Кукловод

Сунагакуре. 37-й год от основания Конохагакуре. Природное преобразование — одно из двух необходимых компонентов для создания, использования или модификации техники. Продвинутая форма контроля чакры, которая включает в себя формирование и определение во врождённом типе природы чакры с изменением её свойств и характеристик для использования в техниках. Всего есть пять базовых природных элементов: огонь, вода, земля, воздух и молния. В основном чакра каждого человека имеет предрасположенность к одному из пяти природных преобразований. Она порой может быть генетической или по крайней мере общей для конкретной семьи. Свою предрасположенность можно определить, используя кусочки бумаги, изготовленные из специального вида дерева, который выращивается и питается с помощью чакры: когда бумага подвергается воздействию на одну из природ чакры, она реагирует в соответствии со скрытой природой чакры. Огонь: бумага воспламеняется и превращается в пепел. Ветер: бумага рвётся надвое. Молния: бумага сомнётся. Земля: бумага сгниёт и рассыпется. Вода: бумага станет сырой/влажной. — Пух-пух, это удивительно. — смотря на разрезано-сморщенную-сгнившую лист бумаги, проговорил я. Три стихии: ветер, молния и земля, притом предрасположенность на высоком уровне. Чакробумага бывает разных сортов, одни реагируют на малейший намёк на природу чакр, другие — только при большом таланте. Я взял последний вариант и чуть-чуть поражался от результатов. С такими данными, мне бы стихийным ниндзя становиться. Дайте десять лет и буду я управлять всеми пятью природными преобразованиями. Конечно, пуляться молнией и плеваться ветром — это интересно, но моё сердце занято марионетками. В моём сердце сразу же разыгралось дружеское злорадство. У Пакуры выявилось сразу две предрасположенности: огонь и ветер. Это был отличный результат, а таланты самой подруги позволяли ей в нежном возрасте уже использовать техники двух стихий. Для справки, в Конохе джоунин обязан владеть хотя бы двумя стихиями. Естественно, родители моей подруги стремятся развить её сильные стороны всеми возможными способами и заразили её своей полубредовой идеей — создать свой кеккэй генкай. При использовании двух или трёх базовых природ одновременно человек может создать абсолютно новую природу с уникальными свойствами, которые не будут существовать сами по себе. Однако достижение этого требует наличия улучшенного генома или, если используются три природы, расширенного генома. Так что идея семьи Пакуры выглядит амбициозно. Не сказать, что это прям бред сумасшедшего, всё же у Ивы есть корпус подрывников, в котором все поголовно имеют Стихию Взрыва, но это очень сложно. — Придётся дёргать дедушку Эбизо, чтобы выделил мне парочку учебников для развития, — оказалось, что чем раньше начнёшь, тем лучше твоё тело адаптируется к преобразованию. Это мне поведала мать Пакуры, отчего я решил начать хотя бы по минимуму взаимодействовать со стихиями. Дедушка свитки выдал, подводные камни обрисовал и попросил не тратить много сил на стихийное преобразование, ведь в первую очередь я кукловод и остальное мне абсолютно не сдалось. Как бы да, в стиль боя мастера марионеток вообще не вписывается стрельба стихиями — быстро выдаёт позицию. Поняв всю мудрость старичка, клятвенно пообещал не творить фигню. ***  После этого жизнь продолжилась: люди жили, товары медленно дорожали, ниндзя воевали и минимум раз в день кого-то да хоронили. Последнее всё больше и больше наводило на неприятные мысли. Прошло очень много времени, а родителей всё не было, и если поначалу слова родных об их занятости успокаивали, то с каждым месяцем кредит доверия таял. На прямой вопрос Эбизо либо переводил тему, либо заявлял то же самое, что бабушка. Хватит! Слишком долго из-за нежелания принимать возможный исход я откладывал собственное расследование. Пора посмотреть правде в глаза, какой бы она ни была. В мире шиноби о смерти родных узнают разными путями, в зависимости от ситуации и обстоятельств. Наиболее распространённый способ — официальные сообщения. Каждый шиноби Суны стоит на учёте у деревни, и при смерти соответствующая информация заполняется в отчётах и, после перепроверки, передаётся родным. Похоронка, проще говоря. Зная тонкости механизма, я бы успокоился, однако дедушка и бабушка крутились в высших эшелонах власти. Для них подделать столь незначительный документ — дело трёх минут. Другие варианты — сомнительны. Донесения мне не достать, отчёты по миссии — тем более, а друзья родителей сейчас на войне… Но ведь раз в четыре месяца они возвращаются… И как же мне узнать об их прибытии и подловить момент? Ками, кто же знал, что нелюдимость так скоро мне аукнется! Я ж кроме фамилий ничего о друзьях родителей не знаю. На дедушку Эбису не положиться, он скомпрометирован. Есть идея, но она сильно завязана на помощи Пакуры. Надо с ней встретиться. ***  — То есть ты хочешь, чтобы я выяснила, есть ли среди студентов люди с фамилиями из списка, потом передала по ним информацию тебе… А для чего? — продолжала допытываться Пакура до моих планов. — Чтобы я с ними, детьми, поговорил, узнал их адреса и примерные даты возвращения их родителей. Потом пойти лично переговорить с друзьями мамы и папы, выяснив правду о них. — обрисовал я план в общих чертах. — Окей… — сомнения читались на лице Пакуры, однако она лишь продолжила задавать уточняющие вопросы, — Почему не пойти к старейшине Чие или Эбизо? Они всяко не откажут своему внуку. — Не получится — я перестал им доверять, — сложно это делать, когда есть ощущение, что тебя дурят. — Хорошо, всё сделаю, — сразу же согласилась подруга, — Только ребят в академии многовато и потребуется время на сбор информации. — на меня уставились с подозрением, ведь она знает, что я не люблю ждать. — Ничего страшного, я подожду. — ответом мне стало резко возросшее подозрение девочки, да так, что она полезла за кунаем. Вот этого нам не надо, — Скорпион прячется в песках! — Куноичи сжигает врагов. — последовал ответный пароль, — Ками, Сасори, ты меня напугал! Сейчас идёт война. И не просто война, а война шиноби. А это: шпионаж, подмены, устранения, в общем, весь нежно лелеемый букет страстей любого ниндзя. В мире столько техник придумано для добычи полезной информации, что волей-неволей любой станет параноиком. Хотя Пакура — личинка шиноби, но ключевое слово «шиноби» остаётся, и, естественно, у неё будут вопросы к другу, что подкатил к ней с просьбой собрать досье на детей джоунинов и при этом повёл себя в нетипичной для себя манере. Благо мы заранее установили с ней некоторые пароли между собой, чтобы избежать таких эксцессов. — Мда, не подумал, как это со стороны смотрелось бы. Просто мой вопрос висит уже больше полугода, и для меня подождать пару недель… не такая страшная цена, — не буду врать, ждать я не любил и вряд ли когда-нибудь полюблю. Лишь для серьёзных ситуаций делаю исключение. — Понятно. — приняла ответ Пакура, — Напоследок — почему ты так уверен, что в академии окажутся дети этих дзёунинов? — У шиноби одного поколения есть привычка-традиция заделывать потомство в плюс-минус одно время. У кого-то из списка всяко есть дети, что сейчас учатся в академии. — сам в шоке, настолько культ товарищества процветал среди ниндзя. Это даже звучало как-то неправильно, типа сошлись друзья в пьянке и такие: «Давайте заделаем бейбиков», а в ответ услышали хор «Да!». И вот у деревни появляется новое поколение. — Всё будет сделано! — подруга шутливо приняла задание, отдала честь и, под моим удивлённым взглядом, со смехом убежала к себе домой. ***  План был красив на бумаге, да только реальность дала о себе знать, и дело сильно затянулось. Сейчас академии прям в край переполнены. Суне нужно пушечное мясо и, снизив критерии набора да пособирав всех чакроюзеров с окрестностей, она его получила. Допустим, что это лишь увеличило объём моей работы — ничего страшного, просто потрачу больше времени, и тут опять попадание. Фамилии и кланы. Кто сказал, что у всех будут разные фамилии? Никто. И теперь пойди разберись, кто из двенадцати носителей фамилии Ватабане — ребёнок именно того джоунина Ватабане. Или как определить, что ребёнок клана Гото — это как раз нужный мне? Это тоже не страшно, можно разными методами отсеять большую часть, а оставшихся банально опросить. И тут снова бинго! Очень малое количество детей в принципе готово со мной говорить, особенно на тему родителей — мнительность у шиноби в почёте. После четвёртого отказа подряд пришлось менять тактику. Слежка, незамысловатые разговоры, сбор слухов. Вот это было реально геморройно. Для примера: подкупи ребёнка конфетой, чтобы он подбежал к моей цели и начал «вау, братишка, ты такой сильный», а этот как бы скромно «ничего особенного и т.д.». Слово за слово и тонны лести спустя идёт фраза «наверное, ты такой крутой из-за родителей». Жертва, растопленная подхалимством, может выдать два варианта ответов: «они торговцы-крестьяне-генины и всего я добился сам» или «да, мои родители крутые джоунины». Был шанс вранья в рангах со стороны детей, но за всё время это произошло лишь дважды — тебе могут голову открутить за попытку подмазывания к уважаемым джоунинам. К сожалению, тактика «лести» не всегда работала и приходилось извращаться. Это было очень-очень сложно, но результаты были: из двадцати трёх друзей родителей (очень они дружелюбные) у девятнадцати были дети, и семеро отроков ходило в академию. Только от этих девятнадцати осталось четырнадцать, остальные сгинули. Собрав статистику, счастливая семёрка детей была ультимативно поставлена перед фактом, что они очень хотят свести меня с их родителями, когда те вернутся с поля боя. Не знаю, был ли я настолько убедителен или жёсткое запугивание сделало своё дело, но с первым другом отца мне удалось поговорить через две недели. Увы, он ничего не знал и видел родителей в последний раз восемь месяцев назад. Второй — также, только счёт пошёл на год. Третья ничего конкретно не смогла сообщить, и лишь четвёртая помогла пролить свет на дело. — Сасори!? — удивлённо воскликнула светловолосая женщина с каре, — Ого, как ты вырос, я же тебя совсем маленьким помню, а теперь, ух! — Здравствуйте, тётя Араи, а вот вы ни капли не изменились с момента нашей последней встречи. — тёплая улыбка и лестные слова явно порадовали женщину. — Ха-хах-ха, тоже мне, мелкий ловелас! — как бы отмахнулась женщина, — И что тебя привело ко мне, якобы «случайно»? — только глухой не услышит намёка. — Ммм? — вроде всё подстроил под прекрасное стечение обстоятельств, а куноичи с первых же секунд меня поймала. — Брось, ты хоть и гений, но опыт джоунина — не шутки. — гордость перепирала женщину, однако, увидев мои сомнения, она всё же призналась, — Мне Айко все уши прожужжала про твоё домоседство. Ты ни за что просто так не вышел бы на улицу. — Несостыковка, понятно. — забыл, что между «своими» шиноби хуже бабушек у подъезда. — Я как раз по поводу родителей. — как по команде, весёлое настроение Араи упало в отрицательную зону. Посмотрев пару секунд в мои глаза, женщина изумилась и потом потрясённо произнесла: — Ты не знаешь. — это был не вопрос, а утверждение. Подсознательно, уже зная ответ, моё самочувствие стало гораздо хуже. Хотелось реветь, кричать, разносить всё вокруг, однако надо завершить дело. — Да, расскажите подробности, пожалуйста… — даже не стал отпираться или как-то юлить, не тот у меня настрой на шпионские игры. — Не я об этом должна тебе говорить, не я. — покачала головой женщина. Араи не хотела быть той, кто рассказывает ребёнку жестокую правду, но мой взгляд не давал соскочить с темы. — Я не самая чуткая девушка, поэтому скажу как есть. Твои родители мертвы, убиты на задании Белым Клыком Конохи чуть менее года назад. В этот момент я должен был испытать грусть, шок, недоверие, страх или любую другую эмоцию, которую ощущают при таких новостях. Да даже к чувству вины за то, что не сделал достаточно, чтобы предотвратить трагедию, был готов. Однако нет. Я испытывал гнев, всепоглощающий гнев на родителей. За то, что не вернулись, за то, что не выполнили обещание, за то, что поставили миссию выше своего благополучия. От этого было ещё более гадко. — … понадобится, то можешь обратиться в любой момент. — закончила свою речь женщина. — Спасибо… Спасибо, что рассказали правду. — голова шла кругом, но всё же удалось выговорить, — Мне надо побыть наедине с собой. Извините. — Хорошо. — Араи не нравилось сообщать неприятные новости, поэтому она поспешила уйти, но напоследок решила попробовать подбодрить ребёнка, — Грусть — это часть того, что мы чувствуем, когда теряем кого-то. Это нормально, но нельзя зацикливаться на этом. Таро и Айко не хотели бы тебе такой судьбы. Вспомни все хорошие моменты с твоими родителями, это поможет. Вряд ли. Грудь нещадно сдавливало. Не будучи коренным жителем этой деревни, у меня не было никаких патриотических чувств к Суне, к ней я скорее относился лишь как к удобному месту проживания. Мне было всё равно на «что», «кто» или «как». Пока это не касалось меня напрямую — было плевать. Если бы выбор стоял: друзья/родные или деревня, то у меня не будет колебаний. Смысл в счастье серой массы не стоит жизни близких. Поэтому я не могу понять: «почему родители поставили благо деревни выше нашего». Ради чего они постоянно были на миссиях? Это не было способом нажиться — наша семья очень богата, им не нужно было ходить на опасные задания. Тогда ради чего они рисковали своими жизнями? Не знаю. Сердце стучало, как бешеное. Дышать становилось тяжелее, надо было скинуть снуд с шеи, однако тремор рук не позволял даже этого действия. Чувство тошноты ещё больше дезориентировало. С каждым мгновением боль становилась всё сильнее, а мысли — беспорядочнее. Смерть родителей, обман предков, предательство Эбису, побег бабки Чие, невыполненное обещание, фальсификация письма. Ложь, обман, иллюзия того, что всё нормально. Сознание скатывалось в пучину мрака, лишь одна мысль не давала окончательно упасть. Мне нужны были ответы, и я знал, где их найти.