Fac cum diaboli

Очередное дело привело их в штат Мэн. И местные леса  поглотили их сразу, как только «Мазерати» Эндрю свернула с грунтовки. Воздух стал прохладнее, а мир вокруг неестественно тихим. Ни насекомых, ни птиц. Лишь осенний ветер и мертвая тишина. — Чёрт, чувствуешь? Здесь атмосфера, как на кладбище, — проворчал Эндрю, заряжая обрез, калённым серебром. Аарон лишь кивнул, сжимая в руках заговоренный кинжал с нанесёнными по ободу удерживающими рунами. Его плечи были напряжены и скованны. Он всегда ненавидел охоту. Но их маленькая семья никогда не жила по-другому. С детства дядя Лютер приучал разбираться в различных монстрах. Таких как сегодняшний вендиго. Эти твари были быстры, умны и беспощадны. Вендиго не просто убивали — они наслаждались страхом и оскверняли всё, к чему прикасались. Даже удивительно что раньше они были людьми. Но нездоровая любовь к человеческой плоти и крови привратила их в темных тварей. Два дня назад они наткнулись на заброшенный лагерь туристов. Картина была классической: разорванные палатки измазанные в крови, потухший костёр и полное отсутствие тел. Вендиго забрал их с собой. На перекорёженной от когтей земле братья нашли отпечаток — неестественно длинный, с костяными наростами вместо пальцев. — Он здесь, — уверенно сказал тогда Эндрю, осматривая след. — И он голоден. Очевидно. Теперь близнецы шли по звериному следу, который вёл в самое сердце чащи, к скалистому обрыву, где, по легендам, было логово чудища. — План прост, как пять центов, — шептал Эндрю, прокладывая путь через бурелом. — Загоняем его в ущелье. Я отвлекаю, ты с кинжалом заходи с фланга. Режем, как праздничный торт. — Мне не нравится этот план, — тихо ответил Аарон. — Слишком открытое пространство. У него будет преимущество в манёвре. — О, а у нас есть преимущество в виде моего очарования и твоего остроумия, — ухмыльнулся Эндрю, но взгляд его вновь быстро стал серьезным. — Расслабься, братец. Мы делали это десятки раз. — Но не с вендиго, причем на его территории, — напомнил Аарон. — Там все правила меняются. Эндрю лишь отмахнулся. Иногда самоуверенность была его даром и его проклятием одновременно. Логово оказалось пещерой, вход в которую был скрыт завесой из сухого плюща. Воздух здесь был сырым и затхлым, пропахшим гниющим мясом. На костях, разбросанных у входа, ещё виднелись клочья плоти. Именно здесь всё пошло наперекосяк. Эндрю, не дождавшись, пока Аарон займёт позицию, шагнул вперёд, крича проклятия на латыни — старый, как мир, способ выманить тварь. И она откликнулась. Вендиго вышел из тени пещеры рывком. Два с половиной метра костей и кожи. Костяной олений череп обтянутый тонкой словно пергамент кожицей. Клыкастая пасть, из которой вырвался звук, и от которого кровь стыла в жилах — смесь воя голодного волка и предсмертного хрипа человека. — А теперь, бегом Аарон! — закричал Эндрю, открывая огонь. Серебряная картечь впивалась в тварь, оставляя дымящиеся раны, но лишь раздражала её. Вендиго двинулся вперёд с неестественной скоростью. Аарон рванул, занеся над собой кинжал, но монстр был быстрее. Он метнулся не на Эндрю, а в сторону, на скалу, и, оттолкнувшись от неё с лёгкостью обезьяны, изменил траекторию, оказавшись позади Аарона. — Черт! — взревел Эндрю, видя, как длинная когтистая лапа заносится для удара по спине его брата. Инстинкт сработал быстрее мысли. Он бросил обрез и прыгнул вперёд, толкая Аарона в сторону, подальше от смертоносных когтей. Но сам он остался на линии атаки. Аарон, падая, услышал отвратительный, хлюпающий звук — будто мясник вскрывает свиную тушу ножом. И тихий, больше удивлённый, чем болезненный, выдох Эндрю. Он поднял голову и застыл в ужасе. Эндрю стоял на коленях, обе руки прижимал к низу живота, откуда между пальцев хлестала алая кровь, заливая мёрзлую землю. Его лицо было белым, глаза неверующими. Вендиго, прошипев, скрылся, сбегая в сторону леса, оставив их в гробовой тишине, нарушаемой лишь прерывистым дыханием раненого. — Нееет... Нет, нет, нет! — Аарон подполз к брату, сдирая с себя кофту, чтобы сделать жгут, зажать порез, сделать что угодно. Но рана была ужасна. Глубокая, рваная по краям, почти смертельная. — Глупая ошибка, — с трудом выговорил Эндрю, его губы посинели. — Сли... шком самоуверенно было. Прости. — Заткнись! И береги силы! — приказал Аарон, голос его срывался. Он волоком потащил брата прочь от логова, к их машине. Каждый шаг давался с мучительным трудом. Он чувствовал, как силы покидают тело Эндрю. Аарон закинул его на заднее сиденье, вжал газ в пол и помчался через темноту не видя дороги, с одной лишь мыслью, стучавшей набатом в его опустевшей голове: «Эндрю умрёт. Эндрю умрёт, и я останусь один. Совсем один». Именно тогда, глядя на бледное, безжизненное лицо брата в зеркало заднего вида, глотая слезы бессилия, Аарон Миньярд принял решение. Единственное, какое он мог найти. Но сначала он отвёз брата в тот мотель, в котором они остались, и кое-как перевязав, двинулся исправлять ситуацию. Думал ли Аарон о других вариантах — да. Были ли они у него — нет. Именно поэтому сейчас он стоял на перекрестке. И призывал демона. Ему нужно было всего одно желание, за которое парень был согласен продать душу. Ведь в придорожном мотеле, от сильного ранения после встречи с вендиго, между жизнью и смертью метался Эндрю. Его единственный близкий человек. Его брат. Его близнец. Их очередная охота оказалась провальной. И теперь придется за это заплатить. На удивление Аарона, его призыв был услышан максимально быстро. И вот перед ним во всей своей дьявольской красе стоял не просто мелкий демон. Пред ним был сам король Ада. Натаниэль Веснински. Аарон оглядел парня: медно-рыжий, чуть выше его самого. Демонически притягательный, с глазами, в которых полыхало холодное синее пламя. — Аарон, детка, какая встреча! Ты заскучал и решил меня навестить? Это так неожиданно и приятно, а где же твой горячий братишка? Неужели Эндрю отпустил тебя одного ко мне в лапы? Без опасений, что я тебя съем? Он же так опекает младшего братика. Аарон попытался унять сердце, что при упоминании брата сбилось на бешеный ритм. — Я один и пришел ради сделки, так что можешь не паясничать, Веснински. Душа в обмен на желание. Натаниэль, которого явно забавляла вся ситуация, сделал изумленное лицо. — Не может быть. Разве великие и ужасные охотники на нечисть братья Миньярды не считают подобное ниже своего достоинства? Разве не твой братец говорил, что демоны — это грязь, в которой не пристало мараться нормальным людям? Аарон вздохнул. Он прекрасно понимал, что Эндрю, как только поправится, оторвёт ему голову, особенно когда узнает, что именно с Натаниэлем Аарону пришлось иметь дело. — Я пришел сюда не обсуждать с тобой морально-этическую сторону вопроса, дьявольское ты отродье. А обменять душу. — Голос Аарона звучал уверенно, но устало. — О-о-о, ты льстишь моему папочке, никакой он не дьявол. Так, демон с манией величия, кровожадностью и топором ручной работы. Так что привело тебя сюда, малыш Аарон? Что ты там так горячо возжелал, что аж притащил в залог свою светлую девственную душонку? Приставку? Или, быть может, пожить нормальной жизнью, а не слоняться по Штатам, как кочевые цыгане-убийцы, преследуя моего очередного подчинённого? Лицо демона скривилось в насмешливой ухмылке. Аарон прикусил внутреннюю сторону щеки. Демона хотелось послать к черту. Но, во-первых, он и так оттуда, а во-вторых, жизнь Эндрю важнее гордости и ущемленного самолюбия. — Мне нужна сделка, и ты не можешь отказать в ней. Натаниэль звонко рассмеялся. — Я король Ада, детка, я всё могу. Но для начала расскажи, что ты так отчаянно возжелал. А там посмотрим. Рыжий подмигнул, в очередной раз ухмыльнувшись. — Я хочу, чтобы ты исцелил Эндрю, он смертельно ранен. — О-о-о, как мило, так ты пришел просить за братца. А что, если я откажу? Ведь тогда на одного надоедливого охотника станет меньше. Аарон пораженно замер, такой вариант событий он не рассматривал. — Тьма всемогущая, ты бы видел свое лицо. Да, это определенно того стоит. Так и быть, я исцелю его. В конце концов, в вашем дуэте именно он отвечает за сарказм, красоту и хорошую музыку. Без него мне будет скучно. Только вот ведь незадача, сделку-то надо скреплять поцелуем в губы. Готов? — Сказал демон, широко улыбнувшись. Аарон представил то, что должно последовать дальше, и к горлу подступила тошнота. Его никогда не интересовали мужчины. — Я не гей. Натаниэль вздохнул. — Ты ханжа, детка, и почему вы, людишки, так любите все усложнять? Демоны по природе своей нейтральны, мы можем быть кем угодно и чем угодно. Но так и быть, я сегодня добрый, поэтому не будем создавать тебе новую психологическую травму. Он звонко щёлкнул пальцами, и на его месте возникла невысокая красивая рыженькая девушка. В чёрном коктейльном платье и туфлях на шпильке. Аарон не мог поверить своим глазам. Он, конечно, слышал про подобное от Эндрю, но никогда не сталкивался вживую. — Ну что, детка? Так легче? Можешь звать меня Кейтлин, в конце концов, именно это имя носит данная моя ипостась. Легче не стало, но Аарон все равно неуверенно кивнул. Всё ещё не в силах оторвать взгляд от девушки. Она, видя его заторможенность, подошла ближе и, положив руки на плечи парня, сказала: — Повтори полностью свое желание, детка. Аарон кивнул. — Я хочу, чтобы Эндрю был исцелен. И готов отдать за это душу. Рыжая внимательно вгляделась в его глаза. — Принимаю сделку. В этот же момент демоница переместила руку на его шею, притягивая к себе. И мягкими касаниями губ увлекая в поцелуй. Но мягким он был лишь в начале, пока Аарон не отпустил себя, падая в бездну этой греховности. Он не мог точно сказать, сколько это длилось, но когда поцелуй был разорван, а демона и след простыл, внутри у парня стало как-то пусто. Казалось, будто из пазла был вырван какой-то очень важный кусочек. «Ах да, у меня же теперь нет души», — подумал парень. Но каких-то острых эмоций не испытал. — «Нет ее, и черт с ней». — Была его последняя мысль перед тем, как отправиться в мотель к брату. Комната мотеля была ровно такой же, что и два часа назад. Старый ковёр, дешёвая мебель, маленький телевизор. Эндрю лежал на промокшем кровью одеяле, бледный, как полотно, с синяками под глазами. Его дыхание было хриплым и прерывистым. Всего час назад Аарон видел, как когти вендиго чуть не распороли его брата пополам. Сейчас же на месте ужасной раны зиял свежий розовый шрам. Причудливый, почти узорчатый, совершенно не хирургический. Чувствовалась рука демона с чувством стиля. Аарон стоял у стола, сжимая пластиковый стаканчик с кофе до хруста. Он ничего не чувствовал, ни радости, ни грусти. Но вид живого, дышащего брата наполнял его чем-то другим — нервным, лихорадочным облегчением. Эндрю пошевелился, его веки дрогнули, а затем глаза широко распахнулись. В них было чистейшее охотничье осознание происходящего. Он рывком сел, рука инстинктивно потянулась к тому месту, где должна была быть рана. — Что за чёрт... Аарон? Что случилось? — его голос был хриплым. Взгляд метнулся по комнате, выискивая угрозу, и остановился на лице брата. — Ты в порядке? Говори! — Всё... всё в порядке, Эндрю. С тобой, — Аарон сделал глоток кофе, но ком в горле не исчез. Эндрю оторвал взгляд от брата и посмотрел на свой торс. Он провёл пальцами по новому шраму. Его лицо исказилось недоверием. — Это неестественное заживление. Это... магия. Сильная. — Эндрю с подозрением посмотрел на брата. — Что ты сделал? Аарон Майкл Миньярд, ебаное ты несчастье, что ты натворил на этот раз?! — Я спас тебя. Что ещё я должен был сделать? Смотреть, как ты умираешь? — голос Аарона дрогнул, но звучал равнодушно, сухая констатация фактов. Внутри была лишь пустота. Он ничего не чувствовал. — Как? — Эндрю встал с кровати, его движения были слишком резкими для человека, который час назад был при смерти. Он подошёл вплотную к брату. — Говори! Аарон опустил взгляд. Он знал, что этот момент настанет, но не думал, что так скоро. — Сделка, — тихо выдохнул он. В комнате повисло гробовое молчание. Эндрю отшатнулся, будто от пощёчины. — Что? — переспросил он хриплым, злым шёпотом. — Сделка с демоном. Моя душа в обмен на твою жизнь. Равноценно, согласись. Одна душа за другую. Их вновь окутала немая тишина, которую разорвал оглушительный удар. Эндрю со всей силы врезал кулаком в стену. Штукатурка с треском посыпалась на пол. — Идиот, бестолочь! — его крик заставил задрожать стёкла в окне. — Я тебя тысячу раз предупреждал! Никогда! Ни при каких обстоятельствах! Ты знаешь, что это значит? Ты знаешь, что теперь с тобой будет? Аарон резко вскинул голову и посмотрел брату в глаза. — Я знаю, что ты жив! — и в его голосе впервые прорвалась толика чего-то настоящего. — А что было бы со мной, если бы ты умер, а? Ты думал об этом? Я бы остался один! — Во-первых, есть ещё дядя и Ники с Эриком. — Оборвал его Эндрю. — А во-вторых, лучше бы ты остался один, Аарон, чем связался с этими! Парень брезгливо передернулся и схватил близнеца за плечи. — С кем, Аарон? С кем ты заключил сделку? С каким-нибудь мелким бесом? Это был обычный демон перекрёстка? Аарон молчал, глядя в пол. — Аарон. — Голос Эндрю стал тихим и напряженным. — С кем? — С Веснински, — прошептал Аарон. Эффект, который произвели эти слова, был мгновенным и фатальным. Руки Эндрю разжались. Он отшатнулся, будто увидел призрака. Его лицо вытянулось от чистого, неподдельного ужаса. — Натаниэль? — его голос дрогнул. — Король Ада. Ты продал свою душу самому Натаниэлю Веснински? Аарон, ты вообще понимаешь, с кем ты имел дело? Это не просто демон! Он коллекционер и игрок, трикстер! Он не просто заберёт твою душу после смерти, он будет играть с тобой! И пришлёт счёт намного раньше! Внезапно лампа в комнате мигнула и погасла, оставив их в сумерках. Воздух резко стал горячим, в нем витал запах серы. Из приёмника на тумбочке полился тихий, игривый джаз. А он даже не был включен. Эндрю схватил ритуальный кинжал со стола. В углу комнаты, из сгустка теней, вышел Натаниэль. Но не в облике Кейтлин, а в своём мужском обличии — рыжие волосы, горящий синим пламенем взгляд и безупречный чёрный костюм по фигуре. Он улыбнулся, держа в руках два фужера с каким-то дымящимся синим коктейлем. — Ну вот, семейное воссоединение! Как я рад, что смог поспособствовать, — его голос был фальшиво-ласковым и позитивным. Демон протянул один фужер Аарону. — Для тебя, детка. «Голубая лагуна». Ты выглядишь осунувшимся после нашей встречи, бедняжка. Аарон машинально взял фужер. Эндрю шагнул вперёд, заслоняя брата. — Отойди от него, Веснински. — О-о-о, Дрю, ты всегда такой драматичный, — Натаниэль сделал глоток своего напитка. — И, если уж на то пошло, какой-то неблагодарный. Я ведь только что подарил тебе жизнь. Никакого «спасибо»? Или хотя бы «как мило с твоей стороны, Нат»? — Что ты хочешь? — прошипел Эндрю. — Сделка заключена. Убирайся. — Сделка, дорогуша, это только начало. Контракт — это искусство. А я — художник, — Натаниэль подошёл ближе, игнорируя направленный на него клинок. Его взгляд был прикован к Аарону. — Я просто зашёл проведать своего нового, — демон задумался, подбирая слова. — Аари теперь мой новый инвестиционный актив. И я решил предупредить. Он обвёл их обоих насмешливым взглядом. И остановился на Эндрю. — Видите ли, когда забираешь душу у такого чистого и непорочного существа, как твой братец, внутри остаётся вакуум. А природа, как известно, пустоты не терпит. Рано или поздно её нужно будет чем-то заполнить. А я, как ответственный контрагент, просто обязан проследить, чтобы этот процесс прошёл гладко. Он щёлкнул пальцами, и музыка стихла. Свет снова зажёгся. — До скорой встречи, Миньярды. Берегите друг друга. Особенно тебя, Аарон-детка. Тебе теперь нужно быть вдвое осторожнее. И он растворился, оставив за собой шлейф серы и дорогого парфюма. Эндрю тяжело дышал, всё ещё сжимая кинжал. Он повернулся к Аарону, и в его глазах бушевала буря из ярости, страха и отчаяния. — Ты слышал? Это не конец. Это только начало. Аарон медленно поднял руку и коснулся своего отражения в грязном зеркале. Он смотрел на своё лицо, на глаза, в которых не было ни страха, ни волнения. Лишь абсолютное ничто. — Я знаю, — тихо сказал он. — Но ты жив. И пока это всё, что имеет значение.