поведали ему об этом, но, так или иначе, он тоже узнал. Думаю, поэтому он и не ответил на письмо Аарона. Он был – и это вполне понятно – дико зол. – Но ведь Аарон не виноват, – возразил Нил. – Решение принимала их мать. – Таков уж наш Эндрю: логика на нуле. – Ники беспомощно развел руками. – Момент, когда Аарон узнал о брате-близнеце, стал для него поворотным в худшем смысле слова. Тетя Тильда сорвалась с места чуть ли не на другой конец страны, стала еще сильнее пить и вдобавок поколачивать сына. Аарон, как типичный подросток с психологической травмой, взбунтовался. Он таскал ее наркоту, постоянно бузил в школе, ну и вообще превратился в засранца. Мама писала мне об этом в Германию, она сильно переживала за Аарона. Из хорошего в Южной Каролине с Аароном произошло только одно: он начал играть в экси, да и то просто чтобы поменьше бывать дома с тетей Тильдой. Потом отец узнал об Эндрю и взялся за эту многолетнюю волокиту по возвращению его в семью. Я в прошлый раз рассказывал, помнишь? Он наседал на сестру, пока она не согласилась забрать Эндрю, после утрясал формальности с судом, службой опеки и последними приемными родителями. Он встретился с Эндрю, который относился к идее счастливого воссоединения с матерью без восторга, и познакомил его с Аароном. После этого лед тронулся: у Эндрю неожиданно появился стимул. Он изменил поведение, стал соблюдать все правила и через год вышел на свободу по УДО. –Да пусть этот Лютер идет к чертям! Прости дядя Ники. –Ну тебя есть и свои причины.–Грусно сказал Ники. –Прости пап, но я соглашусь с Рей. – То есть Эндрю решил, что брат ему все-таки нужен, – заключил Нил. – И что же пошло не так? – Тетя Тильда погибла, и Аарон винит в этом Эндрю. – Эндрю ее убил? –В точку! –Что?!–Крикнули большая часть ребят. –Подумаешь убить мать.–Отозвалась Рейчел. –Ты как бы то же убила собствнную мать. –Я защищала брата от той суки, она мне не мать. Ники испуганно прижал палец к губам, хотя из них двоих громче говорил именно он. – В ту ночь тетя Тильда подралась с Аароном. Тогда-то мои родители наконец узнали, что она его избивает. Аарон пришел к ним весь в синяках и ссадинах. Отец позвонил ей и потребовал приехать, но объяснений от нее не добился: она просто забрала Аарона и умотала. До дома они не доехали: их машина вылетела на встречку и разбилась. Тетя не была пристегнута. – Ники неловко поерзал на стуле. – Вместе с ней был не Аарон. Аарон в это время сдавал экзамены вместо брата. Эндрю тогда еще не принимал таблетки, поэтому Аарон легко выдал себя за него. Он не догадывался, зачем Эндрю попросил его о подмене, пока не позвонили копы. Я до сих пор не знаю, что там произошло на самом деле: то ли тетя Тильда запаниковала, когда сообразила, который из близнецов рядом с ней в машине, то ли у них завязалась борьба… И вообще не знаю, был ли умысел, но… Не то чтобы Аарон любил ее, но она была его матерью, понимаешь? Он уже никогда не сможет выяснить с ней отношения, разобраться, почему она все это творила, почему так плохо относилась к своим детям. Аарон не желает смириться с ее смертью. Он тоскует по ней и не может простить Эндрю, а Эндрю либо не сознает, сколько боли причинил брату, либо ему просто на это плевать. Тупик. Нил понимал чувства Аарона. Его отношения с матерью тоже складывались непросто – причинами тому были ее воспитание и его жуткое детство. Со временем он начал терзаться вопросом, что же связывало их так долго – любовь или инстинкт выживания? Узнав, что мать ударилась в бега, чтобы спасти его, он стал оценивать прошлое немного иначе, однако это не отменяло того факта, что полжизни он люто ее ненавидел. Тем не менее потеря матери стала для Нила самым тяжким ударом. Финн обоих понимал, он хочет споминать как мать умерала на его руках, а он ничего не может сделать, та крепко его держала, будто он последняя надежда. Рейчел с разрешением положила ладонь на кулак Финна, чтобы тот перестал делать больно себе через ногти. Признаться в этом он не мог, ведь Лисы считали, что его родители живы и здоровы, поэтому переключился на другой вывод, который сделал из истории Ники. Постаравшись избавиться от следов скорби в голосе, он медленно произнес: – Эндрю было не плевать. В том-то все и дело. – Что? – недоуменно заморгал Ники. – Эндрю вернулся в семью ради брата, верно? Очень скоро он увидел, что у Аарона полно психологических проблем, и решил, что они связаны с матерью. Что, если он убил ее не из мести, а потому, что хотел защитить Аарона? Эндрю будто на мгновение перестал двигаться, ведь никто так не понимал его, ну кроме Би и Рене. Ники посмотрел на Нила с сомнением. – Это очень и очень спорная теория. – Правда? А ты не забыл, из-за чего Эндрю прописали таблетки? – Нет. – Ники задумался и умолк. В то время он подрабатывал в «Райских сумерках». Однажды вечером, когда в свой перерыв Ники вышел на воздух, четверым типам вздумалось силой выбить из него гомосексуальность. Эндрю вступился за кузена, но зашел слишком далеко. Одно дело – вмешаться в драку, и совсем другое – продолжать лупить нападавших уже после того, как они без сознания валяются на тротуаре и истекают кровью. Не оттащи Миньярда вышибалы, он забил бы всех четверых до смерти. Репортеры просто на ушах стояли – Нил узнал все в подробностях, когда собирал материалы о «Лисах». – Она мучила Аарона, и Эндрю положил этому конец, – заключил Нил. – Аарону следовало бы сказать брату «спасибо», а он горюет по матери так, словно и не помнит, как она с ними поступила. Он занял ее сторону. –Что?.. Эндрю? –Давайте продолжим. – Думаешь, в этом все дело? – По-моему, звучит логично. – Это также объясняло неприязнь Эндрю к Кейтлин, хотя тут Нил не мог с уверенностью утверждать, то ли Эндрю просто не хотел, чтобы между ним и братом вставала другая женщина, то ли до сих пор наказывал Аарона за то, что три года назад тот принял неправильную сторону. – Подозреваю, они ни разу не говорили о ее смерти. – Во всяком случае, при мне точно нет, а я приехал в день похорон тети Тильды, – подтвердил Ники. – Они практически не общаются и вряд ли в ближайшем будущем захотят поговорить по душам и разобраться, почему все-таки Эндрю так поступил. Ники поставил локоть на стол и подпер подбородок ладонью. Его лицо омрачила тень; расстроенное выражение, нехарактерное для обычно жизнерадостного Ники, заставило его в кои-то веки выглядеть на свои годы, а ведь у Нила почти вылетело из головы, что Хэммик на несколько лет старше своих кузенов. Он, как и близнецы, учился на втором курсе, но старше него по возрасту среди Лисов была только Рене. – Когда тренер предложил мне место в команде, я согласился только ради того, чтобы попытаться наладить отношения между близнецами, – сказал Ники. – Думал, если я буду рядом, то смогу научить Эндрю и Аарона быть братьями. Я не опускаю руки, ни в коем разе, но я уже понял, что в одиночку ничего не исправлю. Как ни паршиво признавать, но я жду не дождусь, когда Рене наконец сделает свой шаг. –Дядь Ники, просто дядя Эндрю и папа не умеют быть братьями, нежными и тому подобное, но это не значит что они не ценят твои старания–Мягко объеснила Карин Ники, Аарон отвернулся, а Эндрю смотрел в потолок, а Ники будто открыл глаза, понимая, что его любят какой, какой он есть. И ярко улыбнулся. –Спасибо. –Пустяки. Разговор как-то незаметно для Нила перешел от убийства к Рене. Он мысленно восстановил последние несколько фраз, потом решил не гадать без толку и сказал: – Что? Я думал, она тебе не нравится. Ники резко выпрямился, как будто от удара. – Кому же не нравится Рене! Нил чуть не привел в качестве примера себя, но, не желая еще дальше уходить от темы, пояснил: – Все почему-то против их дружбы с Эндрю. – Не хочу плохо говорить о двоюродном брате, но любому ясно, что она достойна лучшего. В идеальном мире для Рене нашелся бы добропорядочный молодой христианин, который любил бы ее до умопомрачения и вместе с ней занимался благотворительностью. А в этом мире она обратила свой взор на Эндрю. Ради ее же блага я бы, конечно, попробовал вмешаться, но все больше склоняюсь к мысли, что это бесполезно. Нужно что-то такое, что отвлечет Эндрю. Нил вспомнил о своем разговоре с Кевином пару недель назад. – Как насчет экси? – Ты говоришь прямо как Кевин. – Ники устало потер виски, словно прогоняя головную боль. – Экси в этом случае не вариант, понимаешь? Ты можешь любить экси всем сердцем, но экси не полюбит тебя в ответ. Нилу стоило промолчать, но он не удержался: – И что? – О господи. – Ужас на лице Ники смешался с жалостью. – Ты серьезно? Ничего прискорбнее не слышал. Понимая, что лучше все-таки держать рот на замке, Нил сказал: – Мне надо заниматься. – Не увиливай! – Ники схватил со стола методичку с уравнениями и бросил ее на пол. – Теперь слушай. Есть увлечение, а есть одержимость, и это разные вещи. Нельзя превращать экси в смысл всей жизни, экси – не навсегда. Ты сверкнешь звездой, потом закончишь спортивную карьеру, и что дальше? Будешь до конца дней в одиночестве сидеть дома, любуясь завоеванными медалями и кубками? –Пап, дядя Ники дело говорит.–После Рейчел перешла на шёпот–Хорошо, что у тебя есть папа Эндрю, я, Финн и лисы. – Перестань. Должно быть, Ники уловил в его словах скрытое предупреждение и потому смягчил тон: – Нельзя делать из экси целую вселенную, Нил. В жизни есть много чего другого. Если хочешь, как-нибудь съездим вдвоем в Колумбию, я попрошу Роланда познакомить тебя с народом. У него куча классных друзей. Я даже против девушки возражать не буду, если ты… – Почему ты не любишь девушек? – перебил Нил. Ники слегка растерялся, но быстро пришел в себя и досадливо поморщился: – Они слишком мягкие. Нил вспомнил сбитые костяшки Рене, неукротимый дух Даниэль и Элисон, вышедшую на игру через неделю после смерти Сета. Вспомнил мать, которая, не дрогнув, выдерживала буйные припадки ярости мужа и хладнокровно оставляла за собой трупы. Он просто не мог не сказать: – Среди самых сильных людей, которых я знаю, немало женщин. –Нил, может ты вступиш в наш женский клуб? –Что? –Дэн, а меня позовёте?–Жалобным голосом спросил Мэтт –Только если все согласяться, а значит Элисон должна согласится. –М-м-м, нет. Я приглашала Нила, не Мэтта. Мэтт грусно сидел. –Мэтти, может вечером будем смотреть фильм с пиццей, а ещё Нила, Рейчел, Мэнни и Дэнни позовём. Согласен? –Да. – Что? Да нет, – махнул рукой Ники, – я о другом. Они мягкие в буквальном смысле. Слишком много изгибов, понимаешь? Руки как будто соскальзывают. Не-е, это совсем не мое. Мне нравится… – подбирая слова, он нарисовал в воздухе прямоугольник, – Эрик. Эрик – само совершенство. Он ярый поклонник движухи под открытым небом типа скалолазания, походов в лес, катания на горных велосипедах – короче, всей этой байды с комарами и свежим воздухом. Но боже мой, Нил, видел бы ты его тело! Он весь такой – крепкий, жесткий, сплошь острые углы. – Ники снова изобразил в воздухе прямоугольник. – Он сильнее меня, и мне это нравится. Я могу висеть на нем хоть целый день, он даже не вспотеет. Вспоминая своего бойфренда, который сейчас находился на другом континенте, Ники медленно и мечтательно улыбнулся. Улыбка была более сдержанной, не такой широкой, как обычно, и Нил задумался, объяснялась ли всегдашняя веселость Ники характером, или он нарочно бодрился рядом со своими вечно угрюмыми кузенами. – Забавно, – усмехнулся Ники, – но парни такого типа меня раньше не привлекали. Все, в кого я влюблялся подростком, были совершенно другими. Может, поэтому никто из них и не смог мне помочь. – Ники перевернул руки ладонями вверх и принялся их рассматривать. – Мои родители немного чокнутые. Есть люди религиозные, а есть истеричные фанатики. Мы с Рене – просто верующие. Мы ходим в разные церкви, у нас разные взгляды, но при этом мы уважаем друг друга, понимаем, что религия – это лишь трактовка веры. А мои родители – ненормальные, которые делят мир исключительно на черное и белое, хорошее и дурное. Они убеждены, что всех грешников ждет божий суд, вечное проклятие и адское пекло. Несмотря на это, я все равно решил признаться им в своей ориентации. Мама страшно расстроилась. Заперлась в спальне и несколько дней только и делала, что плакала и молилась. Отец пошел на меры покруче: отправил меня в христианский лагерь для геев. Целый год мне внушали, что я поражен дьявольской скверной и что я – ходячее испытание для всех остальных добропорядочных христиан на планете. Меня там пытались пристыдить и исправить с Божьей помощью. Не помогло. Какое-то время я об этом сожалел. А домой вернулся, чувствуя себя чудовищем и позором семьи. Смотреть в глаза родителям я не мог, поэтому начал врать. До окончания школы я притворялся натуралом, даже встречался с девушками. С парочкой из них я целовался, но никогда не заходил дальше, якобы из целомудрия. Я знал, что надо только дотянуть до выпуска. И ненавидел такую жизнь, – продолжал Ники. – Мне приходилось переступать через себя, но я понимал, что не могу врать постоянно. Я был в ловушке. Иногда мне казалось, что Господь отвернулся от меня, иногда – что я недостоин божьей милости. К середине одиннадцатого класса я начал подумывать о самоубийстве. А потом учительница немецкого рассказала мне о программе обучения за границей по обмену. Она пообещала все устроить, если мои родители дадут согласие. Сказала, что включит меня в программу, подберет подходящую семью и все такое. Выходило недешево, но, по ее словам, мне требовалась смена обстановки. Думаю, она догадывалась, как близко я подошел к последней черте. Я не верил, что мать с отцом согласятся, но они до того гордились моим «излечением», что разрешили ехать на следующий год. Оставалось продержаться всего один семестр. Я так мечтал убраться, что весной, когда тетя Тильда и Аарон переехали в Колумбию, практически оставил это без внимания. Думал только о том, как бы дожить до мая. Конечно, нужно было попытаться наладить контакт с Аароном, но в моем тогдашнем состоянии я мало чем мог ему помочь. Когда самолет, на котором я улетал из Колумбии, оторвался от взлетной полосы, меня охватил дикий страх. Я был безумно счастлив расстаться с родителями и всем своим окружением, но не знал, изменит ли что-нибудь переезд в Германию. По прилете меня встретил мой новый «брат по обмену», Эрик Клозе. – Ники как будто впервые произнес это имя вслух. – Он научил меня верить в себя. Показал, как привести веру в гармонию с сексуальностью, возвратил мне желание жить. Ну да, звучит напыщенно, но Эрик меня спас. –Ники ты очень сильный, и хорошо, что у тебя есть такой человек как Эрик–Похвалила Рене. –Мои папы лучше всех! –Дядя Ники, вы молодец. И дядя Эрик тоже. –Спасибо. Ники снова перевернул ладони и сплел пальцы. Взгляд, который он устремил на Нила, ободряющий и в то же время озабоченный, заставил того смутиться. – Вот что такое любовь, понимаешь? Вот чего экси никогда не даст ни тебе, ни Эндрю, ни кому-либо другому. Экси не станет опорой в жизни, не сделает тебя сильнее и лучше. – Угу, – кивнул Нил. Ники его нейтральный ответ не устроил. – Я не претендую на звание умника, но и последним дураком себя не считаю. Я уже понял, почему ты шарахаешься от всех, как уличный кот. Но имей в виду, рано или поздно тебе придется начать кому-то доверять. – Можно я уже займусь математикой? Ники поднял методичку с пола, но Нилу ее не отдал. – Теперь твоя очередь. Почему тебе не нравятся девушки? – Они мне не не нравятся, – возразил Нил, на что Ники лишь скептически фыркнул. Нил вспомнил тяжелые кулаки матери, вспомнил о том, как она драла его за волосы. Она постоянно вдалбливала ему, что девушки представляют опасность. Они забираются мужчине в голову, говорила мать, и начинают вертеть им по своему желанию. Из-за них тебе хочется изменить весь мир и в первую очередь себя. Они выворачивают тебя наизнанку, выпытывают все твои тайны. Даже если ими движут добрые побуждения, в итоге все заканчивается смертью. –И Л. Тоже не очень личность. – С этим все сложно, – наконец сказал Нил. – А теперь дай мне позаниматься. – Пообещай хотя бы подумать об этом, – попросил Ники. – Обещаю. – Неисправимый лжец, – вздохнул Ники, протягивая брошюру. Нил посмотрел на часы, досадливо поморщился, увидев, сколько времени потеряно впустую, и вернулся к недорешенному уравнению. Ники еще немного побурчал себе под нос, перекладывая свои журналы, но, взявшись за работу, быстро умолк. Нил постарался выбросить этот разговор из головы и сосредоточиться. Уже через несколько минут он стер его из памяти, искренне надеясь, что насовсем. Слова Ники снова вспомнились Нилу на тренировке, когда он увидел Рене и Эндрю. Они стояли в зоне ворот и что-то обсуждали, при этом Эндрю оживленно жестикулировал. Стоило Нилу задержать на них взгляд, и тот самый разговор опять всплыл в голове. Зная, чем завершится сезон, размышлять об этом не имело смысла, и все же на мгновение Нил задумался о встрече Ники и Эрика, случившейся в самый нужный момент. Ники подошел к самому краю, но Эрику хватило сил его удержать. В мире существовал лишь один человек, способный помочь Нилу, и этот человек был мертв. Она – эта женщина – была мертва. Взваливать бремя на кого-то еще Нил бы не посмел. Только вот получалось, что он уже начал делиться своими проблемами, пускай и невольно. Он открыл свою тайну Кевину и Эндрю. Кевин отреагировал на правду, как любой нормальный человек: в ужасе потребовал от Нила немедленно бежать. Эндрю Миньярд, напротив, воспринял ее спокойно и предложил Нилу остаться. Ради него Эндрю был готов на убийство. А еще он дал ему ключ от дома. Но все это не в счет, потому что Эндрю есть Эндрю и он последнее, о чем Нилу стоит думать. Сделав над собой усилие, он сосредоточился на уравнении и зарекся впредь слушать Хэммика. –Да, меня надо слушать. –Теперь моя очередь читать!

Глава восьмая

Октябрь нагрянул неожиданно. Нил помнил о том, что матч против «Воронов» состоится совсем скоро, но все равно пришел в изумление, осознав, что первая неделя месяца уже миновала. До игры оставалось всего шесть дней. Будь это обычный сезон, матч, даже с участием Кевина, привлек бы меньше внимания, но в этом году «Лисы» демонстрировали просто невероятные результаты: за шесть недель они проиграли всего один раз, в стартовом матче против университета Брекенриджа. Три игры они чудом выиграли, но победа – это победа независимо от того, какой ценой досталась. С каждой неделей «Лисы» набирали силу, играя все лучше и лучше. Победы над «Воронами» от них никто не ждал, однако уже сейчас было ясно, что матч выйдет зрелищным. Поскольку «Лисья нора» не могла вместить огромную массу фанатов, жаждущих увидеть игру, зрителям предложили дешевые билеты на трибуны баскетбольного стадиона, пообещав прямую трансляцию на больших экранах. Всю вторую неделю октября университет Пальметто усиленно готовился к знаменательному событию. Газонокосильщики подровняли траву на каждом клочке земли в кампусе, чистильщики привели в порядок искусственный пруд перед библиотекой. Членов студенческих клубов призвали украсить территорию университета самодельными плакатами и баннерами. Несокрушимый Лис, талисман команды, каждый день часами разгуливал по кампусу и посреди занятий просовывал свою большую голову в аудитории, воодушевляя студентов. «Лисички», девушки из группы поддержки, разбили на центральной площади палатку и делали желающим временные татуировки с отпечатком лисьей лапы. Всю неделю, с понедельника по четверг, в Пальметто проходили развлекательные мероприятия. В понедельник на футбольном стадионе с бесплатным концертом выступили студенческий хор и джаз-оркестр. Во вторник в честь «Рыжего дня» почти три четверти студентов оделись в оранжевое; акцию «День белого» в среду поддержало еще больше народу. В четверг состоялось собрание болельщиков, на котором полагалось присутствовать и «Лисам». В собрании приняли участие несколько тысяч студентов, готовых бурно поддержать свою команду. Репортеры активно снимали происходящее на камеры и брали интервью у игроков. Опасаясь, что Нил снова ляпнет в объектив что-нибудь не то, Ваймак держал его подальше от микрофонов. –Отлично. В четверг терять выдержку начала даже Дэн. Она уже четвертый год возглавляла команду и с самого первого сезона привыкла к оскорблениям и неприкрытой ненависти. Теперь же, ощутив наконец мощную поддержку со стороны болельщиков, она разволновалась. Перед камерами она сохраняла спокойствие, однако в ночь на пятницу ушла спать к Мэтту. Чем сильнее нарастало возбуждение публики, тем больше нервничала команда. К пятнице Лисы окончательно издергались, всеобщий мандраж не затронул только Эндрю. Он посылал мячи в стену и без конца язвил, подначивая товарищей. Кевин, напротив, на утренней тренировке в пятницу не промолвил ни слова. Несмотря на дополнительно привлеченный персонал, в день матча охрана кампуса катастрофически не справлялась с регулировкой дорожного движения. Ваймак отпросил Лисов с последних пар и собрал их на стадионе в три часа. Матч начинался только в семь вечера, однако тренер хотел оградить команду от безумия, которое уже охватывало весь университет. Дэн включила телевизор и листала каналы, пока не нашла какой-то фильм. Аарон и Мэтт удалились в фойе, чтобы в тишине заняться домашней работой. Нил и Кевин вышли во внутреннюю зону и просто молча сидели на скамейке. В пять тридцать доставили заказанную Ваймаком еду, причем в таком количестве, что хватило бы на небольшую армию. Лисы сели кружком и взялись за ужин, по-прежнему в молчании. Только после того как был убран мусор, они решились посмотреть друг другу в глаза. Дэн начала зачитывать список стартового состава «Воронов», хотя Лисы давно выучили наизусть все фамилии и номера. В течение нескольких недель они анализировали позиционную расстановку противника, пересматривали старые матчи и запоминали статистику. Раз за разом они прокручивали предыдущие игры, стараясь лучше понять тактику соперника и выявить слабости, которыми можно воспользоваться, но так ничего и не обнаружили. Единственным уязвимым местом в броне «Воронов» было отсутствие Кевина. В начале недели Кевин объяснял Лисам причину такой удивительной слаженности соперника, хотя Нилу при этом хотелось заткнуть уши. Все Вороны поступали в университет Эдгара Аллана с одной-единственной целью – играть в экси. Практически каждый, кого тренер Морияма принимал в команду, по окончании университета переходил в профессиональный спорт. Образование для его подопечных имело второстепенное значение. Все они обучались на бакалавриате и занимались отдельно от других студентов, в мини-группах по три-четыре человека. Пойти куда-либо в одиночку Ворон не мог – только в сопровождении как минимум еще одного члена команды. Поддерживать дружбу и общаться с кем-либо вне команды запрещалось. –А дышать хоть можно? Вороны даже не жили в студенческом общежитии, как не жили и в том месте, которое официально считалось их базой. Университет Эдгара Аллана по размерам уступал Пальметто, спорту в нем отводилось меньше внимания, нежели программам в сфере искусств. Здешней особенностью было размещение студентов не в классических общежитиях, а «по интересам»: любые студенческие объединения или клубы, как мужские, так и женские, могли подать заявку на отдельное проживание своих членов. У игроков экси тоже имелся собственный корпус, хотя ночевали в нем «Вороны» редко и только для виду. Их стадион, «Замок Эвермор», располагался за территорией университета не случайно. Формально он принадлежал университету, но также служил домашним стадионом национальной сборной. По этой причине еще при строительстве в нем были предусмотрены дополнительные объекты: отдельные ложи для знаменитостей и членов КРЭ, апартаменты, зоны отдыха и бары для вип-персон, просторные комнаты для гостевых команд. Эти комнаты находились под землей, непосредственно под игровым полем, и именно они заменяли Воронам общежитие. Именно там выросли Кевин и Рико. «Воронов» можно было увидеть либо на занятиях, либо на стадионе. От всех прочих команд их отличало то, что они в буквальном смысле жили и дышали только экси, всецело подчиняя свое существование игре. Жесткая дисциплина, изоляция от внешнего мира и суровые наказания – все это делало «Воронов» командой совершенно иного, недосягаемого уровня. Одним словом, они являли собой полную противоположность «Лисам». В сегодняшнем матче мощному коллективному разуму противостояла разрозненная горстка отбросов. За час до начала игры охрана открыла ворота стадиона и начала запускать зрителей. Нилу показалось, будто он слышит, как от топота десятков тысяч ног дрожит земля. Переодевшись под отдаленный гул голосов, он присоединился к команде в фойе. Ваймак уже выкатил стойку с клюшками. Кевин откинул чехлы со своей пары и просунул пальцы в ячейки сетки. – Кевин, ты как? – Эбби обеспокоенным взглядом изучала его лицо. – Сможешь играть? – Если я жив, значит, могу выйти на поле, – ответил Кевин. – Это и моя игра тоже. – Девиз в жизни и смерти. – Ваймак жестом велел команде построиться. – Сегодня я жду от нападающих не меньше десяти голов. Кевин, ты знаешь тактику их защиты лучше, чем кто-либо другой, в то время как они впервые увидят тебя с клюшкой в правой руке, так что воспользуйся этим и размажь их. Нил, с тебя как минимум пять очков, иначе до самого выпуска будешь у меня каждый месяц бегать марафон. – Пять очков? – вытаращился на него Нил. – На прошлой неделе ты заработал четыре. – На прошлой неделе мы не играли против Эдгара Аллана, тренер. – Неважно, – отмахнулся Ваймак. – Пять очков или сорок два километра – сам выбирай, что тебе по душе. –Лучшн 82 километра, чем играть с воронами. –Точно такая же ситуация. Не дав Нилу возможности возразить, Ваймак перевел взгляд на Элисон и Дэн. – А вы, дамы, на этот вечер забудьте про нашу линию нападения. При любом раскладе считайте, что вас это не касается. Ваша сегодняшняя задача – поддерживать защиту, ясно? Мы знаем, что «Вороны» быстрее, крупнее и сильнее нас. Наш единственный шанс – сдерживать атаки противника. Защитники, не подпускайте нападающих к воротам. Точка. Эндрю, хоть раз в своей жалкой никчемной жизни играй на победу, договорились? Казалось, Эндрю развеселила просьба тренера, тогда как Нил этому веселью совсем не обрадовался. Сирена над головой возвестила, что через минуту команды обязаны появиться во внутренней зоне. Нил был не единственным, кто вздрогнул, услышав ее, а Кевин так и вовсе подскочил, что встревожило Нила еще больше. Эбби устремила на Дэя пристальный взгляд, но тот не поднимал глаз. Ваймак захлопал в ладоши, поторапливая команду. – Умоем засранцев, – призвал он. – Чем скорее мы с ними разделаемся, тем скорее поедем бухать к Эбби. Я потратил целое утро, чтобы набить ее холодильник. И хотя это не слишком напоминало поощрение, многие заулыбались, а Ники даже негромко гикнул. Никто из Лисов не обманывался, все прекрасно понимали, что сегодня вечером их перемелют в фарш. Ваймак лишь давал им возможность напиться, чтобы уйти в отключку, а не мучиться всю ночь, болезненно переживая поражение. Лучше так, чем никак, подумал Нил, хотя ему это и не поможет. Ваймак распахнул дверь. Храбро улыбнувшись через плечо, Даниэль вывела команду на стадион. Нил не видел трибун, пока не вышел во внутреннюю зону, но ударивший в уши рев был по крайней мере вдвое громче обычного. Шум перешел в оглушительные вопли и визг, когда «Лисы» наконец оказались на виду. «Лисички» замахали помпонами и резво запрыгали в приветственном танце. Студенческий оркестр «Оранжевые нотки» во всю мочь заиграл командный гимн, однако его звуки потонули в общем шуме. Нил окинул взглядом оранжевое море. Приезжие «нейтральные» болельщики выделялись в толпе цифрами «1» и «2», нарисованными на щеках в честь Рико и Кевина. Отличить фанатов «Воронов» было еще проще: все они с ног до головы носили черное и занимали на трибунах отдельный сектор точно напротив домашних скамеек «Лисов». Со стороны казалось, будто часть стадиона поглотила черная дыра. За всем этим грохотом Нил не заметил, как объявили выход «Воронов», однако не расслышать тяжелый ритм басов он не мог. Мотив показался ему смутно знакомым. Секунду спустя он вспомнил, что под ту же мелодию Рико выходил на сцену в эфире утреннего шоу Кэти Фердинанд: это был гимн «Воронов». Он отличался от всех остальных, что доводилось слышать Нилу, и не звучал ни бодро, ни жизнеутверждающе. Эта мрачная, гнетущая музыка наводила страх, символизировала угрозу, напоминала о смерти – «Вороны» относились к своему образу всерьез. Нил подумал, что в будущем всем им наверняка придется ходить к психологу. –Согласна, у нас с Финном были проблемы, они всё ещё есть, но их меньше. Трибуны взорвались. Зрители в оранжевом принялись выкрикивать оскорбления, сопровождая их презрительным свистом. Фанаты в гостевом секторе ответили боевым кличем. Те же, кто просто приехал насладиться зрелищем, бурно поддерживали и «Лисов», и «Воронов». Команды отправились на разминку. Внутреннюю зону Ваймак уступил «Воронам» – их было больше, – а свою команду вывел непосредственно на поле, заставив бегать по кругу вдоль борта, в противоположную от соперника сторону. Краем глаза Нил наблюдал за бесконечной вереницей черного и красного, однако нарочно не поворачивал головы, вперив взгляд в оранжево-белое джерси, маячившее перед ним. После бега Лисы приступили к упражнениям; Морияма выпустил на поле лишь половину команды. Игроки защиты продолжали беговую разминку, в то время как семь нападающих и пять полузащитников отрабатывали удары по воротам. Даже в таком урезанном составе сборная университета Эдгара Аллана численно превосходила «Лисов». Нил далеко не чувствовал себя готовым к игре, а судьи уже дали команду покинуть поле всем, кроме капитанов. Рико и Дэн как-то сумели изобразить товарищеское рукопожатие. Главный арбитр подбросил монетку и показал, что первую подачу будут делать гости. После этого он остался на месте, а Даниэль и Рико удалились. Морияма и Ваймак выстроили стартовые составы у соответствующих выходов на поле. Трое запасных игроков «Лисов» по очереди стукнулись с остальными клюшками, напоследок послав им скупые улыбки. – За команду «Лисов» сегодня в стартовом составе играют, – объявил диктор. – Номер два, Кевин Дэй! – Даже произнеси он что-то еще, его никто бы не услышал. Не обращая внимания на восторженный рев фанатов, Кевин вышел на поле. Нил стиснул пальцы на рукоятке клюшки так, что кожа на костяшках натянулась. – Номер десять, Нил Джостен! – Пять очков, – напомнил Ваймак. Нил со вздохом прошел через дверь. Заняв свое место, он обернулся посмотреть, как выходят товарищи. Элисон сегодня выступала в роли опорного полузащитника; защитниками в стартовом составе были Ники и Рене. Эндрю, вышедший последним, непринужденно расположился в зоне ворот. Как объявляли Рико, Нил не слышал, только заметил бурную реакцию публики. Рико Морияма появился на поле с таким видом, будто ему принадлежал весь стадион. Вместо того чтобы сразу пройти к своему месту, он задержался возле Кевина. Сняв шлем, он что-то сказал, но гул трибун, эхом отражавшийся от прозрачного ограждения, заглушил его слова. Кевин тоже стянул шлем и, подвесив его за ремешок на палец, ответил. Рико больше ничего не говорил и лишь буравил Кевина тяжелым взглядом, пока остальные Вороны занимали позиции. После того как их голкипер встал на ворота и на поле вышла судейская бригада, Рико наконец сделал движение – потянулся к Кевину. Нил был уверен, что в этот момент напрягся не только он, но и все Лисы. Рико, правда, всего-навсего обнял Кевина за плечо и притянул к себе в коротком объятии. Многотысячная толпа оглушительно взвыла в экстазе. Уже в следующую секунду Рико убрал руку и направился к своему месту на средней линии. Кевин продолжал стоять в оцепенении, из которого его вывел резкий удар клюшки о стену. Подскочив от неожиданности, Кевин оглянулся на Эндрю. Миньярд еще раз предупреждающе стукнул клюшкой о прямоугольник ворот. Кевин понял намек и надел шлем. После того как он, вскинув клюшку, показал, что готов к игре, главный судья вручил подающему «Воронов» мяч и покинул поле. Арбитры заперли оба выхода. Нил закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Он отрешился от всего: задвинул Натаниэля, своего отца и клан Морияма в самый дальний уголок сознания. О них он подумает позже. Сейчас все это неважно, значение имеет только матч: клюшка в руках, ворота соперника и часы, отсчитывающие секунды до первой подачи. Сейчас он не Нил, он – Лис, и впереди его ждет игра. Прогудела стартовая сирена, и Нил сорвался с места. Он видел, как Ворон сделал подачу, но мяч заметил, только когда поравнялся с Джонсоном, своим сегодняшним «опекуном». Подающий отправил мяч в стену у ворот «Лисов». Элисон была единственной, кто после подачи остался на месте; проследив траекторию снаряда, она подобрала его на рикошете и перекинула Эндрю, а тот послал обратно через все поле. Нил и Кевин бросились за мячом, стремясь опередить защиту соперника. Путь Кевину преградил Жан. Он считался самым сильным защитником «Воронов», однако Нила больше беспокоило психологическое давление, которое он мог оказать на Кевина. Жан был выше Кевина – совсем ненамного, но этого как раз хватило, чтобы поймать мяч первым. Кевин попытался отобрать мяч при помощи силового приема. Громкий стук клюшек эхом отразился от бортов. И Лисы, и Вороны криками подбадривали участников поединка, каждая команда – своего игрока. Кевин вдруг сменил тактику и двинул Жана плечом так, что тот покачнулся. Мяч выскользнул из сетки его клюшки. Целиться времени не было – Моро заслонял обзор, – но Кевин все равно сделал бросок по воротам. Едва мяч вылетел из сетки, как Жан врезался в Кевина, сбив его с ног. После удара об стену мяч полетел в сторону Нила. Тот нырком ушел от Джонсона и поймал снаряд, однако Джонсон, тут же нанеся сокрушительный удар по клюшке Нила, от которого руки у него загудели до самых локтей, одновременно боднул его в живот. Нил пошатнулся, отчаянно пытаясь сохранить равновесие. Джонсон молниеносным движением зацепил его клюшку своей и резко дернул. Правое запястье Нила обожгло острой болью. Он рефлекторно выпустил клюшку из рук, а Джонсон уже убежал за мячом. Встряхнув кистью, Нил побежал вдогонку. Джонсон имел небольшую фору, однако Нил оказался проворней. Поймав мяч, защитник размахнулся для броска. Нил, даже не пытаясь снизить скорость, влетел в него, и оба рухнули на паркет. Кувыркнувшись, Нил воспользовался инерцией и снова вскочил на ноги. Пропустив мимо ушей хриплую угрозу Джонсона в свой адрес, он поискал глазами мяч. Снаряд до цели не долетел, и сейчас Элисон и полузащитник «Воронов» яростно за него сражались. Ворон, выигравший борьбу, сделал пас. Уследить за мячом, мелькавшим между Воронами, было трудно. Сначала он попал к Рико, потом – к полузащитнику, после – к другому нападающему и наконец снова вернулся к Морияме – в ту самую секунду, когда он переиграл Ники. Рико сделал одно неуловимое движение, и лампы за спиной Эндрю загорелись красным. Сирена подтвердила забитый гол, трибуны загрохотали. Вороны с торжествующим гиканьем вернулись на исходные позиции. Лисы отреагировали не сразу; Нил сообразил, что произошло, только когда посмотрел на Эндрю: тот стоял вполоборота и хлопал глазами, глядя на красные огни по периметру ворот. С начала матча минуло всего две минуты. Так быстро Эндрю еще никто не забивал. Дождавшись, пока сигнальные лампы окончательно погаснут, Эндрю снова развернулся спиной к воротам. Нил понадеялся, что пропущенный гол заставит его встряхнуться. Принятая им таблетка еще действовала, до первых проявлений синдрома отмены оставалось около пятнадцати минут. Скорее всего, этот молниеносный гол просто позабавил Эндрю, однако оставался небольшой шанс, что теперь он увидит в «Воронах» интересного соперника и примет вызов. – Не тупим! – крикнула Элисон, и Нил послушно побежал на линию середины поля. Гудок сирены вновь сорвал всех с мест, команды опять схлестнулись. Нежданный гол поверг «Лисов» в легкий шок. Они прибавили напора, но это не помогло. Через пять минут Рико забил во второй раз. – Это даже унизительно, – бросил второй нападающий «Воронов», возвращаясь мимо Нила на свою позицию. – Мы просто теряем здесь время. –Да пошли они! Нил хотел было запустить ему в голову клюшкой, но его взгляд приковал Рико. Капитан «Воронов» направился не к своему месту, а к Эндрю. Тот шагнул вперед, и они встретились лицом к лицу ровно на границе зоны ворот. В ответ на слова Рико Эндрю лишь небрежно отмахнулся, однако Морияма не спешил уходить. Арбитры дали им несколько секунд на переговоры, потом постучали по ограждению – дескать, хватит болтать. Только тогда Рико развернулся и потрусил к центру поля. «Лисы» рвались к воротам соперника, но «Вороны» отбрасывали их назад. Нилу оставалось только смотреть, как мяч летает от одного Ворона к другому. Нил глядел на эту перепасовку, и сердце у него обливалось кровью. Рико поймал мяч и нанес удар по воротам. Спина Нила напряглась в ожидании очередного потерянного очка, но Эндрю мощно отбил удар. Горячая волна облегчения, накатившая на Нила, придала ему ускорение, он рванул за мячом. В следующие пятнадцать минут «Вороны» ни разу не забили, зато создали кучу опасных моментов. Они настолько превосходили «Лисов» уровнем, что Нил невольно испытывал жгучий стыд. Это было гораздо хуже грубой силы брекенриджцев. На фоне «Воронов» «Лисы» выглядели неуклюжими младенцами. Рико просто-напросто был слишком быстр, и Ники не мог за ним угнаться. Он подбирал мяч и пасовал одним движением, и, как бы стремительно он ни перемещался по полю, его удары отличались пугающей меткостью. Единственной причиной, почему «Лисов» до сих пор еще не размазали по полю, был Эндрю, насмерть защищавший ворота, но его вот-вот грозила накрыть ломка. После третьего забитого гола «Вороны» сделали две замены: выпустили свежего нападающего вместо напарника Рико и нового полузащитника. Ваймак воспользовался паузой, чтобы поменять Ники и Рене на Мэтта и Аарона. Несмотря на счет, Мэтт занял свою позицию на линии первой четверти с довольной ухмылкой на лице. Его задачей было опекать Рико, и он с нетерпением ждал возможности хорошенько подраться. Пока что ход игры вызывал у Нила лишь уныние, но явный оптимизм Мэтта почти заставил улыбнуться и его. Мэтью Бойд был самым сильным Лисом; Аарон, в свою очередь, играл лучше Ники. Их появление моментально сказалось на игре, и «Лисы» мало-помалу начали обретать уверенность. Судя по тому, какой агрессивный поворот приняла игра, «Вороны» этого не ожидали. Первая стычка произошла между Рико и Мэттом, чему Нил нисколько не удивился. Рико почти удалось проскользнуть мимо Бойда, но Мэтт каким-то чудом извернулся и использовал корпус как таран. Столкновение сопровождалось таким хрустом, что Нил невольно поморщился, однако стоило ему увидеть, что творит Эндрю, и он забыл даже думать об этих двоих. По правилам голкиперу не запрещалось выходить из зоны ворот, хотя, учитывая их размеры и высокую скорость перемещения мяча, делать это настоятельно не рекомендовалось. На подобный риск вратарь шел в самых крайних случаях. Очевидно, сегодня был как раз такой случай, потому что Эндрю выбежал из вратарской зоны еще до того, как Рико и Мэтт грохнулись на пол. За мяч боролись Аарон, второй нападающий «Воронов» и полузащитники обеих команд, но Эндрю оказался ближе и проворней. Плоская сетка на клюшке вратаря предназначалась для отбивания, а не удержания мяча, поэтому подобрать его Эндрю не мог, зато мог перенаправить. После его удара, короткого и жесткого, мяч отскочил от паркета, срикошетил от стены и взмыл под потолок. Как следует размахнувшись, Миньярд запустил его на другой конец поля. За какую-то долю секунды Нил понял, кому пасует Эндрю, и его сердце яростно возликовало. Моро и Джонсон удерживали Кевина и Нила на линии середины поля. На таком огромном открытом пространстве Нил мог обогнать кого угодно. Неважно, что Джонсон дышал ему в затылок и что он был техничнее. Чтобы набрать скорость, места хватало с избытком, а Нил знал, что в этом матче он самый быстрый игрок. У линии третьей четверти он опережал Джонсона на два шага, а к тому моменту, когда завладел мячом, – уже на все шесть. Ему потребовалась секунда, чтобы найти взглядом Кевина, и еще одна, чтобы рассчитать траекторию броска. На десятом шаге он отправил мяч в стену над воротами соперника. Вот когда ему пригодилась отработка упражнений «Воронов» на бесконечных ночных тренировках с Кевином. При идеальном рикошете мяч должен был не просто попасть в сетку нужной клюшки, но попасть в нее под правильным углом, чтобы второму нападающему не пришлось целиться. Кевину оставалось лишь послать мяч в ворота ударом наотмашь. Этим же приемом сегодня неоднократно пользовались «Вороны», но в исполнении Кевина и Нила он стал для них полной неожиданностью. Жан и вратарь противника полагали, что успеют среагировать, однако Кевин не стал их дожидаться и впечатал мяч в прямоугольник ворот. Лампы за спиной голкипера «Воронов» вспыхнули красным. –Да! Рев трибун почти заглушил торжествующий вопль Мэтта. Краем глаза Нил видел радостно подскочивших запасных и затанцевавших «Лисичек», но смотрел он только на Кевина. Возвращаясь на линию середины поля, оба нападающих жестко, почти болезненно стукнулись клюшками. По лицу Кевина промелькнула короткая, но искренняя улыбка – первый знак одобрения за все время их знакомства, и Нил моментально ощутил прилив адреналина. Завоеванное очко воодушевило всю команду. При следующей попытке Рико ударить по воротам Мэтт подставил ему подножку. Через несколько секунд они уже сцепились в драке, и арбитрам пришлось остановить игру, чтобы их разнять. Мэтт как зачинщик схлопотал желтую карточку, но его свирепый взгляд говорил о том, что потасовку спровоцировал Рико. Что такого мог сказать Морияма, чтобы настолько выбесить Мэтта? Судьи засчитали фол и назначили штрафной в ворота «Лисов». Команды выстроились посмотреть, как Рико будет бить. Эндрю не дотянулся до мяча всего на какой-то сантиметр. После этого удара дух честной игры покинул поле. Нил сбился со счета, сколько раз игроки падали на паркет в последние двадцать минут тайма. К сорок пятой минуте, когда Нилу заехали локтем в нос, желтые карточки были у всех, а одного из «Воронов» и вовсе удалили с красной. Заметив на лице Нила кровь, судья, влепивший Джонсону желтую карточку, вызвал на поле Эбби. На шлеме игроков была защитная решетка для глаз и носа, однако Джонсон ударил из-под нее, снизу вверх. В своих толстых перчатках Нил мог разве что неуклюже размазать кровь, а Эбби вооружилась марлевыми тампонами. Суровое выражение ее лица странно не вязалось с мягкими, аккуратными прикосновениями. Эбби уже в пятый раз выходила на поле, и нарастающая агрессивность матча сильно ее тревожила. – Он вообще мог тебе нос сломать, – заметила она, промокая кровь на верхней губе Нила. – Ну, не сломал же. Можно мне уже идти? – спросил он с явным нетерпением. –Нил! – Судьи не допустят тебя к игре, если кровотечение не прекратится, – спокойно ответила Эбби, и не думая торопиться. Взявшись за подбородок Нила, она покрутила его голову туда-сюда. Нил почувствовал, как из носа снова потекла тонкая струйка крови, и втянул ее ноздрями. Знакомый солоноватый вкус обжег язык. Эбби поглядела на него с сомнением, и он шмыгнул носом еще раз. Наконец она вздохнула и ободряюще похлопала его по шлему. – Через минуту проверю еще раз, – сказала она, после чего удалилась с поля в сопровождении арбитра. Команды уже приготовились к пенальти, который полагалось пробить Нилу. Встав на точку, он поймал мяч, переброшенный полузащитником «Воронов». Нил любил пенальти, считая их самым легким способом забить гол, хотя именно в силу легкости такие голы обычно приносили ему гораздо меньше удовлетворения. В игре против «Воронов», однако, он собирался использовать представившуюся возможность по максимуму. Сейчас для Нила не существовало ничего, кроме него самого, голкипера и больших вражеских ворот. Для разбега разрешалось сделать не более двух шагов, однако Нилу они не понадобились. Сделав обманное движение, он четко отправил мяч в нижний угол ворот. На радостях Мэтт так хлопнул Нила по плечу, что из носа у него опять потекла кровь. – Может, еще пару раз подставишь лицо, чтобы добыть нам очки? – предложил Мэтт. – Что-то мне такая стратегия не очень, – признался Нил. –Мне тоже. Расхохотавшись, Мэтт трусцой побежал обратно на линию первой четверти. Буквально в следующее мгновение первый тайм завершился, и команды потянулись с поля под крики возбужденной публики. Следуя за товарищами, Нил оглянулся на табло. В раздевалку Лисы уходили при счете три – шесть: фантастическое начало, учитывая, против кого они играли, и практически никаких шансов отыграться. Второй тайм неумолимо приближал их к провалу. «Вороны» полностью обновили состав, тогда как «Лисы» держались на втором дыхании, а Эндрю и вовсе с каждой секундой терял силы. Увидев, как он споткнулся, Нил сразу понял, что дело плохо. Со стороны могло показаться, что Эндрю слишком резко метнулся за мячом, однако Нил знал, что это не так. Миньярд выдыхался на глазах. По идее, его еще не должно было накрыть, но «Вороны» ускорили процесс, загоняв вратаря «Лисов» до полусмерти. На миг Нил пожалел, что сегодня Эндрю отказался от таблетки, но тут же прогнал эту мысль. Да, лекарство прибавило бы Эндрю бодрости, но одновременно сделало бы его поведение совершенно непредсказуемым. Эндрю соглашался терпеть эти муки только потому, что сознавал: иначе от него на игре толку не будет. За это Нил был и благодарен ему, и в то же время зол, хотя злился исключительно на себя. Он прекрасно понимал, что страшно не дотягивает до Эндрю и что, будь он на его месте, жертва оказалась бы напрасной. Он ненавидел себя за недостаток мастерства; как он ни старался, на ход матча это не влияло. Эндрю был удивлен, что Нил ненавидит за свою игру, потому что Эндрю страдает, это его размешило. А Элисон ухмыльнутся. Игра завершилась победой «Воронов» со счетом тринадцать – шесть. Эндрю впервые пропустил столько мячей, а в статистике «Лисов» впервые за три года появился такой огромный разрыв между забитыми и пропущенными голами. Разочарование трибун было ожидаемо и вполне понятно, и все же Нил едва слышал свист фанатов сквозь гул в собственных ушах. Сердце у него колотилось так бешено, что должно было оставить синяки на легких. Каждый вдох резал глотку, точно лезвие. Оставшихся сил хватало лишь на то, чтобы сжимать клюшку. Он хотел подойти к команде, но боялся даже пошевелиться. Они с Кевином только что выстояли два полных тайма против защиты «Воронов». Нил каким-то чудом еще держался на ногах, то чувствуя их, то не чувствуя: они то горели огнем, то как будто немели. Он посмотрел вниз – проверить, на месте ли они вообще, – и заморгал от того, что в глазах потемнело. Рев на трибунах перешел в пронзительный истерический визг и наконец пробился в его изнуренное сознание. Он что-то пропустил? Нил поднял взгляд и замер. Руки Эндрю безвольно повисли, клюшка валялась у ног. На глазах у Нила он наклонился и попытался ее поднять. Лишь попытался. Едва он оторвал рукоять от пола, как пальцы снова разжались. Нил вспомнил ту первую тренировку один на один, когда он играл против Эндрю и его руки одеревенели от перенапряжения. Он оглянулся на табло: невероятно, но «Вороны» нанесли сто пятьдесят ударов по воротам. Что еще более невероятно, из ста пятидесяти мячей Эндрю пропустил всего тринадцать... –Сколько?! –Ну может когда хочет! ...Повернувшись обратно, Нил увидел вторую попытку Миньярда поднять клюшку. Успехом она не увенчалась, и Эндрю в изнеможении опустился на паркет. Двери, ведущие на поле, распахнулись, на площадку высыпали запасные. Эбби и Ваймак стояли в проеме и молча наблюдали за ними. Лисы направились к воротам: с тех пор как Эндрю начал отыгрывать оба тайма, это вошло у них в привычку. Нил с трудом побрел к товарищам. Он сделал всего несколько неверных шагов, прежде чем рядом с ним вырос Кевин. Не говоря ни слова, он закинул клюшку на плечо и вместе с Нилом медленно двинулся к зоне ворот. Они подошли последними, но Лисы охотно расступились. Его приветствовали усталыми улыбками, в ответ он тоже выдавил из себя нечто похожее. Не сводя глаз с обессиленного голкипера, Кевин присел перед ним на корточки. – Ну как, – спросил он, – повеселился? Голосом, лишенным всяких эмоций, Эндрю ответил: – Кевин Дэй, ты просто жалок. Сам не понимаю, чего я с тобой общаюсь. – Лисы, – негромко окликнул Рико. Он и еще несколько Воронов собрались за их спинами. Все, кроме Кевина, повернулись. – Должен признаться, я в растерянности. Не могу поблагодарить вас за игру – называть игрой сегодняшнее избиение младенцев не поворачивается язык. Я примерно представлял, чего от вас ожидать, но мне все равно за вас стыдно. Как низко ты пал, Кевин. Не стоило тебе позориться – так ты хотя бы избавил нас от необходимости снова ставить тебя на колени. – Я вполне доволен, – произнес Кевин. Такого ответа никто из Лисов от него уж точно не ожидал. Все изумленно уставились на него, позабыв о Рико. – Не счетом и не статистикой Лисов, а их командным духом. Я не ошибся. У них огромный потенциал, и я более чем уверен, что вместе мы придем к победе. – Сколько раз ты сегодня получил мячом по башке? – усмехнулся кто-то из Воронов. Кевин лишь улыбнулся, довольно и расслабленно, и протянул Эндрю руку. Миньярд посмотрел на нее, потом перевел взгляд на лицо Кевина и позволил поднять себя на ноги. Как только Кевин отпустил руку, Рене крепко стиснула Эндрю в объятьях. Учитывая громоздкую экипировку вратаря, сделать это было нелегко, однако благодаря Рене Эндрю получил опору еще на несколько секунд и сумел обрести равновесие, хотя его и пошатывало. Кевин отвлек внимание Воронов на себя. – Спасибо за игру, – сказал он. – Увидимся в полуфинале. Реванш будет незабываемым, обещаю. После сегодняшнего разгрома Рико не ожидал от Кевина такой спокойной уверенности. – Одного человека недостаточно, чтобы забраться так высоко, – произнес Морияма. В его интонации одновременно сквозило и недоверие, и презрение. – Даже ты не настолько глуп, чтобы на это надеяться. Лучше признай поражение сейчас. Это прозвучало не как дружеский совет, а как угроза, но Кевин все так же невозмутимо ответил: – Для начала достаточно и одного. – Благодарить вас не за что, так что всего хорошего, – вмешалась Дэн. – Уходим, ребята. Лисы покинули поле под крики возмущенных зрителей. Ваймак тут же прервал общение с репортерами и направился к команде. Не дожидаясь тренера, Рене обняла Эндрю за плечи и увела в раздевалку – торопливо, но так, чтобы это не вызвало подозрений. Другие члены команды остались немного попозировать перед камерами и помахать своим поклонникам. В этом матче они проиграли, но высокая оценка, полученная от Кевина, и неизменная поддержка фанатов помогли им держаться с высоко поднятой головой. Наконец Ваймак загнал всех в фойе. Там их ожидала Рене, а вот Эндрю нигде не было видно. Нил предположил, что его, по всей вероятности, выворачивает где-нибудь в туалете. Ваймак запер дверь на ключ, обеспечив минуту-другую до появления прессы, и обратился к команде: – Когда в июне я объявил, что вам предстоит сыграть на этом стадионе с командой университета Эдгара Аллана, вы утверждали, что не справитесь. Сегодня вы вышли против них и не отдали победу легко. Вы взяли шесть очков у лучшей команды страны, и сегодня, мать вашу, вы просто обязаны гордиться собой! – Чем гордиться-то? – устало и раздраженно хмыкнул Аарон. – Нас раскатали по полю. – Лично я рад уже тому, что это закончилось, – встрял Ники. – Они просто звери. – А я горжусь, – неожиданно подала голос Элисон, заслужив удивленный взгляд Ники и одобрительную полуулыбку Ваймака. Она снисходительно посмотрела на Аарона и в этот момент впервые после гибели Сета снова напомнила себя прежнюю. – Вы в команде всего-то второй сезон. Вам не понять, что значит такой матч, как сегодня. Дэн кивнула: – Элисон права. Проигрывать больно, но это еще не провал. В прошлом году мы не забили бы им ни одного мяча. Сегодня мы сильны, как никогда прежде, и дальше будет только лучше. Кевин правильно сказал: когда мы встретимся с «Воронами» в полуфинале, то собьем с них спесь. – Неплохой настрой, – отметил Ваймак. – Кевин, Нил? – Сорок два километра? – предположил Нил. – Есть идея получше. Со следующей недели все возвращаются на свои обычные позиции. Если вы оба способны отыграть два тайма против Эдгара Аллана, то до конца сезона справитесь и по одному. Всех остальных благодарю за терпение и за то, что дали Кевину и Нилу возможность адаптироваться. Отдельное спасибо Рене – в этом сезоне ты просто молодчина. Добро пожаловать на ворота. Ликующий вопль Даниэль заглушил более сдержанный возглас Рене. Мэтт стиснул Рене в медвежьих объятьях, а Элисон похлопала по плечу в знак молчаливой, но решительной поддержки. Нил сомневался, что в ближайшие недели они с Кевином не подведут команду, но и бесконечно перекладывать свои задачи на товарищей тоже было нельзя. Из-за них Лисы и так отыграли почти половину сезона с неудобно перекроенной расстановкой. Готовясь к сегодняшнему матчу, с каждой игрой Кевин и Нил находились на поле все дольше и дольше. Пришло время взять на себя линию нападения в полном объеме. – Разбор полетов перенесем на понедельник, – объявил Ваймак. – С утра встретимся не в спортзале, а здесь. Дэн и Кевин, сегодня с журналистами общаетесь вы. Остальные – закончили трепаться и бегом в душ, пора уже ехать отмечать. Личные вещи не оставляйте, я на завтра вызвал бригаду уборщиков – пускай все тут вычистят, чтобы и следов вороньего духа не было. Давайте уже свалим к хренам и напьемся как следует. Усталые, измотанные и расстроенные поражением Лисы тем не менее уходили со стадиона, чувствуя себя чемпионами. –Вы молодцы. –Класс. –Давайте устроим перерыв.