Heartbeat

Январь–февраль.

Январь выдался холодным, конечно по мере статистического человека Южной Каролины — это было лишь лёгким похолоданием, Ники говорит, что он и Аарон просто слишком восприимчивы к холоду. Хотя брат противится, но Эндрю знает, что у него всегда начинается сильный насморк, когда температура редко понижалась до минуса. Би копала глубже — «Это может быть следствие не очень хорошего блага жизни в вашем прошлом доме», говорит она имея в виду всё вместе: и детский дом, не оснащённый хорошим обогревом — мамочка не позаботилась хотя бы о том, что у них была приемлемая крыша над головой; и множество неблагополучных семей, которые они успели посетить, и в которых тепло было не на первом месте забот Эндрю; и дерьмовые школы с нулевой отапливаемостью и малым количество зимних вещей. Эндрю сильнее уткнулся носом в мех своей куртки и свесил портфель на локоть, чтобы достать телефон. Внутри, поверх какой-то листовки, была уложена заботливая пара перчаток — непонятно от Ники или Би, но Эндрю всё равно проигнорировал их, вместо этого вытягивая замёршими руками распечатанный лист. Он натянул рукава на покрасневшие костяшки пальцев и нахмурился, узнавая глазами текст. Это было личное уведомление о «вертикальном» сформировании новых групп всех учеников Пальметто — школы для мальчиков. Должно быть объявление пролежало все каникулы за закрытой молнией рюкзака, погребённого на том же месте, где Эндрю похоронил свою память о школе на время отдыха — в углу его комнаты. Он почти перечитал во второй раз, когда на телефон пришло сообщение. Роланд — с которым они не виделись все выходные, потому что тот гостил у своих одних родственников добрую половину, и ещё столько же у других, писал, что уже ждёт его. Эндрю хмыкнул, не переходя в личные сообщения, вместо этого чёркая ручкой на обмёршей коже номер кабинета с пометкой. Новый класс мог подождать, не зря же Эндрю ждал этого все каникулы. Он выбросил распечатку в первую же урну. Он успешно проталкивается сквозь развеселённых и отдохнувших подростков, слишком отвлечённых друг на друга, чтобы обращать внимание, что он заходит в библиотеку. Не смотря на ожидание, вибрирующее у него в груди, внутри никого нет. Эндрю несколько мгновений покрутился вокруг и обошёл пару рядов со стеллажами, чтобы точно убедиться негромко позвал по имени. Никто не откликнулся, но телефон оповестил ещё одним сообщением.

«Вообще-то, давай лучше встретимся во время обеда».

Эндрю сглотнул что-то горькое напоминающее разочарование и отправил точку вместо ответа. По громкоговорителю произносят поздравления и наставления на начала нового семестра, в конце диктор напоминает о новых классах и говорит что-то ещё о возможностях этой программы, но Эндрю не слишком заинтересован, чтобы слушать. Он выключает телефон и убирает его в карман брюк. Всё равно он терпеть не может библиотеки, каждый раз когда Аарон пытается затащить его позаниматься эссе, Эндрю говорит Аарону, что у него аллергия. Он покидает библиотеку с острым предвкушением, что это будет ещё одно тяжёлое полугодие. Он останавливается возле кабинета, чтобы сверить номер класса. В25 встречает его шумом, не смотря на то, что профессор уже занимает письменный стол, и десятком новых лиц. Он даже не старается разглядеть в них кого-то знакомого. Это не плохо, потому что он не уверен, что смог бы пережить ещё целое полугодия с Ники в одной замкнутом пространстве, но Эндрю почти скучает по их с Аароном притворстве и разыгрывание. В то время, он почти не жалел, что не съел брата в утробе, всё же есть какие-то плюсы от наличия однояйцевого близнеца. — Да это же Эндрю Добсон! С новым годом, — скорее саркастично, чем искренне поздравляет его профессор и Эндрю поворачивается к нему. Он тихо хмыкает в ответ. — Решил посетить дом Гамлета? — спрашивает мужчина, не поднимая головы, разбираясь с бумагами, ставшими вторым покрытием его стола. Эндрю вспоминает, что это должно быть название классовой группы, довольно странный выбор, но ему нравится английская литература, так что он немного смягчает своё мнение. Эндрю многословно пожимает плечами. — Похоже на то. — Посмотрим, куда же я тебя посадил, — он перекладывает свои жёлтые карточки. — А. Ты вон там, — его рука указывает куда-то за спину Эндрю и ему приходиться оборачиваться, чтобы увидеть пустующее место у окна. Рядом уже сидит кто-то. — С Нилом Хэтфордом, — говорит мужичина, когда Эндрю снова смотрит на него, — переведённым из Великобритании. Всего на год младше тебя и кажется играет в экси, — добавляет он так, словно его это могло заинтересовать. Мужчина делает какую-то пометку на ярком стикере. — Думаю, вы отлично поладите, или можете сидеть молча до конца года. Мне вообще никакой разницы, — говорит профессор и Эндрю вскидывает бровь, прежде чем пройти к своему месту, мужчина даже не замечает. Конечно, чёрт возьми, он знал Нила Хэтфорда. Вся школа знала и была встревожена внезапным переездом богатого владельца множеством компаний по изготовлению огнестрельного оружия по всему США, именно в Южную Каролину, для поступления его племянника в школу Пальметто посреди учебного года. Это был слишком чёткий план для простого совпадения, поэтому когда он стал ещё одной звездой экси на уровне Рико Мориямы из школы Эдагара Аллана (хотя по скромному мнению Эндрю, он считал, что Рико нужно снять корону и уйти на задний план, уступить, вернуть Кевину Дэю заслуженный первый номер не только на своей джерси), то Эндрю вовсе не удивился, что за недолгое время перед каникулами Нил стал частью их пальметтовской команды настолько, что уже никогда нельзя было представить Кевина и Жана без него. Возможно в этом и крылась причина его целенаправленного поступления в PSY, а не Эдагара Аллана, которая была школой — прародителем экси из-за известной истории изобретения вида спорта Кейли Дэй и Тетсудзи Морияма, внесённый в программу олимпийских игр в дальнейшем. Возможно по той же причине, по которой Кевин не продолжил обучение в западной Вирджинии, а стал жить в южной Каролине, хотя для всех это стало дрянным воссоединением с давно потерянным отцом. Эндрю немного общается с Кевином, это вероятно можно назвать дружбой, но Бэтси дружит с университета с Дэвидом и Эбби, так что им ничего не оставалось кроме как найти общий язык, чтобы выдерживать компанию друг друга. Эндрю мог признать, что это не так уж и плохо, за исключением тех моментов, когда Кевин пытался затащить его в команду. Нил был их негласной тройкой в свите, как они были прозваны репортёрами. Он превосходно играл и умело управлялся на двух позициях, Эндрю не был фанатом экси, но даже он видел в нём не талант, а мастерство, заработанное годами усиленной работы, ему немного не хватало командной игры, хотя он быстро сработался с Кевином в роле нападающего, и с Жаном, как защитник. А ещё он был похож на щенка ирландского терьера каждый раз, когда ему удавалось обойти защитников и забить гол. И нет, Эндрю не следил за ним на обедах, просто это становилось слишком частой темой их разговоров из-за Ники. Или возможно у Нила слишком соблазнительные бедра в шортах для экси, а Эндрю просто слишком гей. Он придал своему лицу невозмутимый вид, слишком хорошо помня слова Би, когда она говорила, что все эмоция отображается в его мимике. Он просто надеялся, что так было лишь для неё из-за своей специальности. Нил поднимает голову, отрываясь от чего-то в своей тетради, и отклоняется на спинку стула, когда Эндрю роняет свой рюкзак рядом с партой. Его голубые глаза осматривали Эндрю с настороженностью, как бывает, когда ты ищешь какие-то условные знаки, позволяющее тебе понять намёки и намерения незнакомца на улице, когда он стоит слишком близко. Эндрю почти задыхался от толики любопытства, поселившейся в них. Нил прервал его маленький кризис кивком. — Привет. Эндрю отмер спустя мгновение тупо уставившись на протянутую руку. Он вообще не пожимал руки при встрече. Эндрю не сделал этого даже, когда узнал, что Николас его кузен. Но вспомнил уже тогда, когда его пальцы обхватили ладонь Нила. Она была тёплая и чуть шероховатая от мозолей, которые могли принести только усердные тренировки. — Привет, — Эндрю кивает и чувствует себя ещё глупее, от того, что просто повторил действия Нила. Нил это не замечает, или делает вид, Эндрю ему благодарен, в любом случае. Нил ещё раз оглядывает его и возвращается к своему занятию. Эндрю замечает две вещи одновременно, прежде чем разум пытается сказать ему, что он не должен обращать на это внимание. Эндрю не обращает внимание на взывающий голос разум. — Ты, — Нил попорачивается к нему, — в рубашке с коротким рукавом. — Заканчивает он мысль с запинкой, потому что конечно это открывает вид на его предплечья, изредко изрезанные белёсыми шрамами, не такими, которые мог нанести он сам, как это делал Эндрю время от времени, пока Би не заметила. Кто-то делал это, не выводил узоры на его коже, а случайным штрихом разрушал ткани, чего не скажешь о препарашённой сыпью из веснушек таким бледнеющих, что можно было сравнить их с точечным ранением, они резко соединяются, точно образуя что-то, что Эндрю смог бы увидеть, если бы ему позволили. Нил моргает и всё ещё смотрит на него, очевидно ожидая объяснения этого замечания. Эндрю тоже моргает. — Да. Это против правил? — остро реагирует Нил и скрещивает руки на круги, когда его спина снова касается стула. Эндрю прослеживает его серьёзный вид, но его собственные губы подёргиваются в, не дай бог, усмешке, когда он замечает несдерживающиеся ямки от улыбки Нила. — На улице январь, — Нил обводит его глазами ещё раз, и Эндрю чувствует как начинают краснеть его уши от такого пристального внимания. Нил тихонько хмыкает в ответ, замечая закономерность того, что Эндрю всё ещё в куртке. — Так холодно? Эндрю садиться на стул не снимая верхней одежды, он считает это за ответ. — Тебе нет? — спрашивает он вместо этого. Нил отрицательно машет головой, его рыжая копна волос следует за этим движением, нарушая чьи-то умелые старания. Морозное солнце подсвечивает его макушку с карамельными корнями, что противопоставляет предположение Эндрю, что его волосы крашенные. Эндрю отворачивается, чтобы обуздать внезапный порыв прикоснуться к ним, вместо этого замечает то, что Нил делал всё это время. — Конечно же, лисы, — бормочет он. — Что? — спрашивает Нил, выводя ещё одну лисью лапку на полях в клетку. Это было таким же очевидным и правильным, как-то, что небо синего цвета, но всё равно являло в себе что-то особенное в том, что Нил Хэтфорд сидел с ним за одной партой и рисовал тотем их команды по экси в школьной тетраде. — Ничего, — произносит Эндрю и подпирает голову рукой, закрывая глаза, чтобы унять внезапное тепло. Эндрю снимает куртку.

***

Он встречается с Роландом в музыкальном классе. Эндрю нравится этот кабинет, потому что иногда он может поиграть здесь после уроков, без зудящего Аарона о создаваемом шуме. Как гитара вообще может создавать шум, Аарон? Эндрю ждёт пока Роланд плотно закроет за собой дверь, после чего коротко здоровается. — Как ты провёл Рождество? — спрашивает Роланд, не очень заинтересованный в ответе. — Нормально, — пожимает Эндрю плечами, также не желая тратить время на пустые разговоры. Роланд хмыкает и подходит ближе, он склоняет голову к его плечу. — Чем ты занимался? Много чего произошло, но в то же время не было ничего особенного. Когда он, Аарон и Ники спустились вниз, Бетси уже приготовила им завтрак, они поели в умиротворённой и спокойной обстановке. Эндрю до сих пор не мог не удивляться способности кузена быть таким энергичным утром, не смотря на то состояние, в котором он дожидался своей очереди в ванную. К счастью, Би поддерживала его быстро сменяющиеся темы от прекрасного парня с немецким акцентом, из его класса, куда их расформировали теперь, до сегодняшнего праздника и его неуемливого желания раздать всем подарки и наконец-то увидеться с Кейтлин. После обеда, Эндрю помогал ей готовить праздничный ужин, пока Ники и Аарон играли в приставку. Она сделала им пару замечаний, когда услышала как Аарон выругался, из-за того, что его машина слетела с трассы. Ему нравилось это время, потому что оно было комфортным и уютным, Эндрю был всё ещё слишком угрюм для разговоров, но Бетси не возражала его молчаливости. Она рассказывала о цветах, которые хотела посадить этой весной, как только почва прогреется для этого, в их дворе; и о небольшой перестановки в своём кабинете. Эндрю молчал, но она знала, что он слушает. После Бетси приготовила им по кружке горячего шоколада, и позвала остальных помочь с посудой. К вечеру пришла Кейтлин, и Эндрю кидал тайные рвотные позывы от умилённых взглядом Аарона на неё, каждый раз когда думал, что она не смотрит. Аарон злился, когда Эндрю скорчивал лицо в похожую гримасу, зато Ники посмеивался в кулак, а Би ласково улыбалась и подбадривающе хлопала Аарона по плечу. Эндрю думает о том, что Бетси подарила ему чёртов персональный медиатор с его инициалами, который теперь теплился на его шее на подвеске, и новенький чехол намного дороже и лучше старого, который уже начал протираться в некоторых местах, и носить в нём инструмент стало не безопасно из-за вероятности оторвать ремешок. Он не мог просить у неё этого, не тогда, когда она и так, сделала слишком много для них. Он нашёл подработку на выходные, сразу же когда это стало возможно — небольшое угловое кафе, которое познакомило его с Рене, было приемлимым и даже уютным. Это позволило ему купить, пускай и не очень дорогие подарки, но всё равно порадовать близких. Также он собирался продолжать копить, чтобы заработать на нужное для гитары самостоятельно, на этих каникулах он мог совмещать работу в баре и в кафе, но Би конечно опередила его. Она всё ещё была обеспокоена тем, что они не будет сосредоточены на предстоящих экзаменах из-за работы, но это не вызывало у него трудностей, а Аарон и Ники заверили, что если это доставит неудобства, они сократят смены, так что она просто следила, чтобы они не перетруждались на каникулах. Эндрю подумал о упаковке подарка от Ники, которая конечно же, выделялась количеством ленточек и блёсток на яркой обёрточной бумаге, о тёплом рождественском свитере, который ему понравился, но он будет носить его только дома. Он подарил Аарону свитер такой же фирмы, но разного принта, потому что был обеспокоен равноценными подарками, чтобы не обделить одного из них. И Эндрю это очень ценил. Тот к слову всё же купил для него что-то, хотя в последнее время, они были в ссоре. Он снабдил Аарона медицинскими книгами, потому что знал, что тот обеспокоен будущим поступлением в один университет с Кейтлин и получил в замен кольцо, которое давно хотел. Он даже не тратит время на то, чтобы попытается обратить эти чувства в слова, он здесь не для этого. Роланд мягко поддаётся к нему на встречу, когда Эндрю опускает руку на его образовавшуюся эрекцию, но быстро отстраняется, отходя на пару шагов, когда возле двери раздаётся преувеличенно громкое девчачье хихиканье. — Ты запер двери? — спрашивает он, заглядывая ему за плечо, с их разницей в возрасте это не трудно. Эндрю хмыкает с его боязливого лица. — Ты же знаешь, нельзя, чтобы нас увидели вместе, — говорит Роланд, нахмурив брови. Эндрю согласно мычит, относя это и к вопросу, и этому одностороннему высказыванию. Он делает пару движений сквозь ткань, заставляя Роланда скулить, прежде чем он наконец справляется с ремнём на брюках. Его член — это знакомая тяжесть в руке, на языке впрочем-то тоже, но для этого сейчас нет времени, и место не подходящее. Он надрачивает быстро, выгибая руку и замедляясь у головки, как это нравится Роланду. Тот послушно держит руки за спиной и Эндрю позволяет ему схватится за плечи, когда оргазм накрывает его. Они стоят так с минуту, пока дыхание Роланда не приходит в норму. На самом деле именно этим Роланд привлёк его: умением соблюдать границы и иметь свои собственные. Конечно, не то чтобы у Эндрю было много претендентов на рискованную быструю дрочку, или если выйдет отсос после уроков, или между некоторыми длинными перерывами. Его разоблачённая случайным образом ориентация этому не способствовала. Скорее это стало своеобразным отбором для всех окружающих его людей, общество само отделилось не желая стать причиной глупых слухов от того, что их шкафчики расположены рядом. А ещё избавило его от назойливых комментариев и споров о Рене и нём. В конце концов это привело к тому, что он познакомился с Роландом. Это был обычный бар, где Ники работал на кухне, Аарон разносил напитки, а Эндрю их делал. Би не была довольно идеей ночной работы, но они нашли компромисс, на каникулах и с минимальным количеством выпитого алкоголя — это было нормально. Роланд — красивый, сероглазый крашенный блондин с отростающими чёрными корнями, был ещё одним совсем недавно нанятым барменом. Он был хорошим вариантом, высоким, но не слишком, чтобы это создавало дискомфорт при близости, разговорчивым, но не болтающим попусту и как раз хотел проверить для себя другую сторону. Всё облегчило то, что они были в одном классе. Эндрю мог побыть его экспериментом со своими условиями. К тому же у него был приятный бонус: как оказалось позже, Роланд занимался пирсингом и практиковал тату, благодаря нему, у Эндрю красовался прокол в правой брови. Их свод правил был не многочисленным, всё строилось на договорённости об отношениях без обязательств. Эндрю не встречался и не собирался начинать сейчас, а Роланд даже не знал нравится ему это или нет. Их небольшого опыта и экспериментов хватило, что из этого они вывели на вверх два главных: общественность не должна была узнать об их связи— со стороны Роланда, после того, как Ники случайно зашёл в кабинет, в котором точно не было его занятий; и ему не нравилось объяснять, почему он не гей, но стоит на коленях меж ног Эндрю; и без нежелательных прикосновений — со стороны Эндрю, что касалось также поцелуев. Возможно это было связано с некоторыми неприятными посягательствами на личные границы в детском возрасте, сказала бы Би, но она не знала об этом. — Ты хочешь…? — спашивает Роланд как раз в тот момент, когда звонок оповещает о начале первого урока.то ознаменует о том, что у них нет больше времени, но Эндрю всё равно отрицательно качает головой. — Как знаешь, — вздыхает Роланд, взлохмачивая рукой свои влажные волосы. Эндрю оглядывается в поиске того, что может избавить его от ощущения липкости и вязкости, засыхающей у него на руке. Роланд кидает ему какую-то тряпку, которая возможно осталась здесь с того раза, когда была уборка. — Увидимся ещё, — говорит он немного вопросительно, Эндрю махает чистой рукой. Роланд хлопает дверью.

***

Дни проходили незаметно, он всё также завтракал со своей семьёй, сталкивался с Нилом Хэтфордом в коридорах и сидел с ним за одной партой. Он видел его в столовой или за занятым столиком во дворе в компании почти всех из команды экси, ещё раз в коридоре и снова в классе, но всё равно удивлялся каждый раз, когда Нил махал ему с другого конца поля или через окно в коридоре. Кто-то почти сбил его с ног, когда он заворачивал. Эндрю оступился и раздражённо вскинул голову уже готовый отчитать наглеца. Нил стоял перед ним, теряя равновесие и заваливаясь вперёд. Он подхватил Нила под локоть, в другой руке удерживая свою домашнюю работу по математике. Нил улыбнулся ему и благодарно кивнул. Эндрю внезапно вспомнил все их короткие приветствия на протяжении нескольких дней и почему-то покраснел. Эндрю критично оглядел его взбалмошный вид и сказал, когда почувствовал, что краснота немного покинула его лицо. — Для спортсмена ты слишком неуклюжий. Нил в своей обычной манере хихикнул и закатил глаза. — На математику? — глупо спросил он, глядя на его раскрытый учебник в руках и предметную тетрадь сверху. Эндрю моргнул, и кивнул не глядя на Нила, слишком был занят драгоценными минутами, за которые он должен был дорешать примеры. — Мне тоже, только надо забрать вещи. — Сказал он и потянул Эндрю за рукав кофты в обратную сторону по коридору. Эндрю возмутился, он уже опаздывал на урок, но это не сильно беспокоило его, скорее мысль о том, что он пропустил момент, когда Нил стал так ненавязчиво касаться его, не укладывалась в голове. Когда это они так сдружились? Шкафчик Нила располагался не так далеко, тот ввёл какую-то сложную комбинацию, и Эндрю даже не успел разглядеть его пароль цифр, как дверца подалась. Энлрю остановился прямо позади Нила, внутри почти ничего не было: какие-то учебники, несколько тетрадей и канцелярия, все сложно аккуратно и удобно, совсем не соответсвуя образу, который создавал Нил. Ящик был пуст, как будто он готовился к уходу, он мог разом забрать свои вещи и передать его во владении другого, нового ученика. Когда они шли обратно, Эндрю всё ещё решал свои задания. Коридор опустел и стало тише, но он всё ещё сконцентрироваться, возможно его отвлекал снующий и заглядывающий в его листы Нил. — Серьёзно? — хмыкнул Нил. Эндрю поднял голову от своего почти нерешённого бланка. — Ты делаешь домашку по пути? Эндрю невыразительно поднял бровь в ответ. Нил засмеялся и на мгновение Эндрю засмотрелся на его ямки на щеках, он успел разглядеть веснушки, прежде чем одёрнуть себя и вернуться к математике. — Хочешь сделаю за тебя? — внезапно спросил Нил. Эндрю посмотрел на него, выискивая в его лице намёк на ложь. — Даже если ты предложил это из вежливости, не думай, что я откажусь. Нил хмыкнул и покачал головой. Эндрю протянул ему распечатанный лист вместе с учебником, чтобы не писать на весу. Он почти врезался в какого-то парня, когда засмотрелся как Нил подносит ко рту его ручку, которую он сам мгновение назад кусал зубами. Они завернули за угол и Эндрю увидел знакомое лицо. Роланд шёл на встречу, в руках у него ничего не было, поэтому Эндрю предположил, что он идёт к своему шкафчику. Машинально Роланд кивает ему и следом опасливо глядит на Нила, сосредоточенного на заданиях, кажется ему не составило труда сделать половину за то некоторое время, пока они шли. Он поднял голову, когда увидел заминку. — Привет, — кивнул он, видимо принял приветствие в его сторону. Эндрю хмыкнул от слишком заметного расслабленно опущенных плеч Роланда. Он согласно мотнул головой, но движение всё ещё выходило слишком нервным, как будто его голова сейчас свалится на пол и покатиться к ногам Эндрю от кидающих в него взглядов. Эндрю не заинтересовано встретился с ним глазами так, будто видит его впервые. Роланд остановился будто даже не заметив свой ступор. — Вы знакомы? — спрашивает Нил, заинтересованно переводя взгляд от Роланда до него. Он внимательно смотрит на Эндрю, когда тот говорит. — Неа. Нил кивает, но не выглядит так, будто верит на самом деле, в прочем он не настаивает. — Увидемся позже, Роланд, — говорит он и не дожидаясь кивка идёт вперёд, снова погрузившись в математику. — Общаетесь? — спрашивает Эндрю, ощущая на душе какое-то дискомфортное чувство, которое возникает обычно, когда от тебя скрывают секрет, в этом случае, он сам является этим секрет. — Иногда, — пожимает плечами Нил, кажется не слишком заинтересованный развитием этой темы. Эндрю позволяет комфортной тишине поглотить их весь оставшийся путь. — Вот те на, сколько дарований в одном человеке, — протянул Эндрю, когда они остановились перед дверью в класс, чтобы Нил вернул ему вещи. Нил удивлённо моргнул на него, а после пожал плечами. — Такой уж я. Когда Эндрю сдаёт работу при входе в класс, он замечает маленький смайлик в углу листка. Его губы поддёргиваются в глупом желании улыбнуться.

***

Эндрю встречается со своей семьёй на на улице во время обеда. К этому времени погода немного сглаживает температуру, потому что ветер прекращает гонять верхушки деревьев и холодный воздух. Ники уже сидит за их столиком во дворе и пьёт свой сок, листая ленту в инстаграмме. Эндрю занимает место рядом, чтобы перекусить сладостями из буфета. — Вот опять! — ругается Аарон, со стуком ставя на деревянный стол две бутылочки прохладного напитка. Ники наконец поднимает голову от телефона, чтобы посмотреть из-за чего шум. — Я купил сок для Кейт, — говорит он трагически. — Ты сделал это и вчера тоже, — хихикает Ники делает движение рукой, Эндрю отодвигается, чтобы жидкость на попала на него. Он пережёвывает свой пончик, чтобы сказать: — Кейтлин здесь нет. Уже целую неделю, — тянет он, чтобы увидеть как Аарон грустно растекается на скамье всем телом. — Я знаю, — неразборчиво бормочет он когда ложит голову на стол. — Скучать это нормально, Аарон, — улыбается Ники, подбадривающе хлопая кузена по плечу. — Просто думай о том, что ей лучше в школе для девочек. — Ну да, — Аарон поднимает голову, чтобы сказать. — Мистер Рид до конца не называл её Кейтлин. — Он просто трансфоб, — закатывая глаза Эндрю. — Фу, перестань говорить с полным ртом, — поворачивается к нему Ники, лицо Аарона искривляется от омерзения, когда Эндрю специально начинает преувеличенно громко пережёвывать сладость. — Я знаю, что ей там хорошо, и мне хорошо, о того что ей лучше. Просто так странно, ещё совсем недавно нас было четверо, а теперь только трое, — продолжает говорить Аарон. Эндрю поворачивает голову в право, порядком устав от нытья брата. Он был рад за Кейтлин, действительно рад. Она вероятно чувствовал себя очень некомфортно и подавлено, как сказала бы Би. Аарон конечно помогал ей и поддерживал, но у них не всегда были одинаковые уроки. Он знал каково это, когда тебя достают подколками и оскорблениями. Хотя для него это было не важно, но Кейтлин с другой стороны, боролась за свою независимость слишком долго. Они видятся каждые выходные, но с тех пор, Аарон стал похож на вечно ждущего и тоскующего Хатико, Эндрю всё ещё ждёт, что однажды он завоет в своей комнате от одиночества. Команда по экси даже на перерыве занимается спортом на площадке рядом. Он замечает Нила на поле, тот гоняет мяч в одной кофте. Слишком сосредоточенный, он не замечает, когда обстановка за столом меняется. —Ты пялишься на Нила Хэтфорда, —скептически заявляет Аарон. Эндрю смотрит на Нила, когда говорит: — Нет. — Не сорьтесь, мальчики. Я тоже на него пялюсь. Но ты, Эндрю, должен иметь какое-то уважение, — Ники охватывает жестом их обоих с Аароном, — разве ты не делишь с ним парту в этом году? У тебя есть много времени попускать на него слюни, не делай нам больно. Я тоже хочу себе мальчика. — Я не пускаю слюни, — пренебрежительно отзывается Эндрю и наконец отворачивает голову. Ники согласно мычит. — Ладно, но будь осторожен. Это не лучшая идея, он недавно приехал, но уже попал в компанию Лисов. Жалко конечно, но… Кузен не продолжает, ему и не нужно. Лисы — скорее объединение группы старшеклассников, даже не всех входящих в команду экси, но часто занимающих главное место в школе. Конечно Нил не похож на того, кто станет относиться по другому к Энлрю, когда слухи о его ориентации достигнут его. Вероятно совсем скоро он услышит это из шепотков в коридоре или своих новых друзей. Он может признаться самому себе, что это будет конечно разочаровывающе, но не неожиданно. В конце концов, он не может позволить, чтобы Нил с подначки Сета и других, начал оскорблять Ники или Аарона. На следующий день Роланд присылает сообщение незадолго до обеда с предложением встретится в одном из пустующих в это время классов. Эндрю смотрит на телефон некоторое время, пока он не потухает, и убирает его в карман брюк. — Тебя же никто не видел? —лихорадочно спрашивает Роланд, как только Эндрю прикрывает дверь и скидывает рюкзак. Он оборачивается, словно через деревянную дверь сможет увидеть остальную движущуюся жизнь в коридорах. Роланд не ждёт его ответа, продолжая нервозно измерять комнату шагами. — Он же понял ничего, да? — останавливается он, когда Эндрю насчитывает тридцать второй шаг. Эндрю в этом не уверен, Нил кажется проницательным во всём остальном, что касается других, но с личной жизнью у него проблемы. Эндрю иногда наблюдает за ними во время обеде, чтобы увидеть как Марисса — одна из немногих девочек — трансгендеров в этой школе, закручивает свои каштановые локоны на палец и строит глазки, быстро моргая нарощенными ресницами. Нил смотрит на её лицо и воодушевлённо что-то рассказывает, активно жестикулиря руками, не опуская взгляд ни на сантиметр ниже её глаз, для слишком открытой груди Мариссы. Вероятно их недавний матч экси волнует его больше девчонки рядом. Лисы — слишком громкие, чтобы Эндрю и ещё половина школы не слышала рассуждения остальных членов команды о пари, которые Нил совершенно не помогает разрешить — они делают ставки, насколько долго Марисса будет использовать все методы пикапа, прежде чем наконец признается прямо. Нил на это лишь замирает и непонимающе глядит на смеющихся собеседников, он говорит: «Это не так, Марисса мой друг, и меня вообще такое не интересует». Не то, чтобы это слишком сильно волновало Эндрю. Может быть только чуть-чуть. — Думаю, да, — пожимает плечами Эндрю. Роланд смотрит на него мгновение, а потом с силой сжимает челюсть, он разъярённо хватает Эндрю за воротник. — Тебя это вообще не волнует?! Что если он расскажет кому-то или Сету?! — говорит он так, будто вместе с этим окончится его жизнь. Это преувеличение, возможно только мирная школьная повседневность. — Я не хочу, чтобы все думали, что я такой же как и ты! Эндрю приподнимает проколотую бровь — серёжка всё ещё чувствительно, но движение уже безболезненное. Он заинтересованно хмыкает. — Такой же как и я? — Ты — гей! — выплёвывает Роланд, его лицо скривилось от омерзения. — Да? Для того, кто считает себя гетеро, ты слишком любишь сосать члены, — говорит он тихо, наклоняясь к Роланду вперёд, будто открывая самый важный секрет. Такое расстояние для них привычное, но сейчас Роланд отскакивает от него, будто наконец столкнулся с той стороной слухов, которые окружают Эндрю плохой репутацией. — Ты же не собираешься кому-то рассказывать об этом? — спрашивает он теряя всю браваду от одной только мысли, что Эндрю ничего не стоит поделится этим с миром. Эндрю насмешливо хмыкает и подбирает рюкзак с пола. До урока ещё есть около десяти минут, но он понимает, что здесь находится нет смысла. — Мы договаривались об этом! — кричит Роланд, когда он направляется к двери. — Разбирайся со своим кризисом ориентации сам, — Эндрю махает ему рукой и выходит в коридор. Он не выходит на улицу за их привычный столик, чтобы присоединиться к Ники и Аарону. Вместо этого Эндрю идёт в слегка заброшенный кабинет Би, её комната это большое пространство занятое стульями и партами, напоминая скорее класс рисования, чем комнату отдыха или вернее сказать кабинет школьного психолога. Здесь пахнет красками и деревом, которое впитывает их. Би позволяет всем расписывать окна и стены, она всегда хранит рисунки в рамках у двери. Здесь светло и комфортно, полки шкафов заставлены книгами и цветами. Дети приходят сюда за тишиной или помощью, Эндрю приходит, чтобы съесть свой обед. Би приветствует его улыбкой, она скрывает удивление за кружкой горячего какое, но её глаза становятся мягче за оправой очков. — Давно ты не прятался здесь на обеде, — замечает она, разбираясь со стопкой бумаг. — Я этого не делаю, — говорит Эндрю. Он садится на пол, не смотря на то, что все места не заняты, облакачиваясь на ящик с раковиной. Класс хорошо отапливается, поэтому Би позволяет ему это сделать без вреда для здоровье. Он скрещивает ноги, потому что из этого угла вырастает дерево с цветами. — А что ты делаешь? — Просто ем, — говорит он, невпечатленно трясся своим контейнером для еды, который она же сама собирала ему утром. — Значит всё в порядке? — спрашивает Бетси, поднимаясь со своего места, чтобы вскипятить чайник. Эндрю кивает. Би делает ему какао. Когда заканчиваются все уроки, он стоит на улице, чтобы вернуться домой вместе с Би. Аарон ушёл раньше, чтобы встретить Кейт со школы, а Ники отправился сразу на работу. Эндрю незаинтересованно листает ленту инстаграмма, когда кто-то наводит шум. Нил Хэтфорд, конечно он не может быть хорош только в экси. Тот набивает футбольный мяч подъёмом стопы, пока Кевин Дэй считает удачные удары, скрестив руки на груди. Очевидно, они успели на что-то поспорить. Эндрю не считает, но это должно быть внушительная цифра по едва ли шепчущим губам Кевина. Нил сталкивается с кем-то за спиной и кидает извинения через спину, даже не взглянув на пострадавшего, слишком сосредоточенный на подбрасывании. Он футболяет мяч от столкновения слишком высоко и смеётся, когда он почти достигает его головы. Жан Моро предотвращает удар, задерживая мяч над вихрем рыжих кудрей. Эндрю смотрит на Роланда, тот потирает ушибленный бок, пронзая Нила ненавидящим взглядом, девчонка, которая видимо ждёт его у школьных ворот, подбегает, слишком взволнованная — Эндрю узнаёт в ней форму школы для девочек, куда перевелась Кейтлин. Неудобство Роланда можно увидеть сдалека, он избегает всех ненавязчивых касаний девушки и отстраняется, когда она вешается ему на руку, касаясь его выпященной грудью, но терпит, когда она оставляет отпечаток розовой помады на его губах. Возможно Эндрю должен почувствовать что-то ещё, помимо упущенной выгоды, но Би выходит из здания раньше, чем он успевает подумать, что ему всё равно.

***

Когда ночью Роланд пишет ему сообщение с просьбой встретится завтра, Эндрю блокирует его, после простой фразы «Нет». Даже если это было что-то удобное и близкое к постоянству которое он искал, у Эндрю есть свои моральные принципы, и он не собирается и дальше встречаться с Роландом, когда у него вероятно есть девушка. Но это забавно видеть как он пытается вернуться на правильную дорожку, когда на самом деле уже пришёл к ответу, но пытается его избегать. Всё в концев концов вернётся к истокам. Конечно, теперь придётся какое-то время присматриваться к другим, может быть он просто вернётся в бар, чтобы провести кого-то в подсобку, но на самом деле ему бы хотелось меньше сталкиваться с Роландом. Не то, чтобы он зависим от секса, во многих случаях Эндрю даже не позволяет коснуться себя кому-то другому, кроме своей руки, обычно оставшись наедине. Он сможет с этим справится и может признать, что всё равно испытывает разочарование от упущенного шанса. На утро он едва ли может открыть глаза, в комнате тепло, не смотря на холодный шум деревьев, разгоняющих ветром за окном, это помогает ему подняться с постели. Он заправляет кровать и собирает все силы, чтобы сходить в ванную. Когда он спускается все уже рассредоточились по кухне. Аарон — не менее не выспавшийся стоит в очереди за кофе, Эндрю знает, что у него сегодня важный тест, и Аарон вероятно плохо спал или не делал этого вообще, чтобы повторить грёбанный материал, хотя как всегда гордо принесёт твёрдую А с плюсом по биологии. Не понятно ради чего он старается больше: чтобы поступить в медицинский университет или ради разрешения Бетси пригласить Кейтлин на вечер кино (конечно она бы сделала это и без хорошей отметки, но они всё ещё трудно принимают похвалу и одобрение без нужных для этого заслуг). Николас опускается на стул с очевидным облегчением потягивая свой напиток. Он выглядит как всегда солнечно, от чего Эндрю щурится, прежде чем обойти его к столешнице у стены. Они всегда оставляют хлопья на самой нижней полке, по очевидным причинам, но сейчас Эндрю находит их на той, до куда он не достанет самостоятельно. Он раздумывает как ему поступить: действительно взять стул или обойтись кофе. Ники фыркает за спиной. — Помочь? Эндрю смотрит на него взглядом, кторый точно свидетельствует: «не трогай, а то укушу», но Би достаёт упаковку хлопьев быстрее, чем Ники встаёт, и Эндрю действительно исполняет угрозу. Бести, слишком привыкшая к их утренним пререканиям, качает головой и ласково улыбается. — Завтракайте, сегодня я отвезу вас. — Говорит она и все рады, что не придётся с утра трястись в переполненном автобусе, ведь обычно Би нужно быть на месте за час назначенного времени занятий. Эндрю наливает в тарелку молоко и наблюдает как жёлтые хлопья намокают. Он опускается на стул тяжёлым звуком. — Что с твоим лицом? — как истинный придурок спрашивает его брат. — А что с твоим? — возвращает Эндрю монету, у Аарона уставший, но собранный вид, его глаза блестят от вероятно, припрятанного энергетика, его губы искривляются в подздёвке. — Вы близнецы, — не понятно за чем, излагает Ники, смотря на них каким-то восхищённым взглядом. Он улыбается глазами, что должно быть слишком рано для зимнего школьного утра и наклоняет голову вперёд, забавляясь. — Да, но у него такое выражение, будто он что-то упустил. — У Роланда кажется есть девушка, — не понятно зачем делится Эндрю, равнодушно глядя на постепенно вытягивающееся лицо Ники. Он считает до трёх, прежде чем, тот наконец открывает рот. — Что?! — взрывается негодующим воплем Николас. — Вот же дерьмо. — И что ты собираешься делать? — невозмутимо интересуется Аарон. Эндрю подносит ложку ко рту. Он долго пережёвывает молочные хлопья, уже размякшие и не требующие такого тщательного измельчения, и говорит, только когда проглатывает. — Ничего. Я его блокнул, — добавляет он, когда быстро споласкивает посуду. Аарон не очень разделял восторг Ники, когда их застали с поличным, но сейчас он выражает странную эмоцию удовлетворения после комментария Эндрю. Очевидно, жизнь в детском доме наложила свой отпечаток сильнее, чем они оба готовы были признать, чтобы так просто принять осознание, что Эндрю нравились парни, только парни — путём экспериментов и опытов. Внутрення гомофобия было не тем, с чем он мог справиться самостоятельно, но это очевидно было губительно для них всех. Но когда Эндрю случайно услышал поздний разговор Бетси и Аарона в гостиной, он остановился, слишком ошарашенный, чтобы уйти и не нарушать личное пространство брата. Аарон сказал: «Я не знаю, что мне делать, но я не хочу терять брата». Эндрю не влезал в это, но знал, что Аарон часто беседовал с Би вечером или в школе. Он не умел выражать благодарность, но осознание, что он ценен грело его грудь слишком сильно, чтобы он оставался равнодушным. К тому же после этого Ники стал значительно более открытым, чем прежде, оказанное доверие не могло не радовать, особенно после предательства своей семьи. — В теории, какие парни тебе нравятся? — спрашивает Ники, поворачиваясь на переднем сиденьи, чтобы видеть Эндрю, пока Би везёт их в школу. Эндрю думает в какой момент он позволил этим разговорам добраться до данной точки. Ники был слишком рад узнать о том, что его кузен гей, он пришёл к нему вечером того же дня, чтобы поделится своей собственной тайной, потому что это было неправильно и не по христиански, как говорила ему семья. Зная, насколько тяжело противостоять осуждающим взглядам всех этих незнакомых людей, вместе с непринятием от близких, Ники стал ему крепким плечом, пока Аарон наконец не открыл глаза, и не увидел, что своим поведением ранит людей, (конечно не без помощи Би), и слухи в школе не утихомирились. Ники вынужденный хранить этот секрет был очень рад храбрости Эндрю не опровергать фотографию, даже если на ней его не было. Он поддержал Эндрю и сам стал более уверенным, так что то, что у него было сейчас, являлось наилучшим прогрессом, о котором Эндрю даже не смел думать, когда заключил для себя раз и навсегда, что девушки его не интересуют. Ники конечно, был недоволен своим ошибочным гей-радаром, потому что сам был стопроцентово по парням, за чем крылась на самом деле очень неприятная история. И теперь Эндрю не мог избавиться о всех расспросов и советов, договорившись на половину из них. — Честные и умеющие не пересекать границы, — отвечает он задумавшись и отвернувшись к окну. — Послушные, — заключает Ники и разворачивается. Аарон рядом вздыхает, а Би тихо хихикает. Эндрю не чувствует потребность опровергнуть или согласится. Чтобы отвлечься он стирает с окна конденсат своим рукавом, они уже подъехали к школе. Би везёт их на парковку, сбоку мелькает пустующие обеденные столы. Нил облокачивается на один из них в компании «Лисов» и подбрасывает мяч, ничего не меняется. На физкультуре Ваймак решает, что уже достаточно потеплело, чтобы сдать бег, к сожалению Эндрю. Он тянется в последних рядах, испытывая удушение от жара, который охватывает его от бега в куртке. — Вперёд! — подгоняет их Ваймак, хлопая в ладоши. — Мы весь семестр бегает, а Нила никто обогнать не может! — некоторых действительно подгоняют наставления учителя и они собирают свои последние силы на то, чтобы вырваться вперёд. — Торопитесь, или глотайте за Нилом пыль! Эндрю поднимает голову с ракурса земли, чтобы увидеть насколько далеко бежит Нил и ощущает головокружение от разделяющего их расстояния. Он бежит в лёгкой кофте, рукава которой он подвернул до локтя и шортах до колен под которыми компрессионные штаны, Эндрю чувствует как дрожь посещает его с позвоночника до затылка, мелкие волоски встают от жгущего ветра. Нил бежит расслабленно, как будто даже не прилагает усилия, чтобы настигнуть его на третьем круге, вторым для Эндрю. Он улыбается и его рыжие кудри подскакивают на каждом быстром шагу, от Нила веет благоговением и расслабленностью, такой что заставляет Эндрю глубоко вздохнуть, выпустить воздух с ненавистью на Нила и приложить усилия, чтобы достичь других на линии. Во время перемены, когда Эндрю особенно занят, пытаясь уместить кисти в захламлённый ящик. Нил появляется из ниоткуда, чтобы сказать «Привет». Этого хватает, чтобы содержимое коробки оказалось на полу. Он всё ещё держит кисти в руках, когда приседает, чтобы собрать тетради. Нил помогает ему. — Рисуешь? — задаёт очевидный вопрос Нил, но Эндрю нужно пару мгновений, чтобы прийти в себя, он кивает. — Это круто, — легко говорит Нил, загораясь как спичка. Он передаёт Эндрю тетради и учебники, но остаётся стоять позади, пока тот справляется и наконец захлопывает ящик. — Я хотел спросить, почему ты не хочешь в команду экси? Эндрю моргает один раз, но Нил остаётся на месте, говоря что-то ещё о стикболе. Эндрю приподнимает бровь и Нил тушуется. — Игроков в команде пока хватает, но мы не может играть с другими командами, пока у нас нет достаточного количества запасных. К тому же Реджи и другие выпускаются в этом году, — говорит он так, будто это объясняет внезапный выбор Эндрю. — Почему я? — спрашивает он само собой разумеющееся. — Серьёзно? — Нил хмурит брови, Эндрю замечает, что они тоже имеют светло рыжий оттенок. — Я видел как ты делал жим лёжа. Лёгкий ступор возникает в его теле с покалыванием в конечностях. Нил смотрел на него пока он выполнял силовые упражнения после бега. Это мысль не вяжется точно также как и предложения Нила ранее. — Я ненавижу бег. — О, я заметил, — оскаливается Нил и Эндрю чувствует как колени дают слабость, всё дело в кроссе, — но есть позиция на которой это не нужно, но очень хорошо понадобится твоя сила, Эндрю поднимает другую бровь. Нил смотрит куда-то на его серьгу. — Я даже не умею играть. Лицо Нила загорается так, что почти сливается с огненным цветом своих волос, будто Эндрю уже ответил согласием. — Это не проблема! Я научу тебя. — Ты? — спрашивает Эндрю, потому что знает, что хоть Нил и играет на двух позициях, вратарь слишком отличается от них. Нил забивает голы, Нил защищает ворота, а Эндрю ловит мячи, предотвращая очко противникам, почему то это звучит очень даже правильно. Нил быстро распознаёт его скептическое сомнение. — На самом деле, я много чего умею, — заискивающе улыбается Нил, оставляя после себя загадку и нерешительность. — Как насчёт того, чтобы просто прийти и самостоятельно убедиться? Эндрю не даёт прямого согласия, но Нил уже убегает, он махает ему рукой, и бежит спиной вперёд, пока не сталкивается с остальными людьми в коридоре. Эндрю смотрит как его волосы подпрыгивают при столкновении, замечая, довольно отросшие концы, почти закрывающие его глаза, что конечно не очень хорошо и не должно быть так сексуально, но в итоге Эндрю ощущает предательский жар не только на скулах. Он приходит в себя уже на трибунах. Температура в Южной Каролине балует их теплом, но по скромному мнению Эндрю это не повод выводить спортсменов на школьное поле в шортах и кофтах на компрессионные костюмы. Эндрю никогда раньше не увлекался никаким спортом конкретно, но это не значит, что он не занимался собой, чтобы продолжать употреблять то количество сахара без последствий для здоровья. В начале это была большая прихоть Би, которая была слишком встревожена его неправильным питанием, компромиссом стало еженедельное занятие в спорт.зале. Экси — игра гибрид, Эндрю думает, что это отделённая часть американского футбола и борьбы без правил, что на самом деле не может его не привлекать. Но даже с тем расчётом, что он не очень ознакомлен с правилами, легко понять, насколько Нил приспособился к своей команде и даже, Эндрю бы сказал, насколько он превосходит её способностями. Его небольшой рост, что для других очевидно могло быть недостатком, позволял Нилу делать манёвры и обходить соперника с той скоростью, что тебе приходится искать его по полю, потому что глаза не успевают за движениями. Эндрю легко может заметить насколько Нил отдаётся игре, по сравнению с другими игроками, за исключением конечно их трио, в лице Кевина Дэя — капитана команды и его заместителя — Жана Моро. Эндрю замечает их странную комбинацию, броски Кевина в тот момент, когда его ставят вместе с Сетом, приобретают неточность, что легко скинуть на недостаток опыта или обычные ошибки, в чём нет ничего удивительного, если бы не быстро меняющееся поведение, когда Нил заменяет Сета. Это похоже на хорошо обработанную тактику с одним напарником и не до конца законченную с другим. Замена Сета, набравшего четыре очка, на Нила, рвущегося на поле с новыми, не иссекаемыми силами, значительно меняет ход игры. Тогда Кевин действительно становится тем, как о нём говорят «человек — игра», отдающий всего себя людям на поле и зацикленный на стратегиях и траекториях полёта мяча. Эндрю смотрит на Ваймака — их учителя физкультуры и тренера команды по экси, действительно ли он не замечает как игроки сабачатся на поле. Эндрю отвлекается, чтобы посмотреть в сторону, откуда на него уже смотрит пара знакомых глаз. Роланд занимает скамейку запасных, хотя не состоит в команде, Эндрю предполагает, что это привелегия дружбы с несколькими её членами. Он почти сразу находит его на трибунах вероятно из-за нескончаемых взглядов, которые Нил бросает на него. И Эндрю готов признать, что да, он похож на щенка, который ждёт одобрения после принесённого мячика. Когда тренировка заканчивается Эндрю ещё какое-то время остаётся на месте, не сказать бы, что игра очень привлекла его внимание, не так как это сделал Нил с тем воодушевлением на его лице и яркой улыбкой, которой точно была не той, которую он показывал кому-то или ещё чему-то другому. Если не учитывать слишком пристальный и испепеляющий взгляд Роланда он почти мог наслаждаться этим. Эндрю возвращается в школу через некоторое время, как команда уходит в душевые, чтобы забрать свой рюкзак. Он проверяет телефон, когда уже выходит из здания.

«Встретимся в классе рисования?»

Сообщение Роланда висит на главном экране как бельмо на глазу, чем он и является для Эндрю. У него никогда не складывалось ощущение, что Роланд мог быть таким настырным и раздражающим. «Нах?» Ответ приходит спустя несколько секунд, Эндрю останавливается, чтобы подумать. Роланд не состоит в команде, и ему не нужно принимать душ и переодеваться. Это не должно занять так много времени, чтобы покончить с этим. Он также вспоминает, что оставил там свою работу, которую следовало забрать. Он вздыхает и поворачивает в лево, чтобы зайти через выход, который наиболее ближе к классу рисования и наконец разобраться с этим. Он был слишком наивен раз думал, что одного «нет» будет достаточно для кого-то.

Продолжение, блять, следует…