teen and pregnant

***

      К удивлению Минхо, родители Джисона приняли его хорошо. Без осуждения и без претензий. Просто начали заботиться о Джисоне и Чонине.       Минхо разрывался между учёбой, работой и заботой о больном Джисоне. По утрам ему всё ещё было некомфортно завтракать за чужим столом, но с каждым днём становилось чуть легче. — Минхо, — голос папы Джисона вырвал его из размышлений. — Я собрал тебе обед, не забудь, пожалуйста, его. Вчера ты не взял. — Я… я не понял, это мне?.. — ему стало очень тепло на душе. Его всё ещё не принимали до конца в семью, но уже заботились. — Сони сказал, что в выходные хочет вернуться в Пусан. Ему уже лучше, а тут и правда маловато места для нас всех.       Минхо кивнул: Джисон и ему говорил про это. — Мы тут подумали: если тебе будет комфортнее, то можешь остаться тут жить. Комната Сони всё равно стоит пустая.       Минхо озадаченно посмотрел, пытаясь осознать, что предлагает папа Джисона. — Мы не собираемся устраивать разборки с твоими родителями, но если тебе нужно время остыть, то можешь пожить здесь. — Буду благодарен. Я знаю, что вы меня не особо любите.       Папа Джисона поставил перед Минхо чашку с кофе и отошёл к раковине. — Сложно любить мальчишку, который так поступил с моим сыном, — тихо сказал папа Джисона, протирая только что вымытую чашку. — Но я уважаю альфу, которым ты стал. Да, вы ещё слишком молоды и мало чего можете сами, но ты делаешь больше, чем многие взрослые. — Спасибо.

***

      В этом месяце он потратил уже всю зарплату на Джисона и ещё часть за прошлый месяц. Если он переедет пусть даже временно к родителям Джисона, то не сможет пользоваться деньгами родителей, а значит, денег на обеды у него считай не будет. Разумеется, у него были отложены деньги на переезд Джисона в Сеул, но он лучше поголодает, чем залезет в жестяную банку из-под датского печенья, где хранил деньги.       В университете отменили третью пару, так что Минхо смог потратить обеденный перерыв и третью пару на то, чтобы заехать к родителям и собрать себе вещи и учебники, и, конечно, банку из-под датского печенья. Чемодан оказался тяжёлым, и хоть родители Джисона жили минутах в двадцати пешком от дома Минхо, ему было тяжело. Хотелось вызвать такси, но это было нерационально.       Он не сбегал из дома, он не разрывал отношения с семьёй — просто ему нужно было немного времени. Минхо понимал, почему родители хотели этот тест и почему Джисон согласился, но он не понимал, почему не смог всё это остановить.       Джисон сидел на кухне, как взъерошенный воробушек, и пил чай, пока дедушка кормил Чонина. Минхо чмокнул его в растрёпанную макушку. — Ты поел? — спросил папа Джисона, засовывая в Чонина кашку. — Да. Спасибо. — Минхо хотелось сказать больше, но он не находил слов. — Я привёз немного вещей, надеюсь, вы не против. — В комнате Джисона всё равно полупустой шкаф. И есть стол для учёбы — не стесняйся.       Минхо посидел с семьёй ещё минут десять и поехал обратно на учёбу. После у него был индивидуальный урок танцев. Один из учеников решил готовиться к прослушиванию и попробовать стать айдолом. Минхо грустно улыбнулся. Мальчишка попросил пойти с ним на прослушивание и поддержать его. А ведь когда-то Минхо сам хотел пройти прослушивание — а теперь пойдёт с учеником.       За индивидуальный урок лучше платили, а денежка ему сейчас была нужна — скоро покупать проездной на метро. А ещё в выходные ехать с Джисоном в Пусан. Один он не сможет доехать. Скоростной поезд на двоих. Назад он поедет на автобусе — для экономии.

***

      Джисон не спал и ждал мужа. Чонин тихонько сопел и иногда дёргал ножкой. Когда Минхо вошёл в комнату, Джисон сидел на кровати в своей пижамке с Пикачу и скроллил ленту. Красивая пижама так и осталась где-то в квартире родителей. — Чего не спишь? — Тебя ждал. Думал, расскажешь про урок. — Урок как урок. — Ты помнишь о моей мечте, а я — о твоей. — Это старая мечта. Танцевать — это прикольно, и я всё ещё люблю это делать, но я не вижу это, как работу. Сейчас моя мечта — стать неприлично богатым адвокатом, чтобы вы с мелким купались в роскоши.       Джисон хихикнул. — Я придумал! Слушай, ты пойдёшь работать в юридический отдел JYP Entertainment, а я туда же — работать со звуком. Будешь защищать авторские права и айдолов.       Джисон радостно размахивал руками и хихикал, словно придумал какую-то шалость. — Вначале мне нужно будет закончить учёбу. — Работа может быть не только нудной, ты сам мне это показал. — Тебе вначале нужно закончить школу, а потом думать про работу.       Джисон залез на колени к Минхо и потёрся о его шею в районе запаховой железы кончиком носа. У Минхо только начинал появляться его запах, и он пока пах совсем немного. Джисону это всё было очень интересно, так как он ещё был недостаточно взрослым для этого. — Нам сейчас сложно, — осторожно начал Минхо. — Но знаешь, мне сейчас так хорошо рядом с тобой, что я не хочу думать о том, какой могла бы быть моя жизнь без вас. — Знаешь, Феликс всегда про нас говорит, хихикает. Говорит, что хороших альф разбирают ещё щенками, и вот я отхватил тебя ещё в школе. — Ну, наверное, он мудрый.       Минхо легко поцеловал Джисона, а потом проверил, нет ли у него температуры, от чего Джисон фыркнул. — Завтра нам рано вставать, так что пора спать. — Я скучаю по моей комнате в Пусане. Там на кровати мы помещались вдвоём. Я устал от того, что ты рядом, но мы не можем быть по-настоящему рядом. — Потерпи ещё немного. В субботу утром мы поедем в Пусан, а там всего ничего — полгода, и вы переедете в Сеул, и заживём, как семья. — Ты думаешь, твоя семья поможет после того, что мы устроили? — Мы устроили? — Ну… — У нас есть полгода, у меня есть накопления, твои родители тоже обещали добавить на квартиру. Снимем что-нибудь. Чонин пойдёт в садик, ты закончишь школу, поступишь в колледж — и заживём нормальной взрослой жизнью. — Полгода… — Мы можем остаться жить в этой комнате, но мы тут не помещаемся. А у моих родителей ты жить не хочешь.       Джисон активно замотал головой, давая понять, что точно не хочет туда. — Хотя если с тобой, я готов попробовать… — Ты довёл себя до больницы, пытаясь быть хорошим для всех.

***

      В Пусан они уехали утром в субботу. Скоростной поезд домчал их за пару часов, и вот они выходили на вокзале. Родственники приехали встречать их на машине. Папа Джисона уже рассказал им про ситуацию с ДНК-тестом.       Минхо думал, что у них есть два дня передышки — просто подышать. Возможно, он сможет встретиться с Чаном и поговорить про всю эту ситуацию.       Чем ближе они подъезжали к дому, тем веселее был Джисон. Он уже предвкушал, как сходит в душ, переоденется в домашнюю одежду и сможет валяться с Чонином в их уютной комнатке, из которой он так хотел сбежать в Сеул ещё пару недель назад. — Дома! — Джисон бросил сумку в холле и сразу прошёл в свою комнату, где бросился на кровать. — Я скучаааааал! — Ты мне не так радуешься, как этой кровати. — Не ревнуй! Лучше покорми Чонина и дай мне поспать в моей кровати. Подушечка, я скууучал… Одеялко милое… Только вы меня понимаете… и спина не болит по утрам…       Пока Минхо кормил сына, он успел написать Чану и напроситься на чашку кофе. Мысленно Минхо уже прикидывал, что хочет рассказать и о чём спросить Чана. В следующем году они с Феликсом тоже должны были переехать в Сеул, Чана ждало повышение по службе, так что Минхо надеялся сохранить эту дружбу.       И тут, когда Минхо уже собирался убаюкать сына и самому залезть в тёплую, нагретую Джисоном кроватку, раздался звонок в дверь. Минхо ожидал всего что угодно, кроме того, что на пороге стоял его папа. — Зачем ты приехал? — устало спросил Минхо. Он не хотел ругаться или выяснять отношения, просто полежать рядом с Джисоном. — Я подумал, мне нужно поговорить с вами двумя. — Джисон спит. — Я могу подождать. — Я не думаю, что это хорошая идея. Я попробую разбудить Джисона, может быть, он согласится выйти.       Минхо прошёл в их комнату и слегка потряс Джисона за плечо. — Папа приехал. — Нет, папа в Сеуле, он мне фотку только недавно скинул. — Мой. — Твой?! Зачем?.. — Джисон резко сел на кровати. — Сказал, что хочет поговорить с нами. Двумя. — Сейчас встану. Только обними меня. — Джисону нужно было немного тепла от мужа.       Тяжело вздохнув, Джисон пошёл на кухню. Он не стал переодеваться — он дома и не ждал гостей. Пижама с Пикачу подходит для такой ситуации.

***

      На кухне Минхо налил папе чашку кофе и не мог ничего даже предложить к нему. Они только приехали и не успели сходить в магазин, а угощать чужим печеньем он не мог.       Джисон вошёл на кухню и сел рядом с Минхо. Он не здоровался и ничего не говорил, просто кивнул. Папа Минхо положил на стол нераспечатанный конверт с тестом ДНК. Минхо узнал конверт и тут же хотел схватить его, но передумал. — Я приехал отдать вам конверт. — Папа-омега смотрел на них немного печально, видимо осознавая, что они устроили. — Мог бы и послать по почте. — В Минхо еще плескалось раздражение на себя, что он не смог защитить Джисона. — Я должен рассказать, почему твоему отцу так важны тесты ДНК. Ни я, ни он не считаем, что Джисон мог вести себя недостойно. — Папа тяжело вздохнул, отпил растворимый кофе, что ему приготовил Минхо. — Тогда зачем? — спросил наконец Джисон.

***

      Всё началось много лет назад. Минхо тогда было около пяти лет. Отец только начал работать над делами самостоятельно в новой фирме. И тут на него свалилось дело, которое казалось вначале простым, а потом всё оказалось не таким, как ему казалось.       Пришла семья. Им пришло анонимное письмо, в котором говорилось, что во время родов могли перепутать их ребёнка и ребёнка другой пары. Они не поверили, но решили побольше узнать про тесты ДНК — они тогда были очень дорогие, и можно было попробовать определить по группе крови. Это показало, что отец и ребёнок не могут быть семьёй, и тогда они решились на тест ДНК, чтобы доказать себе, что это всё ошибка. Но нет — и тест показал, что они не могут быть кровными родственниками. Они любили этого ребёнка больше жизни, а он оказался не их. Они могли бы смириться с этим и принять его, как родного, и забыть про всю эту историю, но осознание, что где-то там их ребёнок может не получать любви и заботы, разрывало сердце.       Так начался долгий процесс поиска второй семьи. Суд, чтобы заставить их сделать тест ДНК. Это длилось год. Обе семьи хотели оставить себе ребёнка, которого они растили с младенчества, и вернуть ещё и своего. Были бесконечные суды, пара попыток похищения, много угроз и прочего.       Когда тебе было около семи лет, отец так погрузился в этот ад, что взял тебя в больницу и сделал анализ ДНК тебе. Он хотел убедиться в том, что ты — это действительно ты и в больнице не произошло ошибки.       Я узнал об этом примерно через год. Я заставил его отказаться от этого дела, иначе бы это разрушило нашу семью. Суды до сих пор идут, хотя детям там уже по двадцать лет. Не знаю, чего хотел тот человек, который отправил то письмо через столько лет, но он разрушил их жизни — и детей, и родителей. И вот продолжает портить и нам. Прости нас, Джисон. Мы верили тебе, но паника всё равно иногда подступает. Очень страшно полюбить внука, а потом его могут отнять и сказать, что он не наш. — Это неприятно, но мне было всё равно. Я бы не простил, если бы Минхо хотел такой тест и сомневался в том, что Чонин — его сын. А вот Минхо было очень больно. Он даже сейчас сидит и не знает, что ответить. — Я помню, как отец отвёл меня в больницу и сказал молчать об этом. У меня брали кровь. А потом он повёз меня на аттракционы и купил много мороженого. Меня стошнило на карусели. — Я приехал сказать, что наша помощь не зависит от того, где ты живёшь, — папа посмотрел на Минхо. — Если ты решил остаться пожить у родителей Джисона, и они нам рассказали это, когда утром мы приехали искать вас, то это означает, что мы сильно ошиблись как родители. Минхо, твоё ежемесячное содержание так и будет поступать тебе на счёт, и мы держим слово насчёт помощи с квартирой. Сейчас это стоит таких денег, что отец начал переживать, и старые мысли вылезли, и в итоге он хотел как лучше, а ранил вас двоих.       Минхо молчал, Джисон лишь кивнул, пытаясь осознать рассказ. Он отлично понимал: скажи ему сейчас, что Чонин не их сын, — он бы его не отдал и дрался за него до последних сил. — Я не прошу простить нас, просто хотел, чтобы Джисон знал, что дело не в нём. — Я ценю, что вы приехали рассказать эту историю, — всё, что смог выдавить из себя Джисон. Он сидел, словно взъерошенный воробушек в своей глупой пижаме с чашкой паршивого кофе. Пока его школьные друзья переживали из-за тестов по математике, у него целое приключение с тестом ДНК.       Минхо ещё раз кивнул. — Я не хочу с вами ругаться, просто мне нужно немного времени привести мысли в порядок. — Мы тебя всегда ждём.       Они посидели ещё немного в неловкой тишине, а потом проснулся Чонин, и папа засобирался обратно в Сеул. Перед уходом он тайком положил несколько крупных банкнот в карман куртки сына. Закадровый голос:       Иногда самые страшные битвы в семье ведутся не между людьми, а с призраками, которых принесли с собой из прошлого. Призраками ошибок, страхов, невысказанных травм.