Drei.

      По пути в Камелот окончательной и чёткой цели у Мерлина не было. Да, безусловно, он знал, что нужен именно там, к тому же — Гаюс, который мог много чему научить. Друг семьи, давно уже обосновавшийся в замке, знал и умел достаточно. Это, в общем, и было первоначальной задачей — освоить практически неизученную магию.       Мерлин знал, что сможет. Видел.       Он не был провидцем в полном смысле этого слова, но иногда снилось... разное. И всегда подсознательно было ясно — сон это или видение. Юный маг неплохо научился их различать.       А в Камелоте его ждала судьба. Пока ещё принц, Артур Пендрагон, который без него просто не выживет.       То, что будет сложно, было неоспоримо. В королевстве, где магия вне закона, иначе невозможно.       Особенно когда оказывается, что Артур тот ещё придурок. Но хоть не избалован. Капризную «принцессу» на месте будущего короля Мерлин бы не пережил.       Но даже так становится лишь немного легче — характер у юноши оказывается всё равно прескверный. Или маг просто был предвзят, в первый же день оказавшись в колодках. И всё же... Всё же у них получилось друг к другу привыкнуть. Подстроиться.       Не без проблем, с ехидными комментариями и подколками с обеих сторон. Возможно, это даже можно было назвать дружбой. Особенно учитывая, сколько раз маг и воин взаимно помогали выбраться из неприятностей.       Не совсем ожидаемо было оказаться в одной постели. Артур слишком много выпил на одном из приёмов, а Мерлин слишком расслабился и позволил то, о чём даже не мечталось.       Утро выдалось бурное. Как минимум от того, что Артур помнил всё, с подробностями. Отдать должное, истерик он не устраивал, благодаря ли собственным контролю и выдержки или молитвам Мерлина всем богам.       — Забыли? — Пендрагон смотрит цепко, не давая отвести взгляд.       — Забыли, — Мерлин кивает, скрестив за спиной пальцы. Он не собирается.       Артур счастлив — у него появляется Гвиневра. Вставать между истинными возлюбленными было бы совершенно глупо. Даже если хочется — все свои порывы Мерлин гасит сразу же. Королевству нужен наследник.       Коронация вещь неизбежная, от желаний Артура не зависящая. Необходимая. Как и все — Утер был не вечен.       Эмрис точно не знает, чем обернётся власть нового короля. Картинки-видения слишком уж были размыты и обрывочны. Артур сам пишет свою судьбу и любое решение может кардинально изменить будущее.       Единственное, о чём жалеет Мерлин — невозможность самому возложить корону на голову Пендрагона. Остаётся только наблюдать, находясь по правую руку. По левую, как и положено, Гвиневра — королева Камелота по праву.       Как бы там ни было, но пока всё относительно спокойно. Молодого короля никто не хочет убить сотней разных способов, а Камелот присвоить или сжечь.       Ощущение смутной, пока ещё очень далёкой, угрозы Мерлина всё-таки не отпускает. Однако, получается запихнуть это чувство куда подальше. Вот доживут, тогда и будут разбираться.       К обязанностям слуги у Эмриса прибавляется ещё и роль личного советника — официально. Неофициально он согревает постель короля, когда Гвен не в духе. Не то, чего он хотел и о чём мечтал, но лучше, чем совсем ничего. Маг даже почти счастлив.       Своих тайн он не выдаёт до самого конца. Ни про магию, ни про свою неправильную любовь. На Авалоне. Артуру должно быть спокойно. Безвременно почивший обязательно оживёт.       А Мерлин всего лишь немного, незаметно, будет менять этот мир, чтобы его королю после показать лучшее будущее.