Ветра изменчивой судьбы

Пламя вырвалось из рук Нарнира, окутывая его клинок сияющей аурой. Обычно спокойный и рассудительный инквизитор сейчас выглядел воплощением гнева: его глаза пылали ярче, чем руны на лезвии меча, а зрачки превратились в два горящих изумруда. — Я отвлеку их на себя! А ты, Брика, подберись к ним с шипоцветом! — крикнул Нарнир, устремляясь навстречу полудраконам. Его тактика сработала даже лучше, чем он рассчитывал. Стражи, увидев пламенный меч — символ и оружие инквизиции, известное истреблением драконоподобных существ — в ярости бросились к Нарниру, игнорируя остальных. Их гневный рык сотряс стены мастерской, а из ноздрей вырвались клубы дыма. Полька, видя безрассудство Нарнира, решила прикрыть его огнем. Она быстро зарядила свой новый арбалет, прицелившись в глаз ближайшего полудракона. — Азурион, Теодор, соберитесь! — закричала тифлинг. — Вам нужно добраться до алтаря и принести жертву, чтобы остановить превращение! Мы справимся с драконами! Но едва она выпустила болт, полудракон резко развернулся. Чешуя на его шее поймала тусклый свет, на мгновение ослепив Польку, и её выстрел ушёл в сторону, отскочив от каменных плит. В тот же миг существо выпустило струю едкой слизи, попавшую тифлингу прямо на предплечье. Ткань мгновенно растворилась, обнажая кожу, которая начала дымиться. Полька вскрикнула от боли, роняя арбалет. Слизь продолжала разъедать её руку, причиняя невыносимую боль. Тем временем Нарнир оказался в самой гуще схватки. Первый из полудраконов замахнулся массивной лапой, но инквизитор ловко отпрыгнул в сторону, позволяя когтям лишь рассечь воздух. Второй попытался зайти сзади, но наткнулся на раскалённый меч, оставивший глубокий ожог на его чешуйчатом боку. Третий и самый крупный страж, однако, оказался проворнее. Его хвост, словно кнут, хлестнул Нарнира по ногам, сбивая с ног. Инквизитор рухнул на пол, но тут же перекатился, избегая смертоносных когтей, вонзившихся в каменные плиты там, где только что была его голова. — Брика, сейчас! — прохрипел Нарнир, отбиваясь от наседающих чудовищ. Гномка, незаметно подобравшись во время суматохи, высыпала горсть шипоцвета прямо перед мордами полудраконов. Синие лепестки, разлетевшись в воздухе, образовали облако мерцающей пыльцы. Стражи на мгновение замерли, их глаза расширились, а движения стали заторможенными. Азурион, встрепенувшись от оцепенения, схватил Теодора за руку и потянул к алтарю. — Быстрее! Эффект шипоцвета не продлится долго! Но не успели они преодолеть и половину пути, как один из стражей, очевидно более стойкий к действию растения, с ревом бросился на Брику. Гномка отскочила, но недостаточно быстро — массивная лапа задела её плечо, отбросив к стене. — Полька, помоги! — закричал Теодор, видя, как тифлинг, превозмогая боль от ожога, пытается добраться до упавшего арбалета. Нарнир, воспользовавшись моментом замешательства двух других полудраконов, нанёс решительный удар пламенным мечом, отсекая когтистую конечность одного из них. Существо взвыло от боли, отшатнувшись. — К алтарю! — скомандовал инквизитор, поднимаясь на ноги. Его лицо было покрыто кровью из рассечённой брови, а дыхание сбилось. — Я их задержу! Теодор и Азурион наконец достигли центрального возвышения с огромным кристаллом. Полька, морщась от боли, побежала следом, прижимая раненую руку к груди и доставая на ходу драконий кристалл-ключ. Нарнир с Брикой остались прикрывать их отступление, сдерживая яростный натиск полудраконов. Гномка, хромая после удара, извлекла из-за пояса небольшой пузырек. — Последняя мера! — крикнула она, разбивая склянку о пол. Густой дым, пахнущий болотными травами и серой, заклубился по пещере, временно скрывая людей от глаз преследователей. У подножия алтаря Полька с трудом вставила кристалл в небольшое углубление. Поверхность массивного кристалла на постаменте пошла рябью, открывая проход внутрь. — Быстрее! — поторопила она Теодора и Азуриона. — Действие дымовой завесы Брики закончится через минуту! Входите и несите свои жертвы! За их спинами из клубов дыма доносились звуки ожесточённой схватки — рычание стражей, звон металла о чешую и хриплое дыхание Нарнира, из последних сил сдерживающего натиск чудовищ.