Пожираемый пустотой

Очнулся Ки Хун уже ночью: из-за привычного стука в дверь. Слегка протерев глаза, он сразу же направился в коридор. Тот встретил его блаженной прохладой, и почти гробовой тишиной. Почему почти? Да так... Из-за странноватых звуков, доносившихся из гостиной. Они были похожи на тихие похныкивания, вперемешку со стуком зубов. Будто бы кто-то за стенкой очень сильно мёрз. Неужели того паренька с карешкой до сих пор не отпустило? Уже ж должно было... Может, заболел чем? Ладно, днём обязательно проверит его ещё раз. А то сейчас всё равно мало что разглядишь. Решив так, Ки Хун миновал гостиную, и продолжил свой путь ко входной двери. Увы, никаких признаков у Нам Гю так и не обнаружилось – ни в тот день, ни на следующий... Ки Хуну попросту не было к чему придраться. Например, у паренька всегда были чистые ногти. Правда, тот постоянно раздирал их чуть ли не в мясо, но... Это было признаком не гостя, а сдающих нервов. Подмышки тоже не вызывали никаких подозрений. Ни грибка, ни отсутствия волос... Казалось бы, чего переживать: слишком уж Нам Гю походил на настоящего человека. Однако, Ки Хуну всё никак не давал покоя тот факт, что брюнет продолжал мёрзнуть. Более того – судя по всему, ему становилось только хуже. Причём настолько, что на него уже было больно смотреть. Особенно Таносу. И это очень бросалось в глаза. Его привычная беспечность всё чаще уступала место тревоге, и какой-то неумелой, но очень искренней заботе. Ки Хун часто видел, как он то уснёт у Нам Гю объятиях, исполняя роль грелки, то возьмётся растирать его задубевшее тело... Правда, физически это, похоже, почти не помогало. Но зато наверняка согревало душу. Тем временем дни всё сильнее начинали походить друг на друга. Более того: каждый будто бы становился ещё однообразнее предыдущего. Та даже ночной стук в дверь прекратился. И это не на шутку напрягало. Вряд ли такое затишье могло быть хорошим знаком, разве нет? Ки Хун сомневался. В прочем, он всё равно старался не делать поспешных выводов. А потому, из разу в раз повторял себе что-то в духе: "спокойно, время покажет". И не ошибся ведь, бляха: показало. Только вот совершенно не то, что хотелось. Ещё и во всей, так сказать, красе. День. Поначалу Ки Хуну думалось, что он будет таким же непримечательным, но... Не успел он и глаза как следует разлепить, как в нос тут же ударил какой-то странный запах. Он был совсем слабым, но... До боли узнаваемым. Так пахла только смерть. Кого-то убили. Мужчина моментально сорвался на ноги, и понёсся по коридору, распахивая каждую дверь, которая попадалась у него на пути. Многие жильцы, которые на тот момент ещё спали, тоже вмиг повскакивали со своих мест. Они сразу же узнали этот холодный, почти животный страх, что затопил воздух. И вот, проверка дошла до гостиной... Сердце Ки Хуна сию же секунду рухнуло куда-то в пятки. Гён Су. Его тело было изувечено, а карие глаза застыли без движения, безжизненно пяля в потолок. – Нет... Это не могло случится и с тобой... – ноги предательски задрожали и подкосились, роняя мужчину на колени. Он снова не сумел уберечь своего жильца. Снова. Причём одного из самых добрых и невинных людей из всех, кого он когда-либо знал. Твою ж мать, ну за что?! Почему судьба обошлась с этим парнишей так несправедливо?! Грудная клетка Ки Хуна словно налилась свинцом, холодным и тяжёлым. Пересиливая себя, мужчина осторожно прикрыл погибшему глаза. Пускай покоится с миром. Стоило ему сделать это, как в реку скорби тут же впала другая, жгучая и бурная: полная праведного гнева. Он попросту обязан отыскать того, кто посмел отобрать жизнь у этого милого, ни в чём ни повинного паренька. Желательно до того, как такая же судьба успеет постигнуть кого-то ещё. Так, надо было срочно осмотреть всех жильцов на признаки гостей. Начиная, пожалуй, прямо с этой комнаты. Решительно вздохнув, Ки Хун тут же пробежался взглядом по всем, кто ютился у него в гостиной. Танос и Нам Гю беззаботно дрыхли в обнимку (возможно, после очередного трипа), а новенький парнишка, кажется, Дэ Хо... Втиснулся в спинку кресла и трясся, как не в себя. Его руки цепко-цепко держались за поджатые колени, а глаза были налиты паникой. О, может быть он видел, как всё произошло?! Не теряя ни секунды, Ки Хун сразу же метнулся к этому парню. Тот дёрнулся, и ещё сильнее отполз назад, утопая в мягкой обивке. Его с новой силой бросило в тремор. Кажется, он почему-то решил, что его вот-вот ударят. Увы, Ки Хун упустил эту деталь. Его слишком заслепило злостью. – Ты видел, как это случилось?! – нависнув над тем, выпалил мужчина. Глаза у него горели почти что маниакальным блеском. По виску Дэ Хо скользнул холодный пот. Он попытался ответить, но так и не смог выдавить из себя ни единого внятного слова. Осознав это, тот решил ограничиться жестами, и отрицательно замотал головой. – Как давно ты проснулся? Почему не позвал меня? – продолжал свой допрос Ки Хун. Дэ Хо затрясло ещё сильнее. Он снова постарался объяснится, но его ужасно подставлял собственный язык. Буквы, как назло, совсем перестали складываться в слова, а голос ломался. Тем временем Ки Хуна почему-то начали одолевать подозрения... Чего это Дэ Хо даже на элементарные вопросы ответить не может? Неужто что-то скрывает, прикрываясь актёрской игрой? По грудной клетке ядом расплескалось раздражение. А что, если он и вправду всё это время подозревал не того?? Ну ничего: сейчас всё выяснится. Уж об этом он точно позаботится. – Глаза показывай. Дэ Хо передёрнуло. От этого тона прямо-таки сквозило придирчивостью. И без того бешенный пульс ещё хлеще забарабанил по вискам. – У м-меня со сном п-проблем-мы.. – кое-как пролепетал парень. Это было единственным, на что его хватило. Увы, доверия к нему не прибавилось: лишь наоборот. – Ты гляди, а голосочек-то прорезался. – съязвил Ки Хун. Его взгляд всё сильнее пропитывался жёлчью. Кажется, смерть Гён Су окончательно подкосила его надломанную психику. Трезвостью ума тут даже и не пахло. – Показывай давай, и без оправданий мне тут. Дэ Хо вскочил с кресла, и инстинктивно попятился назад. Его грудная клетка рвано ходила туда-сюда, а дыхание стало совсем загнанным. Походу, паническая атака. Однако, Ки Хун по-прежнему продолжал напирать на него, как ни в чём не бывало. Неужто с концами от гнева ослеп? Видимо, так и было. – Не хочешь глаза? Так и быть, давай зубы. Вперёд. Иначе я пальну, не разбираясь. – пригрозил мужчина. По щекам Дэ Хо ручьями потекли слёзы. Он в панике начал размахивать руками, пытаясь что-то объяснить. Как же тот проклинал себя за недавний поход к стоматологу... Если бы он только знал, что начнётся такая херня, то ни за что к нему не пошёл бы! Увы, сейчас уже было слишком поздно. И для сожалений, и для оправданий. Не успел парень и опомнится, как уже оказался под прицелом. – Н-нет, я не х-хочу умирать!! – в истерике заорал тот, зачем-то стаскивая с себя тапок. Оборонятся им вздумал что ли? В прочем, как ни странно, это его не спасло. Стоило ему замахнуться им, как по дому сразу прокатился оглушительный выстрел, и он замертво упал к чужим ногам. Всё это было настолько громким, что из сна выдернуло даже наркош. Они испуганно переглянулись между собой, а затем – в шоке уставились на два бездыханных тела, что валялись прямо посреди комнаты. А что же Ки Хун? Он лишь отрешённо наблюдал за тем, как под его ногами растекается свежая, кровавая лужа. Ему опять пришлось убить. Взять на душу очередной грех. Но его ведь вынудили обстоятельства. Ибо Дэ Хо наверняка являлся гостем, разве нет? Правда же?.. Его взгляд невольно устремился ввысь – так, будто бы там, вверху, можно было разглядеть какие-то ответы. Но их, конечно же, не было. Единственное, что ему оставалось – это слепо надеяться на то, что этот выбор действительно был верным. Собственно, как и все те, что были до него. До чего же паршиво нынче жилось... Никто не знал, как правильно. И когда весь этот ужас начнёт стихать, тоже понятия не имели. Хотя, начнёт ли вообще? Ки Хун уже начинал сомневаться. Его взгляд мимолётно задержался на ружье. Дольше, чем должен был. А может...? Стоп. Нет. Он попросту не мог позволить себе такую роскошь. В его доме всё ещё проживало слишком много нуждающихся, которых тот поклялся защищать. Не время. Пожалуй, нужно поскорее отложить ружьё в сторону. Ну, так... На всякий пожарный. А с проверкой позже разберётся. Иначе ещё немного – и проводить её будет уже некому. Значит, решено: сейчас только трупы уберёт, и всё. Хватит с него на сегодня. Через силу разложив покойников по пакетам, Ки Хун медленно поковылял в ванную: смывать с себя чужую кровь. А как только с этим было покончено – сразу же поплёлся в кладовку. Он даже толком и не помнил, как именно отрубился: слишком уж быстро это произошло. В общем, усталость определённо брала своё. А у него уже давным-давно не было сил на то, чтобы ей противится. Увы, походу, отдых Ки Хуну всё равно не светил. Ведь тревога поджидала его даже в царстве Морфея... Стоило ему провалится туда, как его уже в который раз встретил один кошмар. Он снился мужчине настолько часто, что тот уже знал его наизусть. Почти каждую ночь Ки Хуна обступала огромная толпа, обвиняющая его в своих смертях. Куда не глянь: везде были до боли знакомые лица. И все – одинаково изувеченные, со стеклянными, пустыми глазами. Менялось в этом жутком сне только то, что... С каждым вынужденным убийством, толпа становилась всё больше и больше, пополняясь новыми покойниками. Сегодня к ней добавились Гён Су и Дэ Хо. Ки Хуна затошнило. Все они, как один, твердили лишь одно: "это всё – твоя вина". Сколько же горечи и ненависти было в их голосах... Неужели они действительно так считали?