Отец для Эмили Джейн

Питч снимает очки и устало массирует виски. Наручные часы показывают всего три дня, но ощущение такое, будто он отработал двойную смену на заводе. – Войдите, – он отзывается на стук.  В дверях возникает фигура Амели. Секретарша откашливается и протягивает ему папку. – Это на подпись, плюс звонили из акционерного общества. – Просмотреть и внести изменения? –Так точно. О, и, – Амели щёлкает пальцами, вспоминая, – про бюджет благотворительного вечера: как вы и просили, перенаправила задачу к Уоррену. Питч рассеянно кивает и благодарит помощницу, жестом давая понять той, что она свободна. Бегло просматривая документы, Питч удостоверяется лишь в одном: компания, с которой его организация сотрудничала второй год, скоро потонет, а потому нужно выжать из этого невыгодного партнёрства максимум. Он не помнит, кто заключал изначальный договор, а потому думает на уволенного в конце прошлого месяца Джеффри.  Он подчёркивает пункты на пересмотр жирной линией, матеря некомпетентных сотрудников, и обещает себе в следующем месяце сократить весь отдел HR. Соглашения подписываются достаточно быстро – хоть с этим проблем не возникает, – и Питч наконец позволяет себе взглянуть на часы. Маленькая стрелка приближается к пяти, и мужчина с облегчением выдыхает.  Он смотрит на фотографию в золочёной рамке, занявшую почётное место на полочке на уровне глаз. С картинки ему улыбается черноволосая девочка в бархатном платье, и Питч ласково улыбается в ответ. – Папа! – Эмили Джейн выбегает навстречу в незастёгнутом плаще, и пожилой воспитатель, кажется, мистер Сандерсон, только качает головой. Питч подхватывает девочку и поднимает её высоко- высоко. – Ну здравствуй, принцесса. Эмили довольно жмурится и хохочет, дрыгая ногами. В машине девочка гордо заявляет, что пристегнётся сама. Питч только усмехается и тянется погладить дочь по голове. Странно, с утра отвозил с двумя хвостиками, а сейчас забирает с замудрённой косичкой. – Какая у тебя красивая причёска, – хвалит он. – Это вас после тихого часа переплели? – Джек заплёл! – Восклицает Эмили и тут же просит. – Папа, включи радио! Желание выполняется, как только мужчина выводит машину с парковки. Эмили подпевает любимой песне и глазеет в окно, а Питч, улыбаясь, посматривает на дочь. Работа, любимая дочка – разве можно желать большего? Так проходит осень. Как Питч и предсказывал, организация-партнёр позорно погорает. Он даже не удивляется, когда Амели вместе с утренним кофе приносит эту новость. Питч лишь пожимает плечами и кивает в сторону новых бумаг на подписание. HR отделу тоже достаётся по полной программе: зачистка проводится тотальная, зато резюме новых специалистов выглядят вполне сносно. По крайней мере, Питч на это надеется. Благотворительный вечер проходит настолько успешно, что Питч позволяет себе улыбнуться и похлопать Уоррена по плечу. Толковый мужик, – решает он и делает пометку в голове почаще доверять сотруднику важные задания. Что до Эмили Джейн, то та, отправляясь в детский сад и возвращаясь домой, светится, как лампочка на рождественской гирлянде. Он забирает дочь каждый раз с новой причёской и диву даётся тому, как искусно она заплетена – ломает себе зрение, когда садится расчёсывать Эмили перед сном. А в разговорах всё чаще всплывает Джек – и нет, не тот мальчик из группы, с которым Эмили поженилась на бумажных колечках. Джейми, кажется. Джек оказывается фигурой более значимой, важной – почти боготворимой. “Джек научил рисовать единорога”, “Джек показал, как делать печенье”, “Джек научил играть в ту замудрённую настолку”, “Джек заплёл косички”, “Джек похвалил моё платье”. Показал, научил, утешил добрым словом, нарисовал на щеке красивую бабочку, рассказал сказку и уложил спать даже самых неугомонных детей. Он оказывается новым воспитателем. Питч устало улыбается, когда узнаёт ответ, словно наконец решается загадка многовековой давности. Ему даже хочется встретиться с наставником дочери, чтобы лично поблагодарить за работу, но завал в компании всё никак не позволяет это устроить – он забирает Эмили Джейн то из рук Сандерсона, то от охранника Норта. На день рождения детского сада, когда родители коллективно собирают средства на подарки сотрудникам, он всё же передаёт Джеку коробку конфет через дочь. Почему-то он уверен, что он не один такой умный – похоже, в этот день Джек получает много наборов от неравнодушных родителей, – поэтому прикладывает к конфетам открытку с единственным “От мистера Блэка”.

***

Занятия закончились полчаса назад. Джек выдыхает. Его подопечных уже разобрали спешащие по делам родители, но он всё сидит за обеденным столом. Причина такого поведения находится рядом – усердно рисует пони, высунув от напряжения кончик языка. – А эту зовут Селестабель, – говорит черноволосая девочка, тыча пальцем в разноцветную лошадку, и Джек обращает внимание на рисунок. – Папа говорит, пока мне нельзя завести пони, но мы ездим кататься на них, а когда я вырасту, у меня будет своя лошадь! – Замечательно, – кивает Джек, и в его глазах загораются хитрые огоньки. – Расскажи мне всё про неё. Девочка довольно улыбается и тянется к розовому карандашу. – Она будет белая, вся-вся, даже грива и хвост, а глаза – голубые. Я буду кормить её сахаром и морковкой, – девочка методично продолжает раскрашивать Селестабель. – Джек, ты когда-нибудь кормил лошадей? Я кормила. Нужно расставить ладошку вот так, – она оставляет карандаш и демонстрирует раскрытую ладонь, – и поднести к лошадке. У них такие мягкие и мокрые губы! Девочка заливисто смеётся, видимо, предаваясь воспоминаниям, и Джек только улыбается в ответ. – А как её будут звать? – Снежинка, – чуть подумав, откликается девочка. – Ей подходит. Он отвлекается на звук открывающейся двери. В комнату осторожно заходит девушка – на вид его ровесница. Она замечает Джека и приветственно машет рукой. Её походка изменяется, и цветные дреды весело подпрыгивают в такт шагам. – Неужели это мои любимые дети? – Девушка приближается к столу и ласково треплет девочку по голове. – Туф! – Девочка оборачивается с радостной улыбкой и обнимает новоприбывшую. – Мы рисуем лошадок. Это Селестабель, и она – королева единорогов. – Тогда нужно дорисовать корону, – Джек протягивает девочке жёлтый карандаш и улыбается Туф. – И тебе привет. – Что-то вы сегодня поздно, – замечает девушка и присаживается рядом с девочкой. – Моих крох разобрали с час назад. Джек пожимает плечами. Ему не в тягость. – Мистер Блэк, как видно, задерживается. – Ага, – радостно подтверждает девочка. – У него на работе нарвал. – Аврал, – рассеянно поправляет Туф и лезет в карманы. – Только никому: я с полдника припасла. Она достаёт печенье, завёрнутое в салфетку, и Джек не может сдержать смешок. Вот же, кажется, двадцать пять лет человеку, а ведёт себя как его подопечная. Печенье расходится по рукам в мгновение ока. Джек кусает и зажмуривается от удовольствия: имбирное – его любимое. С Туф время летит незаметнее. Они успевают дорисовать лошадиную семью, поиграть в прятки и решить пару математических задачек дошкольного уровня. В шесть тридцать таймер на наручных часах призывно пищит, и Джек удивлённо прищуривается. – Что за повод? – Туф оказывается за спиной и заглядывает в маленький экран. – Да так, – Джек отмахивается и прячет руку в кармане толстовки. – Устроил двадцатичетырёхчасовой челлендж без сна. Туф недовольно качает головой и шепчет, пока их подопечная зависает перед кукольным домиком: – Джексон Фрост, помяни мои слова, ещё один такой эксперимент, и я лично прикончу тебя. Тот невесело усмехается и обещает больше не заниматься такой чертовщиной – разумеется, скрестив пальцы. Без десяти семь в коридоре наконец слышится шевеление, и в комнате появляется Норт – их добродушный охранник, чья внучка посещает группу Туффианы. – Там это, – он окидывает помещение взглядом и указывает на черноволосую девочку, – за Эмили приехали. Джек благодарит всех богов за то, что его рабочая смена наконец заканчивается, и зовёт девочку за собой. Туф выходит к шкафчикам следом за ними. Она, как и Джек, ни разу не видела отца Эмили вживую, а потому ей интересно, как никогда. Кто такой мистер Блэк, она, разумеется в курсе. Гений, миллиардер, плейбой, филантроп – если быть точнее, один из главных партнёров и спонсоров частного детсада, постоянно занятый на работе. Эмили Джейн только в этом году начала ходить в старшую группу, но за прошедшие два года под её опекой Туф ни разу не встречала мистера Блэка. Он не появлялся даже на праздниках. Для сотрудников детского сада он был неразрешимой загадкой – кажется, только Норт да Сандерсон, старичок, выходящий в вечерние смены, его заставали. Они отзывались о мужчине, как о человеке вежливом и интеллигентном, но разве из них вытянешь больше информации? Туф выдыхает и смотрит на Джека – тот явно заинтересован не меньше её. Он помогает Эмили надеть куртку, когда дверь в раздевалку отворяется, и в помещении появляется Он. Мистер Блэк выглядит как абсолютно обычный мужчина, но Туф нутром чует, что от него исходит аура загадки. Костюм с иголочки, зачёсанные назад чёрные волосы, цепкий взгляд из-под очков. Он оглядывает комнату, и на его губах появляется улыбка, когда он видит дочь. – Папа, папа! – Эмили Джейн резво перебирается через лавочки и бежит навстречу отцу. Тот подхватывает её на руки и поднимает над головой. Шапка с помпоном сбивается и падает на пол, но девочка этого не замечает и лишь заливисто смеётся. – Мистер Блэк, – Джек приветственно машет рукой и подходит ближе. – Приятно наконец с вами познакомиться. Мужчина опускает дочь, поднимает шапку и внимательно смотрит на Джека. – Так это вы – Джек Фрост? – Говорит полуутвердительно, пока его взгляд быстро сканирует фигуру парня. – Так точно, – Джек улыбается и протягивает руку. – Мы вас заждались. – Прошу прощения, – мистер Блэк отвечает на рукопожатие и виновато поджимает губы. – Завал на работе. Надеюсь, вы не слишком скучали. – Понимаем, – Джек кивает. – Но мы отлично провели время, так что не стоит переживать, Эмили Джейн была в надёжных руках. – Доверяю вам на все сто процентов, – серьёзно отвечает мужчина и обращается к Туф. – Мисс Фейри? – Да, мистер Блэк? – Девушка мгновенно подбирается и заинтересованно смотрит на собеседника. Только не говорите ей, что он знает, как её зовут!.. – Спасибо вам за работу, – он вдруг тепло улыбается. – Не знаю, что бы я делал без вас прошедшие пару лет. Туф чувствует, как её щёки розовеют. – Ой, да мне только в радость. Рада наконец встретить отца такой прелестной девочки, – бормочет она и приобнимает заскучавшую Эмили. Та довольно жмётся к бывшей воспитательнице. – Эмили Джейн, – мягко зовёт мистер Блэк. – Пора идти. Заслышав отца, девчушка уверенно перебирается к Джеку и крепко обнимает того за ноги. – Завтра я приду в платье с лошадкой, – пищит она, и все взрослые, как по команде, в умилении улыбаются. – Заплетёшь мне косички, как у лошадок? – Завтра увидишь, – Джек хитро подмигивает девочке. Они перебрасываются ещё парочкой незначительных фраз, и семейство Блэков наконец уходит, оставляя друзей в тишине. Три, два, один, – думает Туф и открывает рот. – Он ещё круче, чем я его представлял, – Джек опережает её и широко улыбается. – Эй, это моя реплика, – Туф несильно пихает Джека в бок и мечтательно смотрит на дверь. – Такой классный. – Повезло Эмили с отцом, – кивает Джек. – Как думаешь, сколько ему лет? – За тридцатник точно. А что? – В глазах девушки мелькают хитрые искры. – Прикидываю, сколько времени у меня осталось, чтобы стать таким же, как он, – Джек явно недоговаривает, но Туф лишь дёргает бровями. – А теперь к серьёзным вещам. Подкинешь меня до дома? Я не выдержу ещё полтора часа в общественном транспорте. – Ну конечно, – Туф хмыкает. – С твоими-то экспериментами. – До гроба припоминать будешь? – Я могу, – кивает девушка и смотрит на часы, висящие над входом. Семь десять. – Собирайся давай, недотёпа. Джек с благодарностью сжимает плечо подруги. Хоть с чем-то ему повезло. Они прощаются возле ряда одинаковых высоток. Туф откладывает шлем в сторону, ныряет в объятия и тихо спрашивает: – Почему не ушёл раньше? Знаешь ведь, Норт бы присмотрел. Джек кривит губы в улыбке. – Это же Эмили Джейн.

***

– Не устала? – Питч убавляет громкость радио и кидает на дочь заинтересованный взгляд. – Не-е, – тянет Эмили и зевает. – Мы с Джеком рисовали лошадок, а потом пришла Туф. Пап, а можно в следующий раз к лошадкам с нами поедет Джек? Я хочу показать ему Снежинку. – Это надо спрашивать у мистера Фроста, – Питч пожимает плечами. – Но я не против. – Кру-уто, – соглашается Эмили.  Оставшуюся часть дороги она проводит в полудрёме и даже не реагирует, когда отец переносит её на кровать, только довольно причмокивает губами. Питч же устало выдыхает. Сегодняшний инцидент на работе, из-за которого пришлось задержаться на добрые полтора часа, знатно потрепал ему нервы. Ещё и незапланированная встреча с любимым воспитателем дочки… Джек совсем не похож на серьёзного и квалифицированного специалиста, которых в частных садах обычно пруд пруди. С крашеными волосами, проколотым ухом и смешинками в глазах он напоминает того же ребёнка, непонятно как пробившимся в люди. Это смущает. Именно поэтому вместо привычной вечерней работы Питч посылает в административную часть детского сада запрос на досье Джека. В конце концов, он как обеспокоенный родитель и один из спонсоров имеет право знать. Джек действительно оказывается совсем ребёнком – ему всего двадцать два года, и он только год как окончил учёбу с отличием. Проходил практику в государственных детских садах и получил работу по рекомендации директора одного из них. Почему именно он, – думает Питч, уже вбивая в поисковую строку знакомое имя. Информации находится немного. В основном, это грамоты, сообщающие о победе парня в районных конкурсах на лучший рождественский рисунок или что-то типа того. Также у Джека обнаруживается профиль на сайте местной волонтёрской организации – двести пятьдесят отработанных часов за прошедшие три года. Внушительное число, ничего не скажешь. Наконец Питч заглядывает в социальные сети, надеясь хоть там наткнуться на что-то интересное – детский профиль, пароль от которого потерялся давным-давно, фотографии с моря или, на худой конец, матерные комментарии под чужими постами, – но ничего не находит. Странички Джека настолько приличны и чисты, насколько это вообще возможно. Это радует и вместе с тем несколько разочаровывает. Питч будто знает, что Джек скрывает что-то, но не может это доказать. Он всего на три года младше мисс Фейри, что делает их обоих практически детьми, но предыдущая воспитательница Эмили ни разу не кажется Питчу некомпетентной или недостойной доверия. Так почему Джек… Вероятно, – объясняет себе Питч, – это из-за того, какое влияние оказывают действия Фроста на единственное сокровище Питча, Эмили Джейн. Характерный звук уведомления отрывает мужчину от раздумий – администратор досылает рекомендательные письма и, словно на всякий случай, добавляет, что все родители в восторге от работы нового воспитателя, да и от сотрудников никаких жалоб пока что не поступало. Письма характеризуют Джека как максимально ответственного, коммуникабельного и креативного специалиста. Индивидуальный подход к ребёнку, – написано в каждой из рекомендаций. Идеальная репутация, не подкопаться ни с одной стороны. Это немного успокаивает Питча, и он прекращает поиски, устало потирая переносицу. Он знает, что стоит ему только кивнуть, как помощники нароют на Джека даже тщательно скрываемую информацию. Почему-то именно этого Питч не хочет в отношении парня. Нежелание разочаровываться в воспитателе, который и повода не дал усомниться в своей профессиональности, ощущается почти физически. В конце концов, судя по рассказам Эмили Джейн, за прошедшие три месяца Фрост действительно проявил себя с лучшей стороны – у него получилось заинтересовать ребёнка настолько, что теперь он, пожалуй, мог конкурировать с лошадьми за звание главной любви девочки. Оплачивая каждый месяц счета и всегда находясь в состоянии готовности отвалить в случае чего кругленькую сумму на нужды детсада, Питч ожидает, что отношение к его дочери будет не просто хорошим, а королевским. Не просто же так учреждение считается одним из лучших в городе? Радостная улыбка дочери, адресованная новому воспитателю, подсказывает, что Питч не прогадает, если доверится парнишке. Ну, или хотя бы попытается. Ради Эмили Джейн, – думает Питч и одним щелчком закрывает все вкладки.