Эхо последней жертвы

      Утро выдалось обычным. Пока Дель готовила завтрак в виде яичницы и тостов, Фил старательно будил Марселя, который, по своему обыкновению, уснул лишь ближе к утру. Когда русоволосый, отчаявшись, выдернул подушку из-под головы друга, то тут же услышал необычный лязг металла о пол. Он замер, вглядываясь в неожиданно появившуюся вещь. — Марс, это что? — тихо пробормотал Филипп, не сводя удивлённого взгляда от наручников. — И как давно это с тобой? -М? — взъерошенные волосы упали на лицо, когда брюнет приподнял голову. Сдувая непослушные пряди с глаз, Марс уставился в пол. — А, это. Нашёл вчера в подвале, пока вы спали. — Это же чужое! И вообще, зачем ты туда ходил? — Мне не спалось, было интересно, что там может быть. Ты меня что, будешь отчитывать сейчас как мамочка? Захотел и взял, раз они это кинули в подвал, значит им особо то и не нужно. — Марсель недовольно поднялся с кровати, подбирая с пола свою ночную находку и тут же пряча её в свой рюкзак. — А вдруг оно проклято? — заговорщически пробормотал Фил, не сводя карих глаз с кислой мины напротив. — Значит, мы все умрём, — фыркнул в ответ, натягивая на себя серые бриджи с чёрной футболкой и направляясь прочь из комнаты.       Фил хотел ещё повозмущаться из-за халатности друга, но тот, не желая его слушать, уже растворился в дверном проёме гостевой.       Тёплый аромат яичницы и тостов заставляли окунуться в беззаботную детскую негу. Когда всё было хорошо, когда мама готовила завтрак на всю семью, попутно слушая о том, какие невообразимые сны снились Адель. Марс в то время тихо сидел за столом, вслушиваясь в разговор и вдыхая приятный запах еды. А когда на кухне появлялся папа после ночной смены, он с сестрой на перегонки бежали его обнимать. Всё, кажется, было таким сказочным. И почему же раньше он это не ценил так, как сейчас. Будучи подростком желал сбежать, жить отдельно, стать взрослым. А теперь, когда он взрослый, внутри сидит тот маленький мальчик и наивно просится обратно, просит всё вернуть. Он с радостью снова будет сидеть на кухне под тёплым взором мамы, вновь будет бежать встречать папу с работы и в шутку бороться с сестрой за его внимание. Но время прошло, а прошлое уже не вернётся. Впереди лишь сложная жизнь взрослого человека, который отвечает не только за себя, но и за Адель. Теперь он и мама, и папа, и брат в одном лице. Старший, серьёзный взрослый. — Приятного аппетита, — Деля поставила перед сидящим за столом Марсом тарелку с, пышущей жаром, едой.       Брюнет кивнул, беря в руки вилку и смотря на друга на входе в кухню. Карие глаза смотрели серьёзно, будто он хотел продолжить утренний разговор, но не решался это сделать перед Адель. Никто не знал, как бы суеверная девушка повела себя, услышав о том, что Марс что-то стащил в подвале дома. — Фил, чего ты встал? Проходи, а то всё остынет! — девчушка с неподдельной лёгкостью поставила очередную тарелку на свободное место и упорхнула к плите, взмахнув шатенистыми локонами. — Спасибо, Адель, — Филипп сел за стол, продолжая сверлить взглядом, — приятного аппетита. — Приятного аппетита, — словно ничего не замечая, отозвался Марс, принимаясь за яичницу.       Когда последняя порция была поставлена на стол, Адель уселась, поправляя подол своего лёгкого летнего платьица. Она оглядела парней с лучезарной улыбкой и тут же пробормотала: — А давайте как в американских фильмах, возьмёмся за руки и прочитаем молитву перед едой! — Ты даже молитв не знаешь, Дель, — хмыкнул Марс, откусывая хрустящий тост. — И что, я ведь могу притвориться, что знаю! Там ведь не обязательно вслух говорить.       Филипп лишь тихо хихикнул, беря в свою ладонь протянутую руку девушки, а свободную протягивая Марселю. Последний, смерив неуверенным взглядом двоих, обречённо вздохнул, но всё же взялся за протянутые руки. Теперь за столом образовался своеобразный треугольник, Адель довольно хихикнула, прикрывая глаза и шевеля губами в подобии молитвы. Фил последовал её примеру, а Марс лишь с усмешкой наблюдал за странным обрядом. В душе он был счастлив, что не смотря на все трудности, его сестра по-прежнему оставалась всё той же жизнерадостной девочкой, как и пять лет назад.       После плотного завтрака, ребята раскидали дела на день. На сегодня в планах было записать несколько роликов с опросами и сходить в магазин. Марсель настоял на том, чтобы поход в магазин совершался без него, так как ребятам стоило бы отдохнуть, а у него очень большой список, где стоит записать видео фрагменты. Сперва Фил и Адель долго спорили, но последний аргумент был за Марсом. Настояв на том, что одному человеку охотнее будут отвечать незнакомцы, нежели целой компании. Скрипя сердцем, Филипп согласился, пообещав присмотреть за Делей. Они вместе вышли из дома и распрощались на развилке. Двое пошли в сторону ближайшей остановки, а Марс направился в сторону немногочисленных домиков по просёлочной дороге. Он вставил небольшой наушник в ухо, который записывал его голос, заменяя петличку. При виде камер и микрофона, люди, зачастую, становятся агрессивными, не желая говорить. Поэтому, наученный горьким опытом и парочкой случаев разбитой губы, он решил тщательно скрывать аппаратуру. Небольшая камера, встроенная в брошь в виде черепа, красовалась на груди его тёмно-зелёной толстовки. Марс очень дорожил этим необычным устройством, каждый раз вспоминая, каких баснословных денег оно стоило.       Вскоре Марсель остановился перед первым домом, стоящим на его пути. Поправив лямки рюкзака, взятого больше для образа обычного студента, коим он мог притвориться благодаря своей подростковой внешности, Марс зачесал падающие на лоб пряди и, выдохнув, направился в сторону двери. Оглядывая достаточно свежий домик, обшитый сайдингом под красный кирпич, Марс инстинктивно нажал на звонок. Где-то за дверью послышалась трель, оповещающая о незваном госте, а после, спустя пару минут, тяжёлые, приближающиеся шаги. Дверь распахнулась и перед Марсом предстал мужчина средних лет. На нём были надеты домашние засаленные спортивки и растянутая белая майка, из-под которой выглядывал низ вздутого живота. Марс натянул на своё лицо дружелюбную улыбку, в тот же момент отмечая, что этот мужчина выглядел как типичный скуф. — Здравствуйте, господин, — стараясь заглянуть в глаза вышедшего, сказал на английском Марс, — я студент факультета журналистики. Если вам не сложно, могли бы вы ответить на несколько моих вопросов, пожалуйста?       Мужчина лишь, недовольно скривившись, оглядел парня с ног до головы, давая понять всем своим видом, что он явно ни на что не ответит. Выругавшись так, что Марс не понял смысла слов, мужчина тут же захлопнул дверь перед самым носом брюнета, заставляя того инстинктивно отшатнуться назад. — Придурок… — недовольно процедил сквозь зубы блогер, разворачиваясь и уходя от дома мужчины.       Следующий дом ему открыла девушка, по-видимому, студентка. Она выслушала вопрос Марселя, но, смущаясь при каждом слове, не смогла дать дельного ответа. Сказала, что не знает ничего про пропавшего когда-то мальчика, а после стала переводить темы, явно пытаясь наладить общение. Марс лишь виновато улыбнулся и сказал, что у него ещё много дел, тут же разворачиваясь и игнорируя слова о том, чтобы обменяться номерами. Настроение потихоньку падало, когда «улов», в виде дельной информации, отсутствовал.       Прежде чем совсем опустить руки, он успел ещё пройти пять домов. Где-то никто не открывал дверь, где-то просто говорили о том, что ничего подобного не слышали. Решив, что пора разворачиваться и идти домой, Марс напоследок уселся на небольшой валун, чтобы проверить аппаратуру на работоспособность. Он достал телефон из кармана джинсов и зашёл в приложение. Камера стабильно писала видео, а наушник звук. Брюнет тяжело вздохнул, поднимая голову к небу. Пол дня практически минуло, а информации как не было, так и нет. И что он будет заливать на канал? Пробежавшись взглядом кругом, Марс заметил небольшой старый домик, который словно вырос из земли. Кажется, до этого его здесь не было, а может, Марсель просто не обращал внимание. Строение было, по виду, в аварийной состоянии. Разбитое окно, словно наспех заколоченное досками, покосившаяся дверь, облупленная краска и большая трещина, проходящая через весь дом по правой стороне.       С минуту он колебался, стоит ли проверить это место. Оно выглядело заброшенно, но, возможно, там всё-таки кто-то жил? Решив, что терять нечего, Марс поднялся и направился прямиком к зданию. Когда он приблизился, в нос тут же ударил запах сырости и плесени. Марсель поёжился, чувствуя, что по телу бегут мурашки, как при входе в заброшки, в которых он ни раз бывал. Эти мурашки были от страха, смешанного с интересом. Его всегда манили подобные места, ведь они хранили в себе историю. Историю, которую никто не мог рассказать так, как само здание.       Не решившись сразу распахивать дверь, Марсель осторожно постучал. Подождав с пол минуты, он повторил то же действо с заколоченным окном. Не хотелось бы ворваться в чей-то дом или наткнуться на бездомных, зачастую снующих в таких местах. Изнутри послышались странные шуршащие звуки. Марс напрягся, вслушиваясь, пытаясь понять, что могло происходить по ту сторону. Вскоре всё стихло и ему уже стало казаться, что звуки померещились, были надуманы испуганным разумом. Он занёс ещё раз руку над дверью, но тут же, услышав оклик позади, резко развернулся, спотыкаясь о собственные ноги, и свалился с крыльца. Прошипев сквозь зубы от резкой боли в руке, приподнялся, закатывая рукав и оглядывая кровоточащую ранку на предплечье. Кажется, он упал на что-то острое. Спустя мгновение глаза зацепились за то, что принесло ущерб его конечности — битое стекло. И какой дурак его здесь оставил? — Внучок, ты в порядке? — неожиданно раздался совсем близко старческий голос, который не так давно вывел Марса из равновесия.       Голубые глаза метнулись в сторону голоса, оглядывая пожилую женщину. Она была одета в старую вязаную кофту, судя во всему, сделанную своими руками. Снизу, почти до земли, струилась чёрная юбка, обрамлённая цветочными вышивками, а на голове был платок. «Бабушка по всем канонам» — подумал Марс, медленно поднимаясь с земли и держась за раненную руку. — Ничего страшного, — тихо отозвался он, переходя на английский, — небольшая царапина.       Бабушка тут же заойкала, сцепив руки перед грудью и качая головой. Она стала говорить что-то, что Марс смутно понимал. Сказывалось, что он не так хорошо знал разговорный английский, а ещё странный, непривычный акцент старушки. Когда бабушка поняла, что брюнет ничего не понял, продолжая стоять на месте, она осторожно взялась за его здоровую руку, цепляя того под локоть, и потянула за собой. Марсель решил не сопротивляться, с одной стороны, если бабушка живёт здесь, то может что-то знать о инциденте с ребёнком, не стоило упускать такую возможность. Но, с другой стороны, он почему-то чувствовал необъяснимую тревогу.       В конце концов бабушка всё же довела Марса до небольшого домика почти на окраине поселения. Через небольшой огород уже начинался непроглядный лес, от чего по телу пробежала дрожь. Должно быть, страшно жить на границе с лесом, где бродят дикие животные. Он слышал, что здесь встречаются медведи и волки, а как бабушка будет бороться с оными? На секунду в голове мелькнула мысль, как старушка агрессивно раздаёт лещей своей авоськой лесным жителям. Сдержав смешок, Марс постарался состроить серьёзное лицо. — Проходи, не стесняйся, — забормотала женщина, открывая дверь в свою обитель, — давно у меня никого в гостях не было.       Марс осторожно кивнул, ступая за порог. В нос сразу ударил запах чего-то гниющего. Сдерживая рвотные позывы, он постарался не дышать. Что гнило, понять было невозможно. Но складывалось ощущение, что где-то умер какой-то грызун и его так и не нашли, оставив разлагаться за ближайшими шкафами. Бабушка указала своему гостю, чтобы тот прошёл в комнату напротив, пока она приготовит чай и достанет свою аптечку. Пока не менее, Марс понял только это. Остальная речь была трудно различима.       Блогер медленно прошёл в указанную комнату, заметив, что это была гостиная. У стены стоял небольшой старый диванчик, перед ним низкий круглый стол и старый телевизор напротив. Ничего лишнего, ничего необычного. Запах здесь уже был не такой явный, поэтому Марсель сдержался в порывах открыть окно. Совсем скоро в дверях показалась фигура, держащая в сморщенных руках два стакана горячего чая. Она поставила их на стол, с секунду постояла, а после двинулась в сторону старого комода в поисках. — Вам, может, помочь? — тихо поинтересовался Марс, когда бабушка копошилась уже более пяти минут. — Ой, — махнула руками в стороны старушка, — совсем старая стала, забыла, куда аптечку упрятала.       Марс поднялся с дивана, двинувшись в сторону бабушки. Он открыл верхние полки, заглядывая вовнутрь. Там покоились какие-то тряпки, накиданные небрежной кучкой. Следом осмотрелся за застеклёнными дверцами и нижние отсеки. Вздохнув, он почесал затылок, оглядываясь на бабушку, которая всё это время внимательно глядела за его движениями. — Может, вы примерно помните, куда могли её убрать? — сдавленно поинтересовался Марс, понимая, что с каждой минутой, проведённой в этом доме, только больше хотел уйти. И плевать на рану, из-за которой уже весь рукав его толстовки был испачкан в крови.       Бабушка отрицательно покачала головой. Плечи брюнета опустились, когда он понял, что, скорее всего, придётся выйти в ту вонючую комнату. Сделав пару неуверенных шагов в прихожую, Марс задержал дыхание. Но на его радость, нужная вещь оказалась открыто стоящей прямо у входа, на небольшом серванте с чайным сервизом. Быстро забрав небольшой ящичек, он вернулся, передавая тот в руки хозяйки дома. — Ох, так вот где она была! Совсем не заметила, — улыбаясь запричитала женщина, тут же ставя на стол находку и доставая перекись с бинтами.       Марсель лишь кротко хмыкнул, вновь усаживаясь на диван. Он следил, как она медленно выкладывала всё на стол, будто нарочно тянула время. Постучав пальцами по колену, брюнет собирался с мыслями. Как бы стоило спросить о происшествии? С чего начать? — А вы давно здесь живёте? — как бы невзначай поинтересовался Марс, беря в руки бокал с горячим напитком, но не спешил делать глоток.       Женщина на мгновение замерла, будто разбирая в голове, что только что спросил парень. За секунды тишины, Марсель уже успел подумать, что, возможно, он неправильно задал вопрос. Либо она его просто не расслышала. Старая, как-никак. Но, вновь оживившись, бабушка забормотала. — Сколько себя помню, столько здесь и живу, — она протянула сухую старческую ладонь, призывая Марса подать ей его раненное предплечье.       Он повиновался, продолжая, как бы мимоходом, расспрашивать. — А вы знаете что-то про случай с мальчиком, который пропал на двое суток в лесу? — Слыхала, — кивнула старушка, прикладывая ватку к ране, промачивая её перекисью. Марс тихо прошипел. — А потом, когда они его нашли… Вы слышали что-то об их семье? — брюнет поставил бокал на стол, который всё это время держал в свободной руке. — Уехали, наверное, — пожала плечами женщина, продолжая сосредоточенно лить перекись, — не видела их больше. И не интересовалась особо. — Вы не подумайте, я просто студент журналистики, а это такой проект, — Марс решил, что стоило бы объясниться, потому что дружелюбный настрой бабушки потихоньку сходил на нет.       Та лишь согласно кивнула, наконец-то начиная заматывать руку Марса бинтом. Закрепив полосу перевязочной ткани на кисти парня, она медленно сложила всё обратно в аптечку. Её помутневшие глаза тут же всмотрелись в лицо парня, словно она хотела что-то спросить, но молчала. И Марселю от этого стало совсем жутко. Сейчас, когда её лицо было напротив и смотрело прямо, он видел, что кожа её была настолько дряхлая и растянутая, словно кто-то надел на себя не очень качественный костюм бабушки. А глаза, как две мутные капли, смотрели в самую душу. И в голове почему-то появилось стойкое ощущение, словно такие глаза могут быть только у мертвых. Туманные, отречённые и холодящие душу. — Чего чай не пьёшь, внучок? — резко спросила бабушка, от чего Марс тут же вздрогнул, отводя взгляд к кружке, стоящей около правой руки. — Почему, я пью… Спасибо, — брюнет натянул на себя дружелюбную улыбку, понимая, что она, очевидно, выглядела слишком фальшиво. Он взял в руку бокал с подостывшим чаем, по-прежнему не делая глотка.       Глаза старушки продолжали сверлить, от чего парню делалось совсем дурно. Пересилив себя, он посмотрел на бабушку снова и, поднеся бокал к губам, улыбнулся, набирая жидкости в рот. Но старая не думала и отворачиваться, словно ждала. Пришлось проглотить чай. И только тогда бабушка растянулась в улыбке, тут же разворачиваясь и достаточно резво пошаркала к комоду.       Чувствуя, как холодный пот покрыл спину, Марсель заглянул в утварь. С ним, очевидно, было что-то не так. Он понял это, как минимум потому, что старушка уж очень хотела, чтобы парень выпил это варево. Неожиданно в кармане завибрировал телефон, оповещая о том, что кто-то пытался дозвониться до блогера. В голове он уже поблагодарил всех богов за шанс уйти, тут же доставая гаджет и смотря на экран. На нём белыми буквами высветилось слово «Волчара», это был Фил. — Да, Фил? Вы уже закончили, мне выходить? — тут же затараторил Марс, не переходя с английского.       Он заметил, как бабушка тут же обернулась, вслушиваясь, но решил сделать вид, что не видел этого. — Чего? Какого фига ты по-английски базаришь? — раздалось по ту сторону трубки. — У тебя проблемы? — Да, да. Тогда я уже иду, ждите. Я тут совсем недалеко, домик на окраине, — брюнет тут же поднялся, виновато улыбаясь и скидывая звонок, — прошу меня простить, но мне пора. Благодарю вас за гостеприимство. — Ох, так рано. Ну всего тебе хорошего, заходи к старой, а то скучно одной совсем, — тут же отозвалась бабушка.       Говорила она с некой лаской, но вот в её глазах читалось нечто иное. Марс не захотел вглядываться и разбираться, что же именно это было, поэтому просто поспешил выйти из дома.       Свежий воздух позволил задышать полной грудью. Он в несколько длинных шагов отскочил от дома на просёлочную дорогу тут же пихая два пальца в рот. Рвота никак не вызывалась, в такие моменты Марсель даже жалел, что у него плохой рвотный рефлекс. Когда уже почти вся рука вошла в рот парня, он наконец-то скорчился, извергая содержимое желудка на траву. Всё это время мысленно молясь, чтобы неведомая отрава не просочилась так быстро в кровь. — Марсель? — неожиданно раздалось за спиной, от чего обладатель данного имени тут же отскочил, оборачиваясь.       Голубые глаза встретились с серыми напротив. Небольшой хвостик, развивающийся на ветру, и бежевое пальто сразу дали понять, кто перед ним стоял. — Следишь за мной? — тут же недовольно выпалил Марс, искоса поглядывая на дом, из которого недавно выбежал. — Заняться мне нечем. — усмехнулся Рей. В этот раз на его лице не красовалась та самая улыбка, которую уже успел невзлюбить Марсель. — Ты чего здесь забыл?       Серые глаза проследили за тем, куда смотрел брюнет. Кажется, что плечи незнакомца напряглись, заставляя пальто чуть разойтись в стороны на его груди. Блогер оглядел парня перед собой, не до конца понимая, от чего тот выглядел… обеспокоенным? Нет. Это не беспокойство. Это был самый настоящий страх. — Тебе то какое дело? — Марс выпрямился, стирая с нижней губы влагу. — Помниться, ты в мои мамочки не записывался. — Ты был там? — проигнорировав, Рей сделал шаг ближе, осматривая парня с ног до головы. Увидев перебинтованную кисть, он, не раздумывая, схватился за неё, поднимая вверх. — Это что? — Я тебе на интервью что ли? — недовольно вырвав руку из хватки, фыркнул Марс. — Был там, и что? Любовница твоя? — Что с рукой? — не унимался странный парень, нависая над Марсом, словно грозовое облако. — Решил, что я мумия, — голубые глаза сверкнули надменностью, — поранился, если тебе нужно так доходчиво объяснять, для чего люди бинты мотают.       Рейнольд тяжело вздохнул, сжимая руками переносицу и закрывая глаза. Он, кажется, хотел что-то сказать, но не решался. Либо не мог подобрать слов. — Ты… — в очередной раз начал парень, но осёкся. Он ещё раз осмотрел Марселя, вздыхая. — Не ходи сюда больше, ладно? И вообще, уезжайте вы отсюда. — Командир нашёлся, — оскалился брюнет, поправляя рюкзак и делая пару шагов в сторону, — если ты один раз нам помог, это не даёт тебе право мне указывать, усёк? Бывай, надеюсь, больше не увидимся.       Марс развернулся спиной к русоволосому, уже не слушая, что тот говорил. Вообще всё это было слишком странно. Сперва стрёмная бабка, желающая отравить, потом этот чудик появился из ниоткуда, начавший читать нотации. День сегодня, похоже, невезучий. Стоило обратить внимание с утра, с какой ноги он встал и впредь так больше не вставать.       Спустя пять минут, как Марс шёл в сторону дома, он увидел две знакомые фигуры, которые двигались в его направлении. На душе стало легче. Адель и Фил были рядом, и они были в безопасности. А это самое главное. Первой к блогеру подбежала сестра, тут же оглядывая его со всех сторон. От её зорких янтарных глаз не ускользнула раненная конечность. Адель тут же, с грозным видом, взяла брата за ладонь, поднимая рукав кофты. — Кто это сделал с моим братцем? — злостно пробубнила Дель, смотря на белую ткань бинта, которая уже успела местами окраситься в красные пятнышки. — На фарш их пущу и глазом моргнуть не успеют!       Марсель усмехнулся, взъерошив свободной рукой шатенистые волосы. — Марс? Что за передряга? Кто тебя ранил? — Филипп оказался рядом, так же с беспокойством смотря на своего друга. — Не поверишь, — брюнет хмыкнул, — бабка. — Это когда это ты стал проигрывать в спаррингах женщинам преклонного возраста? — Фил улыбнулся уголками губ, но всё же продолжал напряженно глядеть. — Судя по всему — сегодня. — Не смешно! — Адель тут же ткнула брата острым локтем в бок, заставляя того ойкнуть и сделать шаг назад. — Мы так испугались, когда ты сказал, что попал в передрягу! — Извините, меня просто какая-то старуха подобрала около заброшки и завела к себе, а после хотела опоить каким-то странным чаем, — с наигранной невинностью оправдывался брюнет, не забыв в конце «похлопать ресничками». — Да ты у нас милфхантер, оказывается, — засмеялся Фил, тут же разряжая обстановку.       Марсель и Дель захихикали в ответ. По дороге домой ребята ещё пообсуждали успехи блогера, а после переключить на то, что будут готовить сегодня на обед. А самое главное — кто это будет делать. Решили смахнуться на «Ван-чу-вэс». Поэтому сегодня за обед отвечал тот, кто зачастую проигрывал в этой игре. Фил.       Марсель, недолго думая, решил начать с обработки видео, понимая, что информации было крайне мало. И была она крайне скудная. Выцепил пару минут с каждый, кто его посылал, либо сухо отвечал, а после выделил большой промежуток для видео с бабушкой. Казалось, что это выглядело как минимум кринжово, а как максимум — крипово. Что-то да должно было зацепить. Оставив видео обрабатываться, брюнет зачем-то решил просмотреть отрывок, где он встретил Рея. Он так хотел понять, что за эмоции были на лице парня, но, как назло, тот был выше, от чего даже подбородок не смог попасть в кадр. А вот очищение желудка заснялось отлично. Пожалуй, это надо удалить.