The Reboot System

Джерард сидел на краю кровати, его тело выгибалось в судорогах. Тонкие пальцы безуспешно пытались удержать пластиковый стакан, он выскальзывал, расплескивая жидкость на липкие простыни. Постоянный тремор сотрясал его с головы до ног. Он нервно, параноидально поглядывал на занавешенное окно, словно ожидая, что оттуда явятся демоны. — Фрэнк. Тут кто-то есть. В углу. Я слышал, как он дышит. Фрэнк, съежившийся в кресле с потрепанной обивкой, медленно поднял на него глаза. Его собственное лицо было блестящим от пота. — Это кондиционер, придурок, — прохрипел он, пытаясь размять онемевшие конечности. — Успокойся. Выпей еще, блять. Не еби мне мозг. Но при одной только мысли о спиртном его собственный желудок сжался в спазме. Он попытался сжать пальцы в кулак, заставить их слушаться, но они лишь беспомощно дергались своей жизнью. Истощенный организм Джерарда требовал отдыха, но мозг отказывался отключаться. Он рухнул на подушку, запах пота заставил его задохнуться. Глаза слипались, сознание уплывало, и тут его ноги резко дернулись, сбросив на пол. Он упал с глухим стуком, запутавшись в мокрых простынях. — Пепел! — закричал он, беспомощно отмахиваясь от невидимой угрозы. Его глаза были дикими, полными ужаса. — Он сыпется на меня! Из вентиляции! Фрэнк, как ужаленный, подскочил с кресла и бросился к нему. — Джи! Тихо, всё нормально! — он попытался прижать его, но Джерард вырывался, его сила, рожденная бредом, была неестественной. В свете полуживой прикроватной лампы Фрэнк заметил, как тень от падающей бутылки на стене вдруг дернулась и замерла не там, где должна была быть. Он резко тряхнул головой, списывая это на собственную ломку. Просто глюки. Не сейчас. Только не сейчас. Джерард затих в его объятиях. Он уставился в пространство пустым, невидящим и больным взглядом. — Я не хочу этого видеть, — прошептал он. — Выключи это. Фрэнк, всё еще пытаясь отдышаться, сжал его плечо. — Выключить что? Джерард медленно перевел на него взгляд. В его глазах бездонная тьма. — Всё, — просто сказал он. Слова застряли в воздухе, густые и липкие, как сам воздух в этой комнате. Фрэнк почувствовал, как по спине бегут мурашки, взгляд Джерарда был невыносим. — Ладно, всё, хватит этой хуйни, — огрызнулся он, резко поднимаясь на ноги. Мир поплыл, но он уперся руками в колени, переждав волну головокружения. — Просто нужна еще одна доза. Прочистит мозги. Тебе и мне. Он прошел к столу, где среди хлама лежала полупустая бутылка водки и маленький прозрачный пакетик. Кетамин. Последняя надежда. — Нет... — прошептал Джерард, съеживаясь. Он смотрел на Фрэнка, словно тот собирался вскрыть ему вены. — Не надо. Оно не даст. Оно сквозь это все видит. — Что оно видит, Джей? Галлюцинации? — Фрэнк с силой откручивал крышку, руки дрожали. — Это не оно видит, это у нас ломка! Химия, блять, мозга! Стоит только подзарядиться, и все эти... твои тени развеются. Он наклонился к Джерарду, пытаясь поймать его взгляд, но тот упрямо отворачивался, уставившись в зловещий угол. — Послушай меня, — Фрэнк говорил с уверенностью. — Я знаю, что делаю. Выпьем, уколемся, и все пройдет. Рукой снимет. Обещаю. Мы же всегда так делали. Он потянулся, чтобы похлопать Джерарда по плечу, но тот вздрогнул и отшатнулся. — Не трогай меня! Фрэнк замер, а затем сдавленно выдохнул. Страх снова сменился раздражением. — Хорошо. Не трону. Сиди тут со своими этими, — он яростно швырнул в рюкзак уже пустую бутылку. — Я схожу за новой. И за кетом, мне Берт денег должен отдать. Ты останешься тут. Никуда не уходишь, понял? Джерард не ответил. Он обхватил себя руками и начал монотонно раскачиваться вперед-назад, беззвучно шепча что-то невидимому собеседнику в углу. Фрэнк, сжимая в кармане ключ, последний раз окинул взглядом эту сцену: своего друга, превратившегося в испуганное, больное животное, грязную комнату, полную призраков. Он чувствовал себя последним подлецом, бросающим тонущего. Но он не бросал. Он шел за спасательным кругом. За бутылкой и пакетиком порошка, которые, как он свято верил, и были единственным спасением. — Я быстро, — бросил он в пространство, уже поворачиваясь к двери. — Просто посиди смирно. Когда вернусь, все будет круто. Гул кондиционера, прежде бывший просто фоном, внезапно обрел структуру, он распался на множество тихих, шелестящих голосов. Бросил. Он тебя бросил. Мы теперь твои единственные друзья. Покажем, что здесь настоящее. Он зажмурился, вдавив ладони в уши, но шепот не стих, а лишь перебрался внутрь черепа. А потом пришли ощущения. Сначала пришло знакомое, противное щекотание под кожей на запястьях, но оно быстро превратилось в нечто иное. Видимые точки жужжали под кожей и кровоточили. Тысячи острых, цепких пузиков, которые копошились внутри, в ткани мышц и били его током. Он сжал левое предплечье правой рукой, чтобы скрыть шевеление, но они выбирались и ползли дальше. — Нет... - он забормотал, впиваясь ногтями в кожу. — Выйдите... Визуальные галлюцинации усилились. Белые, слепые, просящиеся наружу личинки мух, они извивались в его венах. Он смотрел на свои вены и видел, как они прогрызают путь на волю. А потом пришло чувство инородных объектов — резкая, колющая боль в бедре. Его тело стало чужим, враждебным механизмом, начиненным проводами и чипами. Каждая инъекция кетамина оставила в нем кусочки этой синтетической грязи, и теперь она оживала. Он отполз в другой угол, прижавшись спиной к стене, но та оказалась теплой и влажной. Он почувствовал, как она пульсирует. С криком он оттолкнулся. Зрительные галлюцинации накладывались на тактильные. Комната перестала быть комнатой. Стены дышали. Узоры на обоях складывались в искаженные лица. Потолок навис над ним. Пол уходил из-под ног расплываясь. Его взгляд упал на собственные руки. Это были не его руки. Они были чужие и аморфные. Он скомандовал пальцам пошевелиться, и они повиновались, но с жуткой, механической задержкой. А по стенам, полу и потолку ползло движущееся, сплошное полчище. Тараканы с блестящими панцирями. Пауки, плетущие мгновенно появляющуюся паутину. Их стрекот и жужжание сливались с голосами.

Вырви их. Вырви провода, пока не поздно.

Он привел их. Твой Фрэнк. Он сейчас вернется с ними.

Бредовая трактовка реальности достигла пика. Фрэнк ушел не за водкой. Он ушел, чтобы привести существ в белых халатах с лицами рептилий. Фрэнк был одним из них. Он всегда был. Внезапно дверная ручка с другой стороны скрипнула. Ручка медленно, со скрипом, начала поворачиваться. Из-за двери донесся скрипучий звук.

Открой... Джерард... Мы... ждем...

Он вжался в стену, не в силах пошевелиться, глядя на дергающуюся ручку. Скрип дверной ручки замер внезапно. Напряжение в воздухе сгустилось, стало вязким. Джерард не дышал, прислушиваясь. Тихо. Слишком тихо. Даже гул кондиционера смолк. И тогда его взгляд упал на стену напротив. Обои с безвкусным золотым узором шевелились. Золотые завитки расползались, превращаясь в трещины, а из трещин выползали они. Сначала это были просто черные точки. Но они множились с невообразимой скоростью, сливаясь в сплошное, движущееся полотно. Тараканы. Их хитиновые панцири отливали блеском, слепя его раздраженные глаза. Они заполняли комнату и шипели. Он отшатнулся, прижимаясь спиной к стене, но тут же отполз, стена тоже была живой. Он был в ловушке. — Уйдите... — его голос был слабым писком. И тогда пришло новое ощущение. Острое, невыносимое жжение под кожей на спине, будто ему вонзили раскаленную спицу в позвоночник. А потом еще одно. Провода. Снова. Тонкие, металлические, они впивались в его плоть, проникали глубоко внутрь, обвивая кости. Он закричал, пытаясь дотянуться до спины, но его руки не слушались. Диссоциация достигла пика. Он чувствовал, как его сознание отделяется от тела. Он парил под потолком и смотрел сверху на это жалкое, дергающееся существо в углу. А с потолка на него смотрели лица — его матери, Майки, Рэя. Они смотрели на него с холодным, научным интересом.

Образец № 743 в стадии активного распада, — проговорил голос Майки.

Нейронные связи рвутся по заданной схеме, — добавил голос Рэя.

А тем временем тараканы на стенах начали складываться в слова.

ПРЕДАТЕЛЬСТВО.

ОДИНОЧЕСТВО.

СМЕРТЬ.

Внезапно дверь с силой распахнулась. В проеме стоял Фрэнк. Он держал в одной руке бутылку, в другой пакет со шприцами. Его лицо было живым, он уже укололся. — Вот, Джи, — сказал он мягко. — Я принес. Сейчас все пройдет. Но Джерард видел не Фрэнка. Он видел существо в человеческой коже, с глазами рептилии. Оно протягивало ему отраву. — Нет! — закричал Джерард, отползая. — Я не дамся! Ты не настоящий! Фрэнк сделал шаг вперед, его лицо исказилось смесью жалости и раздражения. — Джи, хватит, блять! Это я! Фрэнк! Но его слова доносились до Джерарда искаженными.

Позволь мне завершить процедуру, субъект №743.

Джерард наткнулся на что-то твердое. Нож. Он схватил его. Это была единственная реальная вещь в его кошмаре. — Отойди! — он направил лезвие на приближающуюся тварь. — Я тебя убью! Фрэнк остановился, его глаза расширились от шока, его друг смотрит на него взглядом дикого зверя. — Джерард... — он опустил бутылку и шприцы, медленно поднял руки вверх. — Положи нож. Это я. ФРЭНК! Но для Джерарда это были пустые слова. Он видел, как кожа на лице «Фрэнка» начала трескаться. Он слышал, как голоса из стен требуют крови. Он сжал рукоятку ножа крепче. Единственный выход — прорваться. Фрэнк замер. Слова не работали. Оставалась только сила. Прости, братан, — мысленно прошептал он. — Хорошо, Джей! — сказал он громко и четко. — Хорошо! Я не трону тебя. Видишь? Я отступаю. Он сделал шаг назад, потом еще один. Джерард следил за ним горящим взглядом. Не было времени на уговоры. Только на действие. — Прости, Джей, — выдохнул Фрэнк и рванул вперед на него. Он пошел напролом, всей своей массой обрушившись на Джерарда. Тот вскрикнул, и они оба рухнули на кровать. Фрэнк чувствовал под собой кости Джерарда, его судорожные вздрагивания. Джерард вырывался с силой безумия, его свободная рука царапала Фрэнку лицо. Фрэнк вдавил колено ему в спину и с силой скрутил ему за спину обе руки. Джерард хрипел, захлебываясь слюной. — Уйди... убью... все видят... Фрэнк, не отпуская его, одной рукой начал шарить по полу. Вот он. Старый шприц. Внутри остатки кетамина на дне, меньше куба, но хотя бы что-то. Не думая о стерильности, Фрэнк зубами сорвал колпачок с иглы. Джерард под ним продолжал биться, но его силы уже иссякали. — Усни, блять, — прошептал Фрэнк с ненавистью к себе, к ситуации, к этому миру. Он нашел место под лопаткой и резко вогнал иглу. Фрэнк медленно нажал на поршень. Потом выдернул иглу и откатился на край кровати, тяжело дыша. По его лицу текла кровь из царапин. Джерард лежал неподвижно, лишь его плечи мелко подрагивали. Через несколько секунд его окончательно. Фрэнк поднялся, посмотрел на скомканную фигуру на кровати, на выпавший нож. Он поднял его и зашвырнул в угол от злости. Он его усмирил. Он его «спас» Фрэнк подошел к раковине, плеснул на лицо воды, глядя на свое исцарапанное отражение. Спас, чтобы завтра, когда доза закончится, этот ад начался снова. Только хуже. Всегда хуже.