Мой любимый Омега

Прошло три недели с того дня в гараже. Три недели, в течение которых Перт находил любые причины вернуться к Санте — то цепь требует повторной проверки, то тормозные колодки нужно заменить, то просто заехать с кофе и поболтать. Нани наблюдал за развитием их отношений со стороны, и что-то в груди сжималось от непонятной тоски. Он не завидовал. Просто... смотрел, как это может быть по-другому. Скай же после того поражения словно исчез. Ни на одной гонке, ни на одной встрече команд. Слухи ходили разные — кто-то говорил, что он уехал за границу на соревнования, кто-то шептался о травме. Нани убеждал себя, что ему все равно. Но ночами, лежа в постели, он ловил себя на том, что прислушивается к звукам улицы, ожидая рев знакомого Ducati. --- В пятницу вечером Нани заехал в бар «Октан» — излюбленное место гонщиков. Здесь можно было выпить, обсудить прошедшие гонки и узнать о новых заездах. Он сел за стойку, заказал виски и достал телефон, делая вид, что занят. — Хирункит, — раздался знакомый холодный голос. Нани замер. Медленно поднял взгляд. Скай стоял рядом, но выглядел... по-другому. Костюм безупречно сидел на широких плечах, волосы идеально уложены, но в глазах была какая-то пустота. И рядом с ним, обвивая руку альфы, стоял омега. Нани почувствовал, как желудок свело судорогой. Омега был старше — явно за тридцать. Утонченные черты лица, дорогая одежда, уверенная осанка. Его феромоны были густыми, приторно-сладкими, как переспелые фрукты. Он смотрел на Ская с откровенным обожанием, и альфа, казалось, наслаждался этим вниманием. — Познакомься, — Скай небрежно кивнул на омегу. — Это Акира. Он... составляет мне компанию в последнее время. Акира протянул руку Нани, улыбаясь профессионально-вежливо: — Слышал о тебе много. Скай не может перестать говорить о своем главном сопернике. Голос был мягким, обволакивающим. Нани пожал руку, чувствуя, как внутри все сжимается в тугой узел. — Приятно познакомиться, — выдавил он сквозь зубы. Скай смотрел на него с непроницаемым выражением лица, но в глубине его взгляда мелькнуло что-то... вызывающее? Торжествующее? — Акира работает в индустрии развлечений, — продолжил альфа, его рука скользнула на талию омеги. — Очень... опытный человек. Знает, как доставить удовольствие. Последние слова прозвучали почти интимно, и Нани почувствовал, как кровь приливает к лицу. Он не мог понять, что именно чувствует — злость? Отвращение? Или что-то другое, более жгучее и болезненное? — Рад за тебя, — холодно бросил он и отвернулся к стойке. — О, не будь таким холодным, — Скай пересел на соседний стул, Акира грациозно устроился с другой стороны. — Мы же не враги вне трассы. Можем выпить как цивилизованные люди. Нани сжал кулаки под барной стойкой. Феромоны Акиры заполняли пространство вокруг, смешиваясь с тяжелым запахом доминирования Ская. Это было подавляющим, почти удушающим. — Скай говорил, что ты не принимаешь свою природу омеги, — мягко сказал Акира, наклоняясь ближе. — Это так печально. Быть омегой — это дар, а не проклятие. — Я принимаю себя, — отрезал Нани. — Просто не считаю, что должен подчиняться первому встречному альфе. Скай усмехнулся: — Вот видишь, Акира? Я говорил, что он упрямый. Слишком горд, чтобы признать свою природу. — Природа — это не слабость, которую нужно признавать, — Акира провел пальцем по краю бокала. — Это сила, которую нужно использовать. Я, например, прекрасно знаю свою ценность. И альфы готовы многое дать, чтобы быть рядом. Его взгляд скользнул на Ская, и в нем было столько намека, что Нани едва не задохнулся от ярости. — Как мило, — процедил он. — Значит, ты продаешь себя за внимание альф? Акира не обиделся. Наоборот, рассмеялся — низко, глубоко: — О, детка, я не продаю себя. Я позволяю избранным насладиться моей компанией. Это разные вещи. — Акира один из лучших эскортов в городе, — добавил Скай, его голос звучал ровно, но в глазах плясали огоньки. — Тысячи за ночь. И он стоит каждого цента. Нани почувствовал, как внутри что-то ломается. Он резко встал, швырнув несколько купюр на стойку. — Наслаждайтесь друг другом, — бросил он и направился к выходу. — Хирункит, — окликнул Скай. Нани обернулся у двери. Альфа встал, оставив Акиру за стойкой, и подошел ближе. Слишком близко. Его феромоны накрыли Нани волной, и омега почувствовал, как блокаторы начинают давать сбой. — Ты злишься, — тихо сказал Скай, и в его голосе звучало что-то похожее на удовлетворение. — Интересно, почему? — Мне плевать на твою личную жизнь, — прошипел Нани. — Неправда, — Скай наклонился ближе, его губы почти коснулись уха омеги. — Тебе не плевать. Ты весь дрожишь от злости. Или это что-то другое? Нани оттолкнул его — слишком резко, слишком эмоционально. Несколько посетителей обернулись. — Не трогай меня, — его голос сорвался. Скай смотрел на него долгим взглядом, и в его глазах промелькнуло что-то темное, почти хищное. — Следующая гонка в субботу, — сказал он спокойно. — Увидимся на трассе. Посмотрим, сможешь ли ты сосредоточиться на дороге, когда твоя голова занята... другими мыслями. Он развернулся и вернулся к Акире, который наблюдал за сценой с любопытством и легкой улыбкой. Нани выскочил из бара, чувствуя, как ноги подкашиваются. Он дошел до своего мотоцикла, оперся о него руками и попытался отдышаться. Что это было? Почему он так отреагировал? Скай имел полное право встречаться с кем угодно. С десятком омег. Это не касалось Нани. Но образ Акиры, обвивающего руку альфы, его приторные феромоны, довольная улыбка Ская — все это горело в голове, как раскаленное железо. — Нани? Он обернулся. Санта стоял рядом с Пертом, оба смотрели на него с беспокойством. — Ты в порядке? — мягко спросил Санта. — Ты выглядишь... — Я в порядке, — отрезал Нани, натягивая шлем. — Просто устал. Перт обменялся взглядом с Сантой, затем посмотрел на вход в бар. Его глаза сузились. — Скай внутри? Нани не ответил, завел мотоцикл. Рев двигателя заглушил все остальное — голоса, вопросы, собственные мысли. Он рванул с места, не оглядываясь. --- Санта проводил его взглядом, затем повернулся к Перту: — Что произошло между ними? Перт молчал, глядя на дверь бара. Затем тихо произнес: — Скай играет в опасную игру. И я не уверен, что он понимает, во что ввязывается. — А Нани? — Нани... — Перт вздохнул. — Нани еще не понял, что уже проиграл. Просто не хочет в этом признаваться. Санта нахмурился, но не стал расспрашивать. Вместо этого он взял Перта за руку, переплетая пальцы. — Пойдем отсюда. Мне не нравится это место сегодня. Перт кивнул и позволил увести себя прочь. Но последний взгляд он бросил на бар, и в его глазах читалась тревога. --- Внутри Скай смотрел на дверь, через которую исчез Нани. Акира положил ладонь ему на плечо: — Ты жесток, Скай. — Это называется стратегия, — холодно ответил альфа. — Нет, — Акира покачал головой. — Это называется отчаяние. Ты пытаешься вызвать у него ревность, потому что не знаешь, как еще привлечь его внимание. Скай резко обернулся к нему: — Я плачу тебе за компанию, а не за психоанализ. Акира пожал плечами, допивая свой коктейль: — Ты платишь мне за то, чтобы я играл роль. Но мы оба знаем, что тот омега значит для тебя больше, чем ты готов признать. — Он встал, поправляя пиджак. — Удачи, Скай. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Он ушел, оставив альфу одного за стойкой. Скай заказал еще виски, но даже алкоголь не мог стереть образ из головы. Образ Нани — дрожащего от ярости, с горящими глазами, готового сорваться. «Я достал тебя», — подумал Скай, и в груди что-то болезненно сжалось. — «Теперь ты не сможешь думать ни о чем, кроме меня». Но победа почему-то не приносила удовлетворения. Только пустоту, которая становилась все глубже. И предвкушение субботней гонки, которая обещала стать чем-то большим, чем просто соревнование.