Расщеплённый свет / Splitting light

      Штаб-квартира корпорации «Спиральная башня» располагалась неподалёку от Центральной площади — исполинское сооружение высотой в 1060 метров и в 212 этажей. Будучи самым высоким зданием города, оно имело вытянутую, серебристо-белую коническую форму, опоясанную световыми лентами системы защиты. Ночью издалека оно казалось восходящей спиралью туманности, которую неведомое притяжение из глубин космоса зовёт в небо.       Официальное название этого здания — «Небоскрёб Биполярной туманности». Это был самый известный объект недвижимости, принадлежащий корпорации «Спиральная башня», и одновременно — один из двух главных архитектурных символов города.       Вторым символом считался «Вечный Куб» корпорации «Матрица», расположенный в районе озёр и лесных массивов на севере города. Это здание не походило ни на одно другое: внешне оно представляло собой вращающийся куб, разделённый на сотни мелких сегментов, которые непрерывно меняли цвет и положение. Из-за этого горожане прозвали его «Магический Куб» или «В.К.»       Две технологические империи прочно держали в руках финансовую артерию города. Они были злейшими соперниками — и в то же время тесно переплетены с правящей элитой тысячей невидимых нитей.       Лян Ду управлял своим персональным флаером, отмеченным его индивидуальной маркировкой. Он приземлился на посадочной площадке, выступавшей за край здания, вошёл внутрь и, воспользовавшись лифтом для сотрудников, поднялся прямо на сто сороковой этаж — в офис «Комитета стратегических решений».       Здесь его ждала встреча с генеральным директором корпорации «Спиральная башня» — Фрейной Ян.       Он пришёл рано, но Фрейна — ещё раньше. Она сидела в эргономичном кресле, держа чашку горячего кофе и ожидая его.       Лян Ду никогда не мог определить её настоящий возраст. Возможно, двадцать семь. А может — тридцать семь. Возраст — тайна женщины, а макияж — её надёжное оружие, способное скрыть эту тайну.       Деловой костюм цвета шампанского облегал её фигуру с чётко очерченными изгибами ростом почти метр восемьдесят. Из украшений — лишь лаконичное ожерелье с драгоценным камнем. Тёмно-красный лак и помада подчёркивали властную, сильную ауру этой женщины-директора. Её волосы — почти белые, платиновые, словно гладкие металлические нити, были собраны в высокий хвост и перевязаны собственной прядью, открывая яркое, ослепительное лицо без всяких помех.       Эта яркость была не просто прелестной: в ней жила металлическая острота и холодный блеск оружия.       — Ты заставил меня ждать целых пять минут тридцать пять секунд, — первой заговорила Фрейна.       Лян Ду сел напротив, взяв со стола вторую чашку ещё дымящегося чёрного кофе:       — Я пришёл к назначенному времени, это ты пришла раньше, — ответил он без всяких любезностей.       На лице Фрейны проступило недовольство:       — Ты и правда ни на чьи уговоры не ведёшься, Лян. Я всерьёз подозреваю, что председатель терпит тебя столько лет не просто так — не потому ли, что вы в кабинете за закрытыми дверями проворачивали какие-то постыдные сделки?       Лян Ду усмехнулся, полушутя наклонился вперёд и чокнулся своей чашкой с чашкой Фрейны — прозвенело лёгкое «динь»:       — «Проворачивать постыдные сделки за закрытыми дверями» — разве это не про нас с тобой сейчас? Как думаешь, сотрудники снаружи тоже начнут строить догадки?       Фрейна холодно усмехнулась:       — Это не сделка. Это твоё задание.       — Если ты не дашь мне исчерпывающего объяснения, я отказываюсь принимать это задание. В конце концов в отделе спецопераций есть и другие тактические командиры — заменить исполнителя не проблема.       — Ты ещё не вошёл в аккаунт Стража? Я считаю, что описание задания уже достаточно подробное.       — Не слишком доверяю объяснениям, исходящим от виртуальных персонажей: это значит, что вся информация заранее отредактирована и поступает в одностороннем порядке. Я всё-таки предпочитаю общаться с живыми людьми.       Потому что у живых людей есть микромимика, движения тела, неприкрытые всплески эмоций и пристрастия — по ним можно косвенно считывать информацию, — подумала Фрейна. Если она не хочет менять тактического командира на этом задании, ей придётся согласиться на условия Лян Ду — или, точнее, на сделку.       — Знаешь, сколько раз мне хотелось швырнуть тебе в лицо слова «ты уволен»? — ледяным тоном сказала Фрейна.       Лян Ду, не смутившись, отхлебнул кофе:       — Примерно столько же, сколько я размышлял, не уйти ли в «Матрицу» за более щедрым предложением.       Фрейна медленно выдохнула, опустила чашку, выпрямилась и уставилась на него:       — По поводу чего ты хочешь получить исчерпывающее объяснение?       — О виртуальном мире. О подоплёке бунта в районе Тёмного Солнца, — ответил Лян Ду.       Фрейна не собиралась ничего скрывать и с готовностью согласилась:       — Хорошо.       Она сразу пропустила ту часть, которую они оба уже знали — например, о создании и функционировании виртуального мира, а также о первых подключённых пользователях.       Если проследить истоки этой технологии метавселенной, они восходят к разработанному сто лет назад проекту «Хэту», созданному технологической компанией с правительственной поддержкой под названием «Пионер». Проект «Хэту Cyberverse» — то есть сочетание слов Cyber (сеть) и Universe (вселенная) — имел своей конечной целью создание огромного виртуального мира, куда люди могли бы загружать собственное сознание.       Сто лет назад существовал такой анекдот: «Какую часть тела ты считаешь самой важной?»       Мозг, верно?       Без рук и ног можно жить — есть протезы. Без сердца — искусственный насос, поддерживающий кровообращение.       Только мозг незаменим, потому что он порождает уникальное самосознание, отличающее тебя от всех других живых существ — в нём обитает твоя душа.       …А ведь этот ответ тоже подсказал тебе твой мозг.       Выходит, мозг словно заранее готовил себе статус сверхбожества — если материальная основа — тело — будет разрушена, у него должен быть второй приют, чтобы не исчезнуть окончательно. Таким образом, историю человечества можно назвать историей бесчисленных мозгов, что, сталкиваясь и обмениваясь знаниями, рождали мудрость — передавая её из поколения в поколение через обучение, двигая вперёд развитие научно-технической цивилизации.       Проект «Хэту» в то время был ещё в зачаточном состоянии — скорее концепцией, чем технологией, даже не приблизившейся к настоящей метавселенной. Но спустя столетие технология совершила прорыв. После ухода руководства корпорация «Пионер» раскололась на две структуры — «Спиральную башню» и «Матрицу», каждая из которых унаследовала свою часть ключевых технологий.       Корпорация «Спиральная башня» первой превратила «виртуальный мир» в коммерческий проект, запустив в продажу для граждан Кольца Входа — устройства с аккаунтами, имевшими разные уровни доступа. «Матрица» вскоре последовала за ней.       Два технологических гиганта, вышедшие из одного источника, вели ожесточённую борьбу: от перетягивания рынка и переманивания специалистов до взаимных сливов компромата — всё шло в ход в этом соперничестве.       Перед выходом на рынок проект «Виртуальный мир» проводил испытания на живых людях, набирая добровольцев для загрузки мозговых волн, несущих их собственное сознание.       Эти добровольцы были разными. Одни — нищие, и их привлекала лишь сумма вознаграждения, прописанная в контракте. Другие — безнадёжно больные, надеявшиеся, что их сознание, покинув умирающее тело, сможет продолжить существование, пусть даже в виде цифровых данных.       Они стали первыми вошедшими, первопроходцами нового мира.       Корпорация «Спиральная башня» подписала с ними соглашение о временном сохранении тела: по условиям, через три месяца в реальном мире участники должны были выйти из виртуального мира и вернуть своё сознание в физическую оболочку.       Однако из трёх тысяч добровольцев вернулись только чуть больше семисот.       Некоторые не успели вовремя вернуться: их сознание потеряло устойчивость в виртуальном мире и рассеялось. Другие же — потому что тело в реальности утратило жизненные функции и больше не могло существовать. Но большинство просто не захотело возвращаться.       С одной стороны — свободный и прекрасный виртуальный мир, с другой — нищета и болезни реального. Эти добровольцы без колебаний сделали свой выбор: раз уж для мозга воспринятое и есть реальность, то почему бы не оставить своё сознание навечно в виртуальном пространстве?       На этапе тестирования виртуальный мир ещё не имел полностью отлаженных законов, а аккаунты добровольцев-первопроходцев обладали особыми правами доступа. Корпорация «Спиральная башня» пыталась принудительно выгрузить их сознания, но это оказалось столь же проблематично, как для застройщика справиться с жильцами, отказывающимися съезжать, или с должниками.       Эти сознания скитались повсюду, взаимодействовали между собой, сотрудничали, создавая барьеры, чтобы избежать сканирования. Они размножались подобно вирусам, порождая бесчисленные копии и перегружая облачные серверы до предела.       Так появился Отдел специальных операций, созданный специально для поимки и уничтожения блуждающих сознаний.       По логике, пока все внутренние угрозы не устранены, «Виртуальный мир» не мог быть запущен как коммерческий продукт. Но совет директоров «Спиральной башни» узнал, что у «Матрицы» уже близится завершение третьего этапа испытаний. Чтобы захватить рынок, совет после целого дня ожесточённых споров в конце концов решил выпустить этот не полностью готовый проект, поспешив с его запуском.       Они не верили, что добровольцы корпорации «Матрица» действительно окажутся столь послушными и после окончания срока договора покорно вернутся в свои тела.       Человеческая природа никогда не устоит перед искушением.       Извлекая уроки из прошлого, «Спиральная башня» усилила меры по поимке и уничтожению блуждающих сознаний и одновременно добавила в официальную версию Кольца Входа системную функцию принудительного выхода, чтобы полностью пресечь появление новых «должников».       Однако, как всегда, существовали привилегированные классы, которым позволялось больше: обладатели аккаунтов с неограниченным числом входов и даже аккаунтов бессмертия. Среди них — политики, ищущие новых ощущений, и умирающие богачи, стремящиеся продлить своё существование любой ценой.       Заплатив астрономические суммы, они получали в «виртуальном мире» собственные частные домены, где могли править, как боги, всесильные и неуязвимые.       А беднякам, которые не могли позволить себе даже обычный «отпускной аккаунт», оставалось только вздыхать перед рекламными экранами, глядя на мерцающие лозунги и ослепительные пейзажи чужих миров.       — Так значит, беспорядки в районе Тёмного Солнца — это не просто зачистка выживших первопроходцев, верно? — Лян Ду задал вопрос в самую точку.       Фрейна на мгновение задумалась, потом сказала:       — Они заразили немало новых пользователей и уже собрали армию псевдолюдей. Район Тёмного Солнца полностью изолирован — системные протоколы туда не проникают, сканирование невозможно. Мы не знаем, какие у них дальнейшие планы.       Лян Ду развёл руками с нарочитым удивлением:       — То есть ты хочешь, чтобы я один пошёл уничтожать целую армию?       Фрейна возразила:       — Ты не один. У тебя будет оперативная группа.       — Посмотрим на базовый состав одной оперативной группы — командир, наблюдатель, главный штурмовик, штурмовик поддержки, механик и медик — шесть человек, верно?       — Шестеро способны заменить целую армию.       — Или, может быть, дело в том, что аккаунты Стражей потребляют слишком много энергии, и вы боитесь, что облачные сервера не выдержат нагрузки и система рухнет?       Фрейна стиснула зубы:       — Раз уж ты сам прекрасно знаешь, что если запустить слишком много Стражей одновременно — облако ляжет, — так чего ты торгуешься со мной? Вправду собрался перейти в «Матрицу»?!       Лян Ду улыбнулся мягко, почти очаровательно — улыбкой, от которой в комнате будто потеплело:       — Честно говоря, у них очень заманчивые условия.       Фрейна выглядела так, будто ей в декабрьский холод сунули в рот ледяной эскимо:       — Повышу тебе оклад. С уровня B11 на B12.       — Если члены команды не будут слушаться командира или не совпадут с ним по стилю, это скажется на эффективности операции.       — Хорошо. Получишь право лично назначать и снимать членов группы.       Увидев, что он, похоже, хочет сказать ещё что-то, Фрейна с силой ударила по столу и вскочила:       — Хватит уже, Лян Ду!       Лян Ду спокойно улыбнулся:       — Я всего лишь хотел сказать, что твой оттенок помады сегодня тебе идёт. Предлагаю добавить ещё слой.       Лицо Фрейны потемнело. Она встала, вышла из-за стола и, проходя мимо, коснулась его плеча, наклонилась, почти касаясь губами его уха, и шепнула:       — Спасибо. А у меня для тебя тоже есть предложение — поженимся, как тебе?       Лян Ду:       — …       Фрейна продолжила:       — У тебя 3,7% акций «Спиральной башни» — уже астрономическая сумма. У меня — 6,4%. Вместе мы займём место в совете директоров.       — У меня есть постоянный партнёр.       — Знаю. Тот милый художник действительно красавчик. Но ведь от него нет никакой пользы. А после свадьбы я не буду возражать, если захочешь немного поиграть на стороне.       Лян Ду был на полголовы выше Фрейны, рост которой был почти метр восемьдесят. Два пальца, покрытые красным лаком, скользнули вверх вдоль линии плеч Лян Ду, и, словно стрекоза, касающаяся воды, легко коснулись его щеки:       — Лян Ду, ты не из тех, кто мирится с покоем. Если даже этот мир не способен разбудить твою жажду и амбиции, значит, он уже стал настолько посредственным и скучным, что его нужно менять.       — И твой первый шаг к изменению мира — это попасть в совет директоров «Спиральной башни»? — спокойно парировал Лян Ду.       Фрейна провела ногтём по чётко очерченной линии его подбородка:       — Энергия «Спиральной башни» — лишь вершина айсберга. Даже я не вижу всего. Не хочешь объединиться со мной и взять эту космическую туманность в свои руки?       Лян Ду, всё с той же улыбкой, отвёл её руку:       — Я не собираюсь жениться. Ни на ком.       — Брак — это одна из форм гарантии общих интересов. Ненадёжная, но законная, — ответила Фрейна, чуть пожав плечами. — Не хочешь — я не могу заставить. Моё предложение будет действительно ещё долго. Подумай.       На пятидюймовых каблуках, с поднятой головой и прямой спиной, она вышла из кабинета.       Примечание автора:       Цяо: Ты сказал, что не женишься ни на ком — это правда?       Лян: Правда, жена.       Цяо: А я не человек?       Лян: Ты — моё божество.