Blood, Sweat & Tears

      Идиллия длилась ровно одиннадцать дней. Одиннадцать прекрасных дней, в течение которых Тэхён почти поверил, что счастье возможно. Они тренировались, изучали древние фолианты, а ночи проводили в объятиях друг друга, переплетая ауры в причудливые узоры.       Именно в один из таких вечеров, когда они ужинали в саду на крыше, воздух содрогнулся от мощного магического импульса, который прошёл сквозь все защитные чары Тэхёна, как нож сквозь масло. В следующее мгновение пространство в центре сада исказилось, и в нём появились три фигуры.       Граф Ким и двое стражей Совета. Их лица были каменными масками.       Чонгук вскочил, приняв боевую стойку, но Тэхён медленно поднялся, его лицо было абсолютно бесстрастным. Он знал, что этот день настанет. Он просто не думал, что так скоро.       — Тэхён, — голос графа был тихим, но он резал слух, как стекло. — Ты пренебрёг нашим предупреждением. Более того, ты погряз в этом... мерзком симбиозе. Мы чувствуем, как твоя чистая кровь загрязняется его присутствием.       — Ваша светлость, — Тэхён склонил голову, но в его позе не было и тени покорности. — Вы вторглись в мой дом.       — Мы очищаем наш мир от скверны, — парировал граф. Его взгляд, упавший на Чонгука, был полон такого леденящего презрения, что у того по спине пробежали мурашки. — Полукровка. Ублюдок. Ты оскверняешь своим существованием нашу расу.       Чонгук сжал кулаки, но Тэхён жестом остановил его. И этот жест был странным — не защищающим, а... отстранённым.       — Он не представляет для вас угрозы, — повторил Тэхён свои старые слова, но на этот раз в его голосе не было огня. Была лишь усталая холодность.       — Он представляет угрозу для тебя, Тэхён. Ты ослеп. — Граф сделал шаг вперёд. — Последний шанс. Исполни свой долг. Покажи, что ты всё ещё один из нас, что твой разум чист и ты не забыл, кто ты.       Тэхён замер. Он смотрел на Чонгука - в его глазах бушевала война. Он видел веру в его взгляде, которую сам же в нём и взрастил. Он чувствовал через их связь смятение и нарастающий страх.       И тогда Тэхён принял решение. Самое тяжёлое в его жизни.       Он рассмеялся. Резкий, высокомерный, ледяной хохот, полный презрения ударил Гука больнее пощечины. Он непонимающе посмотрел на Тэхёна, надеясь увидеть тёплые искорки в глазах, но в его взгляде не осталось ни капли тепла.       — О, милый, наивный щенок, — его слова хлестали, как удары кнута. — Ты и правда поверил? Поверил в эту сказку про двух изгоев? Поверил, что кто-то вроде меня может полюбить что-то вроде тебя?       Чонгук отшатнулся, словно от удара.       — Что?.. Тэхён...       — Молчи, — отрезал Тэхён, его голос стал острым, как лезвие. — Я использовал тебя. Ты был интересным экспериментом. Источником знаний о твоём жалком роде. И неплохой разминкой в постели. Но это всё.       Он подошёл к нему вплотную, и его глаза сияли бездушным алым светом.       — Ты думал, я не знал, что старейшины следят за мной? Мне нужен был козёл отпущения. Отвлекающая жертва. И ты, со своим собачьим преданным взглядом, идеально подошёл на эту роль.       Каждое слово было ядом. Чонгук чувствовал, как его сердце разрывается на части. Он пытался поймать их связь, найти в ней хоть каплю правды, но наткнулся на ледяную непроницаемую стену. Тэхён полностью заблокировал его.       — Нет... — прошептал Чонгук, и его голос сорвался. — Это неправда. Я чувствовал... Я чувствовал тебя!       — Иллюзия, — холодно бросил Тэхён. — Магия. Ничего более. А теперь... — он повернулся к графу Киму, — уберите эту грязь с моего порога. Он мне больше не нужен.       Взгляд старейшины выражал нескрываемое удовлетворение. Он кивнул стражам. Те схватили Чонгука за руки. Он не сопротивлялся. Он был сломлен. Его глаза, потухшие и пустые, были прикованы к Тэхёну, который смотрел на него с таким равнодушием, будто видел впервые.       Чонгук не проронил ни звука, когда стражи поволокли его к выходу. Он просто смотрел. И в последний момент, прежде чем его вывели из сада, Тэхён, повернувшись к графу и спиной к уводимому Чонгуку, сказал:       — И не вздумайте его убивать. Пусть побудет в гетто с другими полукровками. Научится знать своё место.       Дверь закрылась. В саду остались лишь Тэхён и граф Ким.       — Мудрое решение, — произнёс старейшина. — Возможно из тебя ещё выйдет толк.       Тэхён не ответил. Он стоял, неподвижный, как статуя, глядя в ночь. Он не обернулся, даже когда граф телепортировался. Он стоял так несколько часов, пока первые лучи солнца не начали золотить горизонт.       И только тогда, когда он остался в полном одиночестве, по его мраморной щеке скатилась первая за многие века слеза. Он прислонился лбом к холодному стеклу и прошептал в пустоту:       — Прости меня. Ради твоей же жизни.       Он знал, что Чонгук никогда не простит его. И в этом была его расплата. Он спас ему жизнь, став для него самым страшным монстром. И теперь ему предстояло жить с этим. В роскошном, бесконечно одиноком аду своего выбора.