Охота на ведьму

Долгожданная встреча с кем-то очень важным для тебя — событие очень волнующее. Бывает так, что ты этой встречи просто ждешь, но может быть и так, что ты ее самостоятельно ищешь. Но в любом случае ты всегда представляешь себе, как это будет. Финданна Махариэль порой тоже пыталась себе представить, какой будет ее встреча с Морриган. Но ее воображение не могло нарисовать нужную картину. Обычно, когда возлюбленные видят друг друга после долгой разлуки, они бросаются друг другу в объятия, целуются. Но будет ли именно такой встреча с ведьмой, которая когда-то просила не искать ее? Возможно, она выразит сдержанную радость. А возможно — и недовольство. Но чтобы узнать это, для начала нужно Морриган найти. И Махариэль, занимаясь поиском одного нетронутого элувиана, продолжала искать также и саму черноволосую магессу. Ведь Морриган для чего-то понадобилась информация об элувианах, раз она взяла у долийцев ту книгу, где о них говорилось. Последний раз Финданна видела элувиан еще до становления Серым Стражем, когда они с Тамленом блуждали по древним руинам. Из-за этого элувиана и Финданна, и Тамлен заразились болезнью, и Дункан в конце концов разбил зеркало. Но теперь осколок этого разбитого зеркала должен был, по уверению Финна и по подтверждению его слов говорящей статуей, помочь найти другое зеркало, целое, нетронутое. Однако для ритуала поиска, помимо этого осколка, требовалось еще зажечь огни Арлатана в тейге Кадаш. Так что у Финданны, ее преданного мабари Гильраэна и спутников — Арианны и Финна — было два пути — в тейг Кадаш и в те самые руины. Начать было решено с тейга, где когда-то Финданна помогла Шейле узнать о ее прошлом. Ведь без зажженных огней Арлатана ритуал поиска зеркала не сработал бы… Махариэль никогда не любила Глубинные тропы еще с тех времен, когда она и ее верные спутники отправились искать Совершенную Бранку. Осыпающиеся туннели, полные порождений тьмы, заставили героев изрядно попотеть. Лишь вспоминая о том, что было в Мертвых Рвах, Финданна порой содрогалась. Оскверненная гномка Геспит, бывшая любовница Бранки, читавшая жуткие стихи о том, как девушку превращают в матку, произвела на долийку неизгладимые впечатления. Но это были еще цветочки по сравнению с самой маткой. Огромное жуткое существо с щупальцами, рожающее новых и новых порождений тьмы… Помнится, Финданну и Лелиану чуть не стошнило от увиденного, а Морриган ограничилась брезгливой гримасой. К счастью, среди тех порождений тьмы, что сейчас встретили Финданну с ее псом и новыми спутниками в тейге Кадаш, не было никаких маток. Последнюю матку — Мать — Страж-Командор убила еще после битвы за Амарантайн. Отвратительные «дети» этой матки иной раз накидывались то на Финданну, то на кого-нибудь из ее тогдашних спутников, и очень мешали сосредоточиться. Самым невыносимым в битве было то, что Мать порождала этих «детей» непрерывно. Приходилось разделяться. Финданна и Огрен соответственно отстреливались и отбивались от безумной Матушки, а Андерс и Веланна магией сносили противных «детей». В заброшенном же тейге ютились обычные порождения тьмы, среди которых, правда, попадались и эмиссары, но Финданна уже руку набила в предыдущих битвах и уже машинально пускала стрелы в тварей, обладающих темной магией, не давая им наложить на кого-либо из спутников смертельное проклятие. Глубинные охотники вообще убивались легко и просто — либо ловили по паре стрел от Махариэль, либо попадали под боевую магию Финна, либо их загрызал Гильраэн и изрубала Арианна. Финданна же, помимо стрельбы из лука, еще и пела для себя и своих попутчиков воодушевляющие песни, какие не раз благотворно влияли и во времена пятого Мора, и во время приключений Финданны на севере Ферелдена. Не зря долийка училась искусству барда у Лелианы… А вот зажечь огни Арлатана оказалось не так просто, как расправиться с кучкой порождений тьмы и глубинных охотников. Прежде всего эти огни, сокрытые от недостойных глаз, нужно было как-то обнаружить в тейге. Эльфы скрыли артефакты с помощью магии, и следовательно, чтобы обнаружить эти артефакты, нужна была эльфийская кровь. Финданна была готова благородно пожертвовать несколькими каплями своей крови, но Финн отрицательно покачал головой. — Ты — Серый Страж, и у тебя в крови скверна, — констатировал он с умным видом. — Для поиска огней Арлатана нужна именно чистая эльфийская кровь. Поэтому, увы, придется твоей спутнице ее немного пролить. — Мне? — Арианна с неприязнью посмотрела на волшебника и скрестила руки на груди. — Предлагаешь мне порезаться, шем? — У тебя та же кровь, что и у эльфов Арлатана, — невозмутимо заметил Финн. — И заклинание сможет распознать тебя. Страж уже предложила пожертвовать своей кровью, но оскверненная кровь мало чем поможет в этом деле. Поэтому, Арианна, мне жаль, но тебе придется это сделать. Всего несколько капель потребуется, — добавил он, чтобы успокоить Арианну. — Я… ох, ладно, — долийка рвано выдохнула. — Только пару капель. Не больше. Заклинание Финна подействовало так, как и должно было. В тейге начали проявляться магические преобразования. Как объяснил юноша, чтобы отыскать огни Арлатана, нужно было встать в один из таких источников энергии. И действительно, при контакте с ними появлялись блуждающие огоньки, которые улетали в определенных направлениях. Эльфийки понимали, что эти сполохи ведут к огням Арлатана, и шли тем путем, по которому направлялись и сполохи. В тех местах, куда огоньки вели, материализовались древние магические светильники эльфийского происхождения — те самые огни Арлатана, которые требовалось зажечь. Перед этим, конечно, расправившись с их стражами — призраками эльфов, что нашли себе когда-то приют в тейге. Помимо обретения огней Арлатана, еще требовалось найти осколок зеркала в тех древних руинах леса Бресилиан. С этим делом герои справились быстрее, не потребовалось никаких магических заклинаний с пинтой крови, чтобы найти тот самый разбитый элувиан, из-за которого Финданна и Тамлен когда-то заразились скверной. Таким образом, с зажженными огнями Арлатана и найденным осколком можно было наконец-то начать ритуал поиска. Но только Финн начал творить магию, как словно бы из ниоткуда стали возникать демоны. — Похоже, ритуал привлек их внимание! — Арианна выхватила клинки и вступила в бой с одним из демонов. — Не позвольте им меня прервать! — крикнул Финн, все еще продолжая творить необходимое заклинание. Финданна тоже выхватила лук и стала пускать в появляющихся демонов стрелы. В этот раз Финн их исцелять не мог, поэтому пришлось полагаться на свои лечебные зелья, коих, по счастью, у Финданны и Арианны было в достатке. Зато все это стоило того, чтобы волшебник обнаружил, наконец, нетронутое зеркало — оно находилось на кладбище Драконьих Костей, где когда-то Страж-Командор Махариэль победила безумную Мать в ее логове. — Если зеркало находится там, и если Морриган действительно ищет элувианы… — Арианна в задумчивости обхватила подбородок ладонью. — Значит, мы сможем встретить там и ее тоже, — вполголоса пробормотала Финданна, и почувствовала, как ее сердце забилось в ожидании такой долгожданной — для нее, по крайней мере — встречи. От Арианны не укрылось волнение ее спутницы, и долийская воительница понимающе взглянула на Махариэль. — Это она тебе подарила, да, lethallan? Я угадала? — осведомилась Арианна, сосредоточив взгляд на красивом золотом кольце, которое ее новая подруга носила на безымянном пальце правой руки. — Да, угадала. Именно она, — Финданна вздохнула, посматривая на кольцо. — Через него Морриган могла отслеживать, где я нахожусь. Именно это помогло ей спасти меня из тюрьмы форта Драккон, куда меня посадила леди Коутрен — она тогда была рыцарем на службе Логейна. — Правда? — скептически изогнула бровь Арианна. — Что же ты через это кольцо свою ведьму не нашла? — Если бы это было возможно, мы бы не скитались по Ферелдену в поисках элувиана, — нервно рассмеялась Махариэль. — Это кольцо работает только в одну сторону, к сожалению. — В любом случае, теперь мы знаем, где зеркало находится, — решительно заявил Финн. — Идем же скорее, проверим его. *** Со смертью Матери на кладбище Драконьих костей не наблюдалось больше ее отвратительных «детей» — особых порождений тьмы, которые, помимо тошнотного внешнего вида, вдобавок к этому вызывали раздражение своей способностью кидаться на героев и чуть ли не вдавливать их в землю. Зато там обосновались сектанты-драконопоклонники, и с ними — несколько дракончиков. Без предупреждения напали они на непрошеных гостей, ступивших на кладбище. Но, в отличие от «детей» безумной Матери, ни сектанты, ни дракончики не вдавливали Финданну и ее спутников в землю. Напротив — это Гильраэн, который за свою хозяйку был готов порвать любого, кидался то на сектантов, то на дракончиков, и иной раз мог и вжать врага в твердую поверхность и разорвать его плоть когтями — либо изгрызть зубами. Помимо боевого волкодава, намерения сектантов и дракончиков избавиться от непрошеных гостей были прерваны также клинками Арианны, стрелами Финданны и боевой магией Финна. Казалось, что путь был наконец-то расчищен… Но то, что увидели герои потом, когда прошли извилистой тропой и вышли на площадь, убедило их в том, что это еще далеко не конец. На вершине заброшенной башни сидело огромное паукообразное существо. Финданна прежде никогда воочию не видела этого монстра, как и Арианна, но им обеим было известно, что это вартеррал — древнее существо из эльфийских легенд. Согласно преданиям, эльфийские боги вдохнули жизнь в камень и дерево, ветер и дождь… И все это обрело форму — дабы защищать эльфийский народ. — Что… что это за чертовщина?! — возопил Финн, попятившись назад. Что-то ему подсказывало, что монстр сейчас спрыгнет с башни и нападет на них. Гильраэн предупреждающе залаял, а Финданна и Арианна тоже отступили на шаг назад. — Вартеррал… — прошептала воительница, наблюдая за огромным существом. — Что он здесь делает? По легенде, вартерралы были созданы, чтобы защищать наш народ… — Если они защищают твой народ, почему этот «защитник» хочет нас сожрать? — осведомился Финн, наблюдая за тем, как вартеррал спрыгнул с башни и угрожающе двинулся на непрошеных гостей. — Похоже на то, что он защищает элувиан! — констатировала Финданна, отпрыгнула в сторону и натянула тетиву. Бесстрашный мабари ринулся на монстра, а следом подбежала и Арианна с обнаженными клинками. Финн же сражался издалека — то посылал в вартеррала боевые заклинания, то исцелял своих спутников. А исцеление им требовалось не один раз — вартеррал, судя по всему, уж очень ревностно защищал древний эльфийский артефакт, к которому герои так стремились. Монстра не остановило даже то, что две из путников были долийками — он явно сразу почувствовал от них угрозу, несмотря на то, что создан был для того, чтобы защищать им подобных. Похоже было на то, что даже эльфам сей паукообразный хранитель не мог позволить пройти к элувиану, а потому Финданне и Арианне приходилось защищаться. А вартеррал, помимо того, что был силен и тверд, как камень, еще иной раз мог плюнуть ядом в кого-либо из своих врагов. А уж когда на шум боя с разных сторон кладбища прибегали драконы… В общем, крови на кладбище Драконьих костей было пролито много, как было выпито и много лечебных зелий, ибо Финн не всегда мог исцелять — приходилось боевой магией отбиваться от наступающих драконов. И все же не напрасно выдержан был этот поистине долгий бой, наверное, не менее тяжелый, чем бой с Архидемоном и сражение с Матерью и ее «детьми». В том месте, что некогда было логовом безумной Матушки, Финданна Махариэль и трое ее спутников наконец-то нашли то, что искали. Огромное зеркало, подобное тому, что Финданна и Тамлен когда-то обнаружили в древних руинах, виднелось вдалеке, манило своим мерцанием. Финданна очень хотела подойти к нему поближе, но все колебалась, ибо помнила, чем окончилась для нее и ее давнего друга последняя встреча с подобным зеркалом. Но… возле элувиана стояла очень знакомая фигура. Хасиндские одежды, черные волосы, собранные в прическу, закрепленный на спине посох… Желание встретиться с той, кого долийка любила, все же взяло верх над всеми сомнениями, и Махариэль устремилась вперед. — Не забудь спросить о книге! — крикнула ей вслед Арианна, но лучница ее уже не слушала. Финданна слишком долго ждала… нет, не так. Слишком долго искала этой встречи. Истосковавшаяся по Морриган, она наконец-то нашла ее, и все остальное на фоне этого уже померкло, даже книга, касающаяся эльфийского прошлого… Гильраэн побежал чуть ли не вперед своей хозяйки. Он тоже узнал Морриган, и хотя во времена пятого Мора они поначалу не ладили, все же со временем ведьма смогла к нему привыкнуть. Пес подбежал к черноволосой магессе, а та, судя по улыбке, возникшей на губах, тоже узнала мабари, радостно прыгающего перед ней. Но вот взгляд Морриган переключился на Финданну, которая также спешила навстречу своей возлюбленной, и ведьма хмыкнула. — Как рвешься ты… Хотя я и просила, чтоб не искала ты меня, ты все же отправилась за мной в такую даль. Зачем же? — она вопросительно изогнула бровь, глядя на долийку. — И тебе привет, Морриган. Наконец-то я нашла тебя, ma vhenan, — выдохнула Махариэль, подходя ближе к своей возлюбленной. Она хотела было ее обнять, но Морриган жестом остановила ее. — Тебе известно, что это такое, — магесса повернулась в пол-оборота к элувиану и коснулась его рукой. У Финданны перехватило дыхание — так же коснулся зеркала и Тамлен когда-то, и для него это потом плохо кончилось… К счастью, конкретно этот элувиан не был проклят никакой скверной, и эльфийка с облегчением выдохнула. — Известно, как я поняла, — от Морриган не укрылось выражение лица Финданны в тот момент, когда ведьма коснулась зеркала. — Я знаю, ты и тот долиец, Тамлен, нашли в руинах зеркало, что было этому подобно, и кончилось для вас печально это… Однако же не бойся, — улыбнулась она уголком рта. — Скверны нет здесь, и заразу я не подцеплю. Немало потрудиться мне пришлось, чтоб в сей портал вдохнуть смогла я жизнь. — Портал… — медленно проговорила Финданна, понимая, что одна из ее догадок насчет элувианов подтвердилась. — Ведет этот портал в миры иные, лежащие вне Тедаса, вне Тени, — объяснила Морриган своим мелодичным голосом, в своей привычной манере. — Но лишь единожды в портал войти возможно. Но на вопрос ты не дала ответа: зачем же ты спешила так за мной? Через кольцо я видела тебя — с долийкой и каким-то юным магом, по Тропам вы мотались, по лесам — лишь для того, чтобы найти меня… Зачем? — Я скучала, ma vhenan, — Махариэль сделала несколько шагов к Морриган и взглянула в ее кошачьи глаза. — Я понимаю, ты хотела в одиночестве взрастить свое… наше дитя. Но все же я не хотела, чтобы все закончилось… так. Сказав это, долийка осторожно коснулась своей рукой руки ведьмы, и на этот раз та не стала ее останавливать. Какое-то время они молча смотрели друг на друга — эльфийка, проделавшая такой путь лишь для того, чтобы найти возлюбленную, и ведьма, которая не очень-то хотела, чтобы ее искали, но все же не ушла через элувиан сразу, а дождалась ту, с кем ее когда-то свела судьба. — Дитя? — удивленный голос Арианны вдруг прервал немую сцену, которую любой бард мог бы описать в какой-либо мелодраматичной пьесе. — Но… как? Вы же… две женщины. Как вы?.. — Ритуал, — просто объяснила Финданна, бросив на спутницу взгляд через плечо. — Особая темная магия, доступная далеко не всем. — Мы ночь последнюю с ней провели, пред битвой с Архидемоном, — нараспев проговорила ведьма, тоже мельком взглянув на подошедшую Арианну. — И знания, что я из гримуара, изъятого у Флемет, почерпнула, мне помогли исполнить ритуал, чтоб без мужчины обрести потомство, — она снова перевела взгляд на Финданну. — Теперь же я должна покинуть это место, чтоб подготовить к переменам дочь. — Дочь… — словно эхо, повторила Махариэль. Она закрыла глаза, пытаясь себе представить, как сейчас выглядит их с Морриган дитя, рожденное столь необычным образом. Эльфийкой девочка точно не может быть, от союза эльфа и человека эльфы никогда не рождались. Но почему-то в воображении Финданны виделась лишь она сама в далеком детстве — рыжая, с маленьким игрушечным луком за спиной и пока еще без татуировок на лице. — Коль хочешь знать, в порядке ли ребенок, то можешь быть спокойна за дитя, — Морриган успокаивающе сжала руку Финданны. — Дочь в безопасности, ее ты не отыщешь. Она еще не знает о судьбе, ей предначертанной. Теперь же я тебя предупрежу и тех, что за тобой сюда пошли, — голос ведьмы стал ниже на полутон и немного мрачнее. — Вам опасаться нужно Флемет, не меня. — Флемет? — удивленно ахнула Финданна и взглянула на ведьму, пытаясь понять, не шутит ли она. Но выглядела Морриган слишком серьезно, чтобы шутить. — Но она же мертва… Мы с Лелианой, Винн и Шейлой убили твою мать, помнишь? — Она не раз обманывала смерть, — невозмутимо ответила Морриган, скрестив руки на груди. — Она настолько же мертва, как я. Я думала, что знаю планы Флемет, считала я, что суть бессмертия она искала… Однако ж, я ошиблась. Флемет — не малефикар, не одержимая… И даже человеком не является она, — вздохнув, магесса шагнула еще ближе к Финданне. — Тот ритуал, что провела тогда я с тобой в постели, был конца началом, предвестником того, что ждет нас. — Чего же? Что должно случиться? — спросила эльфийка встревоженно. — Перемены грядут в наш мир. Их многие страшатся, и всеми фибрами души бороться с ними будут. Порой же перемены — то, что нужно. Порой они даруют нам свободу… — закончив своеобразную поэтичную речь, Морриган слегка улыбнулась. — Теперь же я должна тебя покинуть… — она снова повернулась к элувиану и собралась было уйти сквозь портал, но Финданна взяла ведьму за руку. — Я не могу оставить тебя, ma vhenan. Прошу тебя, возьми меня с собой… — она с мольбой взглянула в кошачьи глаза. Не для того долийка проделала столь долгий путь, чтобы вновь разлучиться с той, кого любила, по кому так тосковала… Морриган вздохнула. Она понимала, что Махариэль ее уже так просто не отпустит. Сказать по правде, ведьма и сама была рада встретиться с возлюбленной после долгой разлуки, хотя сама же и настояла когда-то на этой разлуке. «Не ходи за мной» — так сказала Морриган Финданне в ночь ритуала, но все же упрямство и одолевающая тоска взяли верх над героиней Ферелдена, и она отправилась на поиски ведьмы. Для Финданны черноволосая магесса стала сродни лириуму для любого мага, и жизнь без той, за кого эльфийка была готова в огонь и воду, тяготила ее. И потому Морриган ничуть не удивилась тому, что Махариэль, столь истосковавшаяся по ней, возжелала тоже отправиться через элувиан. И все же… — Ты не понимаешь, о чем просишь, — магесса снова вздохнула и заглянула в глаза долийки, заключив в ладони ее лицо. — Уж лучше было бы тебе остаться. Ради себя. И ради нас обеих… — Ma vhenan… — на глазах Финданны показались слезы, ее голос слегка вздрогнул. — Я не боюсь того, что за порталом ждет. Все, что мне важно, — это быть с тобой… — она поймала себя на мысли, что уже сама начинает разговаривать, как Морриган. Ведьма ничего не сказала. Она лишь утерла долийке слезы, побежавшие было по ее лицу, посмотрела ей в глаза… а затем коснулась ее губ своими. Морриган не признавала этого, не хотела признавать… но на самом деле она тоже за все это время истосковалась по той, кого она по-настоящему полюбила. До встречи с Финданной ведьма, прожившая в болотах Диких земель Коркари, была уверена в том, что любовь — это слабость, рак, выедающий мозги человека и принуждающий его делать глупости. «Любовь и красота уходят, смысла нет в них, во власти же он есть» — именно в этом Морриган была убеждена когда-то. И ни один мужчина не смог поколебать эти ее убеждения. Зато смогла женщина. Морриган и подумать не могла, что зародившаяся дружба с этой рыжеволосой долийкой когда-нибудь перерастет в нечто большее. Та ночь в лагере, когда магесса пожаловалась Финданне на холод в юрте, пусть и не сразу, но изменила прежде холодную, как лед, и неприступную, как крепость, ведьму с болот. Тогда, после той ночи, Морриган даже подарила Финданне то самое кольцо. Хотя она и прикрывалась фразой, что это всего лишь для безопасности Махариэль, ибо кольцо могло помочь отследить, где та находится, но то был лишь самообман. Нет, кольцо, конечно, и вправду было так зачаровано, что позволяло определить местонахождение Серого Стража в тот или иной момент. Самообман был касательно причины этого дара. Морриган, ранее всегда считавшая, что любовь — это слабость, боялась своих вспыхнувших чувств к Финданне, винила себя за то, что совершила «глупость». После убийства Флемет черноволосая ведьма даже пыталась прекратить отношения. Но оттаявшее сердце было все же не обмануть. Арианна и Финн, не говоря ни слова, стояли и наблюдали за воссоединением влюбленных. Гильраэн тихонько поскуливал, сидя на собственном хвосте. А Финданна и Морриган… Они целовались страстно, упоенно, руки Финданны гладили спину Морриган, а ведьма зарывалась пальцами в рыжие волосы долийки. На самом деле, они обе жаждали увидеть друг друга. И Морриган, еще секундами ранее отговаривавшая Махариэль от желания пройти вместе через элувиан, все же не нашла в себе силы отказать ей в этом. — Идем тогда со мной, любовь моя, — разорвав поцелуй, произнесла ведьма и слегка улыбнулась. — Давай же встретим будущее вместе. Финданна отстранилась, обернулась назад. Взглянула в последний раз на Арианну, шагающую к книге, что неподалеку лежала, — судя по всему, это была та самая долийская книга, которую воительница так искала. Затем — на Финна, который непонимающе смотрел на то, что происходит вокруг. Потом Махариэль посмотрела на Гильраэна, своего верного пса, и лицо ее сделалось грустнее. — Мне очень жаль, Ги, — прошептала она. — Но я приняла решение. А ты возвращайся в Денерим. Может быть, королева Анора тебя на службу примет… — вымолвив это, Финданна глубоко вздохнула и повернулась к элувиану. Они с Морриган почти одновременно коснулись зеркала. Затем взялись за руки, посмотрели друг на друга, и Финданна, улыбнувшись, кивнула Морриган, выражая свою готовность последовать за ней. И вот две женщины — одна в доспехах, другая в хасиндских одеждах — скрылись в портале… *** Жизнь в Ферелдене шла своим чередом. Амарантайн и Башня Бдения были восстановлены после победы над полчищами безумной Матери. Архитектор в конце концов сдержал свое слово, ушел со своими детьми — порождениями тьмы — под землю, и новому Мору не суждено было начаться. Денерим уже окончательно восстановился после поражения Архидемона. Анора Мак-Тир, как и прежде, слыла мудрой, опытной правительницей. Леди Коутрен умело командовала армией королевы, и в войсках среди доблестных ферелденцев числились и бесстрашные боевые волкодавы. Были приняты законы, поощряющие землевладельцев растить обильный урожай, и даже был заложен университет. У эльфов — как долийских, так и городских — дела шли хорошо. Хотя соседство с людьми в землях близ Остагара казалось небезоблачным, стараниями хранительницы Ланайи удалось сохранить надежду на мир в будущем. В эльфинаже новой старейшиной стала Шианни — как и всегда, честная, прямодушная и волевая. И хотя искренность часто доставляла неприятности ей самой, зато шла на пользу ее соплеменникам. Но ту рыжеволосую долийку, спасительницу Ферелдена, победительницу Архидемона, никто более не встречал. Как и ведьму из Диких земель. Куда они обе исчезли — об этом ведали лишь они сами. Вернутся ли Финданна и Морриган когда-нибудь снова в Ферелден, или же останутся там, куда они прошли через тот портал? Ответ на этот вопрос сокрыт за Завесой…