Я стал богом в игре ужасов

(п.п.: Существует мотив поедания плоти мифических существ, который часто связан с получением бессмертия, магической силы или ужасным проклятием.) Бай Лю с самого момента посадки в машину чувствовал доносящийся с переднего сиденья насыщенный рыбный душок. Он полагал, что виной тому был Андре, с утра поглотивший немало тухловатого рыбного филе. Каково же было его удивление, когда источником запаха оказался водитель. Выходит, когда вчера в машине он почуял тот же запах, он исходил от самого шофёра. Однако в сравнении с сегодняшним, тот казался просто цветочным раем – сейчас от мужчины разило несравненно сильнее. Бай Лю прикрыл нос и с любопытством окинул водителя взглядом, отмечая в уме: «Похоже, этот тип... тоже чудовище». [Внимание! Игрок допустил ошибку распознования! Данный NPC не является монстром и не может быть внесён в книгу! NPC находится в состоянии мутации!] [Ошибка распознования. Уровень доверия данного NPC к игроку значительно упал. Возможны агрессивные действия в отношении игрока] Водитель медленно откусил кусок сэндвича, а его бегающие глаза ненадолго остановились на Бай Лю, как вдруг он прорычал злобным тоном: – … Ты думаешь, от меня воняет? В душе Бай Лю ответил: «Ещё бы», но вслух категорически отрицал это: – Вовсе нет. – Ты смотришь на меня, как на какого-то монстра. Тьфу, напыщенный богач. – Мрачно бросил водитель и, развернувшись, продолжил есть, игнорируя дальнейшие попытки Бай Лю завести разговор. Хм, ситуация стала сложнее. Теперь Бай Лю получить информацию стало значительно труднее. К тому же, он не может напрямую давить на мужчину – система уже предупредила, что у того проявляется агрессивное поведение к Бай Лю. Он вертел монетку в руках, а затем уговорил Люси расспросить мужчину. Тот лишь фыркнул, но всё же ответил на её вопрос. – Достопримечательности, конечно же, связаны с русалками, – водитель усмехнулся так, что по коже пробежали мурашки. Его зрачки метались по глазницам, и было невозможно понять, на кого именно он смотрит и с кем говорит. – Наше рыболовство – не просто ловля обычной рыбы. У нас проводятся особые мероприятия по поимке русалок, и только по ночам. А музей – не обычный музей. Мы создаём из пойманных русалок восковые фигуры и выставляем там. Самое первое тело русалки, которое мы выловили, тоже хранится в музее. – Ловля русалок? – Переспросил Бай Лю. – Вы правда это делали? Мужчина проигнорировал его, и лишь после того, как Люси повторила вопрос, ответил с многозначной ухмылкой: – Да. Хоть кроме первой, что была невероятно прекрасной, все остальные попадались ущербные, низшего сорта, да еще и с неполноценной формой тела. Но это точно были русалки. Андре вдруг презрительно хмыкнул: – Просто завлекаловка для туристов. Кто-то правда в это верит? Джефф приоткрыл рот, словно желая что-то сказать, но тут же закрыл его. Однако по его глазам было ясно, что он был тем, кто верил в их существование. Видимо, после утренних побоев он не осмеливался возражать. Но Люси была другой. Она с возмущением посмотрела на Андре и громко заявила: – А я верю! А ты, Бай Лю? – И тут же повернулась к нему, всё ещё на взводе. – Всё станет ясно, когда увидим своими глазами, – спокойно ответил Бай Лю. – Пойдём вечером на рыбалку, и всё поймём. Андре не смел грубить Люси, но на Бай Лю он готов был отдавать колкости буквально к каждой фразе. – Надеюсь, кое-кто вечером не сбежит, рыдая от страха, – язвительно заметил он, и на лице расплылась откровенно злобная ухмылка. А взгляд Андре скользнул по Бай Лю. – Если ты с воплями свалишься за борт и рыбаки примут тебя за русалку, выловят и сделают статую, мы тебя точно не станем спасать. Но с удовольствием пойдём в музей взглянуть на твоё изваяние. Ах, бедный и несчастный Бай Лю. Андре притворно вздохнул, всё также ехидно ухмыляясь, словно уже видел, как Бай Лю тонет и превращается в скульптуру. Бай Лю на мгновение задумался, прежде чем вспомнил о пари с Андре на вечер – им нужно было доказать, кто из них смелее. А содержание этого спора он утром выведал у Люси: Андре и Бай Лю должны были арендовать два каноэ и провести ночь, дрейфуя в открытых водах у побережья города. Тот, кто первый не выдержит и вернётся к берегу, будет признан трусом и недостойным Люси. Сама же она была против этой авантюры, но персонаж, которого играл Бай Лю, проявил невероятную упёртость и настоял на своём. Ночная морская гладь в хоррор-игре, посвящённой русалкам... Бесспорно, это было самое жуткое место. Бай Лю ни за что не отправится в такое место с идиотом, явно недоброжелательным к нему, не разобравшись как следует в обстановке. Он не сомневался, что, столкнувшись с его лодкой в открытом море, Андре без колебаний перевернёт её, отправив Бай Лю на самое дно. А он не умел плавать. В некотором смысле, русалки, сирены и прочая морская гадость пугали его куда меньше, чем сама вода. Стоило ему оказаться в море, и всего через несколько минут бездонная толща воды словно сожмёт его горло, вытеснит воздух из лёгких и поглотит в ледяном мраке. Эта беспомощность перед лицом смерти вызывала в нём глубочайшее отвращение, ведь у него не было бы ни малейшего шанса на борьбу. Если того не требовала крайняя необходимость,Бай Лю старался не приближаться к морю, и его выражение лица выдавало явную неприязнь к этой глупой затее с пари. Андре разразился диким издевательским хохотом: – Ну ты посмотри! Посмотри на нашего молодого господина! Да что в тебе есть, кроме денег? Даже к морю боишься подойти! Бай Лю с абсолютно искренним удовольствием кивнул: «Верно, я совершенно бесполезен, зато богат». И одного этого было достаточно для его полного восторга. Даже если эти деньги были виртуальными, они всё равно приносили ему радость. Андре: – … Почему он выглядит так, будто его только что похвалили?.. Андре фыркнул с презрением: – Значит, ты отказываешься от Люси? Бай Лю уже собирался напрямую заявить Андре, что не намерен участвовать в этом смертельно опасном деле, как вдруг его монета на груди завибрировала, выводя новое задание: [Активировано побочное задание: «Корабль истинной любви». Игрок Бай Лю должен до отъезда из города Сирен выполнить условия пари и одержать победу над Андре. Награда: 100 очков] Бай Лю: – … Награда в целых 100 очков! Жажда денег в мгновение ока перекрыла страх перед водой. И тот холодно ответил: – Нет. Я еду. И обязательно выиграю. Тронутая до глубины души Люси обняла его: – Ах, малыш, когда вернёшься, мы обязательно должны провести чудесную ночь. В её словах сквозили откровенные намёки, а рука скользнула вниз по бедру Бай Лю, прямо к самому интимному месту. А соблазнительный взгляд сопровождал всё это действо. Бай Лю молча убрал её руку, и в голову пришла внезапная мысль. … Постойте. Неужели «Корабль истинной любви» подразумевает именно то, о чём он подумал? Неужели после всех гуляний в море ему придётся возвращаться и погулять с Люси в постели? Подобные сцены действительно часты в западных хоррорах. Позволить главному герою «полакомиться» героиней перед финальной сценой ужасов, в качестве своеобразной награды. Но Бай Лю, как геймдизайнер, всегда считал такие «бонусы» лишёнными всякого смысла. Он предпочитал награждать игроков чем-то вроде кучи денег... Возможно, именно поэтому его игры и провалились. Но от подобной «награды» он бы с радостью отказался. … Мало того, что ему предстоит рисковать, оказавшись прямо за бортом в открытом море, так ещё и по возвращении его ждала перспектива быть использованным Люси. От осознания этой двойной аферы, не сулящей ему никакой выгоды, Бай Лю охватило гнетущее чувство убыточности. Однако он также не мог прямо выйти из рамок своей роли и объявить: – Давай расстанемся, я, вероятно никогда не смогу удовлетворить тебя. Подобное вполне могло бы снизить уровень доверия, которое персонаж испытывал к нему. Печальным пример с водителем, чьё доверие у нему уже упало, служит ему суровым предостережением. Совершенно очевидно, что эти персонажи скрывают в себе очень много информации. Если он сделает что-то, выходящее за рамки роли или будет воспринято как ошибка, Бай Лю, скорее всего, будет отвергнут ими и упустит ключевые подсказки. Но неужели ему в самом деле придётся пускаться в «Корабль истинной любви» с Люси? Бай Лю погрузился в глубокие раздумья... Ладно, будь что будет. В конце концов, у него и в первый раз ничего не вышло, так что неудача со второй попытки была вполне закономерной. Даже если бы всё получилось, он всегда может притвориться, что это не так... Бай Лю с лёгким сердцем принял установку на свою «импотенцию» и посмотрел на Люси с чувством, будто смотрит на сестру (нет) и внезапно она показалась ему куда приятней. Водитель обернулся: – Днём вы сначала посетите наш музей. А ловля русалок начнётся только ночью. Все единогласно согласились. Мужчина повёл машину зигзагами, огибая пляж с тыльной стороны. На том же пляже Бай Лю увидел множество высохших останков. По словам шофёра, это и было то самое место ловли, а останки – изуродованные фрагменты тел русалок, вытащенные на берег. Те, что были слишком изувечены, побросали на песке, а те, что сохранились получше, залили раствором и превратили в скульптуры и восковые фигуры для музея. Бай Лю и вправду разглядел на песке множество огромных рыбьих хвостов и белеющие человеческие черепа. Всё это было в беспорядке разбросано по берегу. Рядом сушились несколько сетей. Рыбаки, выходившие собирать эти кости и сети, поднимали глаза и встречались взглядом с Бай Лю и его спутниками. Ночью он не разглядел как следует горожан, но теперь, при свете дня... Внешность этих местных жителей была весьма странной: они имели зловещее сходство с водителем, но при этом выглядели даже более чудовищно и нечеловечно. Их белки были неестественно белыми, непрозрачно-белыми, а зрачки – крошечными, словно горошины, беспорядочно плавающими в глазницах. Сами глаза были широко расставлены, будто расположены по бокам лица, почти у самых ушей, напоминая Бай Лю сомов. Около глаз у них были серо-чёрные узоры, похожие на мраморные разводы, которые расползались от век вплоть до шеи. Их движения на солнце были очень медлительными, а ступни будто зудели, постоянно потираясь о песок. Если Бай Лю не ошибался, на их ступнях, похоже, росли зеленоватые чешуйки, готовые вот-вот отпасть. Они смотрели на проезжающую машину Бай Лю с застывшей, тупой улыбкой, словно дети, почуявшие еду. Люси была тоже напугана внешностью этих рыбаков. Она тихо пробормотала: – Они такие странные... Эти жители выглядели куда причудливее водителя. Больше, чем на людей, они походили на... Несуразных глубоководных рыб. Мужчина у руля, проглотив последний кусок сэндвича, источавшего едкий рыбный запах, улыбнулся, обнажив ряды чёрных зубов, покрытых рыбным фаршем: – Разве? Здесь у всех такая внешность. Ну, наверное, потому что мы едим любую рыбу. Это не очень полезно. Бай Лю прищурился. Он считал, что эти горожане тоже похожи на монстров, но тут же остановил себя. Он уже ошибся с водителем. Хотя и горожане, и шофёр явно были не совсем людьми, самого мужчину нельзя было внести в «Книгу монстров». Была вероятность, что эти похожие на монстров люди, как и водитель, тоже не соответствовали игровым настройкам монстров. Если настроить против себя такое количество жителей, последствия будут серьёзными. Но Бай Лю не был настолько глуп, чтобы всерьёз считать их обычными людьми. «Не чудовища» имело две возможности: Первая. Ими они действительно не являются. Вторая. Возможно, они не соответствуют неким критериям определения Книги монстров. В «Городе Сирен» были свои своеобразные механики – «обращение» и «мутация». Статуи русалок могли обращать, а Андре утром уже находился в состоянии мутации. И Бай Лю, почувствовал, что эти местные, похоже, тоже находятся в каком-то переходном состоянии, поэтому и выглядят так нелепо. А к чему приводят эти два состояния, Бай Лю не знал. Он мог только предполагать, что, вероятно, к превращению в монстра. Но это следовало ещё проверить. Бай Лю медленно перевёл взгляд на сидящего впереди Андре. Но для него этот парень, как NPC, представляющий для него некую опасность, был более ценным мёртвым, чем живым. Андре наблюдал, как водитель с наслаждением облизывает свои пальцы, на которых остались остатки рыбы, и с остекленевшим взглядом сглотнул слюну. Он раздражённо почесал свой вечно чешущийся подбородок, когда его аппетит неудержимо вырос. Андре с ненавистью посмотрел на Бай Лю в зеркало заднего вида. Почему этот Бай Лю, настолько богатый, пожалел на него несколько рыбных стейков? Он был так голоден, что, глядя на еду в руках водителя, не мог сдержать желания выхватит и съесть её. Но мужчина ел слишком быстро; прежде чем Андре успел что-либо предпринять, тот уже с блаженным видом закончил трапезу и удовлетворённо похлопал себя по животу. Горло Андре сжалось, глядя на то, как водитель с наслаждением слизывает остатки рыбы с уголков губ. Во рту у Андре обильно выделялась слюна, когда он снова вспомнил тот влажный, гладкий и невероятно соблазнительный вкус рыбного филе. Он никогда не ел ничего настолько вкусного. Нет, не только стейк из филе, но и все остальные рыбные блюда здесь имели тот свежий, восхитительный вкус, от которого невозможно было оторваться. Шофёр с удовлетворением вздохнул: – Как же вкусно. Только в этом городке такая рыба. Люси тоже похвалила: – Да, я никогда ещё не ела такой вкусной. Она очень свежая! – Нет, дело совсем не в свежести. Секрет вкуса рыбы из города Сирен никогда не в свежести. Более того, в свежем виде эта рыба невкусная, ей нужна определённая засолка и специальная обработка, чтобы стать такой аппетитной. – Улыбка водителя стала по-настоящему зловещей. – Вы ели очень особенную рыбу, которую не найдёте больше нигде. Уникальную рыбу исключительно города Сирен. Люси с любопытством спросила: – Какая рыба? Шофёр: – Русалка.