Zwei.

      Уже не помнится, когда завелась эта традиция. Через месяц отношений, три, год? Это совершенно неважно. Главное то, что их обоих это устраивало. Да и вечно ищущему ласки и тактильности Олегу это приносило особое, тёплое удовольствие.       — Ты молодец, — говорит Саша и целует в кончик носа. — Награда для победителя.       «Я в тебя всегда верил», «мой умничка», «самый лучший зверёныш» и ещё много такого же личного, для них двоих. Поцелуи не были привязаны только к похвале, но были её приятным дополнением.       Олег уже сам тянется, когда понимает, что справился, что выполнил то, что должен был. Освоил наложение заговора. Снятие проклятий. Закончил генеральную уборку квартиры в отсутствие дома Саши. Тоже своего рода подвиг.       Похвала — как стимул работать дальше, учиться лучше. Каждый раз к новой, ещё более недостижимой, цели.       К тому же, было на кого опереться и у кого найти поддержку. Александр ни разу не отказал в помощи.

* * *

      — А если у меня всё-таки не получится?       Олег сворачивается клубочком, укладывая голову брату на колени. Или ложиться надо было иначе, или диван менять — вмещаться выходило с трудом.       — А если получится? — Саша запускает руку в чужие волосы, прочёсывает прядки. — Я тебе большую часть жизни говорю про позитивное мышление и то, что даже в самой сложной ситуации есть выход. Зачем учил, не понимаю...       — Это я всё помню, — младший вздыхает, прикрывая глаза. Приятно. — Но всё равно страшно.       — Всем страшно, — медиум дёргает прядку, вызывая тихое шипение. — И мне было страшно, и Диме, и Вике, и кому бы то ни было ещё. Но все эти люди собрались и пошли. И, даже если бы не выиграли, всё равно бы не сдались.       — Угу.       Это не слишком-то успокаивает. Во всех них у младшего Шепса было гораздо больше веры, чем в самого себя.       — Меньше думай, — Саша почёсывает его за ухом. — Тебе это сейчас вредно.       — Не могу, — бурчит куда-то в коленку брату, — всё равно мыслями к завтрашнему дню сбиваюсь.       Хочется откатиться лет на пятнадцать назад, когда из проблем были двойка в школе и разбитая коленка.       Что делать с этим малолетним балбесом Александр не представлял совершенно — как не отвлекай, а всё равно негатива нанесёт в своей голове. Остаётся только почёсывать под тихо бубнящий телевизор и осторожно, незаметно вычищать из мыслей всё плохое.       Что-то из этого всё-таки работает, а, может быть, и всё сразу. Олег, пусть и поверхностно, но засыпает.

* * *

      От нервов дрожат не только руки, но и, кажется, всё тело. Невозможно.       Часть дня и кусок вечера проходит будто мимо. Люди, свет, съёмки... Сознание окончательно просыпается только когда на лестнице его обнимает брат. Шепчет так, чтобы слышно было лишь им двоим, какой он умничка и молодец; что осталось ещё совсем немного потерпеть и можно будет ехать домой.       Сил хватает только кивнуть, сильнее сжав Сашу в объятьях. Единственный островок нормальности в этом кошмаре.       Свою награду Олег здесь он уже получил, остальное только дома, не раньше. Потерпит, не так долго осталось.