Исекай на двоих

Пойди вместо моей госпожи на приём, а то она своих оспин стесняется, говорила она, мы сошьём тебе платье из прошлогодних штор, никто и не догадается, говорила она. И каблуки эти надень, а то как это благородная дама и без высокой платформы, говорила она. Да ты у меня в этих туфлях марафон пробежишь, Мэри Гартуэйт! В топку это орудие сатаны, лучше уж родные башмаки. Никто не узнает, ага! Да при ближайшем рассмотрении благородные дамы её бы сразу же разоблачили, как самозванку. Пришлось держаться поближе к этому толстосуму, его пытливого взгляда вот уж точно боятся не стоило. Однако вскоре на них надвинулась серебристая угроза и пришлось по быстрому линять. Толстосум скудность платья конечно же заметил, но кого это вообще волнует, пускай попробует пожаловаться аристократии, что Розетта Эрхэд, единственная и балованная дочь графа Эрхэда, явилась на бал в расшитой розами шторе, его тут же поднимут на смех. Остальные атрибуты, как веер и колье добылись просто, однако не совсем законным путём, но это уже лирика. И избавится от них следовало как можно скорее, во внутреннем саду, пока все гости веселяться в зале. Запыхавшаяся от волнения и наверное от недавнего вынужденного спринта девушка сняла парик и платье, оставив их в обусловленном месте, а сама переоделась в привычную одежду, подготовленную для неё Мэри заранее. Несмотря на поздний час, жара стояла неймоверная, а на на ней была тонна штукатурки. Смыть её удалось в удачно расположившемся рядом фонтанчике. Девушка долго расматривала свое уже чистое лицо подсвеченое бликами луны. Как вдруг сзади что-то зашуршало, а затем послышался высокий неестественный голос: — Что это у тебя на лице? — проскрипело на своём неизвестное чудище. — МАМА… — девушка повалилась вниз, в резервуар и испуганно вгляделась в темноту. Та же в свою очередь приобрела очертание маленького человечка. — Я не мама, я Пит, — девушка начала понимать что перед ней стоит обычный человеческий детёныш, а звук странный такой потому что голос ломается. Мальчику не должно было исполнится больше 13 лет, только вот уж очень он был для своих лет худым и маленьким — Так что это за гадость на твоём лице? — Тьфу ты, ребёнок, зачем так пугать? — она поднялась на ноги и оглядела мальчишку в служебном костюме, видимо помощник при кухне или конюшне, — И ты почему ещё не в постели? — Я не ребёнок, я Пит, — завёл свою шарманку маленький служитель. — Почему твоё лицо такое? — Что, какое? Нормальное лицо, — она убедилась в этом посмотрев на собственное отражение, — Ааа, Бог ты мой, — девушка разхохоталась, осознав что мальчик имел ввиду, — неужто ты аристократ, ребёнок, никогда веснушек не видел? — Я не ре.. — Да-да, ты Пит, но как посмотрю на твои выпирающие кости, совсем не Ест, — прервала его девушка и придвинулась к мальчику поближе, чтобы он как можно подробней рассмотрел ее лицо, — Это веснушки и они настолько же нормальны, а для кого-то даже привлекательны, как рыжие или светлые волосы. Мальчик посмотрел на нее с подозрением, и ей даже показалось, что он ухмыльнулся: — Тогда почему ты сняла свои? — Сняла? Так стоп, — лицо девушки утратило всякое шутливое выражение, — ты что подглядывал за мной? Ах ты ж, пубертатыш! За секунду до соприкосновения её платка и щеки негодника, тот ответил: — Я не подглядывал за тобой. Ты просто попалась мне на глаза. — Ах, значит за мной не подглядывал, а за кем-то другим да? Ну-ка признавайся! Она ухватила мальца за правое ухо, от чего он весь извернулся, но все же показал рукой в сторону окон зала, где проходил приём. Девушка проследила за его взглядом, и остановился он не на абы ком, а на серебристой угрозе. — А, мисс Д’Обинье. Понравилась? Ну ты это брось, ребёнок, — она потрепала его по голове, — в лучшем случае ты можешь женится на ее детях. — И вовсе она мне не нравится, она же старая! — Ишь ты, — фыркнула девушка, — я конечно понимаю, что у вас мальцов искаженное понятие возраста, но ты меру тоже знай. 25 лет всего! — А мне брат говорил, что ее замуж не хотят брать потому что ей слишком много лет. — Много твой брат понимает в жизни богемы. Сейчас за такую красавицу все друг другу глотки повырывают, лишь бы кольцо на пальчик мисс Д’Обинье надеть. Увлёкшись перепалкой, двое и не заметили, как в сад вошла парочка, благо их об этом известил шуршащий подол платья. А потому девушка быстро утащила мальца за ближайший густой куст барбариса и приказала ему сидеть тихо. Парочка как раз вышла под лунный свет, остановившись возле того самого фонтанчика. Тут не хватало только фразы: легки на помине. Пит тоже во всю прижался ближе, чтобы как можно лучше их рассмотреть. — Смотрю вы нашли куда вложить одолженный вам капитал, мисс Д'Обинье. — Поправочка, герцог Пармелисс, не одолженный, а приобретённый честным интеллектуальный трудом. Парочка держалась друг от друга на приличном расстоянии, однако даже так искры вылетающие из их глаз соприкасались друг с другом и наэлектризовывали пространство. — Я предпочитаю считать, что одолжил вам его на безвозвратной основе, — настоял на своём герцог, а затем резко перевёл тему — Вижу, что вы наконец осознали своё положение и начали искать жениха, мисс Д’Обинье. Похвально-похвально, а то засиделись вы в девках. — Прошу прощения за дерзость, но мне кажется вам не следует интересоваться тем, где я там засиделась, — резкая смена настроения герцога заразила и младшую фрейлину, — И нет, на данный момент, я не ищу жениха. Герцог немало удивился такой новости: — И всё же послушайте совет от опытного человека, — мужчина наклонился к уху мисс Д’Обинье, — Ухватитесь крепко за мистера Сильвера и не отпускайте как можно дольше, для леди в вашем положении, он самый удачный шанс на счастливое будущее. Мало кто согласится выйти за вас, но не безтитульный мещанин при нескромных богатствах, который может получить ваши привелегии, как дворянки. Это очень выгодный союз, заключите его пока не поздно. — Безмерно благодарна за совет, герцог Пармелисс, — с нескрываемым недовольством процедила его собеседница, — Однако, я сама в состоянии решить, что мне делать и кого использовать ради своей выгоды. Вы уже достаточно вмешались в мою жизнь, вам этого мало? Знаете, барбарис это очень хороший кустарник для украшения двора, особенно эффектно он смотрится осенью, акцентируя на себе внимание своими ярко-красными ягодами. Однако имеется у него одно очень неприятное свойство — быть отвратительным местом для прятки, за счёт своих острых колючек. Может быть они, а может и судорога в ноге, послужили причиной того, что Пит весьма неаккуратно и не по-джентельменски пнул прятавшуюся вместе с ним девушку прямо в копчик. Невероятно острая боль, скрытая неймоверным усилием заставила двух шпионов драпать с места разведки как можно быстрее и дальше. Конечно же парочка их заметила, и возможно нехило так ужаснулась тому факту, что их беседу подслушивали. Но что уж поделаешь? Сказаного не вернуть, а сделаного не воротить. — Ребёнок, ты же понимаешь, что должен молчать о том, что сегодня увидел? — О том что между герцогом Пармелиссом и младшей фрейлиной Д’Обинье есть какой-то секрет или о том, что ты переодевалась в благородную даму? — кажется Пит смирился с тем, что никогда не услышит своего имени из уст девушки, в связи с чем обнаглел. Раскрасневшееся до состояния помидора лицо девушки проявило свой гнев в полной мере: — Обо всём. Пит и не думал слушаться: — Может про герцога и фрейлину я промолчу, но какой мне толк скрывать твой секрет? — Ах ты манипулятрёныш несчастный! — разозлилась девушка, — Хорошо, можешь трындеть налево и направо о том кем на самом деле была графиня Эрхэд на недавнем приёме. Много ли людей поверят в такую чушь? Но Пит и не думал признавать своё поражение: — Благородные лица может и нет, но мы слуги любим такие слухи… И кто знает… — Ладно-ладно, я поняла не продолжай, — остановила его девушка, осознав, что малец от неё не отстанет, — Чего ты хочешь? Я могу приносить для тебя с кухни разные сладости. — Ха, я там помощником служу, сам могу что угодно стащить. — Ну может тогда познакомлю тебя с какой-нибудь симпатичной прачкой? — Фу, нет!— скривил лицо малец, видимо ещё не вошел в возраст повышеного интереса к девчонкам, что девушке не играло на руку от слова совсем. — А что тогда? Пит призадумался: — Я подумаю…а потом найду тебя и дам знать. Девушка закатила глаза. Если этим ребёнком не занятся прямо сейчас, то ничего хорошего из него не вырастет.