Рыцарь звезды. Часть I.

07:00. 15 июля 1996 года. Берлин. Не собираясь терять форму во время затянувшегося больничного Кайл Троммер каждое утро в Берлине начинал с длительной пробежки по знакомым с детства маршрутам. В детские годы он просто бесцельно гулял здесь, но с семнадцати лет, как начал всерьез заниматься спортом и своим здоровьем, то редко пропускал тренировки, добиваясь высокого уровня выносливости, необходимого на службе. Ему даже удалось замотивировать Арию на одну единственную пробежку, но ей, мягко говоря, не понравилось. Кайл заявился домой к Фосс в 6:30 утра без объявления войны, и стал звонить в дверь ее квартиры. С трудом девушку удалось разбудить, после чего она сорок минут собиралась, а затем пробежала за Троммером полтора километра и отказалась двигаться дальше, когда нашла единственную на улице скамейку. Ария выбралась на пробежку в спортивном костюме, оставшемся у нее со школы, и в нем было холодно даже несмотря на то, что была середина лета – погода вчера была ужасная и на это утро всё еще дул холодный ветер. Ария продрогла, села на скамейке, поджав колени к груди и сгруппировалась, одновременно борясь с холодом и одышкой после непродолжительного забега. В начале пробежки она разогналась до своей максимальной скорости, но быстро выдохлась, так как никогда не стремилась к спортивным вершинам. Ей хотелось срочно закурить, но когда она увидела, что Кайл вернулся обратно и идет с совершенно спокойным дыханием, она разозлилась и бросила в него кроссовок. - Чтобы я еще когда-нибудь!.. Я вообще из дома не выйду! – крикнула она приближающемуся бойфренду, когда он увернулся от кроссовки. - Чего ты? Мы еще не закончили разогрев. Вставай, погнали! Давай! – Троммер выглядел, как будто только что вышел из магазина спорттоваров, у него даже прическа не изменилась, по сравнению с тем, как вздыбились волосы на голове у Арии. - О, смотри, вертолет! – вдруг она показала вверх и в сторону, чтобы Кайл обернулся. Он купился, как первоклассник, и тут же ему по затылку прилетел второй кроссовок девушки. Она сидела, насупившись и тяжело дышала, до сих пор восстанавливая дыхание. Кайл замолчал, смахнул грязь, оставшуюся на голове от грязной подошвы, после чего без лишнего замечания поднял оба кроссовка Арии и подошел к ней, небрежно бросив обувь к ее ногам. - Девяти утра еще нет, а ты уже злодействуешь. В чём дело? – спросил он, совершенно не понимая, чем заслужил такую реакцию. - Я – человек, который спит до восьми, а ты – нелюдь, который выгнал меня против воли на мороз! Всё мое тело протестует! Чего ты хочешь добиться?! – Ария уже достала сигарету и говорила со сжатыми губами, но ее зажигалка лишь бестолково чиркала в пустоту, и не давала ей поджечь сигарету. После десятка бесплодных попыток девушка бросила зажигалку в урну сбоку от себя. - Не надо так драматизировать, бегать по утрам очень сложно себя заставить, но если ты десять дней заставишь себя, то это войдет в привычку и не будет тебе так тяжело. Ищи в этом плюсы, например, здоровое сердце, голос сохранишь, зубы… Да что я говорю, ты это и без меня знаешь. Я подумал, что должен подтолкнуть тебя к первому шагу в правильном направлении, пока могу, - Кайл сел на скамейку и стал нервно топать по земле правым носком. Ария к тому моменту нацепила кроссовки обратно, потому что ноги уже стали замерзать без обуви. - Что значит это твое «пока могу»? Ты уезжаешь? - Не уезжаю. Ты ведь слышала о теракте на площади Республики? Начальство решило временно перебазировать мою спецгруппу в Берлин, так что я буду здесь. Но наконец-то нашлись новые бойцы, и я возвращаюсь на службу. Мы не сможем видеться какое-то время, - рассказал Троммер, не поворачивая головы. Он не хотел расстраивать Арию, но нужно было как можно быстрее вернуться к полноценной боевой работе, сладить боевую группу, и уничтожить террористов. После позавчерашней атаки, федеральный канцлер объявил в Германии чрезвычайное положение и принял у министра обороны верховное командование над вооруженными силами, немецкая армия была срочно развернута в крупнейших городах страны для усиления полиции. Как предполагал Гельмут Мозер, танки в Берлин действительно не пригнали, но солдат в городе было очень много. Были выставлены дополнительные посты на дорогах, введены проверки документов у въезжающих и выезжающих из городов, усилили проверки транспорта. Если простые люди и хотели большей безопасности, то получили ее гораздо больше, чем хотели, и обстановку с протестами разрядил лишь страх очередного теракта. Никто не хотел оказаться в толпе самоубийц. Политикам пришлось срочно искать объяснение произошедшему, и выдвигались десятки различных версий, кроме правдивой. Предстояло еще несколько дней вылавливать из русла реки Шпрее трупы зомби-самоубийц. Скрывать информацию было невозможно – протесты на площади Республики стали заглавной темой новостей во всем мире на несколько дней вперед, и теперь поимка террористов была делом международного престижа государства. Генерал Кесслер был, мягко говоря, не в духе после экстренного совещания у канцлера в резиденции федерального канцлера в Бонне, однако, он всегда был жестким прагматиком и потому, быстро подавив в себе эмоции, он сел в вертолет и связался сперва с базой GSG-9 в Санкт-Августине и отдал приказ о подготовке к срочному перебазированию в Берлин, где на базе военной части они должны были начать слаживание новой боевой группы, в то время как остальные будут распределены по иным городам Германии в качестве групп немедленного реагирования для эвакуации особо важных персон в случае новых террористических атак. Генерал был против подобного распыления сил, но решение всё равно было принято и нужно было работать с тем, что есть. - Я разбудил тебя сегодня так рано не потому, что мы договаривались, а потому что в девять я должен буду быть на службе, - с огорчением в голосе выдал Кайл. Ария все еще смотрела на парня свирепым взглядом, но затем выдохнула через нос и успокоилась, осмысливая сказанное. В той атаке она потеряла несколько сокурсников, и, хотя она не была знакома с ними лично, было горько смотреть на массовые похороны на улицах. Нельзя было охватить разумом даже саму идею подобной атаки. Это выходило за рамки жестокости, а жестоких вещей Ария в жизни успела навидаться. Неизвестно, чего нападающие хотели добиться, но теперь вся Европа стояла на ушах, террористов искали под каждым камнем во всех крупных городах, военные прочесывали леса, родители не пускали детей в школы. Она хотела что-то сказать, но пришлось долго подбирать слова. - В той атаке в центре, никто же не знает, что это было. Ты будешь защищен, когда вы будете арестовывать этих людей? – спросила она. - Не переживай, на убой нас не пошлют. Мне пока неизвестно, но генерал наверняка в курсе, что случилось на площади и как с этим бороться. Я думаю, там всех отравили или облучили чем-нибудь. Но в противогазе бегать я умею, не переживай за меня. - А вот теперь у тебя нет привилегии говорить «не переживай за меня». Я буду переживать. Ты должен будешь выжить и вернуться, чтобы я смогла отомстить тебе за это утро. Даже не надейся, что я забуду. Я выйду тебя встречать с букетом из колючей проволоки, - Ария похлопала Кайла по плечу, после чего встала на ноги. - Ладно, побежали, пока время есть. Я готова отравиться кислородом, - девушка внезапно передумала в знак протеста идти домой и решила потратить час-другой вместе с Троммером. - Прости, я переборщил. В первый день тебе лучше не бегать, давай просто быстро пройдем три квартала и на этом всё. Потом, если ноги и спина не будут слишком сильно болеть, можешь увеличивать нагрузку, - посоветовал Кайл, поднимаясь со скамейки уже в более воодушевленном настроении. Он не стал спрашивать у Арии, знает ли она что-либо о теракте от своих контактов в преступном мире, поскольку чувствовал, что если бы она что-то знала, то рассказала бы сама. Очевидно, теракт застал врасплох вообще всех. - «Слишком сильно»? – Ария прокляла себя за опрометчивость, но отступать было поздно и пришлось идти на тренировку. – Два квартала. Мы пройдем только два. До булочной на углу. - Ладно-ладно, ускорь шаг, булочка с колбасой, - Кайлу пришлось ускориться самому, потому что он рисковал получить в догонку пинок под зад «за булочку». Ария ни разу не была поклонницей спорта и не особо следила за фигурой, но ее обмен веществ был пока на ее стороне, и позволял ей в 24 года работать по ночам, выкуривать пачку в день, питаться чем придется и при этом не увеличиваться в объеме на драматическую величину. Один размер джинсов в год, не больше. - Эй, а как ты научилась людей штопать? Таких книжек наверняка нет, это ж сложно жесть, - спросил Троммер. - Да я только год, как перешла к такому. Раньше, условно говоря, могла только приложить подорожник, подуть на ранку и отправить восвояси. Но научилась постепенно. У нас в университете на втором курсе к операциям, конечно же, не допускают, но я уже знаю основы. Могу вынуть пулю, остановить кровь, зашить рану. По мелочи, в общем. Ко мне редко приходят с чем-то серьезнее. - И что в твоей практике было самое серьезное? - Когда один из людей Кордта упал жопой на забор. Знаешь такой, из прутьев с острыми наконечниками? Это был первый раз, когда я не справилась, ну, после мамы. Йохан привез этого мудака ко мне домой, спасай давай, а кого спасать? Подвздошную артерию не проткнул, но крови потерял дохрена, я попыталась остановить, но там было уже поздно. Я просто не знала уже, что делать, я не сосудистый хирург, оборудование нужно, куча материалов, ну и в общем, он вытек у меня на столе за 10 минут. Как-то так. В общем, если думаешь получить смертельную рану, не надейся, что я вундеркинд, и смогу тебя залатать. Езжай в больницу и молись, что будет Бергманн оперировать. Тогда может быть выживешь, - Ария ожидала со стороны Троммера осуждающий взгляд или удивление, но он, похоже, ушел в себя, и отреагировал без эмоций, просто выслушал ее. - Ты же не любишь эту Бергманн. - Ну и что? Специалист она хороший, а человек – полное дерьмо. Но и такое бывает. Мне неприятно, но я у нее на все пары хожу. На практике была. Курсовые ей писала. А вообще, еще на первом курсе, когда у нас был общий сбор перед занятиями, она меня поразила. Сказала, чтобы мы отчислились и не портили воздух в помещении. Весь поток. Прямо при ректоре. Весь первый курс потом ломала об колено, жестила как могла. У нас из 29 человек в группе после первой сессии осталось семеро. И вот только после второй сессии на лекции она сказала, что это был отбор тех из нас, кто реально сможет удержаться в профессии. Что у большинства в головах сказки, розовые пони и младенец Иисус говорят им делать добрые дела, а на деле медицина – это кровь, кишки, вонь говна и люди, готовые уничтожить твою карьеру своими жалобами, если ты невежливо поздороваешься или не спросишь «как дела?». Это правда. Я сама на первом курсе думала попросить Кордта наехать на нее, чтобы она немного осознала, что работает с людьми, а не с куклами. Не стала этого делать в итоге. Представила себя на ее месте и как-то лучше понимать стала, - Кайл и Ария прошли два квартала, пропустили булочную и шли уже в потоке людей, которые направлялись к ближайшей станции метро. - Мне твоя преподавательница напоминает сержанта из учебки. Он нас тоже гонял. Хотя отчислиться было не вариант, хах, - Кайл постепенно сбавил шаг с тренировочного на прогулочный, и через несколько сотен метров остановился у спуска в метро. - Ну ладно, мы пришли. Пора мне. Надо вещи собрать еще, - сказал Кайл. - Вот и всё? Приедешь в выходные, я тебе еще крутых историй расскажу? – Ария потянулась, из-за чего куртка спортивного костюма, в котором она была, приподнялась до пупка и привлекла внимание некоторых прохожих. - Во время пробежки? – ухмыльнулся полицейский, плечом отпихнув в сторону какого-то мужика, который не сдержался настолько, что позволил себе свистнуть вслед его девушке. - Нет, за булочкой с колбасой. Ладно. Давай береги свою жопу, теперь ты знаешь, её я зашить не смогу, поэтому будь осторожнее, пожалуйста, - Ария обняла Кайла и быстро поцеловала в щеку, после чего, не отпуская парня вдруг загорелась какой-то идеей. - Повернись сюда, - Ария отошла в сторону от спуска в метро, чтобы не мешать людям, залезла на каменную клумбу и притянула Троммера к себе спиной. - Что ты задумала? Эй? АААААУ! Какого черта?! – Кайл почувствовал резкую боль с задней стороны шеи. Ария решила довериться инстинктам и оставила Кайлу на прощание «любовный ошейник», внезапно укусив его за шею. Следы вышли глубокими, но не до крови. Троммер дернулся от неожиданно пронзившей его боли, и Ария чуть не упала, потому что упиралась в его спину, но в итоге устояла на ногах. - Это тебе амулет. Защищает от посторонних взглядов, чтобы ты на работе мог сосредоточиться, - заявила девушка, словно мать, объясняющая неразумному ребенку очевидную вещь. Когда Кайл повернулся к ней, в ее глазах не было ни намека на раскаяние за то, что укусила слишком сильно. - И я тебя люблю, - потирая место укуса ладонью, Троммер стал спускаться в метро, а Ария отправилась домой. Спать было уже поздно – ей тоже нужно было отправляться в универ. Спустя полтора часа, на территории воинской части в Берлине, Кайл вошел в казарму, и едва успел бросить сумку с вещами на свободную койку, когда в помещение вошли четверо бойцов, вернувшихся с завтрака. Все они были примерно одного возраста с Троммером, подтянуты и полны сил, одеты в стандартную черную форму полицейского спецназа, не хватало только балаклав, перчаток, шлемов и разгрузочных жилетов. Вместе с ними в сером кителе в казарму вошел генерал Кесслер, и хотя он был старшим в помещении и по званию и по возрасту, он уступал своим подчиненным в росте и затерялся бы на их фоне, если бы первым не нарушил тишину. - Капитан Троммер, целый и здоровый! - Господин, генерал. Здравия желаю, - Троммер оставил свои вещи и направился навстречу, в то время как вошедшие бойцы быстро выстроились в ряд. Раньше Кесслер не выделял Троммера среди остальных офицеров подразделения. Видимо, сказалось то, что генерал тоже не привык терять людей в таких масштабах, и хотел сблизиться с теми, кто еще жив. Это должно было поддержать моральное состояние бойцов, разозленных потерей товарищей и рвущихся в бой против террористов. - Тебе досрочно присвоено звание майора, Троммер, поздравляю. Принимай командование. Группа №1 первого оперативного отряда. Название придумаете сами. Зона ответственности – Берлин. В связи с тем, что командование считает, что террористы базируются в столице или ее окрестностях, ваша группа будет выполнять роль передовой разведки. Мне не нужно, чтобы по городу маршировали сотни вооруженных людей, население итак не в восторге от полицейских на каждом углу, а у нас теперь и бундесвер развёрнут. К слову о бундесвере, - на этих словах генерал повернулся к строю бойцов. – Перед вами ваш командир, майор Кайл Троммер. Он служил в первой группе в ее предыдущем формировании. Снайпер. Кайл встал перед бойцами по стойке «смирно», а генерал продолжил представлять бойцов уже самому Троммеру. - Сержант Фриц Семмельвайс, пулеметчик. Ранее был в третьей группе. Молодое дарование, но успел себя проявить на межведомственных состязаниях по основам боевых действий в городе. Помимо парашютной подготовки, является квалифицированным альпинистом, - услышав свое имя, самый молодой, двадцатилетний боец сделал шаг вперед. У него была стрижка «андеркат» и этим он выделялся из всей группы. - Капитан Рихард Браудер, специалист-сапер, связист. Выпускник Мюнхенского технического университета. Извиняюсь, не выпускник, а лётчик. Вылетел на третьем курсе. Чья жена в той истории поучаствовала? Напомни мне. - Это моя жена была, господин генерал. Годовщину отмечали, - почесал за головой Рихард и глупо улыбнулся. - Место удачно выбрали. На кафедре. В прочем, моя организация от этого только выиграла. Это хороший специалист, Троммер, присматривай за засранцем, - добавил генерал, после чего похлопал капитана Браудера по плечу со всей «отцовской любовью». - Лейтенанты, Феликс и Михаэль Мюллеры. Наши гости из KSK. Переведены на постоянную службу. Их прежний командир прекрасно о них отзывался, успели отличиться на соревнованиях военных спецподразделений в прошлом году. Министр обороны советовал мне их в штабе посадить, чемпионов, но эти отморозки успели подраться в вертолете по пути сюда. В общем, назначил я их в твою группу на роль штурмовиков. Два брата-близнеца сделали шаг вперед синхронно. Они были очень похожи внешне: бритые головы, широкие шеи, одинаковые глаза, одинаковые уши, и лишь носы у каждого были сломаны немного по-разному. Без формы их легко можно было бы принять за скинхедов, но кроме этого придраться к ним было не за что. Оба были в отличной форме и превосходили в ширине плеч всех собравшихся. - Майор, начинайте боевое слаживание, инструкторы ждут вас на полигоне. Кроме того сообщаю, операции будет курировать уполномоченный представитель BfV(Федеральное ведомство по охране конституции ФРГ). Недавний теракт у Рейхстага сильно обеспокоил главнокомандующего. Было введено чрезвычайное положение, BfV ищет во всей этой истории внутренний след и заодно выступит аудитором нашей с вами профпригодности. Представитель приедет вечером, так что не ждите его и езжайте на полигон. За документы не переживайте. Я найду в штабе, кого озадачить бюрократией. Подпишете, как вернётесь с полигона. На этом всё, - генерал отдал честь собравшимся, пожал им руки, пожелал успехов в боевой работе и ушел, оставив Кайла наедине с подчиненными.