teen and pregnant

***

— Бельчонок, ты обещал мне не плакать, — осторожно начал папа. — Не помню такое! — Джисон надулся. — Ты обещал мне, что больше не будешь плакать в садике. — Но мне было пять! — Не важно. — Папа-омега подтолкнул Джисона к входной двери в детский садик «Одуванчик». Джисон вцепился в Чонина, сидевшего у него на руках. — Ещё слишком рано… Он не готов… — Это ты не готов? — Я не готов ещё меньше. — Это на четыре часа. Там будут другие дети, и если что, тебе сразу позвонят. — Я… Папа уже нажал на звонок. Воспитатель открыл дверь. — Кто это у нас? Малыш Чонин? Твой первый день, да? Чонин предупредительно завыл, а из глаз Джисона потекли слёзы. — Отдай его, — спокойно сказал папа. — Нет. Папа вздохнул и передал воспитателю сумки со всем необходимым. — Сони, всё будет хорошо. — Но он плачет же. — Всё хорошо, мы знаем, что делать. — Папа… — Ты обещал не плакать в садике. Давай попробуй, если будет всё плохо — заберёшь назад. — Всё правда будет хорошо. — Воспитатель протянул руки к Чонину, и тот продолжил цепляться за Джисона. — Давай, Сони… Джисон с трудом кивнул и протянул сына. Оказавшись на руках воспитателя, Чонин пополз по нему, пытаясь сбежать, но у воспитателя было секретное оружие — рисовая печенька. Чонин быстро пал и позволил унести его. — А как же… Папа вытолкнул Джисона, и теперь они стояли, прислушиваясь у двери. — Молчит. Значит, всё хорошо. Есть дети, которые орут, когда их приводят в садик, есть те, кто орут, когда не хотят уходить, а у меня было бинго: ты орал и утром, и вечером. — Прости… — Всё хорошо. Просто я не был готов, что ты опять будешь рыдать в детском саду. Они постояли так ещё десять минут, но всё было тихо. — Я же говорил. — Я так хотел садик, а это так тяжело… — Сони… может быть, тортик хочешь? Тебя обычно утешает сладкое. — Папа… — Мне нужно выпить кофе. Так что пошли. Если что, тебе позвонят. Я сам проверил, твои документы, твой номер там точно есть. — Хорошо…

***

Папа уверенно шёл к Bin coffee — единственной кофейне поблизости, а Джисон плёлся за ним. — Бельчонок, что ты хочешь? — Всё равно… Папа вздохнул и пошёл делать заказ. Джисону он взял сразу два куска торта и молочный коктейль. — Всё хорошо? — Нет. — Ты всё ещё переживаешь? — Я всегда переживаю. Но сейчас не про садик… — Боже мой, что ещё? Меня не было всего пару минут. — Пришли результаты из колледжей. Про допуск к экзаменам. — И что там? — Папа отпил кофе. — Не знаю ещё. Вон в рюкзаке лежат. Я нашёл конверты в почтовом ящике, когда выходил в садик. — Откроем? — Я… Я хочу свой тортик доесть. — Хорошо, тебе вкусно? — Да. Спасибо. Просто… Столько всего сразу… — Ты уже справился с самым страшным. Теперь осталось немного сложных вещей, и будет всё хорошо. Джисон кивнул и запихнул в рот приличный кусок торта. — Там разные конверты. — Что? — Когда поступаешь, приходит большой конверт — там всякие бумаги заполнить и буклеты. Один большой и один маленький. Где-то я провалился. — Но ты же не открыл ещё. — Я хочу просто отдохнуть чуть-чуть перед тем, как начинать всё это делать. — Подумай о хорошем: тебе ещё не звонили. Маленькому там хорошо. — Он продал меня за печеньку… — Весь в тебя. Джисон обиженно засопел. — Ты думаешь, мне легко? Я только сегодня понял, что если бы жизнь пошла немного по-другому, я ещё мог бы водить в садик детей, а не внука. Не могу сказать, что я был бы готов к этому, правда… — А я думал… Если бы я не переехал сюда, то Чонин мог пойти в мой садик и даже к тем же воспитателям, что учили меня… Капец… — Вот да, как ты говоришь, капец… Мне всего сорок пять… — Прости… — Я тебя люблю и люблю Чонина, и не могу себе представить, как это — жить без него. Папа посмотрел на часы. — Давай доедай тортик, мне пора. Раз всё тихо, я поехал на работу. Завтра сам справишься или опять будешь рыдать у садика? Джисон кивнул. — Можешь меня не ждать. Я тут ещё немного посижу. А про завтра… Это я завтра только узнаю. Я не планировал себя так вести… Правда… — Позвони и расскажи, как всё прошло. И про конверты. Папа чмокнул Джисона и ушёл. Тяжело вздохнув, Джисон проверил ещё раз телефон. Никто не звонил, ему только от Минхо было более десяти сообщений. Джисон: Всё хорошо. Вечером поговорим. Минхо: Держись! Джисон так тяжело вздыхал, что к нему подошёл бариста. — Всё хорошо? — Да, сын первый раз в садик пошёл… — Сын? Джисон покраснел. — Я старше, чем выгляжу… — Джисон показал Чанбину руку с кольцом. — Это я должен извиниться. Джисон издал непонятный звук, пытаясь выдавить из себя слова. — Я хотел сказать спасибо… тогда… ну… Ты подарил Минхо тортик… Ну вечером… Чёрт… — О! Это тебе так срочно нужно было сладкое? Джисон смущённо кивнул, а потом понял, что перед ним стояли два куска недоеденного торта. — Хочешь кофе? Угощаю. — Правда? Джисон смутился. Из альф, кроме Минхо, его угостить мог только Чан. Хоть Джисон и был с шестнадцати лет с Минхо, он понимал, что пока у него нет метки, для других альф он свободен. Вроде бы это просто чашка кофе, но они одни в кафе, и мало ли куда всё это могло завести. Хотя с другой стороны, Минхо тут был, и бариста его помнил. Казалось, это было и безопасно… но немного страшно. — Утренние клиенты уже ушли, дальше придут к двенадцати только. Мне пока скучно, а ты забавный, хоть поболтаем. — А хозяин не будет ругать, что ты угощаешь? — осторожно спросил Джисон. — Тут всё в порядке — хозяин это я. Чанбин улыбнулся и присел на то место, где сидел папа Джисона. Автоматически он смахнул крошки и убрал чашку на край стола. — Ого, и всё сам делаешь? — Я ещё не зарабатываю столько, чтобы нанимать людей. Так что да, работаю тут шесть дней в неделю. — Тяжело, наверное… — У тебя ребёнок, а это, как я слышал, вообще без выходных. Джисон хихикнул. — Ты не против латте-арта? Ну, когда на кофе рисуют? Я просто тренируюсь ещё… Джисон удивлённо посмотрел на Чанбина. — Прикольно, я такое вроде ещё не видел. Это когда сердечко там? Я обычно на вынос беру, на таком не рисуют. — Сердечко я уже хорошо рисую. Попробую панду нарисовать. — Вау! Панда… Джисон поймал себя на том, что слишком бурно реагировал. — Тогда пошёл готовить кофе. — А… Можно я видео сниму? Я тут разные шутки учусь монтировать… Хобби у меня такое… — Да пожалуйста, всё равно пока клиентов нет. Чанбин вернулся за стойку, а Джисон устроился на одном из высоких стульев и начал снимать. Альфе было очень тяжело не смеяться, так как Джисон так сосредоточенно всё снимал, что не замечал, как высунул кончик языка. Чанбин закончил и поставил перед Джисоном чашку. Панда получилась неплохой, но немного была похожа на енота. — Можно ещё раз? — Ещё кофе приготовить? — Нет, ещё раз поставить, словно перед клиентом. Чанбин кивнул. Забрал чашку и ещё раз осторожно поставил, повернув рисунком к Джисону. — Снято. Прежде чем отпить кофе, Джисон сделал ещё несколько фотографий. Для одной ему даже пришлось залезть на стул. — А ты реально забавный. Джисон фыркнул — он уже видел, как можно будет это всё смонтировать и какую музыку наложить. — Тебе не будет так смешно, когда увидишь результат. — Ок, давай так. Сейчас у меня в инсте кофейни максимально на одном посту может быть сорок лайков, если твой рилс наберёт сто лайков… получишь бесплатный тортик? Джисон хмыкнул. — А если тысячу? — Тогда подумаем. Чанбин был уверен, что это невозможно. Джисон же поставил себе цель на ближайшие дни. Кофе был крепким, а молочная пенка — нежной. Джисон не особо разбирался в кофе, но это было вкусно. Он даже прикрыл глаза, отпив очередной глоток. Чанбин же довольно улыбнулся.

***

Около двенадцати не только Джисон, но и несколько других родителей ждали, когда они смогут зайти и забрать детей. — Как мило, ты за братиком? Чёрт. Джисон собрался и выдавил улыбку. Рядом с ним стояло несколько омег ближе к тридцати и со следами многолетней усталости на лицах. — За сыном. — О! — выпалил самый разговорчивый из них и уставился на шею Джисона. Метки не было. — Я старше, чем кажусь, — фыркнул Джисо, — Поделиться названием моего крема? Наконец двери открылись, и Джисон смог зайти. Перед дверью в нужную группу было страшно. — Я за Чонином… Сегодня первый день… Воспитатель кивнул. — У него всё хорошо, вон играет с Мики. Мальчиком с Филиппин. И правда, Чонин и ещё один мальчик увлечённо обсасывали на пару пирамидку. Увидев Джисона, Чонин издал непонятный звук и помахал ручкой, от чего Джисон чуть не разрыдался в который раз за день.

***

Вернувшись домой, Джисон уложил Чонина спать на своей кровати и сам лёг рядом, не раздеваясь, — у него не было сил. Ему снилась очень странная панда, немного похожая на енота, которая бежала за ним с двумя конвертами. Один был синий, а другой красный, и нужно было сделать выбор. Чонин проснулся около двух часов и стал будить Джисона, засовывая пальцы ему в нос. — Ням! — Чонин настойчиво требовал перекус. — Сейчас… С трудом оторвавшись от кровати, Джисон встал и пошёл готовить. Покормив Чонина, он посадил его на полу с игрушками, а сам открыл ноутбук. Перекинув видео с телефона, он начал монтировать. Через пару часов у него было три рилса. Два достаточно стандартные, но один был его любимым: там Чанбин ставил перед ним чашку кофе с забавно сосредоточенным лицом, на видео он наложил модную мелодию так, чтобы главный акцент песни приходился на момент, когда чашка опустилась на стол. Джисон хихикнул. Это точно соберёт сто лайков, и он получит кусок торта, если Чанбин не обманет его. — Хочешь гулять? — Чонин отложил игрушку и посмотрел на папу. — Гулять? — Топ-топ? — Да. Джисон подхватил Чонина и потащил его в коридор, там надел на него курточку и запихнул в коляску. Телефон, рюкзак — и вот уже Джисон был готов выходить. До кофейни они дошли за пять минут. — Привет. — О! Ты опять пришёл. — Опять… — Тебе чего? У меня небольшая запарка. — Я пришёл показать, что смонтировал. Чанбин протянул Джисону свой телефон. — Можешь загрузить? — Ты даже не посмотришь? — Ну, точно не хуже, чем мои. Кофе сделать? — Капучино. С сиропчиком хочу. Я заплачу, ты не думай. Чанбин кивнул и вернулся к кофемашине. Джисон зашёл в аккаунт кофейни и поморщился. Пока Чонин грыз печеньку, у Джисона было минут десять, так что он быстро перекинул видео и фото на телефон Чанбина и загрузил три видео с правильной музыкой и тегами. Джисону не очень понравился результат, но раз это была не работа, а попытка получить кусок торта, то сойдёт. — Вот кофе. — Вот. — Джисон протянул телефон Чанбину. — Сто лайков — тортик, — Джисон ткнул пальцем в кусок модного радужного торта, — если будет тысяча, то я неделю буду пить тут кофе с сиропом. — Идёт. Чанбин протянул руку, и Джисон её пожал. Чанбин хотел ещё что-то сказать, но Чонин завыл, и Джисон поспешил на улицу.

***

Минхо вернулся около восьми вечера, когда Чонин уже сладко спал. — Ну, как всё прошло? Минхо бросил свой рюкзак в прихожей и подошёл к Джисону. — Я плакал. — А он? — Минхо притянул к себе Джисона. — А он у нас боец. У него даже вроде уже есть друг. — А ты с кем-нибудь познакомился? — Минхо поцеловал Джисона в висок. Тот так приятно пах жвачкой. — Я сегодня не был милым и хорошим омегой. — И что же ты сделал? Минхо утянул Джисона к дивану и усадил его к себе на колени. — Я грубо говорил с омегами в садике. Они… Такое сказали… — И что это было? Хоть Минхо и говорил мягко, его спина напряглась. — Они думали, что я пришёл за братиком… — И всё… — А потом, когда я сказал, что за сыном, они на меня ТАК смотрели. — Как? — Как на юного омегу с ребёнком и без метки. — Но кольцо… — Это украшение… — Сони… Минхо уткнулся в его плечо. — Я всё понимаю, но это всё так странно. В Пусане я всё время был со старшими омегами, и они не давали другим косо на меня смотреть, а тут ещё в кафе… — Что в кафе? Минхо старался не показать, что ему это всё не понравилось. — Я с папой зашёл в кофейню. Папа хотел кофе. — И что там было? — осторожно спросил Минхо, продолжая гладить спину Джисона. — Там был этот альфа, который угостил тебя тортом. — И… — Когда папа ушёл, он… Он… — Что он сделал? — Угостил меня кофе… — И всё? — Да… Но я не знаю, можно ли мне было это делать… Мы никогда не говорили про границы… Раз вы знакомы, это же ок? — Он флиртовал с тобой? Что-то сделал? — Нет. Просто… Мы были в кофейне одни… понимаешь, ОДНИ. Я никогда не ходил так… Чтобы только я и альфа… — А в Пусане? Ты же покупал себе кофе… — Там я брал на вынос всегда. С коляской же нормально не зайти было. Меня только Чан угощал чем-то… А тут… — Сони, всё хорошо. Почему ты себя так чувствовал? Было что-то опасное? Хочешь, я пойду с ним поговорю? — Нет, он хороший. Просто я без метки и… Знаешь все эти истории «ну он просто вкусно пах, и я не сдержался…»? Минхо прижал к себе Джисона и немного укачивал его, так же как он иногда делал с Чонином. — Я поговорю с ним. Обязательно. — Но он не сделал ничего плохого… — Просто как друг. Пусть знает, что если что, я приду и защищу тебя. — Я ещё кое-что сделал… — И что же ты сделал? — Я снял там рилс и поспорил, что моя работа наберёт больше лайков, чем самый популярный пост в его инсте. — А сколько там лайков? — Сорок. Минхо рассмеялся. — На что спорили? — На тортик. — Я могу тебе его купить. — Я сам могу, а хочу его выиграть. — Ок. Покажешь, сколько там лайков? Джисон выковырял из кармана телефон Минхо и зашёл в его инсту. Через пару минут поиска он нашёл страницу «Бин Кофе» и свои рилсы. На его любимом было уже сто двадцать один лайк. — Оу-у-у-у ее-е-е-ей! — Тише, разбудишь же. Минхо поцеловал Джисона. — А что на ужин? — Я сейчас накрою. Джисон поспешил на кухню. Хоть он сегодня и не готовил, у них был хороший ужин. Джисон ещё днём поставил рис на таймер и нарезал салат. — Как вкусно выглядит! Минхо утащил кусок огурца с тарелки. — Это папа приготовил… — Сони, я люблю тебя, ты же знаешь. Джисон смутился и отвернулся к раковине. Он, разумеется, знал про это, но вот так вслух… Смущало.

***

После ужина они вернулись на диван, и Джисон оказался на коленях у Минхо. В этот раз с определённой целью — получить свою долю нежности и поцелуев. — А что это… — рассеянно спросил Минхо. — Где? — Конверты. — Чёрт. Это из колледжей ответы по портфолио. Допущен я до экзаменов или нет. — Почему ты не открыл? — Смотри, там один маленький, другой большой. — И? Минхо в который раз за день не понимал логику Джисона. — Если большой — значит, там материалы и анкеты, значит, прошёл; если маленький, то вот эта вся ерунда «нам очень жаль, бла-бла-бла». Я пока не готов увидеть отказ. — Сони, нужно открыть сегодня. Возможно, нужно будет заполнить что-то и уже завтра отправить. — Тогда ты открой. Джисон обиженно засопел. Минхо взял большой конверт и открыл. — Поздравляю! Джисон выдохнул: хоть куда-то его приняли. Минхо открыл второе письмо. — Не нужно! Я не хочу это слышать. — Но ты прошёл. Тут просто все материалы по QR-коду. Джисон вспыхнул и прижался к спине Минхо. Сегодня был сложный день, но всё-таки хороший, а завтра он пойдёт за своим куском радужного торта. Заработал. Сам. Своими навыками. И метка у него обязательно будет. Закадровый голос: В первой главе Джисон сидел в школьном туалете, смотрел на две полоски и шептал «блин». Он так старался быть хорошим, что стал плохим для себя. А теперь, спустя два года, он огрызается на омег у садика, заключает пари с альфой в пустой кофейне и говорит мужу: «Я сегодня не был милым и хорошим омегой».Он всё ещё плачет, когда Чонин машет ручкой, боится открывать конверты и переживает из-за метки. Но завтра он пойдёт за радужным тортом, который заработал сам. А метка о которой он так переживал у него обязательно будет. Просто пока клыки у Минхо не выросли.