Баллончик с краской кончается быстро

Обнаружил я себя уже в кровати. Уже в засосах, укусах, и с немного ссаднящей задницей. За окном уже за полдень. Похоже, прошпехались мы знатно, а потом уснули. Интересно, как бы отреагировал на это мой парень? Впрочем, всё равно, ведь я уже успел его мысленно бросить. Бросить того, с кем всё это время имитировал любовь. И ведь только сейчас это понял, дурак. Понял, что никогда в жизни не влюблялся по-настоящему. До сегодняшнего дня. Прямо как в дорамах, один взгляд — и уже отношения, свадьба и дети. В довесок к тяжёлым мыслям, телефон начинает трещать. Выбираюсь из тёплого одеяла, где ещё валяется мой новый и, на этот раз действительно любимый, парень, и всё таки беру мобильный. «Кир» звонит. Блять. —Алло? — отвечаю вполне спокойно, хотя по мыслям так и не скажешь. —Где ты, блять, шляешься? — Прямо таки рычит, или, даже, кричит в трубку. Не удивлён. На его месте я бы кричал точно также. Наверное. —Я тебя бросаю. — даже я испугался этого холодного тона. Холодного и безразличного. Как ледяной айсберг, который впечатался в лицо Кирилла только что. — Можешь собирать вещи и валить нахуй с моей квартиры. —Н-но почему.. — Выдаёт спустя маленькую паузу. Выдаёт испуганно. Похоже, такой ответ он не ожидал. — У тебя что-то случилось? Мне тебе помочь че... —У него случился я. — Виктор, имя которого я узнал во время перепиха, вклинивается в разговор. Совершенно бестактно и одновременно так вовремя, ведь ответ я придумать ещё не успел. Вклинивается своим совершенно прекрасным голосом. К тому же, уверен, он специально попытался прозвучать сейчас максимально сексуально. В ответ уже мы, а не только я, слышим молчание, а затем гудки сброшенного звонка. И совершенно кстати, ведь его руки начинают вновь блуждать по телу. Левая лениво хватает за живот, чтобы прижать ближе. Вовсе не от желания. От любви. Правая рука же в это время совершенно не лениво гладит грудь : выписывает своей огромной ладонью круги, иногда обхватывает пальцами соски и играет с ними, вертя из стороны в сторону. Я же в свою очередь поворачиваюсь к нему и жадно целую в рот. На этот раз язык совершает путь всего в два шажка по нёбу, сразу сталкиваясь с зубами : «Ви-К». Затем язык начинает блуждать по его рту, исследуя. Сначала проводит от одной щеке к другой, затем — касается его языка. Убегает, догоняет обратно. Спустя пару минут подобной «игры» приходится отстраниться и подышать, ведь умереть прямо в руках любимого — так себе удовольствие. Спасибо, откажусь. На моём лице, наверное, очень очевидно транслируются все мысли, что Вик решил больше не продолжать. —Ты ему изменил. — С иронией говорит. Видно же, что не винит, дурак. А может это характер такой : вредный, что иногда въебать хочется. —Я бросил его тогда, когда ты снял одежду. — Отчасти не вру. До этого утра я начисто забыл про Кира, и спохватился только минут десять назад. — Мысленно. Кладёт голову мне на плечо, тупо уставившись вперёд. В отличии от моего, его лицо транслирует мысли не так очевидно, что хрен, блин, что-то поймёшь. А ещё его лицо довольно, и очень даже, привлекательно. Нос с небольшой горбинкой, карие глаза, короткие волосы. Не то что у меня, патлы. Да и телосложением ничего — так же, как и я, высоченный, но мускулистее. Килограмм, наверное, минимум на десять мускулистее. Аккуратно трогаю рукой его волосы, глажу. Сначала немного боязненно, затем смелее. Странно, ведь я никогда не был неуверенным в себе. Но перед его идеальностью, похоже, довольно слаб. В самом деле — объективно лучше него не выгляжу. Да никто, блять, не выглядит. Он у меня, видите ли, единственный красавец в мире. —Так и будешь весь день меня гладить? — Спрашивает скорее в шутку, чем с упрёком. Но по-прежнему смотрит куда-то вперёд, перед собой. —Да задумался просто. — В самом деле, за своими мыслями я забылся. Я постоянно забываюсь в мыслях. — Что-ж мне теперь делать? Кир, наверняка, ещё дома. Вещи собирает —Так сходи домой. Могу подбросить, а ещё лучше, с тобой сходить. — Боже, он ещё и машину водит. Ну точно идеальный мужик. Какого Бога благотворить, что преподнёс такой подарок? *** И вот мы действительно стоит перед дверью моей квартиры. Оказалось, что Вик мой, на самом деле, немного стеснительный, хотя на первый взгляд так и не скажешь. Звоню в дверь. Ключи с собой есть, но желание немного побесить бывшего, всё таки, сильнее. Так и обьясняю Вику своим быстрым взглядом. Похоже, понял. Кир открывает дверь. Смотрит на моего нового, хмыкает, и говорит. —И это на него ты меня променял? — Его голос сочится ядом. Похоже, обиделся, и хочет ранить как можно глубже. — Он ведь выбрал тебя как очередную игрушку. Глядишь, бросит через два дня, а ты на внешность и повёлся. На самом деле, он прав. Но я то знаю, что Вик не такой. Совсем не такой. И как в подтверждение моих слов, выражение его лица меняется. С пусть и немного стесняющегося, но нейтрального, на совершенно злое. —Можно я втащу ему? — Ощущаю кулак Вика, давящий на плечо, и даю согласие. Этот же кулак с треском пролетает мимо того же плеча и впечатывается в лицо Кира. Подходит и, взяв лицо жертвы левой рукой, замахивается правой. Удивительно, что эти руки, что были крайне нежными со мной, такие жестокие с ним. Впрочем, ничего странного : я бы тоже пошёл бить морду тому, кто посмел назвать меня как-то так. —Ещё раз так скажешь, щенок, — меня пробивает на небольшой смешок, сам не знаю от чего, — и я изобью тебя до госпиталя. Кир, испугавшись, сразу бросает вглубь квартиры и спустя, как я посчитал, две минуты, убегает прочь. Прочь скорее не от кулака, который в любой момент мог снова упасть на его лицо, а от меня. Такого тупого, что повёлся на милое лицо. Которого бросят через пару дней, когда Вику, который прямо сейчас нежно обнимает меня, не желая отпускать, я надоем. Обнимаю его в ответ . Сильно, насколько позволяет мускулатура, крепко, будто от этого зависит его жизнь.