Созданный

Ваня сидел на диване сгорбившись, почти касаясь носом колен, пока все трое удивленно уставились на него. Пальцы парнишки вновь потянулись к левому уху: сигнал был стабильным, и наверняка слуги доктора Лебедева уже были на подходе. Маячок «разрывался» от писка, свет сквозь тонкую кожу уха, покрытую пушком и шерстью, теперь был виден невооруженным взглядом. Пиии… пиии… Звук был невыносимым: сначала едва слышным, почти как фон, а потом нарастал, как рой ос, жужжание в голове. Он пытался сопротивляться, зажимать уши, биться головой о подушку, но это было бесполезно. Видя мучения русого, взгляд Серёжи стал решительным. — Ваня… — тихо сказал старший, садясь рядом. — Не нужно терпеть. Надо убрать маячок. Ваня замер. Его губы шевельнулись, но слоги выходили прерывисто: — Не… хо-чу… — Понимаю… Но это больно для тебя… И опасно, если они узнают, что сигнал чистый. Казалось, Серёжа уже привык к этой странной обстановке в его квартире. Мутанты, белая комната, которая оказалась лабораторией… Сергей понимал, что теперь на нем ответственность за Ваню, и дела у Даши обстояли точно таким же образом. Эвелина, которая стояла у окна, поджав губы, тихо добавила: — Если удаляем его у Вани, придётся и мой убрать. Иначе они будут отслеживать меня. Серёжа кивнул, не сводя глаз с Вани, который смотрел на него почти умоляюще. Немного подумав, он принял решение: — Значит, едем к Нестеровой. Она поможет удалить. Дорога заняла не больше полутора часов. Эвелина держала Ваню за руку, который в свою очередь держал пушистое ушко, и мелко дрожал от страха. Поездка к доктору Нестеровой означала только одно — иголки. Ваню пугал один их вид, а проникновение под кожу он считал чем-то ужасным. Эвелина обняла его, утешая. Сережа сидел на переднем сидении, оставив Дашу и ребят на заднем. Водитель такси что-то активно рассказывал, пытаясь шутить и травить анекдоты. Даша закатила глаза. Серёжа просто кивал, но его мысли были далеко, в клинике, с дрожащим Ваней и смиренно стоящей рядом Эвелиной. — ты как? — Шепнула Лина на ухо Ване, поглаживая его по плечу, сквозь тонкую зипку. Ваня не ответил, он заплакал, прижимаясь к девушке, тогда как писк в ухе стал почти гудением. Сережа заметил это краем глаза, он знал — Ваня боится, и скорее всего будет трудно «затащить» его в клинику. Тем не менее, он надеялся на то, что скоро весь этот кошмар закончится, и Ваня наконец то сможет спокойно дышать. Когда машина притормозила, таксист взял плату за четырех человек. Сергей вышел первым, обошел машину и подошел к двери. Ваня заерзал и затопал ногами, Эвелина впервые видела его таким напуганным. Пальцы парнишки дрожали, а плечи напряглись, словно готовясь к удару. Его дыхание было частым, грудь вздымалась быстро, а глаза блестели от слёз. — Ну, выходи. Мы тут. — Сережа взял его под руку и потянул, Ваня уперся ногами в пол машины, отчаянно сопротивляясь. — Не-на-до…! — Выдавил он сквозь слёзы. Лина подталкивала его изнутри, пытаясь мягко, но уверенно вести. — Ваня, давай! Нам надо провести операцию! — Громче чем обычно крикнула Лина, стараясь перекричать писк в ухе. За всей этой картиной наблюдали Даша, которая уже стояла по правую сторону такси, и водитель, который вообще ничего не понимал, лишь растерянно щурясь на шумную сцену.

***

Клиника доктора Нестеровой была той самой, где Ване делали МРТ. Коридоры пахли антисептиком, мягким электричеством и холодом. Пожилая женщина была категорична — операция немедленная, но за хорошую плату. Сережа вздохнул, но делать было нечего. Даша помогла финансово, и вместе они оплатили операцию в кассе. Ваня тем временем крупно дрожал, он помнил это место, помнил боль от иголок и тот страх, который он испытал в прошлый раз. Лина гладила его по костяшкам руки, переплетая пальцы. — Мы вместе. — мягко сказала она, и слегка улыбнулась. Он кивнул, подумав «надо это сделать» и наконец успокоился. За дверью кабинета уже ждали хирурги. Ваня сидел тихо, глаза широко раскрытые, дыхание частое, пальцы всё ещё скользили по левому уху, словно проверяли, не пропал ли сигнал. Эвелина держала руку на его плече. — Всё будет хорошо, — тихо сказала Лина, успокаивая. Хирурги подготовились. Один из них был в больших нелепых круглых очках, которые увеличивали его глаза, делая их большими, как у совы. Ваня невольно засмеялся, но тут же утих. — Пойдем, Ванюша. — По-доброму сказал хирург Михаил, — Ты у нас будешь первым, как джентельмен. Ваня не привык к такой ласке от людей в халатах, но прошел в операционную почти решительно. Шум инструментов, лёгкое жужжание аппаратов. Ваня ощущал его, но это было не больно — скорее тревожно. Каждый звук отдавался у него внутри, усиливая внутренний писк. Скальпель прошелся между шерстью и кожей, разделяя тонкие слои. Ваня ничего не почувствовал, в его вене уже стоял катетер с наркозом, который Михаил ввел мягко и почти не больно. Здесь Ваня чувствовал себя в безопасности, даже расслабился и прикрыл глаза думая о доме: об Ашке, который сейчас наверняка скучал, о Серёже, который в любом случае волнуется и переживает. О Лине, которая ждет своей очереди. Когда операция завершилась, и маячок был удалён, Серёжа посмотрел на Ваню. Тот слегка шевелил ушами, но внутреннего писка уже не было. Лёгкая слабость, напряжение внутри — и одновременно облегчение. — Молодец, видишь, теперь все будет хорошо. — Серёжа обнял его, Ваня зевнул и прижался. Даша наблюдавшая за этим ревностно хмыкнула, дуя свои кукольные губки. Следующей на срочную операцию пошла Лина, она очаровательно улыбнулась докторам, которые отметили, что уши у нее были действительно длинными, с мягким светом маячка внутри. Михаил проделал все то же самое, врачи действовали быстро, но аккуратно. Лина привыкла к иглам и боли, но тут все было по-другому, так, будто они с Ваней обычные люди, такие же, как все остальные в операционной. Операция прошла успешно, ребята были на ногах уже спустя около получаса. Но тут Даша взяла Эвелину за руку, сухо попрощавшись с Сергеем и, даже не обернувшись, увела девочку. Лина пискнула, смотря на Сережу и Ваню, пока Даша крепко держа ее за руку, уводя прочь. — Н-но!.. Ваня!.. — Крикнула девушка уже в другой части клиники. Ваня молчал, не понимая. «Почему так страшно и несправедливо?» Сергей сейчас думал о другом, о тех маячках, которые хирург Михаил передал ему в полиэтиленовом пакетике. — Ли-на… — тихо мяукнул Ваня в пустоту.

***

Поздно вечером Серёжа решил действовать радикально. Он вышел один на пустырь, который находился в нескольких километрах от дома. Такси оставило его в темноте, между старыми бетонными блоками и сухой травой. На земле лежали тяжелые камни, Сергей взял один из них. Он держал его крепко. Глаза сжались в узкую щель. Он поднёс булыжник к точке, где лежали удалённые маячки, словно это были живые существа, ещё дышащие. И с силой ударил. Металл и пластик треснули под камнем. Серёжа опустил руку. Красный пульсирующий огонёк ушёл навсегда. Писк, который мучил Ваню, прекратился окончательно. Он встал на пустыре, глубоко вдохнул холодный воздух. Теперь им не светило слежение. Но внутри, в сознании, он знал: это только первый шаг. Ваня свободен от маячка, но опасность никуда не делась.