Бригада. Дорога цветов

Зима 1994-го

      Встреча со Шмидом и его людьми, с недавних пор ставшим начальником охраны, должна была состояться в тихом переулке неподалеку от Тверской. Место, по пожеланию Анны, должно было быть спокойное и малолюдное. Облюбованный тем аккуратный двухэтажный ресторан, как раз подходил для такого рода конфиденциальных встреч, на которой предстояло решить — брать ребят или нет. Смирнова, находившаяся как раз по работе в этом районе, прибыла на место раньше остальных. Выйдя из салона, девушка оглядывает вдоль и поперёк перегороженный милицейскими машинами двор, а чуть поодаль стояли крепкие ребята в камуфляже и масках с автоматами в руках.       — Что за… — поглядывая на время, Анна потянулась за телефоном. — Алё, Шмид! Залесская, 3 заезд? В трубке послышался бас приятеля: «Да, да, Ань, ты на месте».       — Тогда какого хрена здесь вместо тебя черепашки-ниндзя? «Всё нормально, это бутафорское, я сейчас выйду», — сквозь смех ответил тот, кладя трубку, буквально через пару мгновений показываясь из стеклянных дверей ресторана.

музыка: Heartbreak Hotel

Пчёла остановил машину метрах в двадцати от ресторана, так же скептично оглядываясь по сторонам.       — Чёт не особо похоже на то место, о котором он рассказывал. — нахмурился Космос.       — Ладно, пойдём, вон Аня уже ждёт. — в торопях выкинул Пчёла, отшвыривая ремень и выходя из машины, доставая из заднего сидения огромный букет алых роз. Мигом из нахмуренного лица Анна превращается в улыбающуюся и счастливую, а жизнь, казалось, снова заиграла яркими красками. Его деловая встреча вновь затянулась дольше обычного, превратившись в этот раз почти в трехнедельную командировку. Потому каждую ночь та засыпала с невероятным трудом и одиночеством, по-первой расставаясь на такой, хоть и не большой срок.       — Привет, солнце! Подлетая, словно пятилетний ребенок, Анна вешается тому на шею, наконец вдыхая до боли родной аромат. Так, как мог пахнуть только он. И при всём своём многообразии одеколонов и свежестью выстиранных вещей отчетливо был слышен запах определенных сигарет, контрастирующих с легким шлейфом мужских духов, подаренных ею на их очередной год.       — Привет, маленькая моя. Это тебе. Как из твоей песни любимой. — тот, вручив букет, на пару секунд задерживает девушку в объятиях, сотворив короткий, но страстный поцелуй, с дикой истомой наконец оказаться вдвоем.       — Миллионы, миллионы алых роз… — усмехнувшись пропела девушка, внюхиваясь в сладкий аромат цветов.       — Ты еще б на Петровке встречу назначил. — всё же наехал Пчёла, устремив уже подобревший взгляд на беспечно улыбающегося Шмида, жмя с тем руки.       — Да тихо, Вить, я узнал, там кино снимают.       — Нашли кого снимать. — осуждающе покачал головой Кос, рассматривая ребят в форме.       — Где они? — перейдя к делу, начала Анна, демонстративно насупившись от холода.       — Там, внутри. Ждут. — ответил Шмид, качнув головой в сторону ресторана.       — Ань, слышь, — Пчёла берет ту за предплечье, слегка приостанавливая, пока остальные подымаются на второй этаж, — Мне там Cruiser подогнали за долги.       — Это кто из?       — Да там, пару ментов. Ты там вроде новую тачку ездить смотрела. Оформлять?       — Оформляй, а я уже в оборот пущу.       — А чё в оборот? Себе не?       — «Пузочёску» хочу, да и там Шмид пару вариантов накинул.       — Завтра съездим, покажешь.       — Э! Ну где вы там? — окликнул обоих Кос, выглядывая через перила второго этажа.

музыка: Никого не жалко

***

      — Ань, ну что мы как на выборах, берешь? — мягко вступился за своих ребят Шмид.       — А тут как на выборах, Дим. Не того возьмешь и полетит все к чертям собачим. — та сложив руки на стол подалась корпусом вперед. Взгляд ее остановился на четверых парнях: Кирилл (Крюк) — осторожный и рассудительный шатен; Леша (Рама) — мужественный и покладистый блондин; Дима (Холод) — амбициозный и демонстративный брюнет; и Данил (Тихий) — принципиальный и справедливый брюнет. Пчела молча сидел рядом, так же внимательно обрисовывая взглядом ребят, ожидая вердикта жены. В целесообразности которого он был более чем уверен. Космос же вальяжно покуривал сигарету, копаясь в принесенных им бумагах.       — Ребята хорошие. Толковые. Крепкие. — Анна расправила плечи, коротко встречаясь глазами со Шмидом, — Я беру вот эти четверых. Испытательного периода не будет, а значит выкладываемся сразу и поп полной. Назад дороги нет.       — Все путем, Ань. Я за ребят ручаюсь.       — Ну что ты как мамка, пускай сами что-нибудь скажут.       — Не подведем, Анна Александровна. — сложил пальцы в замок Леша.       — Чего на словах, Вы нас на деле испытайте. — присоединился Дима. Анна, вскинув бровями, встретилась глазами с Витей, и получив одобрительный кивок сдержанно улыбнулась, пожимая руки четверым.       — Ну че пацаны, добро пожаловать. — удовлетворенно хлопнул по столу бумагами Космос, следом протягивая им руку.

музыка: Не в этой жизни (ost из «Бригада»)

***

      Анна уехала из ресторана первее остальных, нужно было уладить кое-какие дела. На обратном пути, та решила заскочить до Саши. Все равно он сегодня был один. Валера находился на съемках в Питере, а пацаны похоже решили просидеть за обильно накрытым столом до утра. Звонков, с момента как Анна уехала, ни от Вити, ни от Шмида так и не поступало.       — Саш, они не берут! Не берут, понимаешь?! — не выдержав, сорвалась на крик Анна, вскакивая с дивана и подбегая к Белову.       — Аня! Спокойно, держи себя в руках. — встрял Макс, хватая Смирнову за руки и оттягивая назад. — Всё хорошо будет, слышишь? Выдернув рукава, девушка запрокидывает голову назад, нервно массируя виски, метаясь по кабинету вперед-назад. Белов смотрел в стену уже около получаса, изо всех стараясь сохранять лидерский самоконтроль. Но чем дольше без вести пропавшие Космос, Пчёла и Шмид оставались в таком положении, тёплые дружеские чувства начинали брать верх, отдавая нарастающей тревогой и мандражом.       — Макс, набери ещё раз. — наконец строго произнес тот, переводя взгляд на мечущуюся туда-сюда Анну.       — Саш, на кой хрен… — он наклоняется, продолжая тому на ухо: — У всех мобилы отключены. Белов, молча кивнул головой, хлестнул Анне водки, а после, нервно махнув головой, рюмку и себе. В кабинете повисает тишина, как буквально через минуту в него влетают все трое. В рваной одежде и крови.       — ВИТЯ! — выкрикнула Анна, вскакивая со стола, кидаясь тому на шею. — ЧТО?! Что случилось?!       — Прессанули нас конкретно! — как очумелый бормотал Космос. — Не люди Луки это были, понимаешь!       — Они угрожали, Саша! — дрожащим голосом, перебил Пчела, в какой-то прострации не замечая Анну, метаясь по кабинету. — Я никогда в жизни так не боялся!..       — Братья, спокойно! По одному. — вскочил с кресла Белов, бегая глазами по избитым лицам друзей.       — Витя! ВИТЯ! Посмотри на меня! — Анна хватает его за шиворот, притягивая к себе и насильно усадив на диван, крепко обнимает. Сейчас, когда в действительности они все трое стояли перед ней, Анну немного попускает, возвращая ей былое самообладание. — Шмид, давай врача вызову? Тот, не имея возможности произнести ни слова только махнул рукой, забившись куда-то в угол кабинета, без конца отпивая виски, попутно на что-то кивая Максу.       — Ты посмотри, Саша, они безбашенные! — продолжал истерить Кос. — Первым делом крест с груди сорвали!       — Тихо, тихо, тихо, погоди… — пытаясь сосредоточиться, перебил Белов. — А-а, они сказали что-нибудь?       — ДА НИЧЕГО НЕ СКАЗАЛИ! — снова взорвался Пчелкин, вскакивая с дивана и хватая Сашу за шиворот. — ЯМУ РЫТЬ ЗАСТАВИЛИ!       — ПРЕКРАТИТЬ ИСТЕРИКУ! ТИХО! — отшвырнул того Белов. Витя, похоже, только сейчас придя в себя, накинулся на Анну, и крепко обняв, зарылся носом в её волосах.       — Почему не позвонил мне? Не позвонил Саше?..       — Каким образом, Аня?! КАКИМ?! — снова вспыхнул Витя, строго заглянув той в глаза.       — Саш, это СОБР был… — наконец произнес Шмид.       — Аня, вызови врача, пусть осмотрит ребят. МАКС! Где мои семнадцать лет на большом каретном, поехали! — быстро скомандовал Белов прекрасно понимая откуда росли эти ноги, хватая телефон и спускаясь на первый этаж. Разговор на повышенных тонах с командиром СОБРа Тучковым заканчивается последующей угрозой: «Не забывай, Белов, что ты бандит, а я командир! И если ты думаешь, что вас никто не может поставить на место, то ты ошибаешься! Я вас, волков, давил и буду давить!» Единственное, что Саше удаётся — забрать крест Космоса, который у него отняли при задержании.

музыка: На дне

Весна 1995-го

      Угрозы, покушения, наркотики, смерть матери Саши и очередные разборки с федералами — за эти два года жизнь ребят, мягко говоря, пошла наперекосяк. И пока формально всё было в полном порядке — дела в бизнесе всё так же успешно шли в гору. Внутри каждый мало-помалу начинал ощущать подступающую откуда-то взявшуюся пустоту. Чем круче те подымались, тем сильнее она и нарастала. Только пока Космос старался заглушать её более разрушающими удовольствиями, а Фил — попросту игнорировать, Анна, Пчёла и Белов с головой всё дальше и напористей погружались в работу. И пока каждый пытался залатать одну дыру, другая заметно начинала трещать по швам, внося свои разлады в команду. Все последние месяцы они посвятили новому, самому крупному из проведенных до этого проекту. Введенский вынудил Белова поставлять оружие в Чечню под руководством Каверина. Тот самый Мухин родственник, ещё в далеком 89-м поставивший судьбу Саши на кон. Теперь же, не без помощи Белова, уже несколько лет как скинутый с занимаемых высот милиции, он, что было мочи, покорно работал с ним. Словно волк в овечьей шкуре, выжидая, когда пустить в ход свою игру. Денег в этот проект было вложено немерено, потому Саша стал заниматься этим делом со всей присущей ему строгостью и ответственностью, тогда как Анне и Вите это новшество пришлось не по зубам. Но деваться было некуда. Федералы знатно прижали под дых. К тому же последний голос всегда оставался за Сашей. На Пчёле и Анне были основные контакты с заказчиками, с ними теперь они проводили куда больше времени, чем с друг другом и ребятами. Космос, до этого не слезая с кайфа, став практически отстраненным от дел, после аварии, в которую тот попал по своей же вине, все загулы, в том числе и порошок, оставил в прошлом. Он стал тише воды и ниже травы. Снова став интересоваться и вникать в дела бригады. Фил занимался в основном кино. Время от времени по старой доброй традиции уезжая с Анной пострелять или на теннисный корт. Дабы отдохнуть от всей этой суеты и напряга, вспоминая прежние беззаботные времена, когда с друг другом времени они проводили гораздо больше, чем сейчас. С самого начала так повелось, что именно им друг с другом им было фантастически легко и интересно. Белый к этому времени уже во всю крутил роман с актрисой Анной Флоринской, ласково называя ее «Нюта».

***

      Звонок от Каверина, как и в прошлый раз, задерживался. Фил и Белов сосредоточенно сидели перед телевизором, неподвижно наблюдая за идущей программой гимнастики, в которой стройные и подтянутые девчонки то и дело завлекали собой внимание, отвлекая от напряжённого ожидания звонка. Космос томно сидел в кресле, прикрыв глаза, перебирая между пальцами какую-то безделушку. Сегодня был не просто последний сеанс связи — сегодня заказчики должны были принять груз. Пчела, приехав к офису раньше всех, метался по кабинету. Он то нервно взлохмачивал волосы, то ежился, словно в ознобе.       — Пчел, не мельтеши, сядь. Голова закружиться. — негромко попросил Белов. Тот метнул в него сердитый взгляд, но послушался. Нарастающее напряжение разбавила залетевшая в кабинет Анна, иронично пританцовывая, услышав музыку из телевизора. Белов сдержанно усмехнулся, закатывая глаза и в принципе не удивляясь её оригинальности в такие моменты. Космос тоже ухмыльнулся, ненароком при задумываясь о том, как каждый раз, где бы все пятеро ни находились, будь то в стрессовой ситуации или простой неурядице, именно благодаря ей любое ожидание и трудность давались куда проще и разрежённей. Анна включалась в процесс работы не хуже остальных, но вот настрой и подход она предпочитала совершенно иной, за что, помимо всего остального, они её так любили.       — Ань, тут важная сделка состояться должна. — приподняв брови, произнес Фил.       — Ну и нафига мне с кислой миной сидеть? Как будто это что-то изменит. И все-таки Фил усмехнулся, а Анна, уволившись на диван, закидывает одну ногу на вторую, по прежнему напевая песню.

«She is DISCO…

She is D, delirious

She is I, incredible

She is S, superficial

She is C, complicated

She is O, oh, oh, oh»

      — Пятнадцать минут могу понять, двадцать… — не выдержав Пчела вскочил с дивана, направляясь к Белову, — Саша, два часа задержки!       — Пчела, по легче. — сдержанно ответил тот.

музыка: Action

***

      Вагоны с оружием были благополучно и в срок доставлены на место назначения, а получатели груза куда-то запропали.       — Ну, где эти вайнахи, а?! — теряя остатки терпения, закричал Каверин. Петрович попытался успокоить своего шефа:       — Мы на месте, всё путём… Сейчас и клиенты приедут. Что ты.       — Здесь оружия на дивизию — раз! И у меня связь с Москвой горит — два! Нет, ну это ж надо!.. Через полконтинента протащить, чтобы на приемке была такая лажа! Петрович лениво поднялся и шагнул за угол последнего вагона, предупредив шефа:       — Володь, я пойду отолью. Он пристроился к углу вагона и начал расстёгивать брюки. В этот момент в десяти шагах позади него приподнялась фигура в маскировочном костюме. Резко, почти без замаха, метнув нож, лезвие которого вонзилось под левую лопатку Петровича. Тот растерянно выдохнул и замертво упал на спину. Возможно, еле слышный звук падения тела и насторожил бы остальных, но по ту сторону состава уже во всю царило радостное и шумное оживление — наконец прибыли заказчики. По эту сторону состава тоже началось движение. Один за другим с земли поднимались бойцы с чёрными масками на лицах, обвешанные самым разным оружием. Они ударили сразу с трёх сторон, прижав огнём всю группу боевиков. Чеченские водители рванулись к своим машинам, но с фланга тут же ударил гранатомет. Два крайних КамАЗа вспыхнули ярким облаком огня, перегородив пути отхода остальным. Каверин, не потеряв головы, сразу же попытался укрыться между вагонами, но его и там нашли пули снайпера. Первая, размозжив кость, прошила левую ногу чуть ниже колена, вторая ударила в грудную пластину бронежилета, третья, контрольная, разворотила локоть правой руки. Володя замер. Простреленные конечности жгло так, что хотелось выть и кататься от боли. Но он не двигал ни единым мускулом своего тела — знал, что в эту самую секунду снайпер, разглядывая его в свою оптику, решал — нужен ли ему еще один выстрел. Как только пулемётные очереди стихли, в этот же момент грянул контрольный взрыв — вагоны с оружием разнесло в клочья, как и часть чеченских машин.

музыка: Черная луна

***

      На какое-то время в кабинете стало настолько тихо, что было отчетливо слышно тиканье настенных часов и шум машин. Наконец на круглом столе запиликал телефон. Не офисный «Панасоник», на который должен был звонить Каверин, а Сашин мобильник.       — Алло! Да, Ваха… — вдруг его брови резко взметнулись вверх. — Что?! Это точно?! Ладно, я перезвоню. На него неотрывно и встревоженно смотрели четыре пары глаз. Саша положил мобильник на стол, облокотился о кресло и обвел друзей каким-то спокойным взглядом.       — НУ! Чё из тебя выпытывать надо? — в непонимании рявкнула Анна.       — Груз на приемке разгрохали, — сообщил Белов и вдруг улыбнулся.       — Чё, я не понял?.. — опешил Пчёла.       — Ещё раз, что? — так же в недоумении произнесла Анна.       — Все, забудь. Нету. Прощай, оружие. — Белов, уже не таясь, тихо и счастливо рассмеялся.       — Чё ты ржешь, Саша… МЫ НА ТАКИЕ БАБКИ ПОПАЛИ! ЧЕГО ТЫ РЖЕШЬ?! — взорвался Пчёла, и схватил со стола кипу бумаг в бешенстве швырнул их к потолку.       — Тихо, тихо. Чё мы, бабки не отобьём, что ли? Ты чего? — продолжал улыбаться Саша.       — Ты опять что-то с Зориным мутишь? — строго заглянула ему в глаза Анна.       — Обычное оперативное мероприятие.       — Снять Веденского с хвоста? Ты же против него пошёл нарочно сплавив груз. — сразу же сообразила она, получив одобрительный и ещё больше зауважавший её взгляд.

***

      Белов приехал в Серебряный бор, в неприметный клуб, облюбованный для конфиденциальных встреч Виктором Петровичем Зориным — представителем Администрации президента РФ. Тот открыл портфель и положил на край стола сложенную карту Чечни с отмеченным синим карандашом маршрутом.       — Возвращаю с благодарностью, — улыбнулся он.       — А кто там работал? — поинтересовался Саша, засовывая карту в карман пиджака.       — Армейский спецназ. Прошлись, как ураган, — оружие уничтожено, свидетеля ни одного… — Виктор Петрович наморщил лоб. — Пусть тебя не волнует, что ты пошел против федералов. Понимаешь, это одна из немногих контор, которая реально заботится о безопасности страны. А то, что ты сдал груз, объективно работает в эту сторону. Другое дело — твои внутренние взаимоотношения с ними… Но, в любом случае, пока мы в связке, ты — неприкасаемый.       — А мы в связке? — с открытым сомнением спросил Саша. Он отлично всё понял. Фактически Зорин устранился, оставив Сашу с Введенским один на один. Виктор Петрович пристально взглянул на Белова, протянув тому кожаную папку с золотой монограммой.       — Я разморозил твои бумаги по Фонду. Получишь о-о-огромные льготы по импорту.       — Спасибо. — Саша взял папку и, небрежно сунув её подмышку, не скрывая скептической усмешки, добавил, — Всё равно надо от кого-то зависеть. А то чик — и всё!

музыка: Лица из воспоминаний

***

Помню мы все сидели за столом.

Как обычно в кабинет Белова.

Я молча перебирала рабочие бумаги, забрав их со стола Саши.

Неожиданно зазвонил телефон.

Я, абстрагировавшись от разговоров ребят и лишних звуков,

молча развела рукой, отдав телефон в Витины руки.

Мельком глянув на засветившийся экран. Звонила мать.

Последовало привычное «Да, Елена Анатольевна».

А затем тишина.

Вскоре затихли и голоса ребят.

Я медленно подняла голову, слегка нахмурив брови,

всматриваясь в его бледное, испуганное лицо.

— Ну, чего она хотела?

— Ань… — Витя тяжело сглотнул, аккуратно подходя и беря меня за руки.

— Звонила скорая. Она покончила с собой. — тихо выдавил он из себя.

А внутри меня что-то резко и болезненно оборвалось.

Помню как молча сжала губы, издав тихую усмешку,

в этой же злосчастной тишине эхом пронесшуюся по всему кабинету,

звонко задрожав в оконном стекле.

Я быстро обошла его встав где-то посредине кабинета,

обернувшись на застывших в каком-то ужасе ребят.

Внутри — все рушилось и жгло, отдавая невыносимой болью в груди и звоном в ушах.

Я же — отказывалась верить, что этого холодного,

эгоистичного и чужого мне человека больше нет.

Женщины, подарившей мне жизнь.

Женщины, которая не знала что такое любить.

Женщины, которую я называла мама.

И внимание и ласку которой я так отчаянно пыталась заслужит.

Той, которой никогда не была нужна.

Мамы, которую так отчаянно пыталась любить.

      — Ушла. — смотря сквозь пол произнесла Анна. — Как отец ушла. — та вновь запнулась, решительным жестом заставив Витю и всех остальных остаться на местах. — Два эгоиста хренова… Белов, тяжело вдохнув, в каком-то непонимании бегал глазами по кабинету. Фил и Космос прожигая ее сочувствующими глазами, так же само оказались перед отрицательно выставленной рукой. Только Пчела, прекрасно ее зная, настойчиво шагнул к Анне, тут же обхватывая ее сзади:       — Мы все переживем. Все пройдет, слышишь? — громко обозначил тот, почувствовав ее панический тремор и учащенное сердцебиение. Как в эту же секунду Анна скрывается на крик. Она просто кричала. Не плакала, не рыдала. Ее ноги подкашиваются, повисая в нежных и сильных руках. Он дышал ей в шею, сам сдерживая подступившие слезы.       — ЛЮДА! Воды и нашатырь сюда! ЖИВО! — скомандовал Саша.       — Аня! Аня! — подлетел Валера, взяв ее щеки в ладони, — Смотри на меня. Посмотри на меня, родная!.. Ты все перенесешь! Сможешь!       — Аня, мы рядом! Мы будем рядом! — подбежал и Саша.       — ЗА ЧТО?! ЗА ЧТО, МАМА?!!! — орала Анна, закашливаясь и теперь давясь слезами.       — Да какой нахрен нашатырь, — Космос, нервно шагнув к застывшей в ступоре Люде, — Успокоительное принеси!       — ЭГОИСТКА ХРЕНОВА!!! НИКОГДА!.. НИКОГДА НЕ ПРОЩУ ТЕБЯ!..       — Любовь моя, девочка моя… — крепче прижимал ее к себе Витя.       — НИ РАЗУ ТЫ МЕНЯ НЕ ОБНЯЛА! НИ РАЗУ ДОЧЕРЬЮ СВОЕЙ НЕ НАЗВАЛА! ЗА ЧТО?! — упав вместе с Витей на колени продолжала кричать Анна.       — Анюта, выпей, пожалуйста… — опустившись следом на колени настаивал Кос.       — НИКОГДА НЕ ПРОЩУ ТЕБЯ! СЛЫШИШЬ! НЕ ПРОЩУ ТЕБЯ!..       — Че встали?! Так вливайте в нее! — рявкнул Пчела, целуя ее голову, все так же крепко сдерживая объятиями. Насильно взяв ту щеки, Саша вливает Анне рюмку успокоительного, соприкасаясь с ней лбами:       — Держись, Нюта… Мы рядом, родная моя, рядом.