Вилер-Бокаж

Вилер-Бокаж, 1944 год.

Бронетанковый эскадрон «А» 4-го полка Йоменов графства Лондон.

      По дороге с одной скоростью ехали британские крейсерские танки «Кромвель» и «Шерманы Firefly». Авангардом ехал десяток бронемашин «Даймлер». Позади танков плелись грузовики и бронетранспортеры с пехотой и буксируемыми орудиями. Разведка не располагала информацией о неуроях в этом районе, поэтому по большей части угрозы не ожидалось. И какое было удивление танкиста головного бронеавтомобиля авангарда, когда словно из-под земли в его машину влетел красный луч. В следующее мгновение «Даймлер», вспыхнув, на скорости свернул с дороги на обочину, переворачиваясь на бок. Остальные бронемашины тоже свернули с дороги, открывая огонь из мелких 2-х фунтовых орудий. Авангард предупредил основную колонну и, развернувшись, старался отступить. Разом вспыхнули еще две машины. Теперь лучи прилетели из-за домов у дороги и холма. Следующий «Даймлер» подкинуло задней частью в воздух, опрокидывая его на крышу.       В этот момент Уильям Хинда, стоя на крыше своего «Шермана», рассматривал в бинокль места, откуда велся огонь по авангарду. Три тяжелых, крупных неуроя заняли позиции между домов у дороги, еще с десяток легкобронированных — по флангам от дороги.       Грузовики, свернув с дороги, по полю подвезли на относительно безопасное расстояние 25-фунтовые орудия. Спустя несколько минут полевые гаубицы были готовы к стрельбе. Несколько «Кромвелей» сорвались по полю в объезд. Им навстречу отправились небольшие неурои. Пришельцы спокойно могли стрелять на ходу. Крейсерским танкам приходилось отвечать после короткой остановки. Некоторые экипажи пытались стрелять на ходу, но это было малоэффективно. Броня «Кромвелей» кое-как выдерживала попадания малых наземных неуроев. Внезапно один крейсерский танк, разогнавшись, получил попадание в ведущий каток. «Разувшись», танк на скорости, гребя одной гусеницей, резко развернулся бортом к противнику. Почти сразу туда попало пара лучей, поджигая машину. Вдобавок из-за домиков у дороги прилетел ещё один луч, полностью уничтожая танк.       Из-за домов вышел крупный неурой, не переставая стрелять по танкам в поле, он медленно направился к британцам. Расчеты орудий сразу поняли их цель. Пристрелочные снаряды упали прямо перед неуроем. Следующие попали прямо в него, оставляя пробоины, которые пришелец сразу старался заживить. После ещё пары попаданий неурой выпустил пару лучей в «Шерманы» на холме и принялся отступать обратно за здания.       Один «Шерман» не смог сдержать попадание крупного неуроя, красуясь новым зияющим отверстием в лобовой бронеплите. Уильям на своем «Фаерфлае» приказал наводчику стрелять по конечностям неуроя. Достаточно мощное британское орудие пробило одну из «ног» пришельца, заставив его замедлить ход отступления и покоситься. Ещё пара 25-фунтовых снарядов влетело в корпус, вновь оставив углубления, которые с воплем неурой принялся заживлять. Бой перешёл в затишье. Неурои скрылись, явно ожидая ход армии людей.       Уильям Хинда рассматривал подбитые и горящие останки бронемашин и крейсерских танков. У некоторых машин оставались выжившие танкисты. Очень заметно, как они в траве старались отползти к основным силам. Некоторые бедолаги либо догорали, торча из люка машины, либо по частям лежали на разной удаленности от погибшей машины.       Тишина. Уильям понял — их ждали. Из авангарда отступило лишь четыре бронемашины. Полевые гаубицы, прекратив огонь, ждали новых целей. Пехота, покинув грузовики, лежала вдоль дороги и в поле рядом. Тут же разворачивались расчеты 6-фунтовых орудий для поддержки огнем. Но Хинда не торопился вступать в бой. Ему казалось, что сил в его распоряжении было мало. Поэтому он решил дождаться шедшую следом вторую группу.       Долго ждать не пришлось. Уже вскоре по шоссе показался авангард: бронеавтомобили «A.E.C. mkII/mkIII». Следом ехали лёгкие танки «Стюарт mkIII», средние «Шерман mkII» и тяжёлые «Черчилль mkVII и mkIII». Замыкающими вновь были грузовики с пехотой, орудиями и топливом с боеприпасами. Танки, сразу свернув с шоссе, готовились к атаке. Один тяжёлый танк остановился, поравнявшись с «Фаерфлаем» Хинды. Люк открылся, и показался мужчина переходных лет. — Сэр, лейтенант Билл Коттон. Бронетанковый эскадрон «Б», мы прибыли. — Приятно это слышать. Сколько машин с вами? — 36 танков, сэр. Я думаю, броня наших «Черчиллей» не по зубам уродцам. С нами ещё пехота Её Величества королевского суррейского полка. Вместе мы откроем третье шоссе. — Крупные неурои обосновались в самом городе. Средние и лёгкие — в поле, маскируются. Нам поможет ваша броня. Двигайтесь вперёд, средние и лёгкие танки следом. Мои «светлячки» поддержат вас на дистанции. Убойности хватает, чтобы пробивать всё, что только у них есть. — Вас понял, сэр. Если пехота и 5-й полк королевской артиллерии развернулись, то приступаем…       Времени на развёртывание артиллеристам понадобилось немного. И вот Билл, прижав наушник, даёт команду. Тяжёлые танки, срываясь с места, как могли, набирали максимум в скорости. Единственное, «Черчилль» Коттона начинал отставать. Выглядывающий в люк лейтенант, заметив это, громко прокричал в наушник механику-водителю: — Джеймс, двигай побыстрее, это тебе не катафалк!       Стальная лавина двинулась на Виле-бокаж. Пехота двигалась позади танков. Смертельно, но для них важно было добраться до города, где неурои находились бы в досягаемости для их оружия. Вот из-за домов вновь показался крупный неурой. Он не успел сделать и выстрела, ибо сразу получил пробитие в свой корпус. 17-фунтовое орудие танка Уильяма нанесло первый удар. Где-то между других домов вылетел луч, который попал в край шоссе, где по канаве двигались пехотинцы. Следующий выстрел от раненого пришельца, который еще не успел заживить пробитие. Луч попал точно в тяжёлый танк Коттона. Но тот лишь замедлился и дал ответный выстрел. Точного попадания не было. Активизировались и другие неурои. Зарывшись в землю, пришельцы вели прицельный огонь по пехотным танкам. Но противонеуройная броня сдерживала многочисленные попадания. Средние танки, как и планировалось, держались позади и после короткой остановки отвечали огнем. На стороне противника стали заметны первые всполохи мёртвых неуроев. Крупный пришелец никак не хотел уходить из-под огня, упорно обстреливая танк лейтенанта. Успеха он не добился. «Шерманы» Уильяма точным огнем пробили его корпус и достали ядро. Яркий всполох среди домов отозвался ликованием в британских сердцах. — Да-а, неурои мрут, продолжить натиск!       Радостный голос лейтенанта раздался в каждом танке. Действительно, британская техника продолжала эффективно поражать противника. И казалось, что перевес на стороне армии человечества. Уильям Хинда со своими танками медленно продвигался следом. Взглянув в бинокль, он осмотрел дальний фланг, откуда еще отстреливался неурой. И… его взор зацепился за силуэт крупного пришельца. Перед ним мчались противники класса полегче. — Их подкрепление.       Прошептал Уильям, смотря на лучи, летящие в борт атакующей технике. — Следите за флангами, вот ублюдки. Обходят нас, ищут, где броня слабее!       Коттон почти сразу стал разворачивать танки, но первые четыре машины уже были выведены из строя. В том числе один из «Черчилей». С фланга на британцев наступало еще семь крупных неуроев, подобных городским. Не в счёт шли малые и средние пришельцы, которых было значительно больше. — Коттон, назад! — Ну давай, свинья бронированная, Джеймс быстрее, черт бы тебя побрал!       Казалось, лейтенант не услышал генерала. Но тем не менее танки стали пятиться назад. Бронемашины, даже не останавливаясь, развернулись, набрав скорость. Танки Уильяма продолжали поддерживать точным огнем. С одного залпа трех машин еще один крупный неурой сначала повалился, а затем рассыпался. Но показались и неурои из города. Пара лучей влетела в башню «светлячка», заставляя того замолчать. Пришло время и танкам генерала отступить. Расчеты 6-фунтовок не переставали вести огонь, как и артиллерийские батареи. Видя, как техника пытается отступить, пехота быстрее пыталась отойти к рубежу орудий. Неурои стремительно мчались к танкам. Треть пришельцев рассыпалась в поле. Позади резко рухнула еще пара крупных неуроев. Взвыв, они старались восстановить себя, но вскоре мощные снаряды пробили их корпуса, разбивая ядра.       Потери в технике со стороны британцев продолжали расти. Оставшиеся танки, хоть и потрепанные, пытались создать оборонительный периметр перед орудиями. «Шерманы» и «Черчилли», несмотря на полученные повреждения, продолжали вести огонь, замедляя натиск пришельцев. Один из «Черчиллей», с пробитой башней, использовал свой корпус как живой щит, прикрывая группу пехотинцев, пытавшихся эвакуировать раненых. Все больше тяжелых танков окружались пришельцами, расстреливаемые в упор. Даже танк лейтенанта уже испускал дым из открытых люков. Один из оставшихся крейсерских танков сорвался, чтобы протаранить мчавшегося на них пришельца. Через мгновение «Кромвель», зияя отверстиями в бортах, горел. Неурои, преодолев атакующую технику, неслись к орудиям и грузовикам. Пара «Фаерфлаев» генерала Уильяма, отступившие бронемашины и легкие танки активно уменьшали количество неуроев. Пехота старалась использовать все, что было у нее в доступе, от винтовок до гранатометов. Пара 6-фунтовых орудий была уничтожена. Лучи пришельцев, проплавив щитки, разрушили механизмы стрельбы. Пришельцы вступали в ближний бой.       Через каких-то десять минут наконец-то все кончилось. Когда львиная доля неуроев была уничтожена, крупные пришельцы, поддерживавшие огнем на дистанции, довольно быстро отступали. Танк генерала Хинды, сильно поврежденный, обожженный, стоял на дороге. Потери среди пехотинцев были также довольно многочисленны. Многие орудия раздавлены, грузовики горели или были перевернуты. Вместе с танком Уильяма в живых остались пара легких танков и чуть больше бронеавтомобилей. Уильям сидел на краю корпуса, утирая пот с лица, нервно закуривал. — Что стало с танкистами атакующей группы? Куда делся Билл Коттон? Танкисты, скорее всего, погибли. Тогда, может, и Билл тоже остался со своей машиной.       Ясно было одно: открыть Канское шоссе не удалось. Вдобавок, Уильям понес большие потери, что явно не могло положительно сказаться на его авторитете в кругах командования. Вскоре генерал принял решение, и остатки британских сил отступили.