Правило напарника

«Волга» с визгом вынеслась с территории промзоны, оставив за собой облако пыли. Лопатин, всё ещё переводя дух, лихорадочно пытался осмыслить услышанное. – Второй человек на фото... Мы же его не видели! У нас только старый снимок! Как его найти? – Не искать, – сквозь зубы проговорил Макаров, лихо обгоняя грузовик. – Его имя уже было в тех документах, которые ты нашёл. Компания, которая пришла на смену «Вектор-Строю» после «несчастного случая». Кто её возглавил? Лопатин схватил свой планшет, пальцы дрожали. –«Строй-Альянс»... Гендиректор... Олег Крылов! – Вот и наш улыбчивый друг, – мрачно кивнул Макаров. – Он забрал бизнес, а спустя двенадцать лет решил избавиться и от соучастника. Алексея он подставил идеально: дал мотив, дал информацию, а сам остался в тени. И если бы не болтливый пацан... – Но мы не можем это доказать! – в отчаянии воскликнул Лопатин. – Улик нет! Одни догадки! – Улики есть, – Макаров резко свернул в сторону центра. – Они в том самом «БМВ». Номера ты запомнил? – Я... я не успел! – И я нет. Но его хозяин сейчас делает одну из двух вещей: либо уничтожает все следы, либо готовится к встрече с нами. И я почти уверен, что он выберет второе. Он не из тех, кто бегает. Он из тех, кто нанимает. Макаров набрал номер на своём древнем телефоне. –Алло, Санёк? Это Макаров. Скинь мне всё, что есть на «Строй-Альянс» и лично на Крылова Олега. Да, срочно. И... подними старые оперативные сводки. Август 2013-го, несчастный случай на стройке, Дроздов Иван. Кто был дежурным нарядом? Кто оформлял? Он бросил телефон на панель и мельком взглянул на Лопатина. –Крылов – не мелкая сошка. У него связи. И если он смог провернуть такую аферу двенадцать лет назад и остаться чистым, значит, у него были крыши в наших же рядах. Тот, кто оформлял то дело о «несчастном случае», либо куплен, либо запуган. И он до сих пор на службе. Лопатин почувствовал, как по телу разлилась ледяная волна. Они уже не просто расследовали убийство. Они копали под систему. –Что будем делать? – Для начала – остаться в живых, – Макаров свернул в тёмный переулок за зданием прокуратуры и заглушил двигатель. – А потом нанести упреждающий удар. – Удар? Какой? – Информационный. Если Крылов узнает, что мы вышли на него и копаем вглубь, он начнёт суетиться. А суетливые люди делают ошибки. – Макаров достал свой потрёпанный блокнот, вырвал листок и что-то быстро нацарапал. – Вот. Беги в архив, найди этого следователя, который вёл дело Дроздова. Не звони, не предупреждай. Просто найди и посмотри на его реакцию. – А вы? – А я, – Макаров потянулся к бардачку и достал оттуда старый, но ухоженный «ПМ», проверил обойму и убрал его во внутренний карман плаща, – пойду наведу справки о нашем друге Крылове. У людей его круга есть одна слабость – они любят, когда их боятся. А я сейчас пойду и напомню одному очень влиятельному человеку, что есть кое-кто, кто его не боится. Он открыл дверь. –И, Лопатин... Будь осторожен. Если почувствуешь, что за тобой следят – бросай всё, возвращайся сюда и жди. Не геройствуй. В этой игре герои живут недолго. Сергей смотрел, как его напарник, сгорбившись, уходит в сумерки, и впервые понял, что такое настоящая полиция. Это не протоколы и не погони. Это тихая, грязная война в тени, где единственное оружие – чутьё, наглость и готовность посмотреть в глаза самому дьяволу. Он сжал в руке листок с именем следователя и глубоко вздохнул. Пахло пылью, бензином и страхом. Но где-то там, впереди, пахло и правдой. Кабинет Олега Крылова находился на последнем этаже зеркальной башни в деловом центре. Вид на город был сногсшибательный, но Макаров не смотрел в панорамные окна. Его взгляд был прикован к самому Крылову. Тот сидел за массивным столом из красного дерева, и на его лице играла лёгкая, снисходительная улыбка. Улыбка человека, который знает, что все двери для него открыты. – Детектив Макаров, – произнёс он, жестом приглашая сесть. Голос был бархатным, спокойным. – Чем обязан визиту? Уверен, это какое-то недоразумение. – Недоразумение длиной в двенадцать лет, – Макаров остался стоять. Он медленно обвёл взглядом кабинет: дорогие картины, фотографии с влиятельными людьми, идеальный порядок. – Речь о вашем старом друге, Викторе Семенове. И о человеке по имени Иван Дроздов. Мгновенная тень пробежала по глазу Крылова, но улыбка не дрогнула. –Печальная история. Виктор был талантливым предпринимателем. А Дроздов... что-то припоминаю. Несчастный случай на стройке, кажется. – Очень несчастный, – согласился Макаров. Он сделал шаг вперёд и положил на лакированную поверхность стола распечатку той самой чёрно-белой фотографии. – Для всех троих. Крылов наконец взглянул на снимок. Его пальцы, лежавшие на столе, чуть заметно дёрнулись. –Старая фотография. Я уже не помню, кто это... – Вы помните, – тихо, но чётко перебил Макаров. – Вы помните каждый день той стройки. И то, как вы с Семёновым решили сэкономить на страховке, подмазав инспектора. И то, как Иван Дроздов начал копать нос не в своё дело. И то, как его «случайно» столкнули с лесов. Улыбка с лица Крылова исчезла, словно её и не было. Его глаза стали холодными, как сталь. –Вы очень рискуете, детектив, произнося такие вещи бездоказательно. – Доказательства – дело времени, – парировал Макаров. – А вот алиби ваше... оно, как мне кажется, не такое железное, как вам хотелось бы. Вы ведь не в офисе были в то утро, когда убивали Семёнова? Деловое совещание, как я понимаю, было в парке. Он наклонился чуть ближе, его голос стал почти интимным, ядовитым. –Я здесь не для того, чтобы вас арестовывать, Олег. Пока нет. Я здесь для того, чтобы посмотреть вам в глаза. Чтобы вы знали – я иду за вами. И мне абсолютно плевать на ваши связи, на ваши деньги и на ваших клерков в погонах. Вы убили двух человек. А я за это плачу людям зарплату. Крылов медленно поднялся. Он был бледен, но держался с прежним надменным видом. –Разговор окончен. Ваши фантазии не представляют для меня интереса. Мой адвокат... – ...уже ждёт моего звонка, – закончил за него Макаров. Он развернулся и пошёл к выходу, не оборачиваясь. На пороге он остановился. – Кстати, передавайте привет Алексею Дроздову. Когда будете давать ему очередные указания. Скажите, что детектив Макаров помнит его отца. И обязательно вспомнит того, кто его убил. Он вышел, оставив Крылова в одиночестве посреди роскошного кабинета. Дверь закрылась с тихим щелчком. Лопатин, тем временем, разыскал в архиве того самого следователя, который вёл дело о смерти Дроздова-старшего. Им оказался капитан Геннадий Сорокин, сейчас работавший в отделе по борьбе с экономическими преступлениями. Увидев Лопатина с запросом на дело двенадцатилетней давности, Сорокин не напугался. Не вспотел. Он устало вздохнул. – Опять это дело? – он покачал головой. – Да там всё ясно было. Несчастный случай. Что вы копаетесь? – Новые обстоятельства, – стараясь подражать манере Макарова, сказал Лопатин. – В деле о убийстве Семёнова всплыла фамилия Дроздов. Сорокин посмотрел на него долгим, оценивающим взглядом. –Слушай, пацан... Тебя как звать-то? Сергей? – он понизил голос. – Брось ты это. Ни к чему хорошему не приведёт. Дело старое, все шито-крыто. Зачем тебе чужие кости из шкафа таскать? Карьеру себе сломаешь. Это была не угроза. Это было... предостережение. От человека, который знал слишком много и давно смирился. Лопатин вышел из кабинета Сорокина с твёрдым убеждением: Макаров был прав. Система покрывала Крылова. И чтобы добраться до него, придётся ломать не просто законы. Придётся ломать стену молчания. Он достал телефон, чтобы позвонить напарнику, но тут же получил сообщение. От неизвестного номера. «Проверь счета Крылова. Переводы за последний месяц. Особенно – на имя Сорокина Г.Н. И будь осторожен. За тобой следят.» Сообщение было без подписи. Но Лопатин понял. Это был Макаров. Их тихая война только началась.