Энциклопедия ненависти

Момент из детства. Без привязки к сюжету.      

***

— У меня нет бабла!  — У меня тоже!  — И что ты от меня хочешь?!  — Арбуз! — Томас уже откровенно орал на всю улицу, пытаясь докричаться до Икса.  — Я что, похож на фермера?!  — Спустись ко мне, идиот!  — Сам идиот! Я не пойду за этим арбузом!  — А как же моё жела-а-а-а-ание? Ты мне тогда продул партию. — Ах ты!… — Икс задохнулся в приливе немой злобы. — Хуй с тобой, ща!  — Так бы сразу!  Удушающий июльский пыльный воздух чуть щиплет глаза. Белые стены обшарпанной пятиэтажки недовольно раскаляются, словно подожжённые коробки из-под обуви. Людей на улице почти нет, если не считать бомжей и пары ребят, уминающих бутерброды под чьим-то балконом, которые, как все знают, встречаются. Вот один из них наклоняется к другому чуть ближе, чем это сделал бы просто друг, вот второй незаметно целует любовника в щёку… А с балкона все эти нежности наблюдает Дуся, местный садовод, вышедший покурить.  Икс с оглушительным грохотом захлопывает форточку, а затем, на ходу напялив на себя футболку, вылетает из квартиры, перепрыгивая через три ступеньки. Том недовольно цокает языком, но через пару секунд его хмурость сменяется озорной ухмылкой.  — Ты ныл в пять раз дольше, чем собирался ко мне!  — Проехали. Так что за арбуз-то?  — Я хочу его!  — У НАС НЕТ ДЕНЕГ, ПЕДРИЛА!  — Так сопрём. — Томас аристократически улыбнулся и щёлкнул пальцами. Икс скептически оглядел его, недовольно фыркнув:  — Клоун! Сегодня не Зина в магазе, а Эллиот!  — Сам клоун! Но ты прав, Эля — это проблема. — Джон скорчил трагическую физиономию и утёр «слезу» невидимым платком. — Но не такого масштаба, чтобы оказаться от этого.  — Кретин.  — Э.  — Пошли! Мальчишки забегают за угол, Том затаскивает Икса в переулок.  — И какой же у тебя план? Как всегда, его отсутствие?  — Ну нет! Ты пойдёшь спрашивать про… Э-э… Про то, где… Где отдел с мороженым, вот! А я через задний вход прокрадусь и возьму арбуз.  — Почему я?!  — А что, тебе предпочтительнее, чтобы Эллиот отпиздил тебя?! — Ну нет, но… — Хватит ломаться, пошли уже! — Томас, у тебя нет мозгов!  — У нас!  На бегу шатен с размаху пинает консервную банку, та подлетает, а затем грохается с истерическим скрежетом на асфальт, закатываясь в кусты. Икс скептически цокает, но догоняет товарища, заразившись его тупой затеей. — Ох и влетит же нам, сто процентов.  — Ну, зато весело!  Ребята мчатся к хиленькому магазинчику. Беловолосый сбавляет ход, тянет друга за руку, прося притормозить. Кудрявый, чуть не упавший, недовольно шипит, оглядываясь на 1х4.  — Да чё!  — Х… Подожди… Я ща кони двину… — Эх ты, дохляк! — Сам такой! Тебя отец, кажется, голодом не морит.  Тёплая атмосфера мгновенно остывает, накаляясь немым напряжением, сравнимым с попавшимся на глаза оголённым проводом, лениво извивающимся над толщей тёмной воды. Засквозившие мрачные проблески, резковатые движения, чуть сжатые губы Тома — всё это на миг тёмной нефтью проступило на искалеченных детских душах, давно забывших и даже не знавших, что есть любовь и забота. За время, пока Икс яростно глотал воздух, Томас успел с головой погрузиться в не самые весёлые мысли, отразившиеся в его слегка потускневшем взгляде. 1х1х1х1 распрямляется, а затем нарочито громко отхаркивается и сплёвывает вязкую слюну, возвращая брата «в этот мир».  — Земля вызывает Томаса! — Недовольно ворчит эксперимент, пока тормошит своего товарища. Томас мгновенно снова натягивает весёлую гримасу, откликается, но посеревшие глаза всё ещё смотрят куда-то вглубь чужого сознания, ища те самые впалые щёки и синяки под глазами, места с кровавой кашицей на плечах и запястьях. Приёмный сын Джеймса не носит майки без рукавов, не ходит купаться с остальной дворовой ребятнёй на речку, а если ходит, то в воду ни ногой… Томас видел, он знает. Знает отца в эти моменты, когда тихая сдержанность сменяется обжигающим азартом; знает родные посеревшие губы на испуганном личике брата, бледную, исколотую кожу, обтягивающую тонковатый скелет, невидимые блестящие слёзы в темноте, тихие молитвы при виде обычных прививок. Томас всегда знал чуть больше, чем следует. Чуть больше, чем мог принять. Как тогда. Как сейчас.  Но не сегодня. Томас приветливо скалится соседке, проходящей мимо, и мальчики продолжают свой путь, споря насчёт всяких нелепых мелочей и тупых девчонок. Добежав до хиленького магазинчика на углу, друзья хитро переглянулись. Икс причёсывает растрёпанные волосы, Томас придумывает, чтобы ему такое наплести, если план провалится. «Преступники» готовятся к делу быстро, через минуты две оба оказываются в магазине. Том околачивается у полки с мало интересующими его хлопьями. 1х1х1х1 с невинной усталостью плетётся к кассе. Эллиот, уткнувшийся лбом в раскалённую клавиатуру, сразу же поднимает голову, натянуто улыбаясь новому покупателю. На лице — красноватые квадратики от клавиш, которые напоминают Иксу тетрис. «Клиент» не выдерживает, тихо хихикая сквозь кашель. Кассир подозрительно пялится на мальчика, известного своими проделками на весь район; второй наигранно хлопает ресницами, пытаясь скорчить серьёзную мину.  — Здравствуйте.  — Здрасьте. Где у вас этот, э… мороженое?   — Вот за тем стеллажом.  Икс поджимает губы, заходит за «тот стеллаж». Лоток с искомым почти не видно из-за угла; хитрец нагло пользуется этим, изображая недоумение.  — Дядя, тут нет мороженого!  Эллиот, недовольно фыркнув, поднимается со своего места, направляется к полкам.  — Вон. Там.  Как ещё его задержать? Грёбаный Томас, этот идиот не сказал, когда уходить! Цепкий взгляд внезапно выхватывает что-то… особенное во внешности кассира. На не скрытом воротником участке кожи виден ярко-алый засос. Икс таращит глаза, а затем яростно вцепляется в эту возможность подольше удержать работника магазина.  — А что это у вас на шее?  Эллиот на пару секунд выпадает из реальности, а затем заливается гладким малиновым румянцем, расползающимся по пухлым щекам.  — Не твоё дело…! — Неужели вы замутили с Дейзи?  — Так, ну-ка… отцепись.  Кассир поправляет воротник (к сожалению, это не помогает), а затем почти пинком выпроваживает «преступника» из магаза. На один миг Икс застывает, а после тихо ругается себе под нос.  Вот же! И что теперь скажет Том?! Я ведь его не кинул!  Внезапно из-за закрытой двери доносится грохот. Громкий треск, маты, а затем и сам Томас с нехилым арбузом в руках — всё это стремительно вываливается наружу, стремясь вырваться.  — Беги! — Товарищ хватает не успевшего опомниться Икса за шиворот и даёт ему хороший подзатыльник. — Он сзади!  Эллиот с шквалом громких матов бежит сзади, пытаясь вернуть украденное; мальчишки уматывают со всех ног. Как на зло, идеально гладкая пузатая ягода выскальзывает из вспотевших ладоней; Томас чертыхается в унисон с запыхавшимся Эллом, начавшим отставать от друзей. Ещё один поворот, но домой нельзя — там уже точно влетит, даже не вечером. Взгляд 1х1х1х1 останавливается на нежащейся парочке под чужими окнами — товарищи, перепрыгивая крапиву и обжигая коленки, летят к ней, выставляя вперёд, наверное, самую ценную вещь в их жизни на тот момент. Парни, сидящие на чём-то похожем на плед, недоумённо переглядываются.  — Воу, воу! Вы нас так задавите!  — Х… Быс-стро, — сквозь отдышку пытается выкрикнуть Икс. — Помогит-те…  — Да что у вас случилось?! — Эллио-от… — пытается продолжить сбивчивую речь друга Томас, — он нас… догонит… спрячь… пожал-луйста… — Азур, ты хоть что-то понял?  — Они хотят спрятать арбуз.  — Ну, окей?  Приёмный сын Джеймса благодарно кивает и аккуратно сгребает разложенные сэндвичи на край пледа, родной же запихивает добычу под покрывало и плюхается на землю рядом, закрывая заметный холмик своей спиной. Икс ещё раз благодарно кивает, прячась за телами любовников.  — Надеюсь, теперь вы расскажете, что случилось, — недовольно бурчит Азур, уминая бутерброд с сыром, подплавившимся на жаре.  — В общем… — Короче, мы хотели сильно арбуз…  — …Но денег у нас не было. — Да, мы решили его спереть… — Ну и этот олух, — 1х4 скорчив гримасу, тычет пальцем Томасу в живот, — за… Томас!  Эллиот, заплутавший в удушливо тесных двориках, достаточно активно приближался в сторону беглецов.  — Ложись! — сквозь зубы шипит 1х1х1х1, утягивая брата в некошеную траву. Кассир, прищурившись, всматривается в сторону сомнительного пикника, но, к всеобщему облегчению, проходит мимо, удручённо бубня неразборчивые причитания.  — Короче, вы украли этот арбуз из магазина, — подводит итог один из отдыхавших.  — Да, — подтверждают ребята хором.  — Хм.  Парень Азура хмурит тёмные брови, а затем расцветает новой идеей.  — Как вас зовут, мальчики?  — Не сдавай нас!  — Не собираюсь. Имя-то как ваше? — …Икс. — Том.  — Так вот, Икс и Том, раз уж так вышло, то… делитесь!  Мальчики ловят взгляд друг друга, молчаливо согласовывая потерю.  — …Ладно.  С помощью подручных средств ягоду делят на четыре увесистые части. Каждый участник трапезы со знанием дела оглядывает свою долю. Четвёрка молча уплетает арбуз, вгрызаясь в сочную алую мякоть, не обращая внимания на стекающий по подбородку сок.  Так Икс встретил Азура и Ту Тайма — двух влюблённых, которые действительно оберегали друг друга больше своей жизни.