Не тот робат

Глава 34 (исправленная версия) Пройдя метров тридцать по улочкам, больше похожим на оживлённую древнегреческую ярмарку, чем на лагерь, мы привлекли внимание. К нам подкатил кентавр — этакий интеллигент в очках, с добрыми, но очень проницательными глазами. — Приветствую в Лагере Полукровок. Меня зовут Хирон, — представился он, вежливо склонив голову. Взгляд его скользнул по нам обоим, ненадолго задержавшись на мне. — Меня зовут Агнес Вэил, — пропищала рыжая, вся покраснев, и мгновенно спряталась за моей спиной, ухватившись за плащ. — А вас, молодой человек? — Хирон перевёл взгляд на меня. — Вали, — ответил я, растянув губы в самой беззаботной и немного хитрой улыбке, какую только мог изобразить. — Пойдёмте, я представлю вас другим и покажу, где будете жить, — предложил он, и во взгляде его читалось неподдельное любопытство. Мы двинулись следом. — Впервые на моей памяти вновь прибывшие не заваливают меня вопросами. Ни про лагерь, ни про вечно охотящихся на них монстров, — заметил Хирон, идя рядом. — Ох, просто моя сестрёнка очень стеснительная, — легко отшутился я. — А мне неинтересно, — я сохранил показную улыбку, разглядывая постройки. Одни домики были похожи на античные виллы, другие — на бунгало с видом на озеро. В целом, симпатичное местечко. Хирон хмыкнул, явно озадаченный нашим поведением. Наверняка подумал, что я очередной ветреный дурачок. А мне и правда не было смысла вникать в местную политику. Я здесь гость, всего на три дня. А потом — обратно, и, возможно, Агнес заберу с собой. Гера ведь не оставит её в покое. Насчёт Вальтора я тоже не переживал. Сделка была — «привести её в лагерь». Я привёл. О том, что её потом нельзя забирать, он ничего не говорил. Тем более, какая же это сделка, если он просто отдал приказ и ушёл? Одностороннее обязательство — а я его выполнил, привёл. А затем можно и увести. Добрались до центра лагеря, где уже собралась толпа подростков от 14 до 20 лет в шлемах — кто с красной гривой, кто с синей. Хирон заметил в толпе Перси — эм, в книжках ему вроде 12-14, а тут стоит 16-17-летний лоб. Парень и правда выглядел более взрослым и крепким, чем я ожидал. Хирон жестом подозвал его, положил ему руку на плечо и представил: —Это Перси Джексон. А это, — он указал на нас, — Агнес и Вали Вэил. Я не стал его поправлять, что моя фамилия на самом деле Одинсон. Какая разница? Тем более, ему незачем знать такие детали. — Им нужна команда, — объявил Хирон, осматривая красную и синюю команды. Толпа с любопытством уставилась на нас. —Я их возьму, — вызвался парень без шлема, подходя к нам. —Хорошо, Люк, — кивнул Хирон. — Он выдаст вам доспехи и объяснит суть тренировки. С этими словами Хирон поспешно ретировался, оставив нас с Люком. Тот быстро выдал нам снаряжение и вкратце объяснил суть игры «Захват флага»: —Нам нужно забрать флаг красной команды для победы. Выдав нам по мечу и щиту, он повёл к их базе. Минут через десять мы уже выходили из лагеря, оставив человек пять охранять флаг. Устроились на опушке. Агнес уселась ко мне на колени, наблюдая, как красные избивают синих. —Эм, братик, — смущённо сказала она, — может, поможем нашим? А то ведь наших бьют красные. —Нет, я лучше тебя потискаю, — ответил я, принимаясь мять её щёки. В этот момент из леса вышла брюнетка с копьём и в красном шлеме, за ней — ещё десяток девушек. —А твоя «сестра» права, — с насмешкой сказала она. — Иди и помоги своим. — Иди прочь, пока у меня хорошее настроение, — не поворачиваясь, бросил я ей и продолжил тискать Агнес. — А ты не слишком самоуверен для новичка? Я лишь горестно вздохнул и призвал одного огненного элементаля. Заклинание это я изучил после первого барьера скаерима. — Это что? — удивлённо спросила девушка, прежде чем получить в лицо огненный шар от моей огненной леди. От удара она отлетела, пробив собой дерево. Пока её подружки не пришли в себя, от шока элементаль пустил ещё пару огненных шаров, отправив всех в полет. — Братик, они живы? — с интересом спросила Агнес. —Живы, они же полубогини. У них хорошая сопротивляемость магии, да и доспехи часть урона поглощают. Просто сейчас в отключке. Я продолжил наблюдать за битвой, не переставая тискать что-то бурчащую под нос Агнес. Внезапно я резко активировал барьер Силы — и как раз вовремя, потому что в него тут же впилось с десяток стрел. Из леса вышла еще одна группа красных, вооружённых луками. Увидев десять своих товарищей без сознания, они явно опешили. Я мысленно приказал своему элементалю, которого заранее сделал невидимым, чтобы не привлекать внимания: « пустить в них Огненные шары!». Снаряды устремились в незадачливых снайперов, и через десять секунд на холме лежали ещё шесть тел красных. Я развеял элементаля — слишком уж много маны она жрал на своё поддержание. Минут через пять прозвучал рог, возвестивший конец игры. Мы все потянулись к главным зданиям, где должны были объявить победителя. Мне пришлось подхватить телекинезом все бессознательные тела и тащить их с собой. Выяснилось, что Перси смог стащить флаг красных, и только благодаря этому наша команда победила. Вернувшись в жилую часть лагеря, нам указали на нечто, напоминающее армейскую казарму – общежитие для «непризнанных». — Эм, да, — протянул я, скептически оглядывая унылое помещение с двумя рядами коек. — По-спартански тут у вас всё. Ещё десяток моих новых «соседей» лишь молча кивнули. Я же развернулся и вышел на улицу, подальше от этой духоты. Разложив на мягкой траве спальный мешок, я улёгся, уставившись на усыпанное звёздами небо. И тут меня посетила гениальная идея. «А что, если... немного пошутить?» Я щёлкнул пальцами, и в безоблачном небе вспыхнули первые алые молнии, выписывая чёткие, гигантские буквы: «ВЫ ВСЕ ПИДАРАСЫ». Эффект превзошёл все ожидания. По всему лагерю поднялся мгновенный переполох. Послышались крики, кто-то побежал прятаться. И неудивительно – здесь-то все привыкли, что молниями управляет только Зевс. Подумали, что Громовержец внезапно вознегодовал. Ухмыльнувшись, я сменил сообщение: «ХИРОН – ТЫ КОЗЁЛ». Порадовавшись этой мысли, я добавил: «ПЕРСИ ДЖЕКСОН – ГЛАВНЫЙ БИЗДАБОЛ». Ну а напоследок, сдерживаясь, чтобы не написать ещё более интересного, я вывел: «ЛЮК, Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ». Последняя фраза сработала как удар тока. Лагерь зашиптел и забегал с новой силой. Но самое незабываемое было лицо самого Люка. Он побледнел, глаза его расширились от паники, и он пулей вылетел из толпы, бросившись куда-то между домами. «А вот это уже интересно», — подумал я. Накинув на себя иллюзию невидимости, я ринулся за ним. Он вбежал в свою комнату и, запирая дверь, начал лихорадочно шарить под кроватью, откуда вытащил поношенный щит. Пока он отвлёкся, пытаясь спрятать в его складках какую-то яркую, похожую на молнию, энергию, я действовал. Легкое движение телекинеза – и щит бесшумно всплыл в воздух, исчез у него за спиной и очутился в моём инвентаре. Я вышел так же тихо, как и вошёл. «Ох, — мысленно свистнул я, удаляясь. — Никогда я ещё не добывал божественное оружие так легко. Никогда.» Ведь, получив уникальный божественный артефакт в виде молнии Зевса сегодня, я надеялся, что и другие артефакты подобного уровня достанутся мне так же легко. А их у меня пока что нет. --- — Братик! — раздался возмущённый, недовольный голосок. Я обернулся. Агнес сидела на ближайшем камне, смотрела на меня с нескрываемым укором и хмурилась, как сова. — Зачем ты так над бедными людьми издеваешься? — Я просто слегка пошутил, — пожал я плечами, с наслаждением наблюдая, как полукровки мечутся по лагерю, словно тараканы, на которых наступили. Все только и делали, что с горящими глазами обсуждали, что же такого ужасного совершили Люк и Перси, что сам Зевс вывел их имена на небе. Зрелище было бесподобное. Потом я перевёл взгляд на Агнес. Девочка всё ещё смотрела на меня с лёгким осуждением, но в её зелёных глазах читалась скорее забота, чем настоящий гнев. — Агнес, а ты случайно не хочешь вернуться в мой мир со мной? — спросил я как бы невзначай, но пристально наблюдая за её реакцией. Девочка задумалась, прижав колени к груди. Прошло несколько секунд, а затем она тихо, но очень уверенно кивнула. — Я согласна. Я понимаю, что Гера не оставит меня в покое. Она точно будет пытаться убить меня и дальше. А если я уеду с тобой... то ты, братик, Эльза, Аврора, Брунгильда и Атлана будете со мной. Вы... вы очень хорошие люди и относитесь ко мне очень хорошо. Она произнесла это просто, но в её словах была целая буря чувств — благодарность, доверие и осознанный выбор в пользу безопасности и семьи. В этот самый момент где-то в стороне какой-то паренёк, спасаясь от всеобщей паники, уронил масляную лампу. Стекло разбилось, горящее масло разлилось, и в мгновение ока занялся один из ближайших складов, озарив ночное небо новым, уже вполне реальным заревом. Я посмотрел на горящий склад, потом на серьёзное личико Агнес, и хитро ей улыбнулся. — Ну что ж... Тогда добро пожаловать в семью, сестрёнка. Официально. В её глазах наконец вспыхнул настоящий, беззаботный огонёк, куда более яркий, чем тот, что пожирал лагерный склад. Кажется, я только что приобрёл нечто куда более ценное, чем любое божественное оружие. --- — Вот ты где! — раздался злобный возглас. Передо мной возникла та самая взъерошенная предводительница красных, та самая, что первой познакомилась с моим огненным элементалем. Её лицо искажала ярость, а в руках она сжимала копьё из божественной бронзы. С рыком она замахнулась, нацелившись ударить меня древком по голове. Я даже с места не сдвинулся. Легким толчком Силы я отправил взбешённую девицу в очередной полёт, аккуратно выхватывая копьё из её рук на взлёте. — Материал интересный, — проворчал я, осматривая трофей, — но бесполезный против людей. Божественная бронза просто проходит сквозь смертных, будто их и нет. Удобно, не спорю. С этими словами я отправил копьё в свой инвентарь, пополняя коллекцию. Вокруг царил настоящий хаос: полукровки метались, пытаясь потушить горящий склад, а в центре всего этого бедлама орал Люк. Он уже вернулся и, не найдя щита, впал в настоящую ярость. Его лицо покраснело, вены на шее надулись. Он схватил какого-то парня за грудки и принялся трясти, крича ему что-то прямо в лицо. — ГДЕ?! — его рёв перекрывал общий гам. — Кто-то должен был что-то видеть! Парнишка, которого он тряс, выглядел смертельно напуганным и лишь беспомощно мотал головой. Я же, удобно устроившись на своём мешке, наблюдал за этим цирком с лёгкой усмешкой. Беспорядок был поистине живописным: где-то кричали, где-то горело, а самый «верный» служитель Крона устроил истерику на потеху всем. Вечер выдался на редкость продуктивным и развлекательным. Агнес, сидевшая рядом, тихо вздохнула, но ничего не сказала, лишь с обречённым видом смотрела на горящий склад. --- — О, а вот и кавалерия подоспела, — лениво протянул я, наблюдая, как Хирон в окружении пары кентавров пытается навести порядок в охваченном хаосом лагере. Кентавр раздавал приказы, организуя цепочку для тушения пожара, а его помощники сновали туда-сюда, пытаясь успокоить перепуганных полукровок. И тут моя "старая знакомая" пришла в себя. С пылающими яростью глазами она поднялась с земли и направилась к нашему камню, сжимая кулаки с таким видом, будто собиралась переломить меня пополам. Я тяжело вздохнул. —И чего ты этим хочешь добиться? — спросил я, глядя на неё так, словно она была редкой идиоткой. В ответ она лишь издала низкий рык и бросилась на меня. Я небрежно махнул рукой в её сторону, и телекинез снова вжал её в землю, на этот раз прочнее. В этот момент Хирон заметил нашу очередную "беседу" и стремительно приблизился к нам. —Что здесь происходит? — строго спросил он, его взгляд метнулся от нас с Агнес к пригвождённой к земле воительнице. Девушка лишь молча скрипела зубами, сверкая на меня глазами, полными чистейшей ненависти. И тут мне в голову пришла гениальная идея. Я создал иллюзию... но не простую. Рядом с Хироном материализовался Хапсиэль во всей своей красе. — М-ма-ма-ма! Какие мальчики тута! — пропел он сладким голоском. — Вам не хватает любви и мира! Хирон дёрнулся, как от удара током, и резко обернулся. Увидев сияющее существо, он заметно побледнел. —Я покажу тебе силу любви и мира! — воскликнула иллюзия и пошла в сторону кентавра, грациозно виляя бёдрами. Пригвождённая девушка на земле как-то оживилась и с новыми силами попыталась вырваться, но тщетно — я держал её крепко. Её можно было понять: внешний вид моего "творения" мог заставить напрячься даже самого отчаянного героя. Хирон отступал, а на его обычно мудром и спокойном лице читалось чистейшее недоумение и ужас.