Семья безликих. Начало

Я помню. Все мы помним. И всё. Это была безумно тёмная ночь. Да, наверное, самая долгая ночь за многие века…

Именно в такую ночь появились наследники рода Безликих. Род, который был рождён из гнева, а не из любви. Всё самое гнетущее в мире, скопилось в них и даровало силу. Но для рождения этих монстров, нужно заплатить высокую цену — смерть. Смерть той безликой, что смогла породить сей монстров на свет.. Ведь всегда, где скопление еë, будет благоприятна им среда. Но согласна ли была безликая с этим? Нет. Точно нет, но по-другому и не было бы гнева, обиды и боли. На свет появились четверо – и это небывалая радость для всего рода, такого точно не происходило за последние тысячу варшав. Но никто не улыбался. Не было вообще никаких звуков. Лишь слабо отдавало чем-то жутким за окном, будто что-то притаилось и лишь наблюдало. Может даже не с земли. А свыше. Четверо просто стояли и молчали. Будто и неживые. Но нет, они просто уже всё понимают. Всё знают и осознают, ведь они монстры, а пространство их уважает. Ведь они отпрыски его Главы. Оно уже рассказало всё, что нужно для понимания мира, в котором они будут существовать. Согласны ли они с этим? Пока неизвестно. Но они точно знали, что сильны, каждый правда по-своему. Но никто не мог точно сказать о своём будущем. Был один, который выделялся, тем что слишком похож на мать. Лицо, которое должно быть пустым – имело всё. Например, глаза, в которых плескалось чернота, которая вот-вот должна была перелиться через край. Рот, искажëнный в злой гримасе. И взгляд, что без конца на «Отца» своего смотрел, будто мечтая, чтоб тот в сию же кару от их встречи сдох. Любой, кто присутствовал в тот день с уверенностью мог сказать, кто впитал в себе больше всего гнева, может даже ярости. Нет, силы. — Великолепно... Да, Великолепно. Я нарякаю тебя Сплендорменом. Запомни это имя и запомни меня. Того кто тебе его дал, твоего Прародителя и Главу. — Ответа не последовало. Только взгляд стал острее и появился злой оскал, будто ещё секунда и тот сорвется «Прародителю» прямо в глотку. Был и другой. Тот который был копией отца, но тоньше собственной прародительницы. Лицо пустое, но все могли почувствовать в его "взгляде" на Отца – уважение. Ни у кого не могло и в мыслях возникнуть, что был слабее он первого. Своей холодной аурой, что излучалась по дому, юный безликий мог заставить понервничать любого. А ведь от его отроду не прошло и более 10 кар. — Глядя на тебя, я вижу лишь тонкость твоего существа, за которой скрывается ширина могущества. Ты монстр, которого в будущем все будут уважать. Я нарякаю тебя «Слендерменом». Милость, которую я сейчас даю безгранична. Не забывай о ней. — Да, Глава. — не было непроизнесено ни звука. Все просто поняли, что хотел сказать один из наследников. После дарения имени, аура Слендермена перестала так давить на окружающих и пространство. Будто бы имя дало тому то, чего не хватало. Из-за этого теперь в комнате происходил настоящий диссонанс, ведь аура другого безликого и не собиралась утихать, а только набирала обороты. В глазах Сплендормена не было и капли уважения. Лишь чистая ненависть, на которое начало поддаваться даже местное пространство. Полные противоположности, естественные враги, которые стоят рядом, но не могут заметить друг друга. Кабадатху будто и не было уже до них дела. Казалось: он не сделал ни шага, ни звука, ни движения, но уже посеял зерна в своих творениях, от которых они никогда не смогут избавиться. Был и ещё один. С самого начала было понятно, что необычный. Непохожий ни на кого, но одновременно на всех. Безлик, но имел одно – улыбку. Широкую, будто бы только и предназначенную для того, чтобы скалиться и с острыми клыками во всю пасть. Не проявлял признаков недовольства, скорее даже забавлялся, то и делая, что на собратьев поглядывая. Аурой не давил, но каждый мог сказать, что он силëн. Непонятный. — Непонятный. Ты мне напоминаешь одного из предков, что уже удивительно. Тот всегда хотел породить своих монстров, но так и не достиг этой цели. Он один из немногих, к кому я смог проявить подобие уважения, поэтому дарую тебе имя, которое он даровал бы своему пороку. Оффендермен. Так будут тебя звать впредь и навсегда — Молчание было ответом всему. Лишь улыбка стала шире, не говоря ни о чем конкретно. И был последний. Ничем неприметный на фоне остальных братьев. Чересчур спокойный. Безлик как лицом, так и аурой. Её будто бы и вовсе не было. Или она просто терялась рядом с остальными. Лишь один Кабадатх мог сказать насколько тот силён. Но он просто смотрел. Достаточно долго. Никто не мог сказать, что происходит, но пространство знало. Начало сгущаться так, как не сгущалось до этого. Показывало, что реагирует лишь на своего истинного Правителя. Но это было лишь на один некс. Потом всё стало, как было до этого, только другое давление пропало. Просто не могло сравниться с этим. Сплендормен зло рыкнул. Он не хочет быть подавленным им. — Внешне похож первый, но весь твой вид говорит о ней. Видимо такова судьба. Я исполню последнюю просьбу Безликой, жертве которой вы появились на свет. Я дарую тебе имя Трендермен. Это то имя, которое она дала бы тебе, если бы не иссякла в гневе. — Ответа тоже не было. Лишь короткий кивок, оповещающий о том, что информация получена. Первое движение спустя многие кары было сделано. Первое слово сказано в слух, а не в головах присутствующих. Даже сейчас он оценивал свои "зёрна". — Это действительно великий день. Позаботитесь о них, как следует, Тени. Не давайте мне повода злиться. — И вот казалось бы сейчас Глава должен был исчезнуть, будто его и не было. Но Кабадатх смотрел. Меньше одной кары, но остановил «взгляд» на том месте, где была Безликая. Нет, не просто Безликая. Миранда. Он не сможет забыть это имя. В комнате резко стало пусто. Не так, как бы пропала огромная мебель. Словно упал большой камень с плеч всех находившихся. Но в душе каждого монстра из присутствующих не стало легче. Из всех углов стало появляться то, что не могло быть видно обычному глазу. Но безликим не надо было видеть. Они чувствовали. — Пройдёмте, Молодые Господа. Нужно облачить вас в нужный вид для этого места. — Это было сказано без эмоций. Четко и по делу. К каждому безликому была приставлена своя тень. Никто не сопротивлялся, все просто молча последовали за своими сгустками темноты. Быстрее всех из комнаты выскочил Сплендор, обогнав и свою слугу. Зачем они? Ведь это пространство уже наизусть было выучено ими. Он слишком долго находился в этом ненавистном месте, рядом с ненавистным ему существом. И искренне не понимал, как другие его собратья могли не злиться. Сейчас он вообще мало чего понимал, но был уверен в одном — от этого место будет тошно каждому. Даже если не сейчас. Воспоминания просачивались легко, будто они были его. Он действительно их ненавидел... Вот, она появляется в этот отвратительный мир, вот она обучается, но так и не смогла достигнуть каких-либо высот. Не щупалец, не большой силы. Зато умна. Настолько на сколько ей позволили быть умной. Она знала, к чему всё идëт, но не хотела этого всеми фибрами своей сущности. Она убивала, но это не имело смысл. Ничего не имело, ведь у неё была одна судьба — отдать себя за продолжение рода. Она почти приняла это, но…Кабадатх был другим. Ей так казалось.. «Может благодаря ему… Моя судьба будет не столь отвратной». Она и сама не знала, что заставило так думать. Просто чувствовала, что это её безликий. Судьба? Бред. Она не верила в этом. Но рядом с этим существом из дня в день ей становилось лучше. Легче. Но всё оказалось ложью. Всё было сделано для того, чтобы ненависть, гнев и боль были сильнее обычного. У них получилось. В последние свои секунды Безликая смотрела только на него. Пыталась хоть что-то уловить в нём, чтобы всем на зло утихомирить свой гнев. Но он тоже просто смотрел и в нём не было ничего. Так она и исчезла… Знавшая свою судьбу, поверившая в монстра и жестоко обманута ради порождения таких же отвратительных существ. И у неё было имя. Её звали Миранда. И никому не было дела, кроме него… Правда же? В очередной раз бессильно зарычав, Безликий и сам того не заметив, дошёл до двери своей комнаты на ближайшие варшавы. Наверняка, чертово пространство помогло, ведь он просто мчался, не смотря на дорогу. Тень появилась в ту же секунду, вынырнув из темноты и отворив дверь своему Господину. Приглашения не нужно было. Сплендормен вошёл сразу и, с силой захлопнув дверь, пытался взять в себя руки. Чёрные капли методично падали с его "глаз", пачкая до смешного вылизанный пол. Он не хочет дать свести себя с ума этому месту. Повезло, что комнаты не было в воспоминаниях Миранды, ведь благодаря этому он смог зацепиться за реальность. Лучше бы этого не происходило. В ней не было ничего, кроме стеллажей с книгами. Много книг. И все они были подписаны: история безликих, способности безликих, потенциал безликих, родословная безликих. Куда не посмотри, везде было про безликих. Всë, что по мнению этого места, он должен знать. Также было и с ней. Это злило ещё больше. Ещё б немного и комната точно была бы разнесена в щепки, вместе с пространством. Но безликий вовремя заметил небольшое кресло рядом с одной из книжных полок. «Умное пространство», – это была последняя мысль, перед тем как Сплендормен отошёл от реальности, свалившись без сил. Это не сон. Это анализ и обдумывание следующих шагов. И может немного избегание реальности…

***

Если кто и обратил внимание на бегство своего собрата, то вида не подали. Ведь всем действительно всё равно. Они знали причины этого, но не могли понять реакцию. Не пытались. Их ждет великое будущее, нет причин оглядываться на прошлое. Все ли оставшиеся с этим согласны? Нет. Один из безликих остановился на кару. Лишь для того, чтобы отдать поклон. За жертву. За милость. Никто об этом не узнает. Он это себе обеспечил. За спиной медленно исчезала слуга. Но это не страшно. Не смертельно. Будет приставлена ещё одна, когда придет время. Он увидел всё, что надо было. И понял. Дар данный «Матерью» не пропадет зря. Трендермен обещает это. Сейчас остаётся лишь молча отправится в свою комнату. «И зачем только слуг дали, ведь они почти рядом», — может он и преувеличивал, но относительно этого пространства до комнат друг друга было от силы 10 кар. Но это знание бесполезно. Ведь они никогда не потревожат друг друга по собственной воле. Даже если чувствуют друг друга лучше себя. Братьями им не стать. Порождены вместе от одного гнева, будут порознь все оставшиеся варшы. Это место не даст им шанс. Как и они друг другу. Комната была ничем непримечательна, лишь костюм выделялся на фоне книг. Даже если он чёрный. Облачиться в него не составило большого труда, сел как влитой. Понятно было сразу – постаралось пространство. Оно готово на всё, чтобы угодить на благосклонность хозяевам. Ведь если не оно, то найдется другое, что будет готово занять место уничтоженной. Смотря на все эти полки с блеклыми книгами, он думал лишь об одном: "С чего бы начать, чтобы эффективнее всех уничтожить.. "

***

В поместье было не звука, но за окном бушевала буря. Никто этого и не заметил. Даже лун совсем не было видно. Раздражённый хмык отразился от стен коридора. Как бы он не делал вид, что тут не тошно, но на подсознательном уровне эти стены давят. И он мог осознать, почему глазастый так реагирует. До сих пор его чувствует. «И как такая сила могла достаться настолько инфальтивному существу. На весь дом смердит его оконтуженностью. Может прибить, чтоб не мучался?», — в таком состоянии тот точно бы не смог дать отпор другому безликому. Эта мысль, действительно, заставила остановиться. Если бы он сейчас избавился от соперника, который ещё и превосходит его по силам.. Но желание мигом остудилось, когда давление стало спокойней. Не сегодня. Но это явление явно показывает, что сильнейший, не значит, что неубиваемый. И как не странно ему стало намного проще от этого. Уже с более лёгкой походкой Оффендермен направился к своей двери, махнув слуге, чтобы та убиралась. В следующий раз он не будет тормозить. Лучше "Сплендормену" не сломаться до этого момента. Комната ему пришлась по душе. А вот количество книг нет. Хотя про силы он прочтет первым делом, всё же нужно знать свои возможности. Конечно, если хочет устранить остальных. «Хотя особого смысла это не имеет, ведь остальные тоже прочтут», — раздраженно оскалившись, безликий принялся с силой натягивать костюм, который заприметил ещё когда вошёл. Весь его гнев был направлен на эти тряпки. Всё равно не порвутся, как бы не старайся. Им ещё всем трудно себя контролировать, как бы они не пытались это скрыть. Слишком много ощущений как и от этого пространства, так и от друг друга. Последнее звучало отвратно, но факт. «Кстати, я ведь чувствовал этого тощего недалеко от меня. Куда он потом то свернул?» *** «Вставай.» «ВСТАВАЙ.» Сплендормен резко открыл глаза, сразу находя источник своего беспокойства. В нескольких метрах от него находился Слендермен и он был без понятия, как к этому относиться. Он не чувствовал от него враждебности, но и добрых намерений тот на вряд ли имел. Тот факт, что он смог к нему в голову залезть о многом говорит. Во-первых, он слишком расслабился в месте, где это запрещено. Во-вторых, собрат мог его сейчас убить. В-третьих, он не сделал этого. Странно. — Что забыл тут, Слендермен? — Он должен был быть тактичнее с существом, которое не убило его при первой возможности, но до сих пор слишком нестабилен. Остаётся только думать, что собрат не убьëт его в следующий такой раз. Но ответом ему последовала только тишина.Пару кар точно. Ни в голове, ни в слух не было не произнесено ни звука. А ведь он даже не стал закрываться от другого безликого. "Он просто ведёт какую-то свою битву? Невербальную." И будто услышав его, сознании снова всплыл чужой.. приказ? «Убирайся»