Я назову тебя луной

В доме Боскетто царила суматоха. Отовсюду слышались детские крики, смех и громкая музыка. Сегодня Софи исполнилось пять лет, чем именинница очень гордилась. Когда мы приехали на торжество, дочь Иньяцио со всей серьезностью заявила, что она уже взрослая, поэтому готовится к выходу на работу. Мы с Пьеро переглянулись – кажется, мы знаем, кто надоумил эту принцессу на столь взвешенное решение. Мишель тепло поприветствовала нас и убежала контролировать работу аниматоров – на заднем дворе дома царили настоящие джунгли. Летисии выдали зеленый колпак, надели зеленые перчатки и повели пробираться сквозь искусственные лианы. -Я уже устал, -пожаловался Иньяцио, переворачивая ребра на гриле. -Когда своих двое – еще ладно, но когда у тебя полный дом детей… Я все-таки не решусь на третьего шалопая, мне и двоих достаточно. -Ну, Габриэль же спокойный у вас, -пожала я плечами, и в этот же момент старший сын Иньяцио пронесся мимо нас с дикими криками, обороняясь от своего друга водным пистолетом. Струя попала на брюки Пьеро. Он хмыкнул: -Я бы не был так в этом уверен, милая. -Всем привет, -на террасу вошел Джанлука с огромной цветастой коробкой в руках. -У вас открыто было, я зашел. Не боитесь, что детей украдут? Мы тепло обнялись с брюнетом и дежурно поцеловали друг друга в щеку. От мужчины пахло чем-то цитрусовым, но слегка уловимым. Я повела носом, оценив новинку парфюмерного гардероба коллеги моего мужа. -Привет, -Иньяцио отвлекся от готовки, и мужчины похлопали друг друга по плечу. -Ты посмотри на этот шабаш и скажи, стоит ли вообще ставить двери в этот дом? Джанлука хмыкнул, перекидывая коробку в другую руку. -Весело тут у вас, ничего не скажешь. На самом деле за пару домов слышно, где тут день рождения проходит. Именинница в гуще событий, я так понимаю? Счастливый отец двоих кивнул. Пьеро, поправив ворот светло-голубого поло, присел рядом со мной на скамейку и взял со столика стакан с лимонадом. Джанлука последовал его примеру. Мы принялись обсуждать прошедший тур, и я с удовольствием впитывала каждую деталь. Иньяцио рассказал, как смог похудеть на пять килограммов, нарушая при этом диету. В этом ему помог Пьеро, за жабры тащивший коллегу в зал на часовую тренировку три раза в неделю. Джанлука похвастался, что пока они колесили между странами, он успел прочитать «Героя нашего времени», но немного не понял некоторые моменты, наткнувшись на социокультурные различия, которые я смогла ему доходчиво объяснить. На заднем плане слышались детские визги, восторженные крики, и я краем глаза видела, как замотанная Мишель совместно с аниматорами пыталась сделать так, чтобы никто не самоубился. Но помочь я ей не решалась – боялась не справиться с этими бесятами. -Дядя Джан! -раскрасневшаяся Софи забежала на веранду, и улыбающийся абруцезе подхватил девочку на руки, крепко обняв, и поздравил с днем рождения. -Спасибо! А ты пойдешь с нами ловить динозавра? -Нет, солнышко, я не влезу ни в одну из декораций, -рассмеялся мужчина, поправив выбившиеся черные локоны из прически девочки. -Ты лучше с друзьями это сделай, а потом возвращайтесь с победой, и я подарю тебе подарок. -Хорошо, -кивнула Софи и, быстро соскочив с колен, вернулась на исходную позицию в гущу кричащих детей. -Она у вас такая активная, -продолжая улыбаться, произнес Джан, проведя пятерней сквозь уложенные кудри. -Ты же хотел на теннис ее отдать, чтобы она сбрасывала энергию. -Мишель против. Сказала, что Софи хочет на футбол, а кто я такой, чтобы перерубать на корню желания ребенка? -Иньяцио положил на гриль очередную порцию ребер. -На теннис попросился Габриэль, но у него же еще школа, шахматы и робототехника. Не знаю, как впихнуть это все в расписание. -А Лети куда хочет? -спросил Пьеро, приобняв меня и положив руку на бедро. -Может, тоже на теннис отдать? -Я же говорила, что она хочет в художественную школу, но набор туда с шести лет, -я почесала бровь и повернулась к мужу. -Ну, еще заявила на днях, что хочет научиться играть на арфе. Я даже и не знаю, что делать и куда бежать. -А почему арфа? -удивленно спросил Джан, наклонившись вперед, чтобы меня было видно из-за фигуры Пьеро. -Как вообще вы наткнулись на такой инструмент? -Лети в книжке увидела иллюстрацию, как девушка в красивом платье сидит за инструментом, и спросила, что это такое. Ну, я включила ей видео, чтобы она посмотрела и послушала, а Лети взяла да и сказала, что тоже так хочет, -я нервно хихикнула, теребя подол белого хлопкового сарафана. Это была не просто хотелка, брошенная в порыве восторга – это было серьезное заявление: дочь уже несколько раз спрашивала, когда она сможет начать учиться играть. -Моя дочь – будущая арфистка? -глаза Пьеро загорелись радостью и гордостью одновременно. -Я всегда знал, что у женщин моей семьи прекрасный вкус. -Ага, Летисия закончит консерваторию и будет через двадцать лет в оркестре играть, а ты петь, -хохотнул Иньяцио, вытирая руки белоснежным полотенцем. -Будешь за ней инструмент перевозить да женихов отгонять. Раз глянешь – и все, вокруг пустыня и перекати-поле. Ни-ко-го. -Иди ты, -фыркнул Пьеро, показав кулак коллеге. Тот рассмеялся. -Да ладно, я сам от Софи уже сейчас готов отгонять потенциальных женихов. Как представлю, что эти грязные ручки тянутся к моей куколке… Иньяцио недовольно поморщился, щелкнув несколько раз щипцами для мяса. Я, улыбаясь, вклинилась в разговор: -Мальчики, вы сами себя вспомните лет в четырнадцать, ну или в девятнадцать. Там гормоны крышу сносят так, что чужой отец вообще не вызывает ужаса. Ну вот еще скажите, что не подкатывали к девочкам, а были заняты только музыкой… Все лица мужского пола быстро закивали головой, словно от этого зависела их жизнь, а я от души рассмеялась. -Я не верю! Ну просто ангелы во плоти, вы посмотрите на них. Так почему же я и мои подруги в университете отбивались от потенциальных женихов? -Вы просто были очень красивыми, -залебезил Пьеро, забавно сморщив нос и прищурив глаза. -Поэтому за вами толпами носились пацаны. А мы делом заняты были. -А что, сейчас не очень красивые? -я пропустила последние слова и поймала мужа на случайно вылетевшей фразе, игриво скрестив руки на груди. -И ваши девочки не будут такими красивыми, что ли? Ну-ка, поясните. -Милая, я все понял, -Пьеро примирительно чмокнул меня в щеку, крепче обнимая за талию. -Ты права. Но ружье я все-таки прикуплю. Я закатила глаза, а Джанлука рассмеялся в голос и откинулся на спинку скамейки. -Не могу представить, что чувствовали наши родители, пока нас воспитывали. Сейчас вот на вас смотрю, и мне кажется, что я еще все-таки не готов к такому ответственному шагу. Это же столько нюансов надо учесть, чтобы ребенок был счастлив, но при этом в безопасности… -Ничего, привыкнешь, -подмигнул Иньяцио, снимая мясо с гриля. -Сначала страшно, а потом втягиваешься. Да и в конце концов, каждый на этой земле найдет то, в чем можно обвинить родителя. Главное, хорошим человеком ребенка воспитать. Растрепанная Мишель вошла на террасу. -Инь, что там по еде? Десяток голодных ртов устроили бунт, их срочно нужно успокоить. -Все готово, милая, открывай пиццу и заводи всех по одному. Далее мы с Мишель то и дело раскладывали еду на тарелки и только успевали разливать лимонад по широким стаканам. Во время трапезы детки притихли, но ненадолго – кто-то запустил игру под названием «кинь в меня черным виноградом», и я пожалела, что надела белый сарафан на детское торжество. После того, как все подарки были открыты, свечи задуты, а торт съеден, гости потихоньку начинали расходиться по домам. Замотанная вусмерть мама именинницы убирала со стола, и я вызвалась ей помочь. Вдвоем мы привели столовую в божеский вид, а мужчины прибрались на заднем дворе. Софи, Габри и Летисия сидели в гостиной и смотрели «Шрека» - дети Иньяцио его обожали. -Я больше не могу, -устало рухнула на стол Мишель, массируя шею и плечи. -Я очень люблю детей, но не в таком количестве. До следующего года я план по праздникам перевыполнила. -В сентябре у Габри день рождения… ой, зря напомнила, -я прикусила язык под стоны умотанной брюнетки. -Извини. -Ладно, до сентября есть время прийти в себя, -развела руками Мишель и встала из-за стола. -Прости, Элена, но я пойду прилягу на полчаса. В голове до сих пор крутятся эти детские песни и вопли. Я отдохну и вернусь к вам, Иньяцио вас пока развлечет. -Без проблем, -я понимающе закивала, представляя, что пришлось пережить синьоре Боскетто за сегодня. -Детям скажи только, чтобы тебя не трогали, а шли к нам. Брюнетка устало махнула рукой и скрылась в дверном проеме, а я вышла на задний двор в поисках мужской компании. -О, вы здесь, -я прошла к небольшому техническому помещению, где хранился садовый инвентарь, обняв себя за плечи: поднялся прохладный ветер, а солнце скрылось за облаками. -Мишель ушла ненадолго привести себя в порядок. Но мне кажется, что лучше ее вообще не трогать сегодня. -Понял, беру функцию шефа на себя, -Иньяцио отодвинул ногой пластиковые ведра и жестом показал коллегам на выход. -Ребра и пиццу разогрею – подойдет? Через пару мгновений мы сидели в столовой и медленно потягивали вино. Мужчины обсуждали планы на предстоящий сезон, а я наблюдала за мужем и впитывала каждый жест, каждую интонацию в его голосе, каждую улыбку, пытаясь вытатуировать их в своей памяти как можно надольше. Какое-то предчувствие засело у меня в груди, и я не могла от него отделаться. Казалось, что что-то должно произойти, но что? Все же в порядке. Я видела, с каким трепетом Пьеро относится к Летисии, чувствовала его любовь ко мне, его ласку и заботу. Всю прошедшую неделю мы не могли надышаться друг другом, словно школьники, только вступившие в отношения, и каждую ночь проводили в страстных объятиях под одеялом. Однако червячок сомнения точил меня изнутри, и я пыталась угадать, что же должно произойти? Неужели измена в туре? Я, оставив друзей обсуждать очередную запись на студии, прошла в ванную и включила воду в раковине, вглядываясь в отражение. На меня смотрела чуть уставшая двадцатипятилетняя девушка – спасибо генетике, что я выглядела на восемь лет моложе. Карие глаза в обрамлении накрашенных ресниц блестели в электрическом свете, но как-то лихорадочно, что ли. Щеки горели, и сквозь коралловые румяна проглядывала краснота кожи. Помада немного стерлась в центре губ, но кожа была мягкой. -Я просто заболела, -резюмировала я и вымыла руки ароматным мылом. -Поэтому на меня напала тревожность. Мне нужно выпить малиновый чай и лечь спать. Послышались детские крики, и я прошла в гостиную. Габриэль гонялся за девчонками, а те звонко смеялись и ловко уворачивались от нападающего. «Шрек», видимо, закончился, и его роль на себя примерил сын Иньяцио. -Летисия, ты не голодна? -я, улыбаясь, подхватила ребенка на руки и поправила волосы, выбившиеся из косичек. -Нет, мамочка, я хочу играть, -дочка заерзала, пытаясь вырваться из объятий, и я опустила ее на пол. Ладно, потом захочет и сама попросит, я не настаиваю. Однако в это время в гостиную вошли мужчины, и Пьеро жестом показал на наручные часы. -Лети, пора домой, уже время много, тебе скоро нужно ложиться спать. И дяде Иньяцио и тете Мишель надо отдохнуть, они с утра на ногах. -Ну папочка, -начала канючить Лети, высунувшись из-за кресла. -Ну можно еще немного поиграть с ребятами? Мы давно не виделись! -И у меня день рождения сегодня! -подхватила Софи, подбежав к Лети. -Можно мы еще поиграем? Но Пьеро был непреклонен. Он взял плюшевый рюкзачок Летисии в форме облачка и протянул руку дочери, намекая на то, что мы уже уходим. Девочка захныкала, но папа быстро привел ее в чувство и пообещал, что на следующих выходных перед поездкой в отпуск Габри и Софи приедут к нам в гости (на этой фразе у меня появились вопросы к мужу, но я промолчала, решив их задать наедине). Поникнув, дочь обняла друзей, Иньяцио и Джанлуку и они с Пьеро вышли из дома. -Я тоже поеду, -махнул рукой абруцезе и попрощался с детьми и коллегой. Я вышла за ними следом и поблагодарила Иньяцио за чудесный праздник, попросив Мишель передать теплые слова. Он кивнул и вышел во двор с детьми, чтобы нас всех проводить. Летисия долго махала в заднее стекло друзьям, вышедшим на дорогу, чтобы ее проводить, а потом, вздохнув, повернулась к нам. -Я не хочу домой, там скучно и не с кем играть. -Милая, ты видела, сколько сегодня было народа у Софи? -голос Пьеро был ровным, но нетерпящим возражения. -Иньяцио и Мишель было очень тяжело, они сильно устали, поэтому мы и уехали домой. В следующий раз, когда мы встретимся маленькой компанией, вы сможете подольше поиграть. Тебя устраивает такой ответ? -Да, -кивнула в ответ девочка, но как-то уж слишком грустно и драматично вздохнула, что мое материнское сердце сжалось. -Милая, нам бы тоже хотелось подольше остаться в гостях, но ты пойми, что принимающая сторона устала, а мы ведь их любим и ценим, поэтому приняли решение дать им отдохнуть подольше. Если хочешь, мы завтра съездим в центр и погуляем в парке аттракционов. -Я все поняла, мама, -Летисия закивала головой, теребя небольшого вязаного жирафика, которого подарил ей Пьеро в прошлом году – дочь не расставалась с ним ни на день. -Не хочу в парк, хочу с друзьями играть. Мы переглянулись с Пьеро, капитулируя. Когда наша дочь вбивала себе в голову какую-то мысль, то было тяжело ей противостоять – она наступала как танк. -Я напишу Мишель, может, они смогут завтра заехать к нам, -я взяла в руки телефон и зашла в мессенджер, где написала пару строк синьоре Боскетто. -Но после такого шабаша надо восстанавливаться ни один день точно. -А мне даже понравилось, -хмыкнул Пьеро, выезжая на автостраду. -Люблю, когда дома много детей – это говорит о том, что здесь всегда царит счастье. Я молча смотрела на проплывающие мимо деревья. Сквозь серые низкие облака проглядывали лучи закатного солнца, но они были какими-то тусклыми, и предчувствие снова укололо меня где-то глубоко внутри. -Элена, я знаю, что это сложный вопрос для тебя, -Пьеро немного напрягся, чуть сильнее сжав руль. -Но… может мы заведем еще одного ребенка? Я продолжала молчать, закусив губы. Пальцы нервно теребили телефон, а мозг лихорадочно придумывал ответ, который бы не обидел мужа, но при этом был искренним и честным. -Я понимаю, что беременность и роды были очень тяжелыми, ты не подумай, я всегда был и буду благодарен тебе за такой подвиг, -продолжил Пьеро, чуть убавив музыку. -Но я сегодня посмотрел на этот цирк, и мне так захотелось, чтобы и у нас дома он тоже периодически появлялся. -Это очень сложный вопрос, Пьеро, -я ближе придвинулась к мужчине и положила руку ему на колено. -Во-первых, я боюсь, что мне снова придется половину беременности пролежать в больнице. Во-вторых, мне в твое отсутствие будет очень тяжело справляться с двумя детьми. Моя мама в России, твоя мама в Наро – кто мне будет помогать десять месяцев в году? -Я предлагал тебе нанять няню, чтобы она тебя разгрузила, -Пьеро плотно сжал губы, заворачивая к нашему району. -Но ты сама отказалась. -Да, я не хочу, чтобы за моими детьми следила чужая женщина, -я фыркнула, отклонившись в сторону. -Мне достаточно Амелии раз в неделю, хотя и с уборкой я могу справиться сама. -Так я же тебе предлагаю варианты решения проблемы! -в сердцах воскликнул мужчина, но тут же наткнулся на мой холодный вопросительный взгляд. -И, может, вторая беременность будет протекать лучше? -Я не хочу это проверять, извини, -я прикрыла глаза. -Мне было достаточно того, что меня еле откачали и влили кучу чужой крови, пока малышка мерзла одна. А, еще забыла про уколы в живот и бесконечные угрозы прерывания беременности. Пьеро, нет, пожалуйста, я не вынесу такого больше ни физически, ни морально. Повисло молчание. Я невольно вернулась на четыре года назад, а Пьеро, видимо, жалел об упущенной мечте иметь большую семью. Мы подъехали к дому. Пьеро, припарковавшись, отстегнул уснувшую Летисию и, достав из автокресла, аккуратно понес ее в дом. Я закрыла машину и прошла следом за мужем. Он унес девочку в гостиную и положил на широкий диван, чтобы чуть позже разбудить ее на вечерние процедуры, а я прошла на кухню и налила в большой темный стакан воды – после мяса на гриле ужасно хотелось пить. -Прости, -Пьеро бесшумно вошел в помещение и притянул меня к себе за плечи. Я прижалась спиной к его груди. -Я не имею права тебе указывать, рожать еще или нет. Ты достаточно натерпелась, и сама решишь, как поступать в этом случае. Но я правда очень хочу еще одного ребенка от тебя. До дрожи в коленях. -Ты, наверно, уже пожалел, что выбрал меня в жены, ведь я разрушила твою мечту о футбольной команде. Лучше бы женился на другой, более здоровой и выносливой, -вздохнула я, поворачиваясь к мужу. Тот с недоумением воззрел на меня свои карие очи. -Ты чего такое говоришь? О чем ты? Я ни на секунду не пожалел о своем выборе. У нас растет прекрасная дочь, которую подарила ты, любовь всей моей жизни, -мужчина говорил тихо, но достаточно жестко. -Да даже если бы мы не смогли иметь детей, какая разница? Главное, что ты рядом, это перекрывает все тяжести и невзгоды. Тенор обхватил ладонями мое лицо и прикоснулся горячими губами ко лбу. Я прикрыла глаза и попыталась выровнять дыхание – такое пылкое признание я слышала нечасто. Пьеро был человеком дела, а не слова, поэтому его тирада затронула самые глубокие струны моей души. -Вы чего тут обнимаетесь? Я тоже хочу! -заспанная Летисия с торчащими косичками сердито прошлепала в нашу сторону и обняла нас за ноги. Мы с Пьеро облегченно рассмеялись, и мужчина поднял дочь на руки, покрывая маленькое личико поцелуями. Я прижалась к двум самым дорогим мне людям и прикрыла глаза от тепла, разливавшего внутри меня. Все идет так, как должно идти. Но почему же внутри червячок предчувствия так и не успокоился?