Три - волшебное число

Ночь встречала меня дождём — мелким, липким. Город дышал усталостью: редкие силуэты бродили по улицам, прячась в воротники и собственное бессилие. Те, кому некуда идти, жались в подворотнях — мокрые, сломленные, как страницы старой книги, что никто уже не читает. Мне нужно было вернуться к Тобиасу. Разузнать, что он имел в виду. Но мысли оборвал голос — чужой, резкий, будто нож, чиркнувший по стеклу. — Доброй ночи. У меня кое-что для вас. Женщина. Бледная, как бумага, на которой пишут плохие новости. В руке — конверт. Передала — и растворилась в темноте. Даже шагов не оставила. На конверте ровным спокойным шрифтом выведено: “Мёртвый Сон. Есть разговор. Мисс Т.” Коротко. Сухо. Как приговор. Кофейня «Мёртвый Сон» стояла всё там же. Витрина с мутным стеклом, запах пережаренного кофе, лампы, уставшие светить. Полки ломились от книг, которых никто не читал. В углах сидели люди, которых никто не знал. Каждый в своём маленьком аду с чашкой остывшего рая. За стойкой — Мисс Торн. Та самая. Всё та же. Только взгляд стал холоднее, а улыбка — мягче. Опасное сочетание. — Уже и не надеялась, что великий Кочевник заглянет ко мне на огонёк, — сказала она, поднимая глаза. — И всё же рада видеть тебя в добром здравии. — Ваши информаторы всё ещё быстры, — ответил я, стряхивая капли с одежды. — Что ты. Просто у некоторых клиентов слишком длинный язык. Юный доктор, например. Старый знакомец. Но не из праздного любопытства я позвала тебя. Она наливала кофе, словно совершала обряд. Чёрная жидкость шевельнулась в чашке, как тень. — Ты ищешь Сафию. Я знаю. Но советую пока не рыть землю. — Вы знаете, где она? — спросил я, глядя прямо в глаза. — Нет. И если бы знала — пожалела бы, что знаю. Девочка отдалась зверю. Таких не возвращают. — Торн вздохнула, скользнув взглядом по окну. — Зато есть другое. Принц завёл опасные знакомства. На вид — всё чинно. А под обёрткой — гниль. Через Сиэтл идут странные грузы. А в Ванкувере — странные смерти. И смертные, и слабокровные. — Думаете, связано? — Узнай. Завтра ночью в доки прибудет очередная партия. Мне нужно знать, что там. — И зачем мне лезть в это болото? Она улыбнулась. Такая улыбка бывает у тех, кто знает слишком много и не говорит. — Никакой выгоды. Но, может быть, я найду способ снять твои оковы без того, чтобы пролилась кровь Сафии. Тишина повисла, как дым. Я кивнул. — Хорошо. Сделаю, что смогу. — Вот и отлично. — Мисс Торн оставила чашку. — И будь осторожен. В доках теперь пахнет не солью, а смертью. Я вышел обратно в дождь. Небо капало на город, как старый кран в забытой квартире. Каждый шаг по мокрому асфальту отдавался эхом.. Ноги сами привели меня в трущобы — когда то спальный район, был опустошен и лишь был слабой тенью из прошлого. Старое убежище. Ненадежное. Но лучше чем ничего. Вариант вернутся к Тобиусу не рассматривается. Дверь опечатана. Прекрасно. Значит, с жильцами вопросов не будет. Аккуратно поддев ногтем бумагу, я вошёл внутрь. Пахло пылью, временем и чем-то ещё — тенью прошлого. «А здесь неплохо прибрались», — отметил я про себя. Мебель на месте, только выкинули весь мусор. Осталось то, что когда-то имело значение. Я прошёл в спальню, рухнул на кровать и уставился в потолок. Нужно было всё разложить по полкам. — Похоже, у нас новое дело… — устало сказал я в пустоту. Пустота не ответила. Обычно не отвечает. — Принц Ричард играет свои игры — не удивительно. Мисс Торн чего-то боится. Малый Тоби — слишком скользкий, чтобы ему верить. Толли, правая рука принца, — почти ожидаемо. Стабильность, говорите? Я усмехнулся. — Детектив Фабиан, что скажете? Не ждал ответа. Но он пришёл. «А что тут скажешь? Им по-прежнему что-то от тебя нужно.» Голос. Чужой, знакомый, хриплый, как старая пластинка. Я замер. — Ф… Фабиан?.. Ты... здесь? — слова застряли в горле. Если бы моё сердце билось, оно бы пробило грудь. «Всё ещё здесь. Только голова — как в тумане.» — Как?.. Я думал, что больше не услышу тебя. «Я тоже так думал. Но, похоже, не один ты спал мёртвым сном. Кстати... сколько прошло времени?» — Двадцать лет. «Многое пропустили...» — Как давно ты... проснулся? «Хм... недавно. Пожалуй, в тот момент, когда ты встретился с нашим ироничным другом Толли.» — И всё это время ты молчал? «Ну, не хватало ещё, чтобы великого Кочевника записали в сумасшедшие. А за твою реакцию я всё равно не отвечаю.» Я рассмеялся. Настоящий смех. Грубый, ржавый, как давно не смазанный механизм. Как же давно я не чувствовал ничего похожего на радость. — Рад тебя слышать, старый друг. Правда рад. Спасибо, что ты здесь. За окном солнце заполняло своим светом улочки города, даря надежду на новый день всему живому. Город просыпался — и вместе с ним засыпал я. Чувствовал, как силы покидают тело, уступая место сну. «Отдохни. На закате обсудим всё как следует. Сладких снов, Фаир.» — И тебе, Фабиан... — шепнул я, проваливаясь в темноту.