Тепло одной комнаты 2

На выходных Эмма пригласила в гости Асторию. Они устроились в её комнате с чаем и поделились новостями из своей жизни. Астория привезла подарок — магический домик для отслеживания пробуждения ребёнка, которым она пользовалась в младенчестве Скорпиуса. — Спасибо! — улыбнулась Эмма. — Но боюсь, он мне не пригодится. Эта дочь, как и Лили, снова будет спать рядом с нами. — Да? Разве вам с профессором Снейпом не захочется иногда уединиться в директорской спальне? — с лукавой улыбкой намекнула подруга. — Это будет поинтереснее, чем заглушать друг друга. Оставите дочку в комнате, возьмёте домик — и спокойно займётесь своими делами. Эмма задумалась. — А это мысль… Спасибо за идею и ещё раз за подарок! — А где сейчас профессор Снейп? — Гуляет с Лили и Скорпиусом. Скоро должны вернуться. — Хорошо. Соскучилась по сыну за неделю. Тебе повезло, что твоя дочка всегда у тебя на виду, — заметила Астория. — Да, но это не мешает ей проказничать, — вздохнула Эмма. — Не волнуйся, подрастёт — и ей это надоест. Появятся другие заботы: одежда, мальчики, свидания… — И вместе с этим — новые заботы, — тихо добавила Эмма. — Не нагружай себя заранее. Тяжести тебе и так хватает, — мягко сказала Астория, кивнув на её живот. Через полчаса с прогулки вернулся Северус с детьми. — Мама! — воскликнул Скорпиус и кинулся обнимать Асторию. — Милый, я тоже по тебе скучала, — ответила она, прижимая сына к себе. — А я тоже соскучилась, — жалобно сказала Лили и прижалась к матери. Эмма обняла дочь. Дети пообщались с матерями около получаса, делясь новостями, которые могли рассказать, не тревожа их слабые и утомлённые нервы, особенно мамы Лили. После этого Астория забрала Скорпиуса домой на остаток выходных. — Эх, ещё и он теперь домой уехал… — вздохнула Лили. — Мама, поиграешь со мной завтра в мою настольную игру? Эмма молча кивнула. — Папа, а ты присоединишься? — обратилась девочка к отцу. — Нет. Просто понаблюдаю. — Хорошо. Нам и вдвоём будет интересно. Вскоре Лили ушла к себе, а на следующий день вернулась к родителям уже со своей настольной игрой. Она разложила игру посреди кровати, объяснила Эмме правила и предложила выбрать фигурку. Эмма взяла рыжего толстого тролля в тёмно-зелёной накидке. — Он на меня похож. Особенно сейчас, — подшутила она. Северус, сидя на стуле у туалетного столика, усмехнулся: — Не совсем. Ты красивее. — Спасибо! — ответила Эмма, с нежностью посмотрев на него. Лили взяла фигурку эльфа в красном платье. Во время игры на определённых участках из поля могли вылетать яркие бабочки, если кто-то попадал на поляну бабочек, или капли воды слегка брызгали на игроков, когда фигурка оказывалась в грозовом перевале. Эмма с интересом наблюдала, как под балдахином кровати кружатся разноцветные крылья, и весело смеялась от лёгкого дождя. На следующей неделе профессор Бёрк, как и обещала, вернулась в Хогвартс. Эмма с облегчением выдохнула, вернувшись к прежнему ритму работы… но ненадолго. Во вторник Северус сообщил преподавателям, что Министерство изменило формат сдачи экзаменов, и теперь им предстояло в сжатые сроки подготовить студентов к нововведениям. Подобные сюрпризы от Министерства в Хогвартсе давно стали нормой. Сильнее всего новость огорчила Эмму. В последнее время ей и так было трудно собраться с мыслями — она слишком переживала за своих учеников. Северус помогал, когда удавалось выкроить время в плотном графике, но её часто раздражали его методы: она считала их устаревшими и мало подходящими для нынешних обстоятельств. Иногда они даже спорили и откладывали совместную работу. — Так готовилась ещё я во время моей учёбы в Хогвартсе? Что, забыл? Память уже подводит? — выпалила Эмма сидящему рядом за одной из парт её класса Северусу. — Эмма, этот способ подготовки всегда работает, — уверял он. — Работал… — раздражённо поправила Эмма. — Хочешь сказать, метод устарел? Может, тогда и я старый? — Возможно, — не отрываясь от бумаг, ответила она. — Делай, что хочешь… — отрезал он и вышел из класса. Северус вернулся в свой кабинет и пристально рассматривал свои записи, частично зачёркнутые Эммой. Его размышления прервала внезапно пришедшая Венди. — Профессор Снейп, я вам не помешала? — осторожно спросила она. — Я принесла на согласование новый график подготовки студентов к экзаменам. Посмотрите? — Да, давайте. Венди подошла к столу, положила график и из любопытства заглянула в пергамент директора. — Вижу, вы тоже заняты похожей работой? — аккуратно поинтересовалась она. — Да, пытался помочь Эмме, но она считает мои способы устаревшими… как и меня, — с досадой признался Северус. — Отчего же? Можно взглянуть? — спросила профессор Бёрк. Директор протянул ей пергамент. Венди пару минут рассматривала записи. — Хм. А можно я немного помогу? Северус устало кивнул. Венди наклонилась над столом и подсказала несколько методов подготовки, которые, по её мнению, Эмма бы одобрила. На следующий день Северус показал жене обновлённые записи. Эмма спокойно взяла их, сказав лишь: — Хорошо, посмотрим, что ты откопал из глубин своего разума… Когда он вышел, Эмма пристально перечитывала пергамент. Внезапно заметила, что почерк Северуса изменился: стал аккуратнее, словно писал не он. Это насторожило её. Кто же помогал мужу? Она вспомнила, что утром несколько преподавателей в спешке оставляли свои графики подготовки, чтобы она переделала их директору. Среди них были записи профессоров Кейгана, Долгопупса и Вейн. Но ни один почерк не совпадал. «Неужели это был студент? Тогда найти помощника будет куда сложнее… Или же он сам вдруг научился писать так красиво?» — думала Эмма. Складывая бумаги, она наткнулась на записку от профессора Бёрк, где та сообщала, что на днях Лили упала на лестнице и сломала ногу, но, со слов мадам Помфри, к завтрашнему дню поправится. Эмма сверила почерк Венди с записями мужа — совпадение оказалось точным. — Понятно, кто тебе помог… — процедила она вслух. Вечером, уже лёжа в постели, Северус пытался заигрывать с женой. Но Эмма холодно отрезала: — Может и с этим Венди тебе поможет? — Ты о чём? — в недоумении спросил он. — О сегодняшних записях, которые ты мне дал. Это ведь она тебе помогла?! — Как ты догадалась? — Она оставила несколько строк своей рукой. — И что тебя смущает? Помогла же. Какая разница, кто? Эмма молча отвернулась. — Ведёшь себя, как ребёнок, — недовольно бросил он. — А ты — как ворчливый старик, — обиженно ответила Эмма, не поворачиваясь. Через пару дней между уроками к Северусу в директорский кабинет снова пришла Венди. — Профессор Снейп, в вашей библиотеке есть книга по истории древней кельтской магии? Мне на днях порекомендовали её почитать. — Да, есть. Эмма на днях её дочитала, но не видел куда поставила, — ответил Северус, посмотрев наверх в сторону спальни. Он приманил её с помощью Акцио, но книга не прилетела. — Хм. Неужели она забрала её с собой, — задумался Северус. — Хотя, она всё равно прилетела бы. Или же она случайно поставила её на защищённую полку. — А что не так с этой полкой? — поинтересовалась профессор. — Книги с этой полки нельзя приманить, а лишь взять с помощью специального заклинания. Обычно это книги с особо опасными заклятиями. — Интересно. А вы их знаете? — Да, некоторые, — спокойно ответил Северус. — Давайте, помогу вам найти её и достать. Он резко встал со стула и схватился за поясницу. — У вас спина болит? — обеспокоено спросила Венди. — Да. Сегодня что-то прихватило. — Вы обращались к мадам Помфри за помощью? — Нет ещё. — А давайте я дам вам мазь. Я покупаю её для мамы в Хогсмиде. Она всегда ей пользуется. Я как раз две баночки купила. — Не стоит. Я схожу к ней. — Да вы еле стоите. Не волнуйтесь. Мне не сложно, — уверила его волшебница. — Она очень быстро действует. Волшебница приманила мазь заклинанием. — Вот, профессор Снейп! — обратилась к нему Венди протягивая руку с баночкой из непрозрачного коричневого стекла с плотной деревянной пробкой. Она уже почти приблизилась к нему, как внезапно запуталась в спешке в своей мантии и на высоких каблуках. Северус стоял напротив. Пытаясь ухватиться за него, волшебница повалила его на пол. Северус застонал от боли. — Профессор Снейп, простите, пожалуйста. Я не посмотрела под ноги. — Ничего. Я сам уронил эти книги, — успокоил её Снейп и усмехнулся. Венди рассмеялась в ответ. В этот момент из спальни спускалась Эмма, которая дремала на мягкой директорской постели между уроками. Увидев на полу лежащих профессоров, она слегка опешила. — Ничего не получится, профессор Бёрк. У него спина болит с утра, — съязвила она. — Я как раз мазь ему для спины решила дать, хорошую, — ответила спокойно Венди, вставая с её мужа. — Тогда спасибо! Надеюсь, ты от неё не откажешься, Северус, от мази? С утра не могу тебя уговорить сходить к мадам Помфри. В это время Венди помогала Северусу встать и сесть на стул. Она оставила мазь на его столе и направилась к выходу, забыв о книге. — Профессор Снейп, лучше мазать её перед сном, — обратилась профессор Бёрк к Эмме у самого выхода. Когда она уже вышла, Северус спросил у Эммы, помнит ли она куда поставила книгу, которую спрашивала Венди. — Нет, я не помню. В последнее время у меня проблемы с памятью, — тяжело вздохнула она. — Понятно. Поищу, когда станет легче. Надеюсь, мазь поможет. — Так, у меня сейчас есть урок? — встревоженно спросила сама у себя Эмма. — Сейчас гляну в расписание. Она достала из кармана сложенный вчетверо лист пергамента. — Да, есть. Мне пора, — сказала Эмма. — До встречи на ужине! — До встречи! — ответил Северус. Эмма мазала больную спину мужа мазью два дня подряд. Когда боль немного отпустила, Северус нашёл книгу по истории древней кельтской магии для Венди и отправил ей записку с просьбой забрать её. Она тут же примчала в его кабинет. — Профессор Снейп, как ваша спина? Мазь помогла? — поинтересовалась профессор Бёрк. — Да, спасибо! Хорошая мазь, — ответил Северус. — Вот книга. — Спасибо! — с лёгким восторгом откликнулась волшебница. — Вы сами её читали? — Да. Но меня больше впечатлила книга по исцеляющим зельям кельтов. — Серьёзно? Мне она тоже нравится! — воскликнула Венди. Они с Северусом весь урок обсуждали понравившуюся книгу. В дверях профессор Бёрк столкнулась с Эммой, державшей в руках стопку пергаментов. Эмма удивлённо посмотрела на неё и молча вошла. — А она не слишком к тебе зачастила? — с возмущением спросила у мужа. — Я нашёл книгу, которую она искала. Вот и заходила за ней, — спокойно ответил Северус. — Понятно. Вот работы студентов по новой методике, которую вы с ней разработали, как ты просил, — слегка раздражённо сказала Эмма и положила стопку бумаг на стол. — Спасибо. Эмма молча вышла из кабинета. В последнюю неделю мая три дня подряд профессор Бёрк наведывалась к Северусу, чтобы вновь обсудить впечатлившую её книгу. Он ловил себя на том, что перестал воспринимать её визиты как случайность или простую рабочую необходимость. Где-то в глубине души он уже ждал этих встреч — коротких разговоров о зельях, обмена мыслями, редкой лёгкости, с которой можно было говорить с ней о том, что обычно оставалось в тени. Эмма, конечно, следила за ними по Карте Мародёров и с трудом верила, что визиты касались только экзаменов. В конце недели за ужином Эмма заметила, что за преподавательским столом пустовали два места — Северуса и профессора Бёрк. Она решила, что оба просто были заняты: конец учебного года, ещё и этот новый формат экзаменов… Северус в это время действительно находился в своём кабинете, разбирая стопку пергаментов. Через пару минут раздался осторожный стук. — Войдите, — коротко произнёс он. На пороге стояла профессор Бёрк. Она вошла, плотно прикрыв за собой дверь. — Профессор Снейп, простите, что так поздно, — сказала она тихо. — Вам уже прислали расписание экзаменов СОВ? — Пока нет. Я сообщу, как только оно у меня будет, — отозвался Северус усталым голосом, не поднимая взгляда от бумаг. — Вы, кажется, очень устали, — мягко заметила Венди, медленно подходя к стоящему перед своим столом Северусу. — Может быть, вам чем-нибудь помочь? Она остановилась слева от него, аккуратно положила ладонь на его руку, наблюдая за реакцией. В последнее время Эмма была раздражённой и отстранённой, и Северус уже почти отвык от нежных прикосновений. От жеста Венди он едва заметно вздрогнул. — Я вас напугала? — тихо спросила она, уловив его реакцию. Он отрицательно покачал головой. Венди вплотную встала к директору. Их губы сошлись в страстном поцелуе. Отложив бумаги, Северус обхватил стройную талию Венди. Портреты бывших директоров все разом ахнули при виде этой сцены. Не обратив на них внимания, профессора поднялись в спальню. О цвете её нижнего белья спорить уже не стали. Минут через десять в кабинет директора, тяжело дыша, вошла Эмма. Немного отдышавшись, она осмотрела кабинет и не нашла мужа. — Он наверху, — вполголоса, почти шёпотом, сказал портрет лысого волшебника на стене слева от входа. — Спасибо, — ответила волшебница, оглянувшись на него, и направилась в спальню. Женский портрет на противоположной стене упрекающе посмотрел на него. Портрет лысого волшебника пожал плечами и развёл руки в стороны. Эмма предположила, что Северус решил вздремнуть вместо ужина. В последнее время он иногда так делал. Приблизившись к двери, по звукам за ней она поняла, что он не совсем спит… и не совсем один. Эмма приоткрыла дверь и увидела всё своими глазами. Врываться не стала. Подавленная и разозлённая, она спустилась обратно вниз. В голове эхом звучали диалоги с мужем и Асторией: — Появись у тебя возможность — изменил бы мне? — Совсем нет… — Думаешь, женатые не изменяют? Она нашла на столе клочок пергамента и написала короткую записку, которую отправила в директорскую спальню, а сама тут же вышла прочь. Записка мгновенно влетела в комнату и ткнула Северуса в обнажённое плечо, прервав тем самым профессоров от их занятия. Снейп развернул пергамент. Он сразу узнал аккуратный, изящный почерк Эммы. В записке было всего два предложения: «Приятного вечера, профессор Снейп. Вижу, вам и без меня хорошо». Записка была горячей — он сразу выпустил её из рук, чтобы не обжечься. Она упала на одеяло и тут же подлетела вверх, вспыхнув ярко, словно феникс, а затем мгновенно погасла, осыпав обоих сидящих на постели с головы до ног тёплым чёрным пеплом. — Что это? — возмущённо спросила Венди, стряхивая с себя пепел. — Пылающая записка, — подавленно ответил Северус. — Мы с Эммой создали её, когда только начали встречаться. Она сгорает сразу после прочтения, чтобы точно не сохранилась и никто, кроме нас, её не прочитал. — И она всегда так осыпалась? — не унималась волшебница. — Только эта. Видимо, Эмма узнала, чем мы здесь с тобой были заняты… и на эмоциях усилила заклинание. На лице Венди появился испуг. Она понимала: Эмма ей этого не простит, а увольняться никто из них пока не собирается. Волшебница решила, что лучше сейчас уйти. Она сняла с себя всю сажу заклинанием и молча удалилась. Когда профессор Бёрк уже оделась и ушла, Северус тоже снял с себя пепел обиды и гнева. Одевшись, он отправился в их с Эммой комнату. Он чувствовал себя виновато и очень подавленно. Пытался собраться с мыслями и найти слова извинений для Эммы. В комнате её не оказалось. Тогда он сходил в её кабинет — и там её не было. Вернувшись в комнату, он узнал с помощью Карты Мародёров, что Эмма находится в Астрономической башне. Она сидела на твёрдом стуле со спинкой и молча смотрела на небо, вид на которое из этой башни всегда завораживающий. — Эмма, — тихо сказал Северус. Она не обратила внимания, будто его здесь вовсе не было. Снейп медленно подошёл ближе. — Я понимаю, что слово «прости» сейчас прозвучит бессмысленно. Как и любые оправдания, — дрожащим голосом начал Северус. — Но… прошу тебя, береги себя и ребёнка. Эмма опустила взгляд на мужа. Он казался пустым и равнодушным, но именно в этом взгляде скрывалась её самая сильная боль. Она смотрела так на него несколько секунд, а потом повернула голову обратно к окну. Северус понимал: сейчас нет смысла ожидать от неё ни ответа, ни слова, ни даже упрёка. Даже в моменты небольших ссор Эмма всегда сначала молчит — и только потом говорит. Сначала чувствует — и только потом осуждает. В полном отчаянии он покинул башню. А после его ухода Эмма тихо расплакалась. Прошла неделя. Эмма до сих пор не разговаривает с Северусом и не пускает его в их комнату. Теперь он спит один в директорской спальне. Волшебница, как обычно, ведёт уроки, готовит студентов к экзаменам. Но больше не ест вместе с преподавателями в Большом зале. Она просит эльфов приносить ей завтрак в комнату, а обед и ужин — в её кабинет. Она практически не появляется в учительской. Если только нужно согласовать какие-то моменты по подготовке к экзаменам с деканами факультетов. С профессором Бёрк общается сухо и раздражённо, оставляя остальных преподавателей в полном недоумении. В начале следующей недели к директору в кабинет вошла Венди. — Профессор Снейп, вы так и не помирились с Эммой? — осторожно поинтересовалась волшебница. — Нет, — раздражённо ответил он. — Вы только за этим пришли? Если да, можете идти. — Прошу вас не разговаривать со мной в таком тоне. Я ведь не накладывала на вас Империус перед тем поцелуем и всем, что было после, — строго произнесла профессор Бёрк. — Вы могли оттолкнуть меня или отбросить, куда подальше. Насколько я помню, у вас это отлично получается. — Простите. Вы что-то ещё хотели? — Да. Вам уже прислали расписание? Экзамены совсем скоро. Студенты начинают спрашивать. — Да, вот, — сухо ответил Северус и передал ей свёрток пергамента. — Спасибо, — коротко бросила она и выхватила расписание из его рук. Это посещение Венди только усилило его переживания. Эмма по-прежнему не хочет его слушать. Иногда даже смотрит сквозь него, словно он просто воздух. Он знал, как сильно она на него обижена. И переживал за неё, и за их будущего ребёнка. Боль, отчаяние и стыд слились в одно тяжёлое, душное чувство, которое не отпускало его даже по ночам. На одной из перемен к Северусу подошла Лили — мрачная и подавленная. — Папа, мама не хочет со мной разговаривать. Что с ней? — обеспокоенно спросила девочка. — И со мной тоже… — вздохнул Северус. — Только не сердись на неё, пожалуйста. Это я виноват. — А что ты сделал? — Сложно объяснить. Обещаю, всё будет хорошо, — ответил профессор и прижал к себе дочь, посадив её к себе на колени. В конце дня Северус решил просмотреть отчёт профессора Бёрк по успеваемости её студентов, но вместо него обнаружил на пергаменте лишь околесицу. Он сразу же понял, в чём дело. — Эмма, — с досадой сказал профессор. Оказалось, что и в отчёте самой проказницы был аналогичный текст. По всей вероятности, она перепутала перья. У неё было два вольнопишущих пера, изъятых у студентов. На следующий день он вызвал к себе по очереди деканов Гриффиндора и Слизерина. — Вызывали, профессор Снейп? — надменно спросила вошедшая в кабинет Эмма. — Да. Эмма, можно попросить тебя не смешивать личную неприязнь к профессору Бёрк с преподавательской деятельностью? — спокойно ответил директор. — Вы о чём? — с недоумением спросила Эмма. — О пере, которое ты ей подложила. Эмма злобно посмотрела на мужа и отвернула голову в сторону. — Ты, кстати, таким же пером написала свой отчёт, — добавил профессор. — Забери, пожалуйста, его у неё. Эмма возмущённо посмотрела на Северуса. — Сам заберёшь. Будет очередной повод встретиться, — язвительно ответила волшебница. — Эмма, после того раза у нас с ней ничего больше не было. Клянусь нашими детьми. Умоляю, прости меня, пожалуйста… Северус приблизился к супруге и взял её за руки. Она резко выскользнула и отступила назад. — Детей попрошу не трогать, — отрезала Эмма и направилась к выходу. — Новый отчёт будет готов завтра утром, профессор Снейп. Когда Эмма вышла, Северус пригласил в свой кабинет и профессора Бёрк. Показал ей некорректный отчёт и объяснил, что кто-то из студентов мог подложить ей вольнопишущее перо, а она не заметила. Не стал выдавать своего рыжего полтергейста. Разочарованная Венди отправилась в кабинет зельеварения — переделывать отчёт. Северус удивился, что после такого Эмма не применила к ней какое-нибудь серьёзное заклятие. Наверное, она осознавала, что за это ей достанется и от него, и от её покровителя — Люциуса Малфоя. А если с профессором Бёрк случится что-то серьёзное, то её курсы свалятся на неё саму же. В конце учебного дня Лили сидела одна на подоконнике в коридоре, когда к ней подошёл Тедди. — Чего грустишь? — спросил он у девочки. — Родители поссорились. Уже неделю не разговаривают. Мама даже меня избегает. А вдруг они разойдутся? Я этого не переживу. — Печально… А что случилось? — Они не говорят. Папа сказал, что он виноват, а в чём — не ответил. — Что ж, попробую выяснить. А где сейчас мама? — Наверное, как обычно, в классе или у себя в кабинете. А как ты узнаешь? Она и тебе, наверняка, не расскажет. Тедди мигом перевоплотился в Северуса. — И что? Она же с ним не разговаривает, — возразила Лили. — А я попробую разговорить, — ответил Тедди, вернув себе свой облик и обнял её, подняв на руки. — Осторожнее! Вдруг она сильно злится на папу, — предостерегла Лили ему вслед. Эмма действительно была в классе и сосредоточенно стирала написанное с доски заклинанием. Внезапно она почувствовала прикосновение мужских рук к своим плечам. Она резко обернулась. Это оказался Тедди в образе Северуса. — Что ты здесь делаешь? — строго сказала волшебница. — Не трогай меня. — А что я такого сделал? — прямо спросил он. — Что такого?! Действительно! — в ярости произнесла Эмма. — Она тебе и память отшибла? Скажи ещё, что Венди тебя под Империусом в твою же кровать затащила! Не поверю. Ты смог бы оказать сопротивление. Эмма снова повернулась к доске. — Да… Такое Лили не расскажешь, — заметил Тедди, вернув себе прежний вид. — Тедди! Ты поиздеваться решил?! — с прежней злостью возмутилась Эмма. — Прости! Я не знал, что всё так серьёзно. Лили переживает, что ты с ней не разговариваешь. Хотел узнать почему, — виновато ответил парень. — Но не таким же образом! — отчаянно возразила Эмма. Тедди подошёл к крёстной с объятиями. Волшебница крепко прижалась к крестнику. — Ты, конечно, скажешь, что я ещё слишком молод, чтобы давать тебе советы, но Лили ведь не при чём в вашем конфликте. Поговори с ней, пожалуйста. Понимаю, причину ты сказать не можешь… Но ей сейчас тяжелее всего. Она даже не знает, что между вами произошло. — Ты прав. Я сама уже не понимаю, что делаю. Поговорю с ней. Спасибо, что пришёл. Ты по делу к директору? — Нет. Просто вас навестить. Словно чувствовал, что что-то не так. Тедди вернулся к Лили и сказал, что Эмма и ему не призналась в причине ссоры с Северусом, но пообещал, что она снова будет с ней разговаривать.