Тень и Огонь

Офис «Курс-Инвест». Дым стоял столбом, окна приоткрыты, на подоконнике — пепельница, переполненная бычками. На столе — папки, кофе, пачка баксов под ручкой, и где-то под бумагами торчит ствол. Обычный день у пацанов. Пчела листал документы — счета, контракты, накладные. Пепельница на столе уже полная, воздух тяжёлый, в окне закат — красный, будто кровью налит. Валера с Космосом спорили у окна: — Я тебе говорю, три процента много, — бурчал Валера, щёлкая зажигалкой. — Много? — Космос хмыкнул. — Ты на бензин глянь, на охрану. Всё растёт, а ты мне про три процента. Саша сидел сбоку, что-то чертил в блокноте. — Вы оба нудные, — усмехнулся он. — Деньги считать — не девок щупать. — Зато от денег толк есть, — огрызнулся Космос. — Девки приходят и уходят, а процент остаётся. Пчела не вмешивался. Перелистывал страницы, будто пытался найти там ответ. Голова тяжёлая, мысли всё про дом, про Алису. — Чего молчишь, Витёк? — Валера перевёл взгляд. — Не узнаю тебя. — Думаю, — коротко ответил Пчела. — Опять она? — прищурился Космос. Пчела усмехнулся безрадостно: — А кто ж ещё. Саша поднял глаза от блокнота, вздохнул: — Да ладно, брат. Всё наладится. Ты ж всегда выруливаешь. Витя посмотрел на него через сигаретный дым, тихо сказал: — Это не те дела, Саня. Тут не вырулишь. Космос махнул рукой: — Слушай, Пчела, ты б лучше плюнул и жил. Женщины — они как бизнес. Захотел — пошел к другой«партнёру». — Угу, — буркнул Витя, затягиваясь. — Только бизнес хотя бы договор подписывает. Парни переглянулись. Валера усмехнулся, но мягко, без подкола: — Может, у вас просто усталость. Возьми паузу, съездите куда-нибудь. — Она не хочет, — сказал Витя. — Она… ничего не хочет… В комнате на секунду стало тихо. Космос кашлянул, чтобы разрядить: — Так, — Космос хлопнул ладонью по столу. — У кого Новый год будем встречать? Парни подняли головы. Валера ухмыльнулся: — До Нового года ещё уйма времени, Кос. Сейчас только сентябрь. — Ну и что? — Космос подался вперёд. — Мне заранее знать надо, кого вести — Лену или Светку. Обе мозги выносят, мол, «с кем встретишь, с тем и проживёшь год». Саня расхохотался, хлопнул его по плечу: — Возьми обеих, брат! Год будет весёлый. Все засмеялись. Только Витя молчал, сидел в углу, крутил в пальцах зажигалку. Саша заметил это и кивнул: — Пчёл, а ты что скажешь? Витя поднял глаза, затянулся сигаретой: — Мне всё равно. — Тогда у тебя дома, — предложил Валера. — Как в прошлый раз. Витя выдохнул дым, посмотрел в окно: — Будет видно… Сейчас не до праздников. Тон был тяжёлый, и парни сразу поняли — дело важное. Фил прищурился: — Ну давай, рассказывай. Что у вас там? Витя помолчал. Потом достал сигарету, прикурил. — Сколько времени прошло, а всё как было. Я стараюсь, тяну, а ей по барабану. Холод. Ни тепла, ни слова. Как будто я пустое место. — Он остановился у окна, опёрся ладонью о подоконник. — Может, поэтому и дети не получаются. Не судьба, значит. Космос усмехнулся, но мягко, без злости: — Пчела, ты чё раскис, а? Ты же тот самый жук, который всегда добивается своего. Он выдохнул дым, посмотрел в окно. Голос стал ниже: — Иногда думаю… Может, зря всё это затеял. Эту свадьбу… — Пчела, — Валера покачал головой, — ты не из тех, кто сдувается. — Может, и не сдуваюсь. Просто надоело. — Он усмехнулся без радости. — Мы же не в кино, чтобы она меня вдруг полюбила. Повисла пауза. Космос ткнул его сигаретой в воздух: — Да ладно тебе. У тебя всё по жизни получается. И с ней получится. Витя хмуро усмехнулся: — Ага. Только тут, походу, другой сценарий. — Сделал паузу. — И этот одноклассник ещё объявился. — Кто? — насторожился Валера. — Алёша какой-то. Хрен его знает. Вчера домой приперлась вся сияет — мол, встретила и в ресторане они посидели. Космос прыснул: — Алёша? Серьёзно? Ну какой он тебе конкурент? Он же Алёша! Парни заржали, но Витя не смеялся. Глянул на них, затянулся. — Говорит, он честно работает. Не то, что я. Смех стих. Слова повисли в воздухе, как дым. Все знали, чем они занимаются. Не бизнес — кровь, риск, выстрелы по ночам. Саня подошёл, хлопнул Витю по плечу: — Не забивай голову, брат. Всё у тебя будет. Просто не сразу. Повернулся к остальным: — Поехали лучше в ресторан. Там ребята подтянутся. Посидим, отметим, Пчелу развеем. Витя кивнул. — Поехали. Они собрали бумаги, сунули пистолеты под куртки, надели пальто. Выходя, Витя затянулся в последний раз, затушил сигарету об стену и глухо сказал: — Хоть на пару часов не думать. В ресторане — привычный шум большого города. Смех, звон бокалов, лёгкий запах жареного мяса и дешёвого французского парфюма. В дальнем углу, за тяжёлыми шторами — “их” столик. Туда просто так не сядешь: стол заказан заранее, и официантки туда без вызова не суются. За столом — свои. Пчела, Валера, Космос, Саня и ещё пара человек из братвы. На столе бутылка “Беленькой”, пару салатов, мясо, соленья. Сигаретный дым стелется туманом. Разговоры ленивые, глухие — всё как всегда после тяжёлого дня. — Ну что, — Космос наливает, — за сделку. Чтобы всё прошло ровно, пацаны! Рюмки звякнули, кто-то сказал “будь!”, кто-то просто молча выпил. Пошёл разговор про то что после нового года будет все по-другому, про дела, про “новеньких”. Всё спокойно. Почти. Валера сидел рядом с Саней, что-то писал на салфетке — цифры, проценты, прикидки. Пчела напротив — спокоен, собран, общается с братком с другой базы, спиной к залу. Космос подмигивает проходящей официантке, та в ответ — робкая улыбка. Обычный вечер. И тут Валера вдруг замирает. Взгляд цепляется за фигуру в зале. Он медленно пихает Сашу локтем. — Сань… ты это видишь? — голос низкий, глухой. Саня повернулся… и тоже застыл. — Мать твою… — шепнул он, отводя взгляд. — Не смотри. Не говори ему. Но поздно. Витя уже заметил, как они переглянулись. Откинулся на спинку, щурится. — Чё вы там… шепчетесь? — хмуро. Молчание. Валера отводит глаза. Санька делает вид, что пьёт. Пчела оборачивается — и всё замирает. У дальнего столика, среди посетителей — Алиса. В белой рубашке, чёрной юбке, волосы убраны, лицо — спокойное. На ней фартук официантки. Она улыбается клиенту, принимает заказ — будто ничего особенного. — Твою мать… — рявкнул он и, оттолкнув стул, поднялся. Стул с грохотом опрокинулся. Он рванул через зал. Братки обернулись. — Это что сейчас было? — кто-то из них. Космос, усмехаясь, тянется за рюмкой: — Жену встретил. Саша скривился, глядя ему вслед: — Сурикова есть Сурикова… — пробормотал. Алиса в это время как раз ставила бокалы на поднос, улыбалась мужчине за столом. Работа ей давалась легко. Не ради денег — ради передышки. Хоть что-то не из Витиной тени. Хотелось почувствовать себя живой. И вдруг — сильный рывок. Кто-то хватает за локоть. Она оборачивается — и сердце падает в пятки. Витя. Лицо злое, глаза — чёрные, как омут. Сигаретный дым, запах его парфюма — всё знакомо до боли. — Пусти, — тихо говорит она. — Ты чё, мать твою, тут делаешь?! — рычит он, не отпуская. Подходит парень лет до двадцати пяти. — Отпустите девушку, — говорит спокойно, но уверенно. Поворачивается к Алисе: — Лис, всё нормально? Пчела смотрит на бейджик. Алексей. И всё внутри взрывается. Он усмехается — медленно, зло. — А-а… Алёша, значит. Вот ты какой у нас. Алиса испуганно: — Вить, не трогай его. Я сама сюда пришла. — Сама?.. — сквозь зубы. — Значит, сама решила в кабак официанткой работать?  Алексей делает шаг: — У вас проблемы, мужчина? Витя усмехается криво: — Есть. Жену хочу забрать. — Голос холодный, металлический. Алексей бледнеет, сглатывает. Он знает, кто это. Знает, под кем город, этих ребят все знают, но он не знал что он муж Алисы. — Понял, — тихо говорит, отступая. Витя потянул Алису к их столу. — Вить, пусти! — вырывается. — Молчи, — процедил он, хватая пиджак. Саша поднял глаза, усмехнулся: — Чё, Пчёлкина, решила как сестра повторить? — Сань… хоть ты не начинай, — рявкнул Витя. Братки переглядываются — кто с усмешкой, кто с любопытством. Но никто не лезет. Это их дело. Пчела забирает ключи, куртку, тянет Алису к выходу. Она упирается: — Мне вещи забрать нужно. Он поворачивается к Космосу: — Кос, забери её шмотки. Космос хмыкнул: — Будет сделано, командир. На стоянке Витя распахнул дверь машины, толкнул Алису внутрь. Сел за руль, завёл. Мотор рыкнул. Он выжал газ, и чёрный «мерседес» сорвался с места.