Концепция безысходности

Очередной стук в дверь и еле слышный шёпот за ней. Вай снова хватает миску в виде тыквы со столика, поправляет вставные клыки во рту языком и тянет ручку на себя. Трое ребят лет восьми стоят на пороге, протягивая пакеты: кто-то под рваной простынёй, девочка-ведьма и человек-паук. Еще в начале вечера Вай бы указала на их оригинальность, но не под конец. — Сладость или гадость?! — прокричали они. — Костюмы — отпад, — смеётся она, скаля зубы и поочередно высыпая последние разноцветные конфеты по пакетам. Есть небольшое ощущение, что эта компашка к ним уже заходила. — Рекомендую вам зайти к Миссис Робин, — Вай указала пальцем на единственный дом без освещения по ту сторону улицы. Женщина месяц готовилась к Хэллоуину, а это всяко лучше дешевых пластиковых клыков Вай, которые заставила её надеть жена, и полнейшим отсутствием каких-либо других атрибутов на лужайке. — Спасибо, — закивали дети, разглядывая угощение, пока спускались по ступенькам. Вай захлопывает дверь, мысленно заключая, что это последний раз, когда она вынуждена её открывать детям. Ужин, выпивка, желательно поменьше разговоров и ночной долгий сон — вот и все её приоритеты. — Пятнадцатое приведение, — громко говорит она, идя в столовую, — двенадцатая или тринадцатая ведьмочка и девятый человек-паук, — ставит миску на единственное свободное место на столе и хлопает по нему рукой, будто отчитывается. — В этом году паучков меньше. Прошла эпоха, — усмехается она, выплёвывая зубы и оглядывая кучу устрашающих угощений. — Конфеты кончились? — Бренда выглянула из-за колонны, подозрительно прищуриваясь. Этот темный парик Вай нравится больше остальных. — В кладовке должны быть пакеты. Я помню, что покупала ещё. Посмотри там. — Я — всё, — Вай поднимает руки ладонями к ней, надеясь, что это сработает. — Зубы всё равно придётся надеть для общего фото, — смиренным голосом, в котором невозможно не уловить нотки обиды, отвечает Бренда, возвращаясь к своему занятию. — Ты так уверена, что кто-то придёт в костюме? — она подходит сзади, приобнимая за талию. Трясущиеся руки собирают канапе — одной ей известно, зачем столько еды на шесть человек, а то и пять, если сама Бренда не сможет хотя бы что-то съесть. — Я попросила всех придумать костюмы, — отрывисто произносит она, слегка поворачивая голову в сторону Вай. — Я не знаю, доживу ли я до следующего Хэллоуина… А тебе так сложно подыграть мне хотя бы один день? Если бы Бренда знала, что Вай подыгрывает ей уже полтора года? С того самого дня, как они узнали про рак. Что было бы тогда? — Я поддерживаю любые твои идеи, — Вай укладывает подбородок ей на плечо, стараясь вздохнуть как можно тише, чтобы не спровоцировать. Пусть хотя бы один вечер пройдет без конфликта. — Правда? — она выбросила все из рук, демонстративно отстраняясь и разворачиваясь. Вай пришлось расставить руки по сторонам, упираясь сзади в край столешницы. Чёрные тени уже размылись на уголках глаз, алая помада на губах подсъелась, а во взгляде Бренды типичное «смеёшься?» — Тогда почему тебе так сложно поддерживать эти идеи до конца? — Если проблема в конфетах, то уже время позднее, — Вай старается не закатывать глаза, — если в зубах, то от них болит десна. Что ещё не так? — У тебя вечно на всё есть оправдание. Тебе правда сложно провести со мной праздник? — Ты хочешь сама себе испортить настроение? — хмурится Вай. — Потому что я не понимаю причину твоего такого расстройства. Ничего не делаю — плохо. Делаю — тоже плохо. Я бы вообще могла не соглашаться на эту вечеринку, раз уж на то пошло. — Так почему же согласилась? — равнодушно спрашивает Бренда, легко потряхивая головой. — Потому что я люблю тебя? — уже не выдерживает Вай, повышая голос. — Бренда! Черт возьми, о чём мы говорим?! Одно и то же. Из раза в раз, — она вскидывает руки, уходя вдоль кухонного островка. Фавн заскулил под обеденным столом от громкого звука. Кто же знал, что он попадет к таким родителям? — Ты говоришь об этом только во время ссор. Сама можешь вспомнить, когда говорила, что любишь, просто так? А не когда я в слезах или готова умереть в следующую секунду. Я… я женилась на другом человеке. — Да? — Вай встала посреди кухни, уперев руки в бока. — Я тоже женилась на другом человеке, — не может сдержать смешка. — И что бы ты сейчас не начала говорить про свой диагноз, — она указала на неё пальцем, — проблемы начались ещё до него. Так что если ты захочешь давить на жалость, то учитывай и это. — Я просто хочу дожить оставшееся в мире и тепле, — голос Бренды начал дрожать, а причины подразмытого макияжа выступили на глазах. — Я хочу, чтобы ты была рядом, чтобы мы были счастливы… почему это так сложно осуществить? — Я не помню, когда я за последние два года была счастлива рядом с тобой, Брен. И почему ты так уверена, что умрёшь? Эта маленькая опухоль отвечает на химию, прогнозы хорошие. Почему ты так в могилу стремишься лечь? — Эта, — она усмехнулась, втянув слёзы носом. — У меня метастазы, Вай, — Бренда улыбнулась. На щеках заблестела влага. — Я вчера забирала результаты МРТ у Гриннел… Почему бы нам просто не повеселиться в этот чёртов Хэллоуин? Метастазы — то самое слово, которое они обе боялись услышать всё это время. Вай будто парализовало — она стояла, смотрела на Бренду, оглядывала её с ног до головы, пытаясь принять услышанное. Смерть витала рядом с ними последний год, а теперь её холод можно ощутить спиной. Когда она собиралась открыть рот для слов, сделать шаг на встречу, то раздался звонок в дверь. — А пока я играю роль Елены Гилберт без чувств, — она смахнула слёзы, — ты доделаешь канапе, — Бренда удалялась в коридоре, оставляя Вай с квадратной едой, поскуливающим Фавном и… метастазами. Судя по громкому басистому голосу — на пороге Гордон, а там, где он, там и Ив. Её приторно-сладкие духи потом ещё неделю выветривать из дома, если не её саму. Бренда же любит оставлять брата в гостевой спальне и всю ночь слушать, как они усердно пытаются повысить демографию в и без того перенаселённой стране. Вай уверена, что Ив тайно пьёт противозачаточные, иначе они бы уже давно обзавелись ребёнком, Гордон ведь только сыном и бредит. — Корпорацию «Тайна» вызывали? — смеется он, входя в столовую. Гордон на полном серьёзе напялил этот безобразный парик цвета мочи. — Нам сообщили, что в вашем доме какая-то подозрительная активность… — Будем общаться с призраками, — Ив даже пришлось прилагать особых усилий, чтобы воссоздать образ Дафны. Она поставила на стол две бутылки вина. Вино не подойдет для установки контакта с призраками, нужно что-то гораздо крепче. У Вай есть ром. Отличный ром, который ждет своего часа. Она бы пропустила часть с ужином, сразу перейдя к своей цели. — Я ждала Шэгги, чтобы укуриться, — цыкает Вай, выкладывая канапе на тарелку. — Почему нам прислали их, милая? — спрашивает она у входящей следом Бренды. Во взгляде видит то ли разочарование, то ли издевку. Вай хотела отреагировать на новость, но ей не дали этого сделать, и теперь они обе вынуждены ждать момента, когда останутся в доме одни. Это будет самая ужасная Хэллоуинская вечеринка на памяти. Бренда действительно хочет запомнить этот праздник таким? — В этом году деньги на травку не выделяли, — смеётся она. — Довольствуйся глупыми богатыми детками. — А я не понял, — Гордон обошёл Вай, украв одну шпажку, — почему без костюма? — В этом году деньги на костюм не выделяли, — она разводит свободной рукой в сторону, идя к столу, чтобы поставить последнее блюдо. Интересно, будут ли ещё в жизни Вай выходные, когда в них не будет присутствовать Гордон? — Не верю, что ты ослушалась Брен. Ты не могла так с ней поступить, — он прошёл следом, но сел за стол рядом с Ив, теребящей свой зелёный шарфик на шее. — Могла, — улыбается Бренда, поджимая губы. — У вас же хорошая фантазия? Представьте, что я в костюме. — Дайен написала, что они уже подъезжают, — Брен загадочно улыбнулась, поправив на себе платье. — Ставим ставки? Клянусь месячной зарплатой, что это какая-то богатая сука. — Дайен снова с новой девушкой? — вздохнула Ив. — После череды студенток можно уже перейти на что-то посолиднее, да… — Коллега, — кивает Гордон, заталкивая в рот бутерброд. — Учитывая тот факт, что Дайен пригласила нас на свою выставку в следующую субботу, то это будет кто-то из арт-галереи, — пожимает плечами Вай. — А выставок у нее давно не было. — Точно! — Бренда указала на неё пальцами. — Ну, получается, что моё предположение тоже может оказаться верным. У меня вообще вылетела из головы эта выставка… Блондинка, брюнетка или что-то экзотичнее? — Лысая, — с набитым ртом говорит Гордон, подмигивая Брен. — Прекрасно, мы с ней сможем закосплеить твою машонку. — У меня не голые яйца! — возмутился он. — Тогда сочувствую Ив, — Бренда выглянула в окно, отодвинув тюль. — А вот и они. Постарайтесь вести себя так, будто вы не знакомитесь так каждую неделю, ладно? — она удалилась в коридоре. — Что с Брен? — кивнул Гордон, серьезно посмотрев на сидящую Вай напротив. Из-за стола она уже сегодня не встанет, подтолкнет ноги под пушистую тушу Фавна и будет ждать конца. — Это же Брен, — вздыхает она, моргая. — Ничего сверхъестественного. Кроме того факта, что она умирает. Кроме того факта, что его сестра и её жена умирает. О каком Хэллоуине может идти речь? Дом заполнился радостным голосом Дайен, а Вай бы хотела, чтобы сейчас в нём никого не было. Первой в столовую вошла конечно же она — несколько раз покрутилась вокруг себя, снимая ведьмовскую шляпу и размахивая своими чёрными кудрями во все стороны. О-ри-ги-наль-но. Для художника, рисующего дарк, могла придумать что-то поинтереснее. Или же она просто исполнила прихоть Бренды, купив костюм за двадцать минут до того, как оказаться здесь. — У вас страшно скучающие лица, — Дайен оглянула всех за столом. За ней вошла девушка, типаж внешности прежний — острые черты лица, выразительный взгляд, стройная фигура, только вот она значительно выше, как и самой Дайен, так и всех предыдущих её пассий. А самое главное — она без костюма, точнее, она в строгом чёрном брючном костюме. — Мой человек! — восклицает Вай, щёлкая пальцами. — Да, — кивает Дайен, отходя в сторону и притягивая к себе девушку за руку. — Знакомьтесь — Кейтлин. Украла её с работы, поэтому не придирайтесь. Я уже пошутила про Слэндермена, так что придумайте что-нибудь поинтереснее. — Та-ак, — улыбается Бренда, протискиваясь между Кейтлин и колонной, аккуратно отодвигая девушку. — Моя супруга — Вай, — она сложила руки на её плечи, немного сжав их. — Мой брат — Гордон, — указала на него, — и его невеста Ивонн. Думаю, подробности излишне, у нас весь вечер впереди. — Рада знакомству, — кивнула Кейтлин, поймав с каждым зрительный контакт. — Хорошо, что я не одна в повседневном, буду чувствовать себя не так неловко. — Да брось, — Дайен кидает шляпу на столешницу, следом подхватывает её за талию и ведет к другому концу стола. — Это самые дружелюбные люди, которых я знаю. Пока Бренда возилась со льдом и напитками сзади, Кейтлин оказалась сидящей рядом с Вай. Фавн под столом подал голос, заставив её приподнять черную скатерть, а гостью — вздрогнуть. — Он, конечно, старый, — качает головой Вай, смотря, как Фавн осуждающе смотрит на новые женские стопы, — но на пуфик не похож. Аккуратнее с ногами, — кивает она Кейт, опуская скатерть обратно. — Прошу прощения, — Кейтлин слегка покраснела, приложив руку к груди, — я не знала, что там кто-то есть, — теперь она приподняла скатерть. — Как его зовут? — Фавн, — снова с набитым ртом отвечает Гордон. Тарелка с бутербродами опустела уже наполовину. — Не тот, что из Нарнии, а тот, что с лабиринтом, — продолжил, чавкая. В приюте у Фавна была кличка «Боб», но она не нравилась ни Вай, ни Бренде, поэтому на семейном совете он окончательно стал Фавном, просто потому что им обеим понравилось звучание, а не из-за чего-то конкретного. За этим пушистым старичком, с частичной алопецией из-за плохого обращения прошлых хозяев, тоже следует смерть. Каждое утро Вай надеется, что он все еще храпит на ковре в гостиной. В последнее время Фавн стал лаять гораздо реже. — Интересное имя, — она украдкой посмотрела на Вай, опуская скатерть. — Лёд, — Бренда протягивает руку с ведёрком между ними, ставя то на стол. Далее появилась бутылка рома. — Предлагаю сразу выпить, — Брен оказалась у своего места во главе стола рядом с Вай, наливая в её стакан алкоголь. — Лучше побыстрее, пока Гордон все не съел, — Ив ударила его руку, снова тянущуюся к бутербродам. У всех в бокалах появилось вино. Вай крутила в стакане ром с ледяными шариками и ожидала, что Бренда подготовила себе сок, но её бокал тоже наполнился ромом. Она молча взяла стакан Бренды и отставила подальше в свою сторону. Пить алкоголь — безрассудно с ее стороны. Но Бренда стрельнула гневным взглядом, вернув стакан себе. — Брен, не выделывайся, — тихо говорит Вай, жмурясь от недовольства. — Вот тут я её поддержу, — тыкает пальцем Гордон, строго смотря на сестру. — Я, конечно, не твой онколог… — Успокойтесь, — она блаженно улыбнулась, пытаясь совладать со своими истинными чувствами, которые Вай ощущает и без слов. — Сегодня можно, так что давайте выпьем за эту прекрасную компанию, — Бренда подняла стакан, а все без раздумий поддались, поднимая свои. Вай же потрясла свой стакан в воздухе, продолжая сверлить взглядом Брен, делающую несколько глотков рома — ей будет плохо, Вай попрощается с ночным сном, а потом они снова удивятся метастазам. — Может, остановишься, пока не поздно? — Вай не теряла надежд. Как бы ни было, но она любит Бренду и искренне переживает за неё. — Кейтлин, — Брен повеселела и подалась вперед, игнорируя Вай, — расскажи нам, кем же ты работаешь? Костюм идеален, я просто не могу отвести взгляд. Их брак скатился в это — игнорирование, умалчивание, принуждение и избегание. Или так воспринимает всё только Вай. В чёртовой церкви пять лет назад они клялись, что будут уважать друг друга, что со всеми проблемами будут справляться вместе, что будут слушать и слышать, а выходит не так. Выходит, что существует только Бренда. Как только её пригласили преподавать историю искусств в университет — Вай отошла на второй план. И может именно тогда нужно было переступить через себя и принять решение расстаться, но она не смогла. Тянула, тянула, тянула, пока Бренда не заплакала у нее на плече после приёма у онколога. — Ты была права, Вай, — Бренда обхватила её запястье, вырывая из мыслей. — С нами за столом сидит арт-директор выставочного комплекса. — Билеты на мою выставку для вас бесплатны, — подмигнула Дайен, делая глоток вина. Знали бы они все, как Вай похрен на этого директора, Дайен и ужин. Знали бы они, что рак Брен дал метастазы, то были бы так же веселы? Гордон бы так же без проблем позволил той пить алкоголь? Продолжил бы с животным аппетитом уплетать закуски? Пошла ли бы Ив включать музыку? А Дайен строить глаза Кейтлин? Остановить мир и разрыдаться — желание Вай, которое никогда не будет исполнено, потому что сейчас её мир — Бренда. — Только не громко, пожалуйста, — простонала Вай, вслед уходящей Ив. — В общем, — Дайен попыталась собрать внимание на себе, взмахнув руками, — в этот раз концепция безысходности. Сюжеты простые, но чем дольше всматриваешься, вдумываешься, тем ужаснее становится. Я хотела запустить эту выставку пораньше, на этой неделе, но… опоздала. — Там все равно не было свободных мест, — добавляет Кейтлин, ставя бокал на стол. — Не хочу спойлерить, — открещивается она, — так что придёте и все сами увидите. — Столик с закусками и шампанским будет? — кто, как ни Гордон мог это спросить. — Конечно, будет, — кивает Кейтлин. — После открытия выставки будет афтепати, на которое вы тоже приглашены. — Слышала, Ив? — кричит Гордон. — Мы поедем на такси. — А ты, — Вай переместила взгляд с руки бренды на глаза, потянувшись за стаканом, — будешь за рулем. — У-спо-кой-ся, — отбила она пальцами. — Ты бессмертная что ли? Я не собираюсь это поддерживать. Я хочу поддерживать тебя, а не твое безрассудство. Кто-то кроме меня может ей вернуть здравый смысл? — Вай искала поддержку в каждом, но всем будто наплевать. Человек, с отсутствующей поджелудочной железой, прошедший очередной курс химиотерапии и облучения, пьет алкоголь — да всё в порядке вещей, что вы! — Вай, — Дайен склонилась над столом, — позволь своей женщине пропустить стаканчик рома. После одного вечера никто не умрёт. — А в чём проблема? — Кейтлин недоумевающе оглянула всех, задержавшись на Вай. — Ни в чем, — Бренда одергивает руку, сцепляя их в замок перед собой. — Просто Вай… — У нее метастазы, — она произносит это и допивает залпом ром из своего стакана. Видит, как лицо Гордона застывает, как Дайен перестает жевать, как Кейтлин бегает взглядом от Брен к ней, и как Ив ставит музыку на паузу, садясь на свой стул. Молчать больше не могла. — Вай преувеличивает, — начинает смеяться Брен, отводя взгляд, — это просто несколько новых опухолей размером с горошину, ничего страшного. — Это правда? — спрашивает Гордон. — Это правда? — такой же вопрос от Вай, потому что лучше бы это была глупая несмешная шутка. — Ну погодите, — Дайен убрала кудри за уши, пытаясь сконцентрироваться, — сейчас ведь только закончился курс, верно? Значит всё должно убиться, просто нужно подождать. — Если бы это всё поддавалось химии, то нахрен не появилось бы, — процедила Вай, откинувшись на спинку стула. — Зачем? — Бренда посмотрела ей в глаза, расслабившись. — Зачем ты вот сейчас это развела? Я попросила об обычном Хэллоуине. — Да потому что я уже не могу видеть, как ты умираешь, Брен! — Вай подскочила со стула, схватила ее наполненный стакан и швырнула в кухонный гарнитур. Стеклянная крошка громко рассыпалась по полу. — Я не хочу участвовать в этом цирке! — она с отвращением оглянула окружающую обстановку: горящие свечи, тыквы, украшения. — Если ты хочешь умереть, то найди способ менее болезненный, — и взяла со стола бутылку рома, демонстративно подкинув в ладони. Этот вечер изначально был обречен на провал, Вай просто не стала оттягивать роковой момент. Пошла в сторону парадной, предварительно позвав с собой Фавна. — Испортила праздник и уходишь? Серьёзно? — Абсолютно. Она захлопнула за собой входную дверь и села на скамейку на крыльце. Плед, заботливо оставленный Вай для самой себя, уже ждал её. Помогла забраться Фавну и укрыла в первую очередь его, оставив немного ткани для своих ног. Пара глотков с бутылки — и всё должно стать лучше. Может, и Брен так же думала, но тогда она уж очень плохо думала, для человека с высшим образованием. Дети в уродливых костюмах продолжали ходить по улицам, заглядывая в каждый дом. Пищали от страха только когда дверь открывала Миссис Робин, а так по улице разносился только смех и глупые детские разговоры. Будет не очень, если кто-то из команды заприметит Вай с бутылкой рома, но какой детский мозг сможет доказать, что это был ром? Никакой. Раньше они с Брен тоже украшали дом снаружи к Хэллоуину. Уже второй год проходит без украшений, одна гирлянда висит круглый год, и у той уже перегорела пара лампочек. — Надо купить, да? — Вай потрепала Фавна за проплешину на голове — он лишь что-то буркнул на своем собачьем и тяжело вздохнул. — Тебе везёт — не нужно ходить на работу, бегать по магазинам, врачам и остальному обязательному дерьму. Счастливчик, не иначе. И прости за крик, вариантов не было, — пёс снова что-то проскулил. — Спасибо, что всегда меня прощаешь. Курить будешь? — она вслепую нащупала пачку сигарет на столике. Фавн промолчал. — Всегда отказываешься, меня начинает это обижать, — с третьей попытки зажигалка выдала огонёк и Вай смогла подкурить. За эти годы она не заметила, как превратилась в своего отца, который теперь так же вечерами сидит на крыльце, курит сигару и осушает стаканы. До бутылки ему не дойти, потому что уснёт он намного быстрее, а Вай отдала бы все, лишь бы уметь вырубаться с пары бокалов, как он. Надеяться провести эту ночь в фазах сна было глупо, остаётся верить, что хотя бы несколько часов удастся поспать. Пусть и уже утром. Дверь открылась — кое-кто захотел вернуть кое-кого. Фавн мгновенно оторвал от скамейки голову, но вместо Бренды из дома вышла Кейтлин, которая сначала посмотрела на другое крыло крыльца, а затем уже увидела Вай. — Дай угадаю, — щурится Вай, указывая на неё сигаретой, — тебя, как единственную подходящую жертву, меньше всего заинтересованную в происходящем, отправили меня вернуть? — Нет, — она запахнула пиджак, продев несколько пуговиц, а из кармана достала пачку сигарет. — В доме же нельзя, верно? — Верно, — кивнула она, не ожидая такого поворота. Пыталась придумать, куда можно предложить сесть. Фавна она двигать не хочет, сама тоже вряд ли встанет. — Я постою, всё в порядке, — Кейтлин прошла мимо, вставая у столика с пепельницей. Вай не любит разговаривать с Фавном при посторонних, а тем более при человеке, которого она видит первый и последний раз. В искусство общения с ним посвящаются только избранные, поэтому эта пара минут тишины с тлеющим табаком и глотками рома казалась неловкой. Вай даже не может сказать, какая это по счёту девушка Дайен, с которой она вынуждена делить одно крыльцо и пепельницу. Очередная компания детей с криками сбежала от Миссис Робин, заставив Вай хмыкнуть — интересно, что та придумала, раз ей удаётся оказывать такой эффект? Эксгумировала скелет Мистера Робина? — Знаешь, какую фразу я люблю больше всего? — Кейтлин потушила бычок и направилась ко входу. — Страшно не там, где пугают, а там, где не боятся, — она подмигнула и скрылась в доме. Справедливости ради, этот выбор Дайен Вай даже нравится — не навязывается, не занимается самоуправством и не лезет с глупыми вопросами. Но, судя по всему, как и любой творческий человек, как Бренда и Дайен, Кейтлин любит замысловатые интерпретации действительности. А загадки человечества Вай разгадывать уже устала. Как и пытаться спасти хотя бы одного его представителя. — Я была бы хорошей собакой, Фавн? — Вай запрокинула голову, пялясь в потолок, и похлопала тушу пса — он то ли хрюкнул, то ли всхрапнул. — Сочту за комплимент.