Будущее переплитающее с прошлым

–Я прочту, интересно как Нил нянчится.–Улыбнулся Эндрю, получив книгу, он начал читать:

Глава четырнадцатая

В среду утром Аарон появился на тренировке. Он никому не сказал ни слова, даже Ники или Ваймаку, но пришел. Когда наступило время вечерней тренировки, он, как положено, стоял возле авто, и Ники снова попросил Нила сесть за руль. Это не помогло – кузены, сидевшие вместе на заднем сиденье, друг с другом не разговаривали. Ники, впрочем, был готов к такой холодности. В тот день старшекурсники наконец заметили, кто водит машину Эндрю, и Мэтт не преминул сразу же об этом спросить. – Ники хочет уделять Аарону побольше времени, – объяснил Нил. – Когда Эндрю узнает, что ты ездишь на его тачке… – Мэтт выразительно умолк, не закончив фразу. – Он знает, – сказал Нил. – Он сам отдал мне ключи. –Почему все считают, что я сделал что-то невозможное. –Просто они не умеют договариватся. Мэтт изумленно вытаращил глаза. Открыл рот, потом снова закрыл. Когда Нил непонимающе нахмурился, Мэтт лишь покачал головой, и тема была закрыта. Вечером Нил попросил Бойда научить его драться.... –Удивительно, что ты отвественно относишся к своей работе. –Я же обещал. ...Просьба удивила Мэтта, но он согласился, и остаток вечера они прикидывали, где и когда могли бы заниматься. Тренировки по экси отнимали почти все свободное время, а кроме того, Нил продолжал ездить на стадион с Кевином по ночам. К счастью, у обоих дважды в неделю между парами выдавалось «окно». Мэтт пообещал прикупить для Нила пару боксерских перчаток, когда в следующий раз выберется в город. Четверг почти полностью повторил среду, разве что за ужином в столовой к Лисам присоединилась Кейтлин.... –Сбежал сразу к юбочке после моего ухода. –Эндрю, Аарону нужна поддержка. ...Должно быть, Аарон заранее предупредил об этом Ники – тот и глазом не моргнул, когда Кейтлин подошла к столу с подносом в руках. Кевин отреагировал более явно, хотя взгляд его был не осуждающим, а скорее оценивающим. Кейтлин поначалу нервничала, но быстро освоилась и на протяжении всего ужина щебетала без умолку. Буквально все на свете вызывало у нее восторг, и от этого разговоры с ней слегка утомляли, но Аарон в присутствии подруги так оживлялся, что Нил просто не мог на нее злиться. В пятницу состоялся очередной матч. Легкой победы не получилось: отсутствие Эндрю и смена клюшки Нилом немного увеличили шансы соперника, команды юридического университета. «Лисы» все же выиграли с перевесом в шесть очков, хоть и не дотянули до собственного рекорда сезона, когда победили со счетом одиннадцать – два, а на выходе с поля Аарона уже ждала Кейтлин. Видимо, воодушевившись их объятьями, в фойе Дэн объявила команде: – Надо отпраздновать. Ники не колебался ни секунды. – Только если будет выпивка. –Обижаешь. –Без него, это не праздник. Повисла многозначительная тишина. Даниэль пригласила всех, но всерьез не рассчитывала, что братья тоже захотят поучаствовать. К счастью, Рене быстро сориентировалась: – У нас в комнате есть кое-какой запас. Бутылки початые, но, думаю, хватит на всех. Аарон посмотрел на нее, будто на трехголового монстра. – У нас с вами разные тусовки. – А сегодня общая, – заявил Мэтт. – И Кейтлин с собой приводи. – Она наверняка пойдет куда-нибудь с подружками, – возразил Аарон. – Мы не… – «Лисичек» тоже можно позвать, – предложила Дэн. Когда Элисон бросила на нее недоверчивый взгляд, она лишь пожала плечами: – А что такого? Я здесь четыре года, а по именам из девчонок знаю человек пять, не больше. И это весьма печально, учитывая, что они поддерживают команду с самого начала. Не знаю, поместимся ли мы все у нас в комнате, но… –Прости Карин, но я тоже не очень отношусь к черлидершам.–Сказала Сара. Из-за личного опыта. Карин не обижалась на сокомандников, ведь понимает, что некоторые подруги слишком многое себе позволяют. – В аудитории на цокольном этаже полно места, – подала мысль Рене. – Вряд ли кто-то будет заниматься там в пятницу вечером, так что можно шуметь сколько влезет. Аарон, пригласишь их? – Нет, – возмущенно отказался Аарон, словно не верил, что они продолжают это обсуждать. – Слушай, а если серьезно, – обратился к нему Мэтт, – что ты против нас имеешь? С Эндрю все понятно, но ты-то? Что мы тебе вообще сделали? – Кроме того, что внесли залог, – любезно подсказал Ники. – Аарон, мы идем на вечеринку. Аарон открыл рот, опять закрыл и недовольно посмотрел на кузена. – Сам будешь объясняться с Эндрю, когда он вернется. – Черт, нет уж. – Ники указал большим пальцем в сторону Нила. – Вот он пускай объясняется. Спасибо, Нил, что отдуваешься за всех нас.... –Ты классный друг. –Мы не друзья. И вообще-то другой я слежу за вами. –Одна фигня. ...Ты настоящий друг. – Ники радостно ухмыльнулся, но выражение лица Нила заставило его улыбку потухнуть, и он тут же поправился: – Не волнуйся, мы для подстраховки отправим с тобой Рене. Насколько я помню, у них в поединках результат пятьдесят на пятьдесят, так что, может, и выживешь. Гм. Нил? Возможно, сейчас стоило промолчать или хотя бы повременить с вопросом, однако Нил не удержался. – Мы на самом деле… – неуверенно начал он. Разве не об этом говорила Бетси всего два дня назад? Тогда он был слишком зол и взвинчен, чтобы понять или даже задуматься над ее словами, а сегодня смутно ощущал, что это имеет значение. Только какое? Осознав, что Ники не в состоянии проследить за извилистым ходом его мыслей, он заставил себя произнести вслух: – …друзья? –Теперь видно отличия нашего Нила и книжнего. –Меня всё равно убивают оба. –Скорее бьют, чем убивают. Казалось, одно-единственное слово подействовало на Ники как удар под дых. Нил не успел разобрать выражение, промелькнувшее на его лице. Мгновение спустя Хэммик снова улыбался, при этом глаза его оставались холодными. Нил уже хотел извиниться, но тут Ники протянул руку в перчатке и взъерошил ему волосы. – Ты меня окончательно угробишь, – сказал он. – Да, малыш, мы друзья. И ты с нами, нравится тебе это или нет. – Если вы закончили, – заглянул в дверной проем Ваймак, – тащите задницы в душ. С вас пот так и льет, вонючки, и вообще у меня есть дела поинтереснее, чем наблюдать за вашим всенародным собранием. – Да, тренер. Лисы разошлись по раздевалкам, однако Нил даже в душе продолжал обдумывать недавний разговор. Стоя под струями воды, он долго разглядывал ладони. Что могли означать эти слова? Что могли они означать для такого, как он? Впереди его ждет проблема в лице Рико, на пятки наступает тень отца, и через шесть месяцев он, Натаниэль, навсегда похоронит «Нила Джостена». Есть ли у него друзья, нет ли – без разницы. Но будет ли ему больно? Он не знал, и существовал лишь один способ это проверить. –Опять деппресия.

* * *

День благодарения прошел незаметно. Мэтт отправился к матери, Дэн решила навестить бывших подруг по стрип-клубу, Элисон уехала вместе с Рене. Старшекурсники лишь раз поинтересовались у Нила, поедет ли он на праздники домой, а узнав, что нет, о причинах не допытывались, и ему не пришлось сочинять очередную ложь. Пятидневные каникулы прошли для него в «Лисьей башне» в компании Кевина, Ники и Аарона. Половину времени они посвящали тренировкам на стадионе, половину – бездельничали в общежитии. Сам День благодарения они отмечали у Эбби. Конечно, не обошлось без появления Ваймака, и утро они провели за кофе и просмотром парада по телевизору. Как только трансляция закончилась, все занялись делом. Эбби распределила обязанности между гостями, а Ваймака увела с собой на кухню. Часам к трем обед был готов. На вопрос Ники о любимом блюде Нил мог бы соврать и назвать любую традиционную еду, однако почему-то честно признался, что еще ни разу не отмечал День благодарения. В его семье праздники были не в чести. Ники, разумеется, воспринял это как страшную трагедию. –Это и есть трагедия! –Это просто день с традициями. –Это праздник! Причину расстройства Хэммика Нил не понял. Увидев его невозмутимое выражение, Ники пояснил: – Важна не еда, важна семья. Не обязательно та, в которой ты родился, а та, которую мы выбираем сами. Вот эта, – подчеркнул он, объединив жестом всех присутствующих. – Люди, которых мы впускаем в свою жизнь, которые нам дороги. – Вообще-то я тут ем, – поморщился Ваймак. – Тренер у нас начисто лишен сентиментальности, – сообщил Нилу Ники. – Не знаю, что Эбби в нем нашла. Должно быть, он невероятно хорош в… – Еще одно слово, и будешь мыть посуду, – предупредила Эбби, и Ники благоразумно закрыл рот. –Блин. Со стола убирали все вместе, так как после приготовления всех положенных блюд кухня Эбби изрядно пострадала. Потом каждый улегся там, где нашел свободное место. Нил был уверен, что не сможет есть как минимум месяц, но остальные решили выпить вина. Ники, ни разу не видевший, чтобы Нил по собственной воле употреблял спиртное, с надеждой предложил бокал и ему. – Даже по праздникам не пьешь? – спросил он, услышав отказ. – Он несовершеннолетний, – напомнила Эбби. – Аарон с Кевином тоже, но их вы не останавливаете, – заметил Ники. – Но и не поощряю, – парировала Эбби. Кевин следил за этим обменом репликами, сидя на полу и опираясь спиной на телевизионную тумбу. Когда Ники со вздохом умолк, Кевин произнес по-французски: – Я присмотрю за тобой. Если хочешь выпить, – прибавил он в ответ на недоуменный взгляд Нила. – Не дам тебе сболтнуть лишнего. – Ты сам через час накидаешься, – сказал Нил. – И кто тогда меня удержит? – Тогда я прекращаю пить, – спокойно отозвался Кевин. –Кевин/папа не будет пить?! –Это точно тот Кевин? –Вы меня превращаете монстра. –Но лучше чем Рико, и кто там ещё. – Как грубо! – Ники обиженно посмотрел на обоих. – О чем вы сейчас говорили? Я ни слова не понял. Так нечестно. – Вспомни об этом в следующий раз, когда на тренировке начнешь лопотать по-немецки, – сказал Ваймак. – Это другое, – возразил Ники. – Такое выражение появляется на лице Нила, только когда кто-нибудь хочет сделать ему приятное, но мы все знаем, что наш Кевин – засранец каких поискать. Так что ты там сказал ему, Кевин? Может, мне пора вставать на защиту его чести? Кевин не стал утруждать себя ответом. Вместо него ответил Нил, хотя его слова предназначались больше Дэю, нежели Хэммику: – Я в порядке. Но все равно спасибо. –Опять эта фраза. –Ну хотя бы честно. Кевин лишь пожал плечами и продолжил пить. Ники окинул взглядом обоих, сообразил, что объяснений не дождется, и, театрально вздохнув, угомонился. В комнате воцарилась уютная тишина. Ко времени отъезда Нил едва не засыпал, но тем не менее привез компанию в общежитие в целости и сохранности. Ники пытался уговорить его остаться у них – кровать Эндрю так и так пустовала, а кроме того, Ники не хотел, чтобы Нил проводил праздник в одиночестве, – и все же он ушел к себе. Комната показалась ему чересчур большой и пустой. Это из-за целого дня, проведенного среди людей, решил он. К счастью, усталость не позволила долго размышлять – Нил заснул, как только его голова коснулась подушки.

* * *

Понедельник ознаменовал последнюю неделю осеннего сезона. Лисы вернулись с каникул отдохнувшими и готовыми завершить год на победной ноте. Они упражнялись с каким-то яростным остервенением и не щадили себя в тренировочной игре. Нил ожидал, что вечером команда, как обычно, распадется на две группы, но как-то так вышло, что на ужин в столовую они явились все вместе. Кто подал эту идею, Нил не знал, да его, собственно, это и не интересовало; Аарон хоть и замер при виде старшекурсников, но сопротивляться не стал. Во вторник с ними ужинала Кейтлин, а в среду они отправились в центр целой толпой: все восемь оставшихся Лисов и четыре Лисички. Не многие окрестные заведения могли разместить такую большую компанию, но в любимом местном ресторанчике им предложили занять два столика, расположенных через проход друг от друга. Лисички без вопросов согласились сесть по две за каждый столик, а вот Лисам разобраться было сложнее. Очевидным представлялось обычное деление: старшекурсники – по одну сторону от прохода, братья и Кевин с Нилом – по другую. Вместо этого Нил и Кевин оказались в компании Рене и Элисон, а Дэн и Мэтт – за столиком напротив вместе с Аароном и Ники. И все бы ничего, если бы между Кевином и Нилом не затесалась одна из Лисичек. Нил знал, что девушку зовут Марисса – он видел ее на игре против юридического университета Кэмпбелла. И хотя он запомнил только то, что Марисса – соседка Кейтлин по комнате, ей, судя по сияющей улыбке, было достаточно и этого. Нил почти сразу же пожалел, что заговорил с ней, потому что до самого конца ужина она от него не отлипала. С юных лет он привык к коротким вежливым беседам с незнакомцами по всему свету, но давно не практиковался и подрастерял навык. Теперь все свое время он проводил в обществе Лисов, а этап пустой болтовни они преодолели несколько месяцев назад. Разговор об экси он бы еще вытерпел, но Марисса без конца перескакивала с одной темы на другую. Даже сидя с краю, Нил чувствовал себя в ловушке. Когда ужин закончился и все вышли на улицу, он испытал такое облегчение, что у него даже слегка закружилась голова. –Нет, это худшая пытка. –А спомнила её, кстати она до сих пор фанатеет по тебе. –Ну может будущий я хороший игрок. "Какой он тупой"–Подумали все Магазины и лавки в центре располагались по обе стороны длинной улицы, ответвлявшейся от Объездной дороги в районе парка. Чтобы вернуться в свой корпус, Лисичкам нужно было пройти через парк, тогда как путь к «Лисьей башне» лежал прямо, вдоль Объездной. На перекрестке они остановились попрощаться. Кейтлин запечатлела на губах Аарона нежный поцелуй на ночь. Нил отвернулся, чтобы не смотреть, и снова увидел перед собой Мариссу. – Могу оставить телефончик, – предложила она. – Зачем? – удивился Нил, который определенно об этом не просил. Улыбка Мариссы померкла – такого ответа девушка не ожидала. Тем не менее она быстро сделала вид, что все в порядке, и коснулась руки Нила. – Хочу узнать тебя получше. Думаю, мы могли бы неплохо провести время вдвоем, ты и я. Нил, ты такой интересный… Она была не первой, кто так считал, и все же Нил задумался, не изменит ли своего мнения о нем Эндрю, когда пройдет реабилитацию. Нил отогнал эту мысль, дурацкую и бесполезную, и поднял глаза на Мариссу. –Хм, ты думаешь о... –Я и тот Нил, разные. Ему просто интересно, и не более.–Перебил Нил Элисон. –Ну-ну, я слежу. – Я не буду тебе звонить, – сказал он. – Я общаюсь только с Лисами и больше ни с кем. –Это мило. Она смотрела на него бесконечно долгую минуту, потом произнесла с небрежностью, которая его ничуть не обманула: – Ну, если передумаешь, ты знаешь, где меня найти. Она подошла к Кейтлин, отлепила подругу от Аарона, и Лисички, перейдя через дорогу, направились к кампусу. – Жестко ты ее, Нил, – заметил Ники. – Для тихони ты иногда ведешь себя как полный придурок. Чтобы ты знал, есть способы отказывать девушкам мягко. – А зачем? – удивился Нил, на что Ники лишь испустил сочувственный вздох. Нил сунул руки поглубже в карманы и бросил взгляд на Дэн: – С девушками и вправду надо обращаться нежно и деликатно? Я думал, они крепкие создания. Дэн одобрительно улыбнулась. –Типичный папа. –Ну просто кто-то родился в семье где девушки просто для красоты. –Пиздец. – В большинстве – да. Хотя некоторые из нас похожи на парней: так же болезненно самолюбивы. – Эй! – возмутился Мэтт. – Если у Мариссы нет шансов стать твоей парой на рождественском банкете, могу я занять ее место? – неожиданно вмешалась Рене. Ники от изумления уронил челюсть, но она даже не посмотрела в его сторону. На вопросительный взгляд Нила Рене с улыбкой пояснила: – Моего обычного кавалера, похоже, не будет, а одной идти не хочется. Что скажешь? Нил совершенно не планировал кого-то приглашать, но сказал: – Хорошо. – Сперва ты забираешь у Эндрю машину, потом девушку… ... "Потом и самого папу Эндрю, или наоборот это месть за это? Плевать"–Не брежно подумала недо-дочь Нила. ...– Мэтт обхватил рукой в перчатке пальцы Дэн и взглянул на Нила. – К тому же испортил чудовищ, подбив их в свободное время зависать с нами. Дай знать, если понадобится помощь, когда придет время с ним объясняться. – Спасибо, с Эндрю я сам справлюсь, – сказал Нил. – Да мы уже поняли, – сухо ответила Дэн и потянула Мэтта за собой. Остальные тоже прибавили шагу. Лисы шли быстро, чтобы согреться, но все равно прилично подмерзли, пока добрались до общежития. На третьем этаже все разошлись по своим комнатам. До ночной тренировки с Кевином оставалась пара часов, поэтому Нил сел за письменный стол и обложился учебниками. Мэтт достал из холодильника банку пива и тоже взялся за домашнее задание. – Не верится, что год почти закончился, – произнес он через несколько минут. – С одной стороны, этот семестр тянулся и тянулся без конца, а с другой – когда только успела промелькнуть осень? Прикинь, уже почти декабрь! – Ага, – согласился Нил, рассеянно рисуя круги на полях конспекта. Первое декабря и последняя игра осеннего сезона выпадали на пятницу. Утренние тренировки начнутся только на следующей неделе – Ваймак хочет, чтобы во второй половине дня Лисы готовились к экзаменам. Нил полагал, что ночные поездки с Кевином на стадион продолжатся, как и раньше, хотя между собой они этого не обсуждали. – Черт, Рождество уже на носу! – Мэтт, казалось, был поражен этим открытием. – А я все никак не выберу, что подарить Дэн. Кстати, насчет Рождества: ты уже решил, что будешь делать на каникулах? – Скрипнуло кресло: Мэтт оглянулся на Нила. – Поедешь домой или упадешь на хвост чудовищам? – Пока не решил, – отозвался Нил. – А куда они собираются? – Насколько я помню, в прошлом году из Германии прилетал Эрик, и они отмечали праздник в Колумбии, – сказал Мэтт. – Это было еще до того, как Кевин привязал их к стадиону, и до того как… в общем, до всего. Думаю, в ближайшее время им вряд ли захочется возвращаться в Колумбию. Хотя, может, я и ошибаюсь. Тебе лучше знать. – Я не в курсе, – пожал плечами Нил. – Они об этом не говорили. – Только не оставайся здесь, ладно? – сказал Мэтт. – Если некуда податься, могу взять вас с собой. Мама давно хочет познакомиться с чудовищами, и места у нее в доме хватит всем. Просто скажи, если что. –Класс. –О Рей Финн вы помните ту прогулку в Нью-Йорке?–Улыбнулась Мэнни –Это не забываемо. –Может не будем об этом? –Не-не-не, я до сих пор помню как ты с фингалом ходила.–После немного засмеялась младшая Бойд. –Мэнни, если ты им расскажешь ты булешь бежатт марафон. –Так вот–Начал Финн–Когда мы в троём гуляли мы случайно встретились с малолетки-гопники. Короче они с Рейчел о чём то спорили, и один ударил её, а Рейчел растерялась и ничего не сделала, потому что боялась, что придёт его мать и булет орать уже на Рейчел, а у её психологическая травма от суки. Во-о-от –Финн! –Ты говорила про Глорию. Но там не было Финна или Эвана. –Вы были в Нью-Йорке? –Да, меня тётя пригласила и я позвала Финна, а семья Бойдов обычно проводит рождество в Нью-Йорке. Нил на мгновение задумался. – Ладно. Мэтт кивнул и снова уткнулся в учебник. Нил тоже вернулся к домашнему заданию, но мысли уже разбежались, и заново сосредоточиться не выходило. Кончилось тем, что до прихода Кевина он рисовал на полях тетради отпечатки лисьих лап. Все время, пока они ехали на стадион, Нил обдумывал предложение Мэтта, хотя озвучить его не решался. Кевин – не тот человек, с кого надо начинать, решил он, хотя, если поблизости найдется стадион, возможно, Дэй и согласится. Пожалуй, проще всего уговорить Ники. Как отреагирует Аарон, неизвестно, но, поскольку семьи, с которой можно провести Рождество, ни у кого из них нет, стоит попробовать закинуть удочку. Нил немного опасался встречи с матерью Мэтта, но после Дня благодарения ему стало любопытно, как отмечают праздники нормальные люди. То есть настолько нормальные, насколько к таковым можно отнести Лисов. –Ну как все. –Нил, ты меня который раз убиваешь. –На моём лице видно, что мне не плевать?–Нил указывая своим пальцем на своё лицо. – Соберись, – недовольно произнес Кевин, и Нил выбросил из головы все мысли.

* * *

В этом году рождественский банкет для команд экси юго-восточного округа проходил в университете Брекенриджа. К счастью, начинался он довольно поздно, что позволило Лисам отоспаться после вечеринки в честь окончания семестра, состоявшейся накануне. Тем не менее в пути предстояло провести целых семь часов. Осенний сезон закончился две недели назад, и теперь, когда сессия тоже осталась позади, все мысли Нила вращались вокруг Эндрю и Рико. Эндрю лежал в клинике уже пять недель, и вестей от него не было. Даже Бетси не знала о состоянии Миньярда с тех самых пор, как отвезла его в Истхейвен. Нил старался не думать об этом, но получалось плохо; к тому же он знал, что сегодня вечером Лисы непременно услышат по этому поводу какую-нибудь гадость от Рико. –Капец. В Брекенридж их команда явилась одной из последних. Кевин почти всю дорогу проспал, так как с утра залил в себя равное количество кофе и алкоголя, но за полчаса до прибытия проснулся. Оставшееся время он хранил гробовое молчание. На подъезде к стадиону «Шакалов» Нил обернулся: Кевин разглядывал в окно автобусы других команд, и, судя по тому, как его перекосило, среди прочих он обнаружил автобус «Воронов». Ваймак поторопил своих подопечных и их спутников с выходом и запер дверцу. Оглянулся, щелчком пальцев привлек внимание Кевина: – Посмотри на меня. Кевин уставился на тренера пустыми глазами, Ваймак показал ему на Нила и Мэтта. – Видишь этих двоих? Если я замечу, что ты отошел от них дальше чем на полметра, весной вообще не выпущу тебя на поле. Усек? Они – твоя защита. Стой за их спинами, подойди ко мне, если надо. А теперь скажи: «Да, тренер». – М-м, – промычал Кевин. – Не переживайте, – сказал Мэтт, – при таком количестве народу он ничего не сделает. – На прошлом банкете он доколебался до Нила, – напомнила Элисон. –Прекрасная доколебание. –Я не удивлюсь, что ты записала этои диалог. –Обижаешь Финн, уже сделала.–Продемонстрировала Рейчел через свой телефон где был этот диалог. Кевин посмотрел на Нила. Тот спокойно выдержал его взгляд, не выдав волнения. Лисы забрали из багажного отсека праздничную одежду и проследовали за охранником внутрь. Переодевшись в туалетной кабинке, Нил оглядел свое отражение. Поблизости никого не было, и он наклонился поближе к зеркалу. На секунду вынул цветные линзы, увидел льдистую голубизну – настоящий цвет своих глаз – и собрался с духом. Он пообещал Эндрю ни при каких обстоятельствах не оставлять Кевина и намеревался сдержать это обещание. Пускай Нил шарахается от каждого куста, а Натаниэль бежит от преследования, но до Абрама кровавые руки отца не дотянутся. Нил воскресит в памяти каждое убийство, свершившееся у него на глазах, каждую бесконечную ночь, проведенную в глухом отчаянии, и, не дрогнув, предстанет перед Рико. Это меньшее, что он может сделать. И большее. –Спасибо–Поблагодарил Кевин. Стадион украсили к Рождеству. На всех стенах были развешаны алые звезды пуансеттии, в углу стояла высокая ель. Искусственная, догадался Нил, – настоящая такого размера просто не прошла бы в двери. Тяжелые маты под ней защищали покрытие поля от царапин, тут же горкой были сложены небольшие презенты. Интересно, тоже фальшивые, подумал Нил, или настоящие, подаренные Шакалами друг другу и временно использованные в качестве декора? Те, кто отвечал за рассадку гостей, на этот раз поступили мудро, разведя «Лисов» и «Воронов» как можно дальше. «Лисам» отвели места напротив «Шершней» из университета Уилкса-Майерса, и Нил сел между Рене и Кевином. Команды не встречались с конца сентября. Нил допускал, что бывшие соперники поведут себя враждебно, ведь в том матче победу завоевали «Лисы», но, поскольку сезон для «Шершней» уже закончился, держались они шумно и непринужденно. Когда все наконец были в сборе, Тэцудзи Морияма постучал пальцем по беспроводному микрофону, чтобы привлечь всеобщее внимание. Бодрая рождественская музыка стихла, и Морияма окинул публику бесстрастным взглядом. – Итоговый рейтинг команд подсчитан, – без каких-либо предисловий объявил он. Собственно, это уже не было новостью – спортивные комментаторы и тренеры весь сезон складывали набранные очки, – но гости обратились в слух. – По результатам квалификационного отбора на весеннем чемпионате юго-восточный округ будут представлять четыре команды. Перечисляю их по местам в турнирной таблице, от первого до четвертого. Итак, это сборные университетов Эдгара Аллана, Пальметто, Брекенриджа и Бельмонта. –Мы вторые?! –Это не значит, что вы можете ничего не делать. –Мы знаем. Морияма передал микрофон более добродушному тренеру, и тот с чувством произнес традиционные поздравления и пожелания. Не дожидаясь, пока он закончит, девушка из команды «Шершней» перегнулась через стол и спросила, обращаясь к Нилу и Кевину: – Как, черт побери, вы вдвоем уделали брекенриджцев? – Не вдвоем, – возразил Нил. В глазах девушки ясно читалось, что она не впечатлена подобной скромностью. Нил в ответ лишь молча пожал плечами. Он понимал ее скептицизм, но сказал то, что думал. Из-за того что команды Пальметто и Брекенриджа завершили сезон с одинаковым соотношением побед и поражений – двенадцать к двум, – для подсчета их итогового рейтинга КРЭ пришлось обратиться к разнице между забитыми и пропущенными голами. Тот же метод использовался в полуфинальных играх, поэтому предсказать заранее, попадет ли та или иная команда в весенний полуфинал, было невозможно. В этот раз соотношение забитых и пропущенных мячей у «Лисов» оказалось лучше, чем у «Шакалов», только и всего. По большей части благодарить за это следовало линию обороны, начиная с несгибаемых вратарей и заканчивая агрессивными защитниками, однако рейтинг зависел еще и от результативности нападающих. В этом сезоне Кевину и Нилу по числу забитых голов каким-то образом удалось обойти «Шакалов». Как именно они сумели это сделать, Нил не знал, да и неважно. В августе «Шакалы» приехали на игру в Пальметто с явным намерением поломать и Сета, и Кевина, и с тех пор Нил их возненавидел. –Мне нравится, что меня не забывают. –Естественно мы будет помнить твой мерзкий характер. Второе место по итогам сезона, к счастью, означало, что «Лисам» больше не придется играть против «Шакалов». В весеннем сезоне все матчи вплоть до полуфинала проходили в двух группах, четной и нечетной. Команды нечетной группы играли по четвергам, а четной – по пятницам. Словно прочитав мысли Нила, Ники выдохнул: – Слава богу, нам повезло. В этом году у нас реально есть шанс на победу. – И мы его не упустим, – подтвердила Дэн. – Мы обязаны это сделать. Мы должны взять у «Воронов» реванш. Шершни обменялись между собой сочувственными взглядами, но никак не прокомментировали ее высказывание. Официанты подали обильное угощение, и команды взялись за еду. Беседа за столом сделалась оживленной и шумной. Кевин вступал в разговор, когда речь заходила об экси, выходил из него, едва менялась тема, и украдкой поглядывал в сторону «Воронов». Нил отвечал, только если к нему обращались, уделяя основное внимание Кевину. Лишь к середине банкета он вспомнил о другой своей соседке. – Извини, – сказал он. – За что? – удивилась Рене. – Не подумай, что я тебя игнорирую. – Даже если и так, я не обижусь. Кевину ты нужнее. Нил благодарно кивнул. Рене улыбнулась и завела разговор с Шершнями, сидевшими напротив. Нил наконец позволил себе отыскать взглядом столик «Воронов» – впервые за вечер. Вороны, по обыкновению, не изменили себе: все до единого пришли без спутников и, как обычно, в черном. На девушках были одинаковые гранатовые колье, на парнях – кроваво-красные галстуки. Максимум, что Вороны могли позволить себе в праздник, догадался Нил. Пока еда в желудках гостей переваривалась, ведущие провели несколько игр. Потом все столы, за исключением одного, с поля убрали; официанты внесли большие чаши с пуншем и пластиковые стаканчики. На смену рождественским композициям пришла ритмичная музыка, и поле превратилось в танцплощадку. Команды перемешались между собой. Для большинства гостей сезон завершился, и они определенно собирались напоследок повеселиться как следует. Аарон и Кейтлин первыми растворились в толпе. Ники заколебался, но, во-первых, он пришел не один, а во-вторых, вряд ли мог помочь, если бы Рико затеял ссору, поэтому Нил убедил его не дергаться и идти танцевать. Следом за Ники потянулась Элисон, которая увела за собой Рене. Дэн и Мэтт ушли последними и при этом заняли места на краю танцпола, откуда могли приглядывать за Кевином и Нилом. Тронутый такой опекой, Нил задался вопросом, повели бы они себя так же, будь здесь Эндрю, и пришел к выводу, что вряд ли. –Повели. Ваймак на этот раз не принуждал подопечных к бурному общению, поэтому Нил с Кевином спокойно держались в стороне. Кевин был не в настроении праздновать, а Нил избегал находиться в окружении большого количества людей, зная, что в толпе слишком легко не заметить Рико и потерять из виду Кевина. Вместо этого и он, и Кевин охраняли столик с напитками и потягивали пунш. –Задолбал Рико отыскал их через полчаса, хотя сюрпризом его появление не стало. За спиной Мориямы маячил Жан. Кевин, поднеся к губам стаканчик с пуншем, так и замер. Нил шагнул вперед, заслоняя его собой. Такая храбрость вызвала у Рико улыбку, однако радостью его лицо не светилось. Гримаса Рико скорее напоминала выражение лица малолетнего психопата, обнаружившего беззащитное животное, которое можно помучить; на четверть она состояла из наслаждения и на три четверти – из зверского голода. – Тот факт, что у тебя напрочь отсутствует инстинкт самосохранения, бесконечно меня печалит, – произнес Рико. – Убери с лица эту ухмылочку, если не хочешь, чтобы я ее вырезал. Нил не сознавал, что тоже улыбается – хищной улыбкой, унаследованной от отца. Он убрал стаканчик от губ, чтобы Рико мог получше ее разглядеть. – Любопытно посмотреть, как у тебя это получится. Думаешь, я испугался твоего ножа? Вообще-то я сын Мясника. –Фу, с такой гордостью–Скривился Нил –Нил, пожалуйста не делай ту улыбку. –Подумаю. – В третий раз попался. – Рико провел большим пальцем по глотке, одновременно повернув голову. – Кевин, я сильно тобой разочарован. Ты обещал хозяину разобраться, но, вижу, не сделал этого, и мне страшно интересно почему. – Он пробовал, – вмешался Нил. – Не вышло. Рико прижал большой палец к его скуле в том месте, где у него самого, Кевина и Жана были набиты татуировки с цифрами. – Сделай нам всем одолжение, закрой рот. Твоя наглость уже стоила тебе потери двоих товарищей по команде, и ты даже не представляешь, что ждет тебя дальше. Услышав из уст Рико подтверждение его причастности к смерти Сета, Нил почувствовал, что вскипает. Эндрю и Кевин говорили об этом, но Ваймак счел их подозрения паранойей. Нил не верил Эндрю просто потому, что не хотел, но сомнения неотступно преследовали его весь семестр. Нил вскинул ладонь и продемонстрировал Рико неподвижные пальцы. – Дрожу от страха. –Скорее с не терпенья. – А стоило бы, – сказал Рико. – Думаешь, ты можешь бросить мне вызов потому, что я не твой отец, но забываешь одну важную вещь: я из того клана, которого твой отец боялся. Да, Натаниэль, еще как боялся. Нил опустил руку и подался вперед. – Только не тебя, – со злостью прошипел он. – Ты ведь не часть семьи, забыл? Ты – изгой. –Ха! Получил тварь!–Хищно улыбнулась Рейчел, смотря в книгу. Рассчитывая уязвить Морияму, Нил не ожидал, что удар окажется настолько болезненным. Такое выражение на лице Рико он видел впервые, но сразу понял, что только что подписал себе смертный приговор. – Жан, – процедил Рико, не отводя взгляда от Нила, – уведи Кевина. Оставьте нас. – Найди Мэтта, – посоветовал Нил, заметив растерянность Кевина. – Живо, – поторопил Рико. Жан обошел его по дуге, схватил Кевина за руку и на глазах у Нила потащил прочь – быстро, но не привлекая внимания. Дэн и Мэтт, разумеется, все это видели и преградили им путь. Жан застыл, продолжая сжимать руку Кевина так крепко, словно от этого зависела его жизнь. Мэтт шагнул в сторону Рико и Нила, но Кевин удержал его за плечо. Когда Мэтт грубо ее сбросил, Нил знаком показал ему не приближаться. В глазах Бойда читалось явное неодобрение, и все же он остался на месте. Нил вновь переключил внимание на Рико. – Кажется, задел за живое. Рико быстрее молнии метнулся к нему, выбил из пальцев стаканчик, стиснул запястье, словно клещами, и скрутил ему руку. Боль обожгла до самого плеча. Едва не охнув, Нил перехватил руку Мориямы. Отцепить ее он не мог, но если бы Рико вывернул его запястье еще на сантиметр, то кости наверняка бы хрустнули. Нил моргал, заставляя себя вспомнить белесые шрамы на кисти Кевина. Только так он мог побороть волну страха, подступавшую к груди. Когда ему удалось справиться с паникой, он заставил себя снова посмотреть в лицо Рико. – Ты не посмеешь, – сказал он. – Слишком много вокруг людей. – Плевать мне на них, – ответил Рико. – Пес, который кусает руку хозяина, заслуживает смерти. Где и у кого на глазах я его прибью, значения не имеет. – Я не пес, я Лис. –Так лисы же из семейство собачих... –Теперь ясно почему ты дружишь с Джанет–Сказал Кай Рейчел. –Может потому что наши отцы дружат? –Стоп, Жан и Нио будут дружить? –Послушаель или прочтёшь узнаешь. – Ты будешь тем, кем я прикажу тебе быть. – Мы уже говорили о твоих заблуждениях. – И я тебя предупредил – знай свое место. – Убери руку, Король. – Да, я Король, – согласился Рико, – и Рождество ты проведешь в моем замке. На каникулы ты едешь в «Эвермор». Нет, – не дал он возразить Нилу, – не провоцируй меня снова. Я – единственная причина, по которой ты еще жив. –Нил, ты же не собрался туда поехать? –Я по вашему идиот? Все посмотрели на Нила с таким взглядом. –... Ну не настолько идиот. – А вот и нет, – спокойно ответил Нил. Рико целую вечность сверлил его взглядом, потом ощерился. Сердце Нила ухнуло в пятки: еще до того, как Морияма это произнес, он уже знал, что́ сейчас услышит, знал, но отказывался верить. – Ты об этом вашем вратаре? Ну, ты понял, кого я имею в виду. Мелкий такой, с гадкими привычками. Он еще возомнил, будто может присваивать мои вещи. Кстати, давненько я его не видел. Рико оглянулся, словно ждал, что Эндрю вот-вот материализуется из воздуха. Он отпустил руку Нила, однако тот не мог даже вздохнуть, не то что сделать шаг назад. Двоих, сказал Рико. Наглость Нила стоила ему потери двоих товарищей по команде, но ведь Сет – это только одна жертва. –Угрожает Эндрю? Рико опять посмотрел на Нила и наставил на него указательный палец, словно что-то припомнил. – А, ну да, я слышал, его упрятали в больничку. Вроде как сводный братец оттрахал его до потери пульса. Какое безобразие. Какая душевная травма. – Прекрати, – выдавил Нил. – Дрейк – занятный тип, – не унимался Рико. – Спасибо полиции, что вывела меня прямиком на него, иначе я бы с ним так и не познакомился. Кстати, Натаниэль, ты в курсе, что оклендских адвокатов можно подмазать за сущие гроши? Три телефонных звонка, и дело сделано. –ЧТО?! –Не, я лучше убью Рико! Скорее буду пытать... Но он заслужил! – Ты все подстроил… – Самое интересное впереди. – Нил покачал головой, и Рико, ухмыльнувшись, продолжил: – Вдобавок я подкупил одного из докторов в Истхейвене. Этого ты тоже не знал? Если не хочешь, чтобы лечение в клинике превратилось в реконструкцию прошлых событий, то завтра сядешь на рейс до Западной Виргинии. Жан передаст билет Кевину. Все понял? –Блять. –Было очевидно. Что он ещё придумает? –Эндрю! –Что? Мне скорее вчего это не грозит. –И вправду. Слова у Нила закончились, поэтому ответил он кулаком. Места для замаха было маловато, но ему хватило, и он вмазал Рико прямо по губам, с которых слетали дурные слова. Рико отшатнулся, сделав шаг назад, места стало чуть больше, и Нил ударил снова, теперь в глаз. Прыгнув вперед, он врезался в Рико, но тот уже рванул ему навстречу, и Нила отбросило обратно с такой силой, что столик отлетел в сторону, а противники рухнули на пол. Нил продолжал молотить вслепую, почти не замечая свирепых ответных ударов Рико. Кто-то что-то кричал про драку, хотя, возможно, он спутал крики с грохотом крови в ушах. –Туда! –Хорош Нил! –Мой ученик! Неожиданно он почувствовал на себе чьи-то еще руки – дерущихся начали разнимать. И Нил, и Рико отчаянно этому сопротивлялись. Прежде чем их растащили в стороны, Морияма успел в последний раз притянуть Нила к себе и прошипеть: – Теперь из-за тебя он потеряет то, чем очень дорожит. Внезапно между ними оказалось слишком много народу. Кого-то Нил узнал: сначала Мэтта, потом Жана и еще нескольких ребят, чьи лица он видел только из-под решетки шлема. Мозг пытался соединить внешность и имена, но потом счел усилие излишним. Ни один из этих людей не был Рико. Нил яростно вырывался, стремясь вновь добраться до Мориямы. Ему удалось приблизиться настолько, чтобы ухватить Рико за рукав и выдохнуть: – Если ты, блядь, дотронешься до него хоть пальцем… Появившийся из ниоткуда Ваймак оттащил Нила от Рико легко, как пушинку. Между ними собралась толпа тренеров, и возбужденный гул голосов почти сразу оборвался. Несколько мгновений Нил, который из-за плеча Ваймака продолжал смотреть на Рико, слышал лишь собственное прерывистое дыхание. Пол под ногами почему-то дрожал, а может, это Нила трясло так, что весь стадион грозил вот-вот обрушиться прямо на него. – Что, черт побери, здесь происходит? – потребовал ответа тренер брекенриджцев. – Это рождественский банкет! Если кто забыл, Рождество – светлый праздник, когда люди веселятся и желают друг другу добра. Объясните немедленно, в чем дело! –Так Рико же не человек, поэтому будет светлый праздник если избить Рико. Нил и Рико не отвечали; оба продолжали жечь друг друга взглядами. Жан, как обычно, встал за спиной у Рико, его напряженное лицо выражало хмурое неодобрение. Нил в эту минуту мечтал о пистолете. Ножи Эндрю тоже сгодились бы, но они лежали у него под подушкой в Пальметто. Нил вцепился в руку Ваймака так, чтобы наверняка оставить синяки, и широко, до боли, растянул рот в улыбке. – Да, конечно, – сказал он, потому что больше сказать было нечего. – Я понимаю. – Извинения приняты, – процедил Рико. Тренеры ждали. Когда стало ясно, что продолжения не последует, один из них окинул толпу суровым взглядом. – Следующий, кто затеет драку, будет наказан и просидит на скамейке пять матчей кряду, будь то весенний сезон или осенний. Всем ясно? Нестройный хор ответил «да»; тренер брекенриджцев метнул сердитый взгляд на Рико и Нила. – А вы двое чтобы до конца банкета не приближались друг к другу. Ваймак, выведите своего отсюда, пусть придет в чувство. – Нил дрался не сам с собой, – со сталью в голосе произнес Ваймак. – Если тренер Морияма выбирает дальнюю половину поля, мы останемся на ближней. – Разумеется, – бесстрастно ответил Тэцудзи. – Рико? Они двинулись прочь, и Ваймак практически на себе потащил Нила в противоположном направлении. Нил знал, что Эбби и Лисы идут за ними, но не оборачивался – его взгляд был все еще прикован к Рико. Когда Ваймак пропихнул его в дверь, Нил потерял Рико из виду, но поднял глаза на тренера лишь после того, как тот усадил его на скамью. Раздраженным взмахом руки велев Кейтлин и Томасу, приятелю Ники, возвращаться на банкет, Ваймак повернулся обратно к Нилу. – Что это, нахрен, было? – Тренер?.. – Не смей прикидываться, дебил безмозглый! – Нет, серьезно, – Ники смотрел на Нила круглыми от удивления глазами, – что произошло? – Нил врезал Рико, – сообщил Мэтт. – И это было красиво. –Хотелось бы это видеть. –В принцепе можно устроить. –Но не рекомендуется. – Что? – крякнул Ники. – Так нечестно! Я все пропустил! Повтори на бис, а? Нет, лучше не надо, – поспешно добавил он, поймав испепеляющий взгляд Ваймака. – Тренер, нельзя же осуждать человека за мечты, верно? – Заткнись, – бросил Ваймак и опять посмотрел на Нила, сдвинув брови. – Я жду. Нил ощупал запястье и поморщился от ноющей боли. Эбби протиснулась мимо Дэн и села рядом с ним. Он позволил ей осмотреть руку, а сам устремил взгляд за спину Ваймака, на поле. – Рико подкупил прокурора. – Слова дались ему с трудом. Они звучали настолько ужасно, что его вывернуло бы наизнанку, даже если он просто услышал бы их снова. – Вот почему Дрейк рискнул приехать в такую даль к Эндрю. Рико помог бы снять с него обвинения, если бы ему удалось… – Нил скрипнул зубами и тряхнул головой, не в силах закончить фразу. Дальше он мог не продолжать. В динамиках все так же гремела музыка, но Лисов накрыла оглушительная тишина. Аарон нарушил ее первым: – Ты лжешь. Нил шумно втянул воздух, перевел взгляд на Кевина. – Он у тебя? Мой билет? – спросил он на французском. –Ты всё таки поедешь... "Бред, таких людей не бывают."–Подумалось Эндрю, ведь чтобы кто-то поехал туда ради него. Кевин уставился на него невидящими глазами. Он был слишком ошеломлен, чтобы ответить или даже понять вопрос. – Кевин, посмотри на меня. – Я его убью, – выдохнул Ники. – Нет, – выпалил Нил с таким жаром, что даже в глазах Мэтта мелькнула тревога. – Сперва мы его сломаем. Если экси – единственное, что ему небезразлично, это мы у него и отберем. Сначала уничтожим его репутацию, потом его самого. Этой весной мы не должны проиграть ни одного матча. Сможем? –Ну не плохая месть. Но я бы... –Давайте продолжим. – Ни одного гребаного матча, – твердо сказала Дэн. Нил обвел взглядом лица товарищей, на которых застыла холодная ярость, опять посмотрел на Кевина и настойчиво повторил, снова на французском: – Мой билет у тебя? – Ты никуда не полетишь, – проговорил Кевин. – Знаешь, что он с тобой сделает? – Знаешь, что он сделает с Эндрю, если я не полечу? – ответил Нил. – У меня нет выбора, я должен ехать. Доверься мне. "Прям должен?" – Он тебя раздавит. – Он так только думает. Верь мне. Обещаю, я вернусь и привезу с собой Эндрю. Все будет хорошо. Ну, билет у тебя или нет? Кевин сжал губы в тонкую белую ниточку и отвернулся. – У меня. –Кевин! Вся надежда была на тебя. Когда оба нападающих умолкли, Дэн сказала, глядя на Ваймака: – Тренер, поехали домой. До конца банкета оставалось еще несколько часов, но медлить с отъездом было опасно. При следующей встрече с Рико Лисы точно попытались бы свернуть ему шею. Полагаясь на выдержку Рене, Ваймак отправил ее за Кейтлин и Томасом. Как только она их привела, команда поспешила к автобусу, задержавшись, лишь чтобы забрать вещи, но не тратя время на переодевание. Через считанные минуты Ваймак выехал на шоссе. Обратный путь они проделали в тишине. Стояла глухая ночь, однако, несмотря на поздний час, в дороге никому не спалось. В первую очередь Ваймак отвез Кейтлин и Томаса, затем высадил свою команду у «Лисьей башни». На лифте поднимались все вместе. В коридоре Кевин протянул Нилу сложенный листок. Не заглядывая в него, Нил знал, что это распечатка электронного билета. Мэтт пытался уговорить его зайти к девушкам и все-таки поговорить о том, что случилось, однако Нил решительно направился к своей двери. В комнате он скинул кроссовки и распахнул окно. Попытался прикурить, но руки сильно тряслись, и он просто завалился на кровать, не раздеваясь. Проверил время вылета, чтобы поставить будильник, после сунул листок под подушку, где лежали повязки Эндрю. Укрылся одеялом с головой, не желая видеть комнату, и заставил себя выбросить из головы все мысли. А когда он наконец уснул, ему снились кровь и смерть. –Интересный сон. Так кто следущий? –По логике я. Но можем сделать исключение. –Лучше свои ужасы буду читать я.–Сказал Нил. –Кстати Кевин лучше тебе рассказать ему. –Что уже?! –Да. –Тренер... нам стоит выйти. –Ладно. Кевин вместе с Ваймаком вышли из комнаты. –Читаем.

Глава пятнадцатая

Нил проснулся от звука шагов в соседней комнате. Несмотря на поздний приезд, к девяти утра Лисы были на ногах. Сегодня члены команды разъезжались на каникулы, и большинству из них предстояли долгие перелеты, позволявшие вволю выспаться. Элисон, Рене и Дэн около полудня вместе вылетали в Бисмарк, а дальше уже каждая следовала своим маршрутом. Двумя часами позже отправлялись в путь остальные Лисы – их пунктом назначения был нью-йоркский аэропорт Ла-Гуардия. За неделю до экзаменов Нил передал своей компании приглашение Мэтта, переложив остальную работу на плечи Ники. Из-за того что Эндрю лег в клинику, планы Хэммика отметить Рождество в Германии сорвались. Ники не хотел оставлять Аарона одного, а Эрик, к сожалению, не мог выкроить времени на поездку в Штаты. По всему выходило, что предложение Мэтта – единственный шанс для Ники провести праздники как полагается. Никто из так называемых чудовищ не понимал, с чего это Мэтт вдруг решил их пригласить, однако возможность встретить Новый год на Таймс-сквер привела Ники в такой восторг, что он особенно об этом не задумывался. Ваймак, кажется, радовался даже больше Лисов, поскольку их отъезд означал долгожданную передышку и для него. Аарону пришлось обращаться к адвокату за разрешением выехать за пределы штата, но этот вопрос тоже решился без труда. Нил ломал голову, как сообщить Лисам о том, что его планы изменились. Сказать правду он не мог, ведь в этом случае его бы просто никуда не пустили. Чудо еще, что Кевин согласился с его решением, пусть и неохотно. Кевин как никто другой знал, на что способен Рико, и потому представлял, что ожидает Нила в Западной Виргинии. Возможно, он надеялся, что Нил выдержит испытание, но, вероятнее всего, просто сознавал, как Морияма поступит с Лисами, если Нил откажется. Нил о мотивах Кевина особо не размышлял, и до тех пор, пока тот держал язык за зубами, ему по большому счету было все равно. Он откинул простыни и сел в кровати. Приподнял подушку, чтобы забрать телефон; увидев повязки Эндрю, заколебался. Голос Ники за стеной вырвал его из задумчивости. Нил положил подушку на место и вдруг понял, что нашел выход. Взял телефон, откинул крышку и поднес к уху. Когда Ники без стука распахнул дверь, Нил притворился, будто с кем-то разговаривает. – Да, видел. – Он кивнул Ники, подтверждая, что заметил его появление. Ники хотел поздороваться, но умолк на полуслове, сообразив, что Нил занят. Вместо того чтобы уйти, Хэммик непринужденно прислонился к дверному косяку, дожидаясь окончания разговора. Любопытство Ники – вот на что сделал расчет Нил. За все месяцы, сколько у него был телефон, Лисы ни разу не видели, чтобы он кому-то звонил. Жестом дав понять, что заканчивает, Нил отвернулся вполоборота. – Ну а чего ты ждала? Зачем было столько тянуть? У меня уже другие планы. Я… – Нил на секунду замолчал, потом продолжил: – Ты давно знала, что он приедет? Могла бы предупредить. Не знаю. Я сказал, не знаю. Мне придется… – Он потер рукой глаза, точно диалог страшно его утомлял. – Ладно. Пока. Он захлопнул крышку телефона и бросил его на кровать. С минуту стояла тишина, затем Ники вошел в спальню и закрыл за собой дверь. Нил устало откинулся назад, к стене. Взобравшись на пару ступеней по лестнице, ведущей на второй ярус, Ники уперся локтями в подушку и посмотрел на Нила. – У тебя тут все хорошо? – поинтересовался он. – Я в порядке. Ники продолжал взирать на него. – Слушай, мы не первый день знакомы. Хватит уже врать мне в лицо. Я же слышал – ни фига ты не в порядке, и вид у тебя соответствующий. Так что стряслось? – На Рождество в Аризону прилетает мой дядя, – сказал Нил. –Опять враньё. –Ну то что он у меня есть‐правда. – Это хорошо или плохо? – И то и другое. – Нил пожал плечами. – Он клевый, но обычно у него хватает ума не встречаться с моими родителями. Мы не виделись несколько лет, и раньше он никогда не приезжал на праздники. Наверное, что-то случилось, только вот что? Не знаю, надо ли… – Нил умолк и беспомощно взмахнул рукой. – Я зарекся возвращаться домой, но… – Но ты хочешь его увидеть, – заключил Ники. – Не важно. Я обещал Эндрю, что буду рядом с Кевином. – Но ведь Кевин будет с нами, – возразил Ники, – а мы – с Мэттом и его матерью. Вчетвером мы уж как-нибудь за ним присмотрим, а ты проведешь время с родными. Деньги на билет нужны? – У меня уже есть билет. – Нил показал сложенный листок. – Мама прислала по электронной почте пару дней назад. Я просто не хотел читать ее письмо до банкета. – Ты безнадежен, – вздохнул Ники. – Если хочешь поехать, езжай. В этом семестре, Нил, ты сделал для всех нас более чем достаточно. Когда-то нужно подумать и о себе. Послушай, – сказал он, когда Нил отрицательно покачал головой, – когда я расскажу об этом остальным, все в один голос посоветуют тебе ехать, вот увидишь. – Но… – начал Нил, однако Ники уже исчез. –Блин, я так легко поверил Нилу, и показал ему зелёный свет. –Так Нил даже не Нил по официальным документам. –Блин, точняк. Нил проглотил возражения. В этом споре победа ему была не нужна. На миг он даже пожалел Ники за доверчивость, хотя удовлетворения от сделанного не испытал. Он развернул листок и с нарастающей тоской посмотрел на расписание. Через два часа он будет на пути к Чарльстону, Западная Виргиния, и обратно вернется только тридцать первого декабря. Две недели наедине с Воронами. –Две недели. Входная дверь хлопнула – Ники отправился к себе посовещаться с Аароном и Кевином. Когда через несколько секунд в спальню вошел Мэтт, Нил его уже ждал. – Ну и что нам с тобой делать? – спросил Бойд. – Мне жаль. – Да брось, – отмахнулся Мэтт. – Во сколько вылет? – В одиннадцать десять, если полечу. – Полетишь, полетишь. Я подброшу тебя до аэропорта. –Бля-я-я. Мы буквально проводим его в ад. "Если бы мама с папой и Мэнни узнали, что я сбежал к воронам. Они остановили бы меня? Хотя зачем я это спрашываю, ответ да они остановили меня, пока не поздно. Какой я был идиот" Досадливо поморщившись, Нил наконец спустился с кровати. Голоден он не был, но все равно заставил себя съесть немного овсянки быстрого приготовления и тост. Вернувшийся Ники отчитался, что сообщил новость команде. По его словам, все Лисы хотели, чтобы он поехал. Нил молча кивнул, и Ники наконец оставил его в покое, дав возможность собраться в дорогу. После душа Нил вытащил из нижнего ящика комода спортивную сумку. Уложив едва ли половину вещей, он вдруг увидел, что сумка слишком мала. На протяжении восьми лет все его пожитки умещались в ручную кладь, а за последние полгода их количество удвоилось. Даже когда он набил сумку до отказа, в комоде еще оставались вещи. Это смутило и порадовало его одновременно. Он накрыл ладонью стопку аккуратно сложенных рубашек – подтверждение того, что он вернется обратно. Таких гарантий у него не было с самого детства. Услыхав негромкие шаги, он понял, что не один, и поднял глаза на Кевина. – Я могу попросить тебя кое-что взять с собой? – сказал Нил. – Пообещаешь это сохранить? Не хочу оставлять здесь, но и с собой брать не могу. – Когда Кевин кивнул, он отпер сейф и вытащил оттуда папку. Передать ее Кевину стоило ему огромного усилия. Кевин уже держал папку обеими руками, а Нил все не отпускал. – Только не открывай. –Ого, гарантия защиты. – Меня не интересует, что там, – сказал Кевин. –Даже твои фотографии с Рико? –Поэтому меня скорее пугает папка чтобы я посмотрел в неё. Нил убрал руку, и Кевин сунул папку под мышку. Нил закрыл сейф, поставил его на место и поднялся. – Нил… – начал Кевин. – Я вернусь, – сказал Нил, скорее себе, чем Кевину. – Ты обещал, что мы закончим сезон вместе, и так оно и будет. Он закинул сумку на плечо и, пройдя мимо Кевина, покинул спальню. Когда оба вошли в гостиную, Мэтт выключал из розеток всю электронику. – Готов? – спросил он. – Да, – солгал Нил. Мэтт сгреб связку ключей, и они вышли. Сперва пришлось зайти в комнату девушек, где Нила крепко обняли на прощание и пожелали массу всего хорошего. Следующей на очереди была комната кузенов. Аарон ограничился кивком, зато Ники стиснул Нила так, что у того затрещали кости. – Зарядное взял? – осведомился он. – Будешь каждый день слать мне эсэмэски. – Взял, – сказал Нил, хотя сильно сомневался, что Рико позволит ему пользоваться мобильным. –Не разрешит–Сказали Финн и Дэнни. Предоставив Кевину и остальным заканчивать сборы, он вместе с Мэттом спустился к машине. Сумку поставил в ноги. Мэтт повернул ключ зажигания, и в уши Нилу ударил грохот музыки. Спасая его перепонки, Бойд поспешно выкрутил ручку радиоприемника влево. Кампус остался позади. Нил пытался подавить нарастающую нервозность, но выходило не очень. – Когда возвращаешься? – поинтересовался Мэтт. – Перед Новым годом. Но, может, и раньше. Посмотрю, как все будет складываться. – Если получится раньше, присоединяйся к нам, – предложил Мэтт. – Я попрошу маму поменять твой билет. – Спасибо, – сказал Нил. – Если что, дам знать. Мэтт высадил его у тротуара перед зданием аэропорта. Проводив взглядом пикап, выруливший обратно на шоссе, Нил повернулся лицом к входу. Мысль о том, что он снова здесь, не укладывалась в голове. Они с матерью никогда не появлялись в одном и том же аэропорту дважды. Нил покрепче сжал ремень сумки и прошел через раздвижные двери. Если летом в аэропорту было многолюдно, то сейчас, незадолго до Рождества, здесь царил настоящий хаос. Нил просто растворился в толпе, стал одним из тысячи, незаметным и непримечательным. Авиакомпания, рейсом которой он летел, предоставляла возможность зарегистрироваться самостоятельно, поэтому он подошел к терминалу и просканировал штрихкод на листке. Автомат выплюнул билет и посадочный талон; забрав их, Нил пошел на досмотр. Сумка, поставленная на ленту, оказалась по другую сторону контрольного пункта быстрее него. Он сунул ноги в кроссовки, подхватил свой багаж и направился к выходу на посадку. Почти все места в зале ожидания были заняты, поэтому он прислонился к колонне и, чтобы не пялиться на табло, стал разглядывать толпу. Он предполагал встретить среди пассажиров кого-то из знакомых по университету, но, видимо, большинство студентов разъехались из города еще вчера. Аэропорт представлял собой море чужих лиц, Нил был в нем совсем один. Он так долго и тесно общался с Лисами, что уже и забыл, каково это – оказаться на свободе. Сейчас, покуда он еще не шагнул в ад, ему следовало бы насладиться этими мгновениями, однако он чувствовал себя не в своей тарелке. Сунув руку в карман, Нил стиснул телефон. В истории звонков по-прежнему значился лишь один номер, зато папка с сообщениями была переполнена, так что время от времени она даже автоматически очищалась. Нил хотел их перечитать, надеясь набраться храбрости, но так и не смог себя заставить. Его размышления прервал голос в динамиках: «Объявляется посадка на рейс номер двенадцать до Чарльстона. Пассажиров приглашают пройти к выходу Д-23». Место Нила располагалось сразу за бизнес-классом. К его неудовольствию, ему досталось кресло у окна, однако сумка под ним вполне помещалась. Затолкав ее ногой поглубже, он попытался расслабиться и не чувствовать себя зажатым в угол. Стюардессы порхали туда-сюда вдоль проходов, стараясь побыстрее рассадить пассажиров. Когда все наконец устроились и закрыли верхние отсеки для ручной клади, стюардессы провели обычный инструктаж по технике безопасности. Нил покосился на аварийный выход, но желания воспользоваться им почему-то не испытал. Оказаться лицом к лицу с Рико значило пойти против всего, чему его учила мать. Она вырастила из него беглеца, ради выживания готового принести в жертву всё и вся. Мать никогда ничего не объясняла – может, потому-то в итоге он и не смог ее спасти. В сплошном нагромождении лжи не за что уцепиться и не за что бороться. И все же Нил Джостен – Лис. Эндрю дал ему дом, Ники считает его семьей. Нил будет держаться за это изо всех сил, и если две недели с Рико – цена спасения команды, он ее заплатит. –Как мило и грусно. –Да, бабушка точно живого места тебя не оставит. Осознание этого каким-то образом помогло перенести полет легче. Нилу даже удалось вздремнуть, но во время посадки он проснулся. Жан ждал его в зоне прилетов. Он холодно наблюдал за приближением Нила, а потом так же холодно сказал: – Зря ты сюда приехал. – Идем, – коротко бросил Нил. В машине оба молчали, но стоило Нилу увидеть «Замок Эвермор», и от мгновенного узнавания в ушах зашумела кровь. «Эвермор» больше напоминал монумент, чем стадион, и густой черный цвет стен делал его еще более величественным. По размерам он превышал «Лисью нору» в полтора раза. Нил сомневался, что каждая игра «Воронов» собирала полные трибуны, зато билеты на матчи национальной сборной разлетались буквально за несколько часов после начала продаж. Нил мог только воображать, какой рев стоял на стадионе во время игр. Жан остановился перед воротами и, высунув руку в окно, ввел на панели код. Ворота с негромким скрипом разошлись в стороны, и Жан въехал на огороженную парковку. Вдоль обочины уже стояла вереница автомобилей. Они были совершенно одинаковыми, чему Нил совершенно не удивился. Даже номера на табличках различались всего тремя цифрами. Нил всматривался в них, пока до него не дошло: буквы «ЭА» говорили о принадлежности к университету Эдгара Аллана, а последовательность цифр состояла из года обучения и номера самого игрока. – Не команда, а секта какая-то, – заметил он. – Вытряхивайся, – сказал Жан, припарковавшись на зарезервированном за ним месте. Нил подхватил сумку и вышел из машины. У входа в здание Жан опять ввел цифровой код. Индикатор на панели моргнул зеленым, и он потянул дверь на себя, но прежде, чем войти, обернулся к Нилу. – Посмотри на небо. До отъезда ты его больше не увидишь. – Насмотрелся уже, – буркнул Нил. –Блин дядя Жан.–Сгруснул Бен –Мне тоже его жаль...–Согласилась Мелоди. Отреагировав на эту дерзость презрительной усмешкой, Моро жестом пропустил его вперед. Сразу за дверью начинались ступеньки, ведущие вниз. Вокруг царила непроглядная темнота, лишь под потолком тускло светилась алая полоска. Когда Жан захлопнул входную дверь, Нил чуть не покатился вниз кубарем. Держась рукой за стену, он начал осторожно спускаться. Жан, шедший сзади, его не торопил. Чтобы определить глубину подземного бункера, Нил считал ступени и досчитал до двадцати шести, после чего уперся в следующую дверь. Жан в третий раз ввел код безопасности, и Нил оказался в жилом блоке Воронов. – Добро пожаловать в «Гнездо», – произнес Жан. – Секта, – повторил Нил. Некоторые хихикнули Пропустив реплику мимо ушей, Жан повел его на экскурсию. По изначальной задумке, в этих помещениях предполагалось селить гостевые команды, но потом тренер Морияма отдал их своей команде. За исключением занятий в университете и тренировок, Вороны всегда находились здесь. На первый взгляд, все было устроено неплохо: много места, полный комфорт. Глазам Нила предстали две просторные кухни, комната отдыха с барной стойкой и бильярдным столом, три комнаты поменьше с телевизорами. Один длинный коридор соединял зону досуга с тренажерным залом, другой вел в спальни. Указатели на стене сообщали, что слева находится Черное крыло, а справа – Красное. Нил посмотрел в обе стороны, но, честно говоря, какой-либо разницы не заметил. Зная, что спрашивать бесполезно, он молча последовал за Жаном в Черное крыло. Двери всех спален были распахнуты, поэтому, проходя мимо, Нил мог заглянуть внутрь. Спальни оказались почти такими же просторными, как та, что он делил с Мэттом, но в каждой стояло всего по две кровати. «Гнездо» могло бы считаться воплощением желаний любого спортсмена, если бы не мрачная отделка и низкие потолки. Редкие цветовые вставки ограничивались оттенками красного, все остальное было черным, начиная от мебели и заканчивая простынями и полотенцами, развешанными на стульях для просушки. Полумрак как будто вытягивал воздух, и Нил вдруг остро ощутил громадную массу стадиона над головой. Клаустрофобией он не страдал, но две недели под землей вполне могли ее вызвать. – Сюда, – сказал Жан, жестом позвав Нила за собой в комнату, расположенную последней по коридору. – Жить будешь здесь. Вообще-то тебя полагалось бы поселить в Красном крыле вместе с нами, но хозяин распорядился иначе. Он знает, что Рико нужно за тобой приглядывать. – Я не собираюсь делить комнату с этим психом. – Можно подумать, тебя кто-то спрашивает. – Чье место я занял? – спросил Нил, потому что обе половины комнаты выглядели обжитыми. Стоя у прикроватной тумбочки, Жан пальцем подозвал Нила. – Взгляни сам. Нил подошел ближе и почти в ту же секунду пожалел об этом. Над кроватью скотчем были прикреплены открытки с изображением городов, как американских, так и заграничных, под каждой – стикер, на котором уже знакомым Нилу корявым почерком Кевина выведены даты и краткие комментарии к поездке. Почти все путешествия были связаны с играми. Кроме того, Нил разглядел несколько фотографий и вырезок с интервью. На встроенных над изголовьем кровати полках стояли ряды книг. Пробежав глазами корешки, он понял, что книги тоже принадлежат Дэю. По непонятным причинам Кевин выбрал основным предметом историю, и как раз такие сухие заголовки и темы вызывали у него интерес. –Кевина... При виде этой обстановки, сохраненной в неизменном виде, Нилу стало не по себе. Казалось, Кевин ненадолго отлучился из комнаты, а не сменил команду. – Рико все еще на стадии отрицания, – заметил Нил. – Пускай уже кто-нибудь объяснит ему, что Кевин не вернется. – Ты ничего не понимаешь, – возразил Жан. – Оставь вещи, и идем. Не дожидаясь Нила, он вышел. Нил бросил сумку на кровать Кевина, с подозрением окинул взглядом половину Рико и поспешил за Моро. Они поднялись этажом выше и очутились в раздевалке «Воронов». Не дав Нилу времени осмотреться, Жан вытолкал его через заднюю дверь во внутреннюю зону стадиона, прямо к скамейкам запасных. Хотя на календаре значилось предрождественское воскресенье, Вороны в полной экипировке находились на поле. Два состава состязались в жесткой тренировочной игре, а оставшиеся девять игроков за ней наблюдали. Когда Жан подошел к ним, все повернули головы в его сторону и сразу заметили Нила. Чувства на их лицах читались разные, от холодного безразличия до неприкрытой враждебности. Радушного приема он не и ожидал, поэтому смотрел только на поле. Вскоре гудок сирены возвестил об окончании матча. Команда Рико победила с разницей в три очка. Обе группы сошлись в центре поля, чтобы проанализировать действия каждого игрока. К ним присоединились и запасные со своими наблюдениями, сделанными со стороны. Бурное обсуждение длилось добрых пятнадцать минут, после чего Вороны наконец стукнулись клюшками и потянулись к выходу. Шагнув за дверь, Рико стащил с головы шлем. – Люк, выключи табло. Мартин, займись светом. У меня гость, так что идите обедать пораньше. Хозяин скоро будет, подготовьте к его приходу все бумаги. Вечерняя тренировка – в обычное время. Вороны огибали Жана и Нила сплошной черной рекой. Остановившись перед Нилом, Рико скользнул по нему взглядом, но быстро потерял интерес и переключился на Моро: – Выдай ему его вещи. Я разберусь с ним после душа. Жан опустил голову и, придержав дверь, пропустил Морияму вперед. Рико направился в одну сторону, Жан с Нилом – в другую. В огромной раздевалке Жан распахнул вместительный шкафчик в дальнем конце. Нил послушно заглянул внутрь. В шкафчике лежал полный набор экипировки «Воронов». Только когда Жан бросил ему джерси, Нил понял, в чем дело: на спине красовалась надпись «ДЖОСТЕН». – Я приехал всего на две недели, – произнес он. – Зачем он заказал форму? –Я уже думал Веснински. Значит... –Папа не через договор оказался в воронах. –Тоесть Рико скрывает от отца, что я там? –Скорее тренер воронов. – Не прикидывайся дураком, – отозвался Жан. – Кевин уже должен был сказать тебе, что летом ты переходишь к нам. – Он говорил, да. Я ответил, что никуда не собираюсь переходить. Он разве не передал? – Нил отшвырнул джерси. Жан поймал его в воздухе и метнул на Нила взбешенный взгляд. – Постарайся сделать так, чтобы нас не прикончили в первый же твой день, глупый мальчишка. – Нас? – переспросил Нил. –Мне уже жаль Жана–Прокоментировал Аарон, зная Джостена. – Слушай меня внимательно. – Моро снова протянул ему джерси, однако Нил отвернулся, поэтому Жан свободной рукой ухватил его за рукав и привлек к себе. – Ты потерял право быть отдельной личностью, как только перешагнул порог «Гнезда». Теперь за твои поступки несешь ответственность не только ты. В команде «Воронов» все основано на парной системе, а значит, пока ты здесь, я – твой единственный союзник. Мои успехи – твои успехи, мои провалы – также и твои. Куда-либо выходить без меня запрещено. Нарушишь это правило – нам обоим мало не покажется, понял? Они только и ждут, что мы накосячим. Я главный кандидат на вылет из основного состава, и я не допущу, чтобы ты меня подставил. –Пиздец. – Тогда у меня для тебя плохие новости, – сказал Нил. – Нападающих «Воронов» мне не переиграть. – Тебе не их надо переигрывать. Ты больше не нападающий и вообще не должен был оказаться в нападении. Хозяин возвращает тебя в защиту, где, собственно, и есть твое место. Он захочет узнать, почему ты поменял игровую позицию, и лучше бы тебе приготовить убедительное объяснение. –Звто можно будет играть на двух позиций, если надо. –Может, не так уж и плохо... – Это была не моя идея, – пожал плечами Нил. – Тренер Эрнандес не искал в команду защитника. Либо идти нападающим, либо не играть совсем – других вариантов не было, а играть я хотел. Нил соврал Эрнандесу, сказав, что раньше не держал в руках клюшку, потому что не мог назвать ни свои предыдущие команды, ни имен предыдущих тренеров. Когда он только вошел в состав милпортских «Динго», его неуклюжесть объяснялась не восьмилетним перерывом в экси, а тем фактом, что в Малой лиге он играл в защите. Ему пришлось переучиваться заново. Поначалу он ненавидел свое новое амплуа, считая нападающих охотниками за славой, которые постоянно стремятся быть на виду, но позже, освоившись, по-настоящему его полюбил. –Сет кстати также думал. –Эй, не пали контору. – Так себе идея, – сказал Жан. – Придется отучаться от дурных привычек. Давай, примерь форму, проверим, по размеру ли она тебе. – При тебе переодеваться не буду, – заявил Нил. – Стеснительность – первое, что мы из тебя выбьем, – сказал Жан. – В «Гнезде» об уединении можешь забыть. –Простите не в этой ситуации, но...–Эрика включила момент, песни "...Раздевайся, не стесняйся." –Похоже. – Не могу поверить, что ты это терпишь. Кевин хотя бы сумел сбежать. А у тебя что за причины здесь быть? – Я – Моро, – произнес Жан таким тоном, словно Нил нарочно валял дурака. – Моя семья принадлежала клану Морияма еще до переезда в Штаты. Мне больше некуда идти, так же как и тебе. Твое место здесь и больше нигде. Кевин не такой, как мы, он ценен, но при этом он – не собственность. А сбежал он потому, что было к кому. К другой семье. –Стоп, родители Жана продали его?.. –Ага. – Ты об Эндрю? – предположил Нил. – Я сказал, к семье, недоумок глухой. К родному отцу. Твоему тренеру. –ЧТО?! ТРЕНЕР ОТЕЦ КЕВИНА?!–Крикнула вся команда. До Нила дошло не сразу, а когда он все-таки переварил услышанное, то изумленно отшатнулся. – Что? – Конечно, по логике, у Кевина должен был быть отец – в конце концов, Кейли Дэй забеременела не от святого духа. Однако, несмотря на давление прессы, имени отца своего ребенка она так и не назвала. По слухам, в свидетельстве о рождении Кевина в графе «отец» стоял прочерк. При этом крестным своего сына Кейли сделала Тэцудзи Морияму, благодаря чему после ее смерти Кевин и оказался в «Эверморе». – Врешь, – сказал Нил. – А с чего бы еще Кевин перевелся в такую позорную команду? – Но он никогда… И тренер тоже… – Видать, Кевин все еще слишком трусит, чтобы открыть это. – Жан презрительно махнул рукой. – Не веришь – сам убедись. Насколько я помню, письмо от матери Кевин держит в одной из своих скучных книжек. Он зачитал его чуть не до дыр, но тебе стоит взглянуть. – Если он обо всем знал, то почему оставался здесь? – допытывался Нил. – Почему не поехал к отцу сразу после смерти матери? – Мы узнали об этом всего пару лет назад, – ответил Жан. – Совершенно случайно обнаружили письмо в доме хозяина. Кевин выкрал его и признаваться в своем открытии не собирался. Он понимал, что, уехав, лишится всего. Но когда потерял это, – Моро жестом обвел раздевалку, – то оставаться, конечно, уже не было смысла. – Вы все тут больные, – вполголоса произнес Нил. –Тогда понятно почему отец Финна псих. – И это говорит беглец, который решил играть за команду первого дивизиона, – фыркнул Жан. – Тот, кто сегодня приехал сюда вместо того, чтобы дать деру. Ты ничем не лучше нас. Так ты будешь мерить форму или мне натянуть ее на тебя силой? Подумав, Нил взял джерси. Жан скрестил на груди руки и отступил на шаг. Нил покрутил кофту, снова посмотрел на надпись. Белые буквы фамилии были обведены тонкой красной линией. Номер на спине был не его. – Что, я даже не могу сохранить свою десятку? – спросил он. – Двузначные номера дают Воронам, которые не входят в круг Рико. На его приближенных это не распространяется. Этот номер подходит тебе больше. Кстати, ты в курсе, что в японском языке слова «четыре» и «смерть» звучат одинаково? Для сына Мясника очень символично играть под четвертым номером. –Ага, очень... Нил покачал головой, но прекратил спорить. Кинул джерси в шкафчик, собрался с духом и начал расстегивать кнопки. Затем дернул вниз молнию, стряхнул с себя куртку. Через голову стащил футболку, притворился, что не заметил внимательного взгляда, которым Жан обвел его покрытый шрамами торс. Снял кроссовки, по очереди прижимая пятку носком, отпихнул их ногой в сторону, выскользнул из джинсов. Стараясь не мешкать, облачился в экипировку «Воронов». Форма села лучше, чем он ожидал, и все же казалось, она его душит. – Отлично, – одобрил Жан. – Теперь снимай. Наденешь на вечернюю тренировку. Нил переоделся обратно, убрал все в шкафчик. Едва он успел застегнуть последнюю кнопку на куртке, как дверь распахнулась. Нил успел заметить, как побледнел Жан. Он обернулся: в дверях стояли Тэцудзи и Рико, Тэцудзи опирался на крепкую резную трость. Нил видел ее впервые; хотелось думать, что тренер Морияма вынужден пользоваться ею из-за болезни или увечья. Пропустив дядю вперед, Рико запер дверь. Кому понадобилось ставить замки на двери раздевалки? – мелькнуло в голове у Нила, но он быстро отогнал эту мысль, понимая, что при встрече с таким человеком отвлекаться нельзя. Тэцудзи пересек разделявшее их расстояние. – Натаниэль Веснински, – медленно протянул он, как будто каждый слог вызывал у него брезгливость. – На колени. Сунув руки в карманы, Нил сжал кулаки. – Нет. –Идиот. Кажется, Жан произнес его имя, хотя прозвучало оно не громче вздоха. Нил не стал оглядываться. Ему не показалось: Рико явно отступил назад, освобождая место между собой и дядей. С тем, кто имел власть даже над Рико, следовало держаться как можно осторожнее, однако выбора у Нила не было. – На колени, – повторил Тэцудзи. Сознавая, что он будет жалеть об этом до конца своей короткой жизни, Нил улыбнулся и сказал: – А вы меня заставьте. –Даже не знаю, гордится или ужаснутся? –Гордо ужаснутся. Он видел, как взлетела трость, но увернуться не успел. Удар пришелся по всей щеке. Покачнувшись, Нил влетел спиной в шкафчик, но не почувствовал этого; он вообще не чувствовал ничего, кроме жгучей боли, пронзившей череп. Во рту появился металлический привкус – видимо, от крови, но язык настолько онемел, что проверить это Нил не мог. Защищаясь, он инстинктивно вскинул руку, однако теперь трость Тэцудзи ударила его по ребрам. Потом по плечу, руке и так далее. Нилу не оставалось ничего другого, как съежиться на полу, закрываясь от града ударов. Тэзудзи бил его до тех пор, пока он не потерял сознание. –Господи!

* * *

Вечерняя тренировка длилась четыре часа, хотя Нил был не в состоянии провести на поле ни одной минуты. В течение двух часов, пока Вороны обедали, он пролежал без чувств и пришел в себя, только когда Жан вылил на него кувшин ледяной воды. Из-за боли и тумана в голове он не мог даже переодеться, поэтому напяливать на него форму пришлось Жану. Нил сопротивлялся, однако Моро утихомирил его, безжалостно надавив на свежие кровоподтеки. Жан выволок его на поле, сунул в руки клюшку, и только тогда он всерьез осознал, что от него ждут действий. Нила поставили в защиту, и он с блеском провалил задачу. Он не выступал в роли защитника почти девять лет; к тому же, избитый, он никак не мог противостоять Рико. После каждого удачного обхода Морияма вреза́л ему клюшкой. Защитная экипировка предохраняла игроков от травм в результате попаданий мяча или столкновений с противником, но не от свирепых ударов тяжелым снарядом. Через час такой тренировки Нил с трудом держался на заплетающихся ногах. В то же время, едва он падал, Жан неизменно оказывался рядом и помогал ему подняться. Он никак не комментировал убогую игру Нила, не ругал и не подбадривал. Возможно, у него просто закончились слова. Как он и предупреждал, в этом испытании они оказались вдвоем. Стоило команде соперника забить гол – и наказанию подвергались оба: и Нил, и Жан. Остальные Вороны оставались к этому совершенно безразличны, не проявляя сочувствия даже к своему товарищу. Именно так была построена работа в команде, и все подчинялись правилам безоговорочно. Пускай эти пять лет и обращаются сплошным кошмаром, зато после выпуска каждого Ворона ждут гонорары с шестью нулями и мировая слава. Они будут обеспечены до конца своих дней. Ради такого стоило потерпеть. Из-за того что Нил и Жан проявили себя на тренировке хуже всех, их оставили наводить порядок на поле. Это означало, что нужно подмести и натереть паркет, а потом еще разгрести за всеми бардак в раздевалке. К тому времени, когда Нил наконец дополз до душа, он едва волочил ноги. Его уже даже не волновало, что в душевой «Воронов» нет отдельных кабинок. Он просто упал на колени и позволил струям обжигающе горячей воды немного ослабить боль в измученном теле. Нил пошевелил распухшими пальцами – не сломаны ли? Пальцы двигались, но он их не чувствовал. – Надо было бежать, – с горечью произнес Жан. Он так устал, что сил на ненависть уже не осталось. – Я с детства привык к боли, – сказал Нил. – Пережить эти две недели – ерунда. – Три, – поправил Жан. –Что?–Лисы устали кричать, устали слышать страдания. Нил поднял глаза. – Я соглашался на две. Перед Новым годом я отсюда уеду. Жан закрыл глаза и подставил голову под воду. – Глупый ребенок. Ты в «Вороньем гнезде». Здесь действует свое расписание, а не твое. Наш рабочий день – шестнадцать часов. Сам увидишь. –Блин, так ещё и с ранениями. –Блять. От усталости Нил уже ничего не соображал, поэтому просто продолжил мыться. Переодевшись в самую свободную из привезенной одежды, он побрел за Жаном на кухню. Вкуса еды он почти не ощущал, но ему требовалась энергия. Жан загрузил грязные тарелки в посудомоечную машину и повел его в Черное крыло. Рико ждал в комнате. Нил заметил его слишком поздно – только когда вошел. Жан запер дверь изнутри и привалился к ней спиной. Нил хотел прорваться через него, но, во-первых, совсем обессилел, а во-вторых, идти все равно было некуда. Он подошел к кровати, словно и не чувствовал себя в ловушке, и присел на край. Устремив взгляд на книги, задумался о письме Кейли, о том, как Жану и Кевину приходилось терпеть все это изо дня в день, из года в год. Рико встал с кровати, Нил посмотрел на него. Рико улыбался, и от выражения его лица внутри у Нила все похолодело. Отец смотрел на Нила с отвращением и злобой, но никогда не смотрел так, словно предвкушал скорое наслаждение его кровью. Мясник был жестоким убийцей, скорым на расправу, однако он добивался своего, сея страх и смерть, а не упиваясь болью и унижением других. – Не подходи, – предупредил Нил. Рико достал из кармана выкидной нож и щелкнул лезвием. – Ты же вроде не боишься моих ножей, а, Натаниэль? Или это очередная ложь, чтобы подбодрить себя? Он уселся поперек кровати, разглядывая Нила так, будто собирался живьем содрать с него кожу и скормить ему по кусочкам. Судя по выражению лица, эта фантазия доставляла Рико неописуемое удовольствие. Нил не дрогнул, когда он поднес лезвие к его рту, хотя острие находилось от губ всего на волосок. Жан шагнул ближе, однако Нил не осмеливался отвести взгляд от Мориямы. – Мне будет приятно мучить тебя, – медленно проговорил Рико, – так же, как Кевина. – Ты ебанутый на всю голову, – сказал Нил. Рико сунул нож ему в рот – достаточно глубоко, чтобы из уголка губ потекла кровь, но не настолько, чтобы поранить всерьез. Почти все ужаснулись. – Заткни пасть и ложись, – приказал он. – Времени у нас немного. Я обещал хозяину усмирить тебя до ночной тренировки. – Ненавижу тебя, – произнес Нил, несмотря на лезвие во рту. – Ложись, – повторил Рико, – и возьмись руками за изголовье. Нил лег на спину и вытянул руки над головой. Жан уложил их на нужное место. Почувствовав под пальцами деревянную поверхность, Нил покрепче ухватился за изголовье. Жан отпустил его, но запястья тут же ощутили холод металла. Нил попытался посмотреть вверх, однако лезвие во рту не давало пошевелиться. Почувствовав, как он напрягся, Рико вытащил нож. Нил запрокинул голову и моментально пожалел, что вообще это увидел: он был прикован к кровати наручниками. Он резко дернулся – так, что едва не ободрал запястья, но изголовье даже не скрипнуло. – Натаниэль, кто твой король? – спросил Рико. Нил плюнул ему в лицо. –Двже не знаю, назвать тебя гением или придурошным идиотом. –Гениальо-придурошный идиот. –Логично. Рико замер, медленно поднял руку, дотронулся до щеки. Опустил взгляд на липкие от слюны пальцы, словно только теперь поверил в случившееся, а потом железной хваткой стиснул лицо Нила. Силой раскрыл ему рот, харкнул, зажал его губы ладонью, чтобы он не мог выплюнуть. Нил хотел пнуть Рико, но Жан уже придавил его ноги, усевшись на них. Рико поднес нож к груди Нила и провел лезвием по коже. – Я причиню тебе невыносимую боль, – пообещал он. – Когда не сможешь больше терпеть, не стесняйся, кричи. –Бляха муха. –Интересно. –Лучше я продолжу.

Глава шестнадцатая

«Объявляется посадка на рейс двести двадцать семь до Лас-Вегаса. Пассажиров просят пройти к выходу А-19». –Что? Нил не помнил, в какой момент уснул. Сонно моргая, он посмотрел на флуоресцентные лампы над головой. Холодное стекло, к которому он прижался плечами и затылком, завибрировало. Послышался приглушенный гул реактивного двигателя – по взлетной полосе катился самолет. Стекло перестало дрожать раньше, чем стих рокот. Нил потер глаза руками в перчатках… Черт! Перчатки скрывали бинты, но не смягчали боль. Зашипев сквозь стиснутые зубы, Нил сжал кулаки. Удовлетворившись тем, что хотя бы пальцы действуют исправно, он уронил руки на колени. –Получается Нил возвращается? –Это хорошо. «Вниманию пассажиров, вылетающих рейсом пятнадцать двадцать два на Атланту: изменен выход на посадку. Посадка будет производиться через выход А-16. Повторяю: посадка на рейс будет производиться через выход А-16. Во избежание задержки вылета просим пассажиров немедленно пройти к выходу». Объявление повторили на испанском. Почему не на французском? – на мгновение удивился Нил. Он столько времени провел с Жаном, что забыл о существовании других языков. Вообще-то Жану запрещалось использовать французский, так как Рико его не понимал, и все же, когда Морияма не мог их слышать, Жан шептался с Нилом именно по-французски. Моро посмеялся бы над замешательством Нила, будь он сейчас рядом. Нил посмотрел на соседнее кресло и увидел лишь свою сумку. Жана не было. –Будет трудно отвыкнуть от этого. –Если Кевин справился, то другой я уж точно. Видимо, он остался по ту сторону паспортного контроля. Нужно вернуться, подумал Нил, и сообщить Жану, что он проспал рейс. Поискав глазами табличку с надписью «Зона вылета», он узнал убогую отделку аэропорта Южной Каролины. Странно: он не помнил, как улетал из Западной Виргинии, не помнил даже, как покинул «Замок Эвермор». Нил оперся на подлокотники кресла, выпрямил спину и обернулся. За окнами было темно; наступила ночь, а он и не заметил. Он напряг память, потом бросил тщетные попытки. Какая разница, как он сюда попал, главное – он здесь. –Всё настолько плохо? –Ну главное что он вернулся. Впрочем, это было еще не все. Второй, не менее сложной задачей оказалось встать на ноги. Задержав дыхание, Нил с трудом поднялся из кресла. На мгновение он испугался, что колени сейчас подкосятся, однако они не подвели. Когда Нил взялся за ремень спортивной сумки, ладонь обожгло болью, но он лишь стиснул лямку крепче. Бедро не ощущало тяжести груза, поэтому он должен был убедиться, что сумка при нем. "Стоп, коленки подкосились? Пташка надеюсь не сделала это?"–Чуть шире улыбнулся Эндрю Нил побрел в зону прилетов. Идти было недалеко, однако он шаркал ногами, словно девяностолетний старик. Он чувствовал себя так, словно каждый сантиметр его тела пропустили через мясорубку. Добравшись до багажной ленты, Нил вдруг осознал, что ехать ему некуда, а если бы и было куда, то без денег все равно туда не добраться. Он постоял, тупо глядя на движущийся конвейер, затем, хромая, двинулся к стене и ковылял вдоль нее, пока не обнаружил розетку. Преодолевая дикую боль в кистях, принялся рыться в сумке и наконец выудил мобильник. Разумеется, дохлый. Видимо, телефон разрядился еще две – или три? – недели назад. Воткнув зарядное устройство в розетку, Нил подождал. –Ещё и во времени потерялся. Едва заряда оказалось достаточно для включения, телефон начал загружать все пропущенные сообщения. Нил попытался войти в меню контактов, но ему мешали уведомления, которые сыпались одно за другим. Он сдался и стал смотреть на мелькавшие имена. Вполне предсказуемо, большинство сообщений было от Ники, пару раз всплыли даже имена Аарона и Элисон. И только один человек ни разу не написал. Эндрю. "Даже в такой ситуации думает обо мне? Интересно" Наконец загрузка завершилась, и Нил открыл список контактов. Пропустив имена Эндрю и Кевина, Нил нажал на третий номер быстрого набора из тех, что записал в память телефона Эндрю. Ваймак снял трубку после четвертого гудка. – Надеюсь, у тебя веский повод беспокоить меня в праздники? – Я не знал, кому еще позвонить, – сказал Нил и сам не узнал собственный голос. В последний раз, когда он открывал рот, он кричал; очевидно, связки еще не восстановились. Он прижался лбом к стене и постарался сделать вдох. Дыхание давно стало еще одной проблемой. – Нил? – Из тона Ваймака исчезла вся грубость, теперь в нем отчетливо слышалась тревога. – Ты как, в порядке? Нил улыбнулся. Рот словно перерезало бритвой. – Нет. Нет, я не в порядке. Простите, что так неожиданно, но не могли бы вы за мной приехать? Я в аэропорту. –Всё настолько плохо?! –Что сделал Рико такое с Нилом? –Мы не узнаем, но это хорошо. – Жди там, – коротко бросил Ваймак. – Я уже еду. Нил кивнул, хоть и знал, что тренер этого не увидит, и нажал на кнопку отбоя. Стоять он уже не мог, поэтому опустился на корточки и установил таймер на пятнадцать минут. Когда сработал сигнал, он выдернул зарядное устройство из розетки, подхватил сумку и вышел на улицу. Сел на бордюр, опустив ступни в сточную канаву и не обращая внимания на сердитые гудки проезжающих машин. Он настолько отключился, что даже не заметил автомобиль Ваймака, остановившийся у обочины, и пришел в себя, только когда тяжелая рука взяла его за плечо. – Вставай, – скомандовал тренер. – Поехали отсюда. Ухватившись за рукав Ваймака, Нил поднялся на ноги. Тренер распахнул переднюю пассажирскую дверь и подождал, пока Нил заберется на сиденье, потом захлопнул дверцу, обошел автомобиль и уселся за руль. Нил приготовился к расспросам, но Ваймак молчал. Нил устремил взгляд в окно. Когда аэропорт скрылся из виду, а дорожные знаки начали расплываться перед глазами, он смежил веки. Открыв глаза снова, он обнаружил, что лежит на диване в квартире Ваймака. Тренер перетащил в гостиную стул из своего кабинета и теперь сидел на нем, наблюдая за Нилом. На разделявшем их журнальном столике стояла почти пустая бутылка скотча. Несмотря на закрытую крышку, Нил чувствовал запах виски. Морщась от боли, он принял сидячее положение и наткнулся на пристальный взгляд тренера. – Простите, – прошептал он. – По голосу вроде Нил, – заключил Ваймак, – а по виду – не он. Сейчас ты мне все объяснишь с самого начала, только, пожалуйста, без всей этой брехни. Я тебя внимательно слушаю. –Что? –Блять! Только не это! –Вернул внешность? –Стоп, а как дедушка Ваймак мог понять, что это папа? –Да причём здесь это?! Мне внешность вернули! –Простите–Не удержалась Эрика и включила новую песнью"Тёпли свинки, друг другу спинки, мыли хвостики, крючки, отмывали пяточки, парились венечком, парились берёзовым. Вылетали из парной облачком розовым." –Блять... Хахаха. –Теперь ясно при чём здесь дядя Жан –Может продолжим? Нил озадаченно воззрился на него. Ответ лежал где-то рядом, почти на поверхности, в коротких вспышках воспоминаний – сожаление, паника, осколки стекла, – однако тело обрело память прежде разума. Нил дотронулся до волос и все вспомнил. Ужас, всколыхнувшийся в жилах, пронзил его, словно удар током, заставил вскочить. – Нет, – выдохнул он, но что-либо менять было поздно. Когда Нил, шатаясь, побрел к двери, Ваймак поднялся, хотя останавливать его не стал. Ввалившись в ванную, Нил зажег свет. Лицо в зеркале было настолько ужасно, что ноги у него сделались ватными. Удержаться в вертикальном положении он просто не смог и, цепляясь за раковину, рухнул на колени. Нил регулярно подкрашивал волосы в темный цвет, но такого оттенка – ничего даже приблизительно похожего – у него никогда не было. Сейчас он видел натуральный цвет своих волос и натуральный цвет глаз – и лицо своего отца. Ни бинты, ни синяки не могли замаскировать человека, который смотрел на него из зеркала. Он подумал, что его сейчас стошнит. –Нил, может я прочту?–Спросил Финн. Нил просто подал книгу Финну, а рядом с первым села Рейчел, чтобы тот не впал паническую атаку. – Дыши, – приказал Ваймак. Нил даже не понял, что перестал дышать, пока тренер не вернул воздух в его легкие, стукнув между лопаток. Повиснув на дверце шкафчика, он закашлялся на первом вдохе. Чтобы сдержать рвущийся из груди крик отчаяния, пришлось стиснуть зубы. Поздно просить Ваймака не смотреть, а Ваймаку поздно притворяться, будто он не видел. Тренер не знал, на кого смотрит, но это не имело значения. Щелчок зажигалки вернул его к реальности за мгновение до срыва. Нил взял протянутую ему сигарету. Заслонил ладонью, прикуривая, и глубоко, насколько мог, затянулся. Дышать было больно, но он все равно дышал. Он чувствовал, как при каждом вдохе натягиваются швы и повязки. Прижав свободную руку к животу, Нил попытался сквозь толстую шерстяную ткань куртки нащупать бинты. Наконец он вдохнул слишком сильно, закашлялся и кашлял так, что внутри, казалось, вот-вот что-нибудь лопнет, а потом кашель перешел в смех. В душной тесноте этот смех звучал нелепо и странно, однако Нил не мог остановиться. Он прикусил руку, чтобы заглушить звук, но это не помогло. Он был на грани истерики. – Нил, – позвал его Ваймак, – поговори со мной. – Кажется, у меня швы разошлись, – сказал он. – Там вроде кровь. – Где? – Везде… – Нил принялся неуклюже расстегивать куртку. –Как любит говорить Рейчел, урок шитья и кройки от учителя Жана Ив Моро. Ваймак оттолкнул его руку. Нил молча ждал, пока тот справится с кнопками и молнией, но, чтобы снять куртку, потребовались старания обоих. Нил начал стягивать перчатку, зажав зубами кончик пальца, как вдруг щеку пронзила резкая боль. Заметив это, Ваймак взял его за подбородок. Нил и не подозревал, что на лице тоже налеплены полоски пластыря, пока Ваймак аккуратно их не снял. Сделав это, тренер неподвижно замер, будто окаменел. – Нил, что это за херь у тебя на лице? Стянув перчатку, Нил потрогал пальцами кожу. Ничего не нащупал. Ухватился за край раковины и попробовал встать. Понаблюдав за неудачной попыткой, Ваймак выпрямился и поднял его на ноги. Нил не был готов снова увидеть свое отражение, не говоря уже о цифре «4», вытатуированной на его левой скуле. –Рико взял меня в свиту?! –Пиздец... Ваймак не ожидал столь бурной реакции – только поэтому Нилу и удалось вытолкнуть его в коридор и метнуться на кухню. К тому времени, как тренер его догнал, Нил успел вытащить из деревянной подставки нож.... –Зачем Нилу нож? –Срезать тату... –Блять! ...Ваймак перехватил его запястье за секунду до того, как Нил поднес лезвие к лицу. Он сопротивлялся, словно загнанный в клетку зверь, но Ваймак прижимал его руку к столешнице до тех пор, пока он не разжал пальцы. Когда он снова попытался дотянуться до ножа, Ваймак дернул его за собой на пол и крепко обхватил обеими руками, так что Нилу оставалось лишь безуспешно трепыхаться. – Тише, – сказал Ваймак ему в ухо, твердо и настойчиво. – Тише. Все хорошо. «Все хорошо» не было никогда. Что-то похожее ощущалось лишь по временам, мимолетно мелькало в общении с Лисами и в победах, вырванных на последних секундах, однако даже тогда это чувство омрачала уродливая правда. С каждой секундой Нил все отчетливее вспоминал свои рождественские каникулы. С каждым следующим движением вспоминал прикосновения Рико, сталь лезвия и обжигающую боль. Раз за разом он позволял Рико издеваться над ним, потому что это был единственный способ выжить, потому что выбор стоял – подчиниться или сломаться, хотя он и не знал, сможет ли еще раз собрать себя заново. Он ведь не настолько силен. И никогда не был сильным. Его поддерживала мать, но ее больше нет. – Нил. Нил. Ваймак назвал его Нилом, несмотря на отцовскую внешность, отцовские глаза и татуировку клана Морияма у него на скуле. «Нил», – обратился к нему Ваймак, и больше всего на свете Нил хотел, чтобы это было правдой. Он перестал вырываться. Только что отбивался от Ваймака, а сейчас судорожно в него вцепился. – Помогите мне, – прохрипел он сквозь зубы. – Дай мне это сделать, – ответил Ваймак, и Нил устало закрыл глаза. Когда его тяжелое дыхание наконец выровнялось, Ваймак заговорил: – Что, мать твою, случилось? Ты же поехал домой отмечать Рождество с дядей, разве нет? – Я соврал, – признался Нил. – Эндрю возвращается во вторник, так? Бетси уже должны были позвонить из Истхейвена. Если нет, вот-вот позвонят. – Звонили еще вчера. При чем тут Эндрю? – При всем. – Это не ответ. – Извините. – Заткнись, – буркнул Ваймак, и Нил послушно умолк. Несколько минут прошло в тишине, затем Ваймак произнес: – Я могу больше не держать тебя? Обещаешь вести себя прилично или снова побежишь резать лицо? Мне нужно осмотреть твои швы. – Не побегу, – ответил Нил. – Прости, я тебе не верю, – сказал Ваймак, но все же отпустил его. –Прости Нил, но это правда. –Соглашусь. Оба поднялись с пола. Тренер не шутил, сказав, что не верит Нилу: первым делом он увел его с кухни, подальше от острых предметов. В гостиной Ваймак жестом велел ему снять рубашку, однако из-за скованности движений Нил сделать этого не мог. Смерив его взглядом, Ваймак принес с кухни ножницы и показал их Нилу. Тот согласно кивнул и замер в неподвижности, пока Ваймак резал ткань. Увидев шрамы, он не произнес ни слова. Промолчал и насчет количества бинтов, которым Нил обмотал грудь и живот, и насчет кровоподтеков, расплывавшихся вокруг повязок. Он лишь окинул швы опытным взглядом и по очереди их ощупал – крепко ли держатся. Нил не шевелился, стараясь ему не мешать. Нитки на шве сбоку, под ребрами, разошлись, но эта рана уже практически затянулась. На всякий случай Ваймак нажал на нее, проверяя, не закровит ли, – подушечки пальцев остались сухими. Сняв с Нила перепачканные застарелой кровью повязки, он бросил их на журнальный столик. Прикинул, насколько серьезны раны, вышел. Нил услыхал, как на кухне открылся и закрылся ящик буфета, потом раздался шум льющейся воды. Ваймак вернулся с чистым смоченным полотенцем и небольшой аптечкой. Нил попытался взять полотенце, но пальцы не слушались. Отпихнув его руку, тренер начал оттирать с кожи запекшуюся кровь. Было больно, и все же Нил, стиснув зубы, молчал. Он думал про долгие ночи в дороге и передышки в безопасных убежищах по всему миру. На миг ему вспомнились прикосновения материнских пальцев и острые укусы иголки, которой она зашивала его искалеченное тело. К горлу подступил горячий комок, в глазах жарко защипало – этим новым жаром было горе. Нил яростно заморгал, силясь его прогнать. – Когда-нибудь нам придется поговорить, – глухо произнес Ваймак. – После финала, – сказал Нил. – После того как мы разобьем «Воронов». Я расскажу вам все, что вы хотите знать. Даже правду. – Поверю, только когда это случится. Ваймак унес из комнаты грязные бинты и полотенце. Нил опустился на диван и посмотрел на недопитую бутылку виски. Рядом с ней стоял пустой стакан Ваймака. Нил быстро наполнил его и еще быстрее опрокинул содержимое в себя. Разлившееся внутри тепло было знакомым, как и особое жесткое послевкусие. – Я думал, ты не пьешь, – заметил Ваймак, появляясь в дверях. – Вообще-то не пью, – подтвердил Нил. – Только в исключительных случаях. Мы использовали алкоголь вместо обезболивающего, потому что не могли рисковать, обращаясь к врачам. – Слова обжигали губы сильнее виски. Он поставил стакан на столик, задержав пальцы на ободке. Когда рука наконец перестала дрожать, он отпустил стакан и провел указательным пальцем по самому безобразному из своих шрамов. – Слишком много вопросов, слишком много потерянного времени. Безопаснее заглушать боль спиртным. – Нил сжал кулак и положил его на колени. – Достаточно, тренер? Такой вот аванс правды до конца сезона. – Да, – ответил Ваймак, – пока достаточно. Он наложил на раны свежие повязки и снова уселся в свое кресло. Повисла тишина. Ваймак смотрел на Нила, а тот разглядывал свои руки, пытаясь напрячь несговорчивую память и вспомнить свое пребывание в «Замке Эвермор». Когда самая важная деталь встала на место, Нил наконец выдохнул. – Я ничего не подписывал, – сказал он, подняв глаза и дотронувшись пальцами до скулы. Татуировку он не чувствовал, но так часто видел ее на лице Кевина, что точно помнил расположение. – Он подсовывал мне контракт, но я его не подписал. Он не смог меня заставить. Так что все по-прежнему. Я – Лис. –Естественно. – Само собой, – сказал Ваймак. Нил кивнул и посмотрел на часы. До полуночи оставалось пять минут. – Посмотрим, как опускается шар? Хочу загадать желание. – Желание загадывают на падающую звезду. А в Новый год обычно дают обещания. – Меня и шар устроит. Ваймак выудил из-под подушки пульт и включил телевизор. Комната наполнилась музыкой и оживленным шумом. Камеры плыли над многолюдной площадью, на сцене выступал оркестр. Нил поискал в толпе лица товарищей по команде. Знал, что не разглядит, и все равно всматривался. Он бросил взгляд на мобильник: значок батареи мигал, сигнализируя, что телефон вот-вот сядет. Несмотря на это, Нил все же открыл папку с сообщениями. Читать их он не стал – не было времени, да и заряда почти не осталось. Зато он успел написать короткое «С Новым годом» и создать групповую рассылку для Лисов. Бетси говорила, что у Эндрю отобрали телефон до окончания реабилитации, однако Нил все-таки добавил его номер в список рассылки и нажал кнопку «отправить». –Блин, хотя бы Новый год норм. –Как говорится как Новый год проведёшь, и так весь год. Или как там. –Если у нас кролик там избит, в истерике и что-то там, то он будет так весь год? –Ну, он же в бегах, ещё его характер, это разве не очевидно? –Справедливо. Ответы посыпались почти сразу. К тому времени, как на экране телевизора появился отсчет последних секунд уходящего года и сверкающий шар начал плавно ползти вниз по флагштоку, Нил уже получил поздравления от всей команды. Большинство эсэмэсок были набраны заглавными буквами и содержали запредельное количество восклицательных знаков. И хотя в Рождество Нил не ответил ни на одно сообщение, сейчас Лисы явно обрадовались тому, что он вышел на связь. Он стал членом их семьи, а они – его семьей. Это стоило всех порезов, ушибов и боли. –Нет, не стоило. –Мило, что Нил боялся назвать нас друзьями, а сейчас считает нас семьей. –Не я, а тот я. Шар опустился до нижней точки. Наступил январь. Новый год. Оставалось два дня до возвращения Эндрю, одиннадцать дней до первой игры чемпионата и четыре месяца до финала. Встреча с «Лисами» на поле этой весной станет последней ошибкой Рико. –Конец этой части. –Всё? –Получается мы прочтём заключительную часть трилогии... Продолжение следует.