Неудачливые конфеты

Жизнь никогда не одаривала Секби особой удачей. Он не выигрывал лотерей, не получал побед в конкурсах, нередко проигрывал, подбрасывая монетку в воздух. Терял близких людей. Последнее казалось ему самой большой неудачей в его жизни. Особенно когда он смотрел на его фото. Фото человека, которого любил так сильно и чувственно, что сам же стеснялся этого переизбытка, которого раньше никогда не ощущал. Но, как оказалось, даже это не предел. Да, Секби неудачлив. Но не настолько же. Не до такой ведь степени, чтобы оказаться тут. Изначально ничего не предвещало беды. На дворе был вечер 31 октября. Самый разгар Хэллоуина. Секби не собирался куда-то идти. Хотел просто сидеть дома, закрывшись ото всех в плед, под которым они спали когда-то вместе и дальше смотреть на это фото. Пугод. Он пропал без вести в день Хэллоуина. Именно тогда, два года назад. В общем, парню было совсем не до всеобщего веселья. Как вдруг, он услышал звон в дверь. Вздохнул, вспоминая, не забыл ли он купить конфеты для детишек с улицы, особенно любивших это время за такие развлечения. И за сладости. Но, открыв дверь, он увидел перед собой лишь своих младших братьев. Алфёдова и Джаста. Они уже были подростками - обоим по шестнадцать. Двадцатитрёхлетний Секби совсем не заметил, как они успели так вымахать. Только недавно ведь такими пуговками были. Если Алфёдов предпочёл что-то простое, вроде его любимой маски и плаща, напоминавшего нечто между вампиров и злодеем из диснеевских мультфильмов, то вот Джаст.. —Опа, Джаст, кого соблазнять собрался? — не сдерживает себя Секби от язвительного комментария, рассматривая чужие чёрные ткани, сплетающиеся в общую картину. Выглядело и впрямь чуть откровенно - некоторые места были оголены, что, впрочем, самого Джаста не смущало, а только веселило. —Тебя, конечно, братец. Дело семейное, — с самым серьёзным лицом сообщает он и Секби, ели сдерживая смех, почти задумчиво кивает. —Фу, блин, опять вы, — морщится Алфёдов, что Секби понимает просто инстинктивно, выучив за столько лет каждую его эмоцию. Под маской ведь не видно, что там на самом деле. —Хаха, ладно, мы тут правда не за этим, — всё же кивает Джаст — Секби, ты ведь нас любишь? Секби хмурится, прекрасно зная, что это значит. Но и неправду сказать он не сможет - своих братьев он правда любит. После пропажи Пугода его семья - это всё что у него считай осталось. Так что он старается максимально держаться за это. —Допустим, что хотите? — хмыкает он, незамедлительно переходя к сути. —Да ну, почему сразу хотим, мы просто.. — начинает свою игру Джаст, явно веселясь разговору со старшим братом. Видятся они в последнее время редко. —Джаст хочет, чтобы ты пошёл с нами за конфетами, потому что два шестнадцатилетних лба, просящих конфеты выглядят глупо, а ты, двадцатитрёхлетний лоб, всё это смягчаешь, ведь, собирая конфеты, будешь выглядеть ещё глупее. —Эй! — почти правдиво корчит обиду Джаст. Секби хихикает, а после хмурится, резко меняясь в лице. Ему не до детских развлечений. Он тут, вообще-то, развёл непомерную тоску. Поэтому придётся парням отказать. Но. Смотря в эти глаза он просто не может этого сделать. Может, пора уже просто принять чужую пропажу? И жить дальше. Ведь он сам ещё тут, не умер. А значит надо что-то делать. —Ладно, пойдёмте, — через силу кивает он. —Юху! — сияет Джаст — Я же говорил, мои дипломатические способности бесценны. —Ага, бесценный ты наш, поправь недо-платье своё, а то скоро "всего себя" миру откроешь, — хмыкает Алфёдов. —А потом ещё главное на нас фукает. А сам-то! — улыбается почти хищно Джаст, но ткани на себе всё же поправляет. Они ходят долго. На них зачастую смотрят недоумённо, особенно на Джаста, с его некоторыми.. Откровенностями. Но в итоге сладости дают. Даже не смотря на то, что Секби вообще без костюма. И всё так и продолжается, пока они не заходят в очередной дом. Они стучатся туда раза три. Но им никто так и не открывает. Джаст, очевидно забив, хватает Алфёдова за руку и следует к следующему дому. А вот Секби.. Замирает секундно. Когда-то именно в этом доме жил Пугод, а теперь.. Теперь там какой-то вредный сосед, даже неподготовивший конфет для детей и подростков. —Ну, где же ты.. Эх. Он разворачивается, желая уйти, ведь потерять братьев из виду не хотелось. Но вдруг слышит какой-то скрип. Поворачивает голову обратно и видит руку. Та протягивает из-за двери три конфеты. В чёрной упаковке, зелёной и жёлтой. Секби неуверенно их принимает. Дверь тут же с грохотом захлопывается. —Три конфеты.. Это что за жлоб там такой. Секби решает об этом братьям не говорить. Переживут они, если он съест эти три несчастные конфетки. Он открывает одну, чёрную, прямо как клетки на его хаори. Часть из них жёлтая, часть чёрная. Мармелад в шоколадной глазури. Это, судя по упаковке, вкус ежевики. —Мм, ничё так, — хмыкает он, откусывая. Но вдруг натыкается на что-то твёрдое в мармеладе и, впрочем, бесстрашно это прокусывает. Вдруг перед глазами всё начинает искриться. Он хочет инстинктивно зажмуриться, но не может. А как только выходит тут же валится на пол без сознания. Момент пробуждения кажется чем-то слишком больным. Секби чувствует нескончаемую боль в голове. А потом вдруг.. Удар. Не особо меткий, тот кто его совершил даже не пытался. Или не мог попытаться. Но этого хватило, чтобы взбодриться. Секби тут же подскочил, оглядываясь. Перед ним стоял человек. Вернее, его подобие. Парень сглотнул. Обвисшая кожа, местами облезлая, засохшая кровь и выпирающие кости вместе с мышцы. Он может поклясться, что никогда не думал, что однажды увидит настолько стереотипного зомби из фильмов ужасов вживую. Но мысли о клишированности образа его не спасают, ведь зомби готовится к новому удару дубиной, которую он держал в своей руке. Это точно не человек в костюме. Либо же он слишком серьёзно воспринял весь "ужас" Хэллоуина. Что вряд ли. Шок от самого факта реальных зомби отступает на фоне желания выжить. Но как? У него даже нет ничего. Вдруг, Секби ощущает странные силы. Застывает, стараясь собрать их в единую кучу. Направляет руки вперёд и вздыхает. А после слышит крики чужой агонии. Открывает один глаз. И видит, как зомби погряз в паутине, а сотни паучков потихоньку пожирают его. Зрелище не из приятных. —Это.. Сделал я.. — с неохотой доходит до него. Радует только, что перед ним нечто уже давно гниющее и мёртвое, а не реальный человек. Откуда у него вообще силы создавать паутину и пауков? Неужели от тех конфет. Да и где он вообще? Это место схоже с какой-то пещерой. Возникает мысль просто выйти наружу и посмотреть. Которую он тут же подавляет - там наверняка полчища таких монстров. —Где я нахуй.. Вторая мысль - что с его братьями? Он хочет верить, что всё это из-за конфет и братья всё ещё где-то веселятся. Но это всё так невероятно и непредсказуемо. Страшно представить, что ещё его ждёт. Но выходить приходится. Яркий свет бросается в лицо. И, кроме, как он и предполагал, пяти зомби неподалёку, которые, к сожалению, не горят на солнце, как в Майнкрафте, он видит ещё и подобие поселения. Вероятность того, что оно заброшено мала, но не равна нулю. Вдруг там ему что-то объяснят, либо же он узнает сам. Но в первую очередь, он отпрыгивает, прячась за кустами. Кто знает, вдруг зомби и вправду также глупы, как рыцари в Геншин Импакт, неспособные повернуть голову, чтобы увидеть сидящего на кортах человека, который хочет у них что-то украсть.. Чтож, Секби был недалеко от истины. Ему и вправду удалось прошмыгнуть мимо. И что теперь делать? Стучаться в каждый дом, в надежде, что там ещё сидят живые люди? Такая себе перспектива, но что ему остаётся. Он не думает ни о чём, кроме желания найти кого-то живого. Так что времени рефлексировать у него определённо нет. Он стучится. К его радости и, очень несвойственной ему удачи, Секби открывают. Это оказывается семья из женщины, мужчины и их пятилетнего сына. Если старшие его просто пускают, лишь проверяя наличие укусов за закрытыми дверьми, то вот мальчик выглядит.. Не по-детски восхищённым. —Мам.. Мам, а это тот самый «защитник»? — спрашивает он беззастенчиво, пока женщина лишь хмурится. —Защитник? — повторяет Секби одними губами. Защитник кого? И от чего? —Защитник мира! — не унимается мальчик — Они защищают мир каждое тридцать первое октября! У них такая же метка, — и тыкает в лицо парню, куда-то в щёку. Сказать, что Секби хоть что-то смог осознать, это ничего не сказать. Но вскоре ему пояснили те, кто его и "приютили". В этом мире каждое тридцать первое октября, в день Хэллоуина, вместо радостного праздника.. Оживают толпы зомби, атакующие поселения. После ему выдали зеркало и дали посмотреть на своё лице. На том красовалась чёрная метка в виде паука. Такая же чёрная, как упаковка того мармелада. —Блять.. — тихо выругивается он. Парню дают поесть и попить, даже предлагают переждать тут ночь, на что Секби охотно соглашается. Не хватало ему ещё стычек сегодня. И так еле жив. Так что теперь, лёжа в постели он просто думает. Тихо так, незатейливо. Много о чём. Сначала о папе, братьях. Сантоса, младшего из них, он так давно не видел.. И теперь вряд ли увидит. Как минимум, не в ближайшем будущем. Дальше, о Пугоде. Просто вдруг. Это нормально, в стрессовой ситуации, так, между делом, подумать о человеке, которого потерял. Секби не в первой. А вот впервые он делает это.. В чужом мире, зная, что на улице ходят полчища зомби, а он, видимо, должен защищать от них поселения, судя по странной паучьей силе. Такая себе радость. Но сейчас можно поспать. Потом.. Всё потом. Год пролетает незаметно. Всё это время Секби занимался тремя важными вещами - изучением этого мира, самостоятельным обучением своим же способностям и самым насущным для него - поиском способа выбрать из этого мира в свой. Та хижина давно забылась, став одной из сотен таких же, куда его пускали переночевать, как одного из тех самых «Защитников мира». И сегодня был тот день, когда он должен был показать, что заслужил всей этой помощи. Хоть и утро начиналось почти медленно. Он около часа думал об очередной "годовщине" с дня пропажи Пугода. Уже три года. А также о том, как отличается время здесь и в настоящем мире? Было больно даже представить, что время здесь шло также, как и там. А уж тем более, если медленнее. Он представлял. Представлял как тот праздник обернулся для его семьи катастрофой. Как искренне они переживают. Это било по сердцу, так что приходилось лишь верить, что он сможет вернуться. Ладно, пора отставить рефлексию. И вернуться к сражениям. Они даются легче, чем он думал. Стоит ему приноровиться и зомби отлетают вполне легко и без каких-либо проблем. А значит, меньше вероятность, что кто-то из жителей города будет заражён. Он, конечно, не пуляет паутиной также как человек-паук и летать на ней не способен.. Но, в целом, полчища пауков, готовых съесть всё и вся, а также так называемая ульта его способности делают своё дело. Но Секби, к сожалению, всегда был неудачлив. Зомби, будто специально, загоняют его в тупик. Всё кончено. Их тут даже не пять, а в районе пятнадцати. Вот его укусят, он упадёт в обморок и постепенно его тело сожрут до конца. Спасибо, если кости оставят. Как вдруг.. С неба что-то падает. Секби клянётся, что видит свет. Он не понимает, что именно происходит, но все зомби вокруг умирают. А его хватают за руку и резво ведут к ближайшему дому. Секби удаётся оклематься лишь минут через десять, лёжа на чужой кровати. Он тут же подрывается и озирается. А потом чувствует, как на его руку ложится чужая. Поднимает взгляд. И не может поверить своим глазам. —Пугод.. — шепчет он. —Ох, Секби, — как-то горько вздыхает парень. Но улыбается так мягко-мягко, как никогда. В Секби всё тут же замирает. —Ты реально все три года был здесь!? — тут же с какой-то невероятной недоумённостью, почти шокированно выдаёт парень. —Никогда не сомневался в твоей догадливости, Секби, — усмехается он — Я так соскучился. —Я тоже.. Я просто.. Блять, не могу в это нахуй поверить. Они стоят пару минут в молчании и занимаются тем, что осматривают друг друга. Новых, изменившихся, повзрослевших на несколько лет. Потрёпанных жизнью. Но всё ещё своих. Секби инстинктивно за его руку хватается. —И ты не смог найти выход отсюда? — почти отчаянно спрашивает он. —Как видишь, — хмурясь, отвечает Пугод. *** Секби стоит на мосту. Завтра новое тридцать первое октября. Будет два года, как он тут. И два года, как его родственники, вероятно, ищут его, беспокоятся и плачут. Он только надеется, что они отпустят. Что их любовь к нему смоется временем. Потому что каждая попытка представить себе их лица, их эмоции, отражается болью. То как Алфёдов прячется от всего мира в своих мыслях, желая больше никогда не выходить. То как Джаст каждый раз как в первый застывает, понимая, что его старшего брата больше нет. Как Альцест агрессирует на всех подряд и не даёт братьям даже выйти из дома одним, без него, боясь, что и они пропадут. Сантоса, этого маленького комка радости даже представлять в такой ситуации страшно. Хочется просто прыгнуть в эту реку и забыться навсегда. Но именно в такие моменты к нему подходит Пугод и целует украдкой в губы, прижимаясь всем телом. —Пойдём, а, Секби, ещё тренировка сегодня.. А потом, — он улыбается заговорчиво — Кое-что вкусное. Пошли, давай! Не зря ведь я старался. И время до его смерти увеличивается ещё на один день. Потому что завтра будет год, как он снова встретился с Пугодом. Он не должен это пропустить. А дальше будь что будет.