Фиолетовые крылья над лесом

Лес был не просто прекрасен – он был до жути странным. Его цветы, словно живые фонари, излучали мягкий, призрачный свет. Где-то в густых ветвях задорно хихикали невидимые существа, а на узловатых корнях древних деревьев, словно старые сплетницы, вели оживлённые беседы перешёптывающиеся грибы, обсуждающие последние лесные новости. Всё здесь дышало колдовством и тайной. Хлоя, облачённая в потёртые кожаные штаны и простую льняную рубаху, осторожно раздвинула цепкие кусты и замерла в изумлении. Перед ней простиралось завораживающее зрелище – порхающее море бабочек. Сотни, тысячи, миллионы фиолетовых созданий кружили в воздухе, словно живое, искрящееся сияние. Она несмело вытянула руку, и одна из них, трепетная и почти невесомая, опустилась ей на ладонь. Её крылья, покрытые тончайшей пыльцой, мерцали нежными оттенками лаванды и аметиста. – Не трогай. Хлоя вздрогнула от неожиданности и резко обернулась. Перед ней стоял высокий юноша. Нет, пожалуй, не совсем юноша… Его уши, острые и изящные, выдавали его нечеловеческую природу. Длинные волосы, цвета лунного серебра, обрамляли лицо с тонкими, аристократическими чертами, а в глубоких, пронзительных глазах, казалось, отражался сам фиолетовый свет таинственного леса. Он был одет просто – в скромный зелёный плащ, искусно подпоясанный плетёным ремнём, – но даже в этой простоте чувствовалась необъяснимая грация и сила, словно он был неотъемлемой частью этого зачарованного места. – Ты кто ещё такой? – нахмурилась Хлоя, терпеть не любившая, когда её пугают. – Я хранитель, – ответил он. – Меня зовут Минхо. А ты – нарушительница. Хлоя демонстративно фыркнула. – Нарушительница чего? Я всего лишь иду по лесу. Или у вас тут есть таблички «Проход воспрещён»? Хранитель чуть прищурился, словно пытаясь понять, говорит ли она всерьёз или просто шутит. – Здесь нельзя находиться чужакам. Лес не терпит посторонних. – А он на меня вроде не жалуется, – усмехнулась Хлоя и, словно в доказательство своих слов, показала ему бабочку, безмятежно сидящую на её ладони. – Видишь? Ей я нравлюсь. Минхо хотел было что-то возразить, но бабочка вдруг вспорхнула с её ладони и, словно подтверждая правоту девушки, начала кружить вокруг её головы. – Странно, – пробормотал он, нахмурив безупречные брови. – Обычно они так не делают. – Может, я особенная? – Хлоя весело подмигнула. – Или просто аура хорошая. Он недовольно фыркнул, но Хлоя не могла не заметить, как в его строгом взгляде промелькнула тень любопытства. – Ладно, – неохотно произнёс он. – Раз уж ты здесь… Пойдём. – Куда? – насторожилась Хлоя. – Я покажу тебе то, что ты должна знать, прежде чем решишь остаться. Хлоя подумала, что звучит это несколько подозрительно, но, признаться честно, её уже неудержимо влекло вперёд любопытство. И потом, если этот надменный эльф и вправду является хранителем леса, то, вне всяких сомнений, ему известны вещи, о которых она никогда не слышала. А она обожала истории. Минхо шёл впереди уверенным шагом, будто сам был частью этой извилистой тропинки. Хлоя же то и дело спотыкалась о коварные корни деревьев, застревала в густых зарослях или отвлекалась на что-нибудь блестящее, будь то переливающийся камушек или редкий цветок невиданной красоты. – Ты идёшь слишком медленно, – бросил он через плечо, не оборачиваясь. – Я иду в нормальном темпе! – возмутилась она, надув щёки. – Просто твои эльфийские ноги, наверное, в два раза длиннее моих! – Дело не в длине ног, а в привычке, – отрезал он. – Я привык к лесу. А ты – нет. – Простите великодушно, что я не каждое утро брожу по зачарованным тропам! – парировала Хлоя, но в глубине души лукаво улыбнулась: впервые за долгое время кто-то общался с ней не как с «милой путешественницей», а как с обычным человеком – без притворного восхищения и ненужных церемоний. Вскоре они вышли к небольшой поляне, залитой лунным светом. В самом её центре росли грибы – огромные, высотой с человека, источающие мягкое, нежное голубое сияние. Они тихо напевали что-то неразборчивое, и Хлоя вдруг почувствовала, как её веки предательски тяжелеют. – Эй! – Минхо легонько хлопнул её по плечу, возвращая в реальность. – Не слушай их слишком внимательно. Это сонные грибы. Они убаюкают любого, кто засмотрится на них слишком долго. – То есть… они поют колыбельные? – удивлённо прищурилась Хлоя, пытаясь сфокусировать взгляд. – Какое полезное растение! У меня соседка в прошлой деревне каждую ночь так оглушительно храпела, что стены тряслись… Вот бы ей такой гриб в спальню. Минхо раздражённо вздохнул: – Люди… Вы всё превращаете в глупые шутки. – А как иначе выжить в этом безумном мире? – беспечно рассмеялась Хлоя. Дальше они встретили старое дерево, в коре которого был отчётливо виден огромный узор в форме человеческого лица. Дерево лениво приоткрыло глаза и зевнуло во всю ширь своего деревянного рта. – Опять гости? – проворчало оно гулким басом. – Минхо, ну что за дурацкая привычка приводить сюда девушек… Хлоя не смогла сдержать заливистый смех, а Минхо, казалось, моментально вспыхнул от смущения и вскинул руки в примирительном жесте. – Это совсем не то, о чём ты подумала! – А я вообще ничего не думаю, – сквозь смех проговорила Хлоя. – Но спасибо, дерево, теперь точно буду. – Хм, шутница, – пробурчало дерево и снова погрузилось в глубокий сон. Минхо обиженно посмотрел на неё, но Хлоя заметила, как в его глазах на мгновение промелькнула искорка веселья. В конце концов они добрались до старинных руин, густо поросших мягким, влажным мхом. Замшелые камни источали слабое, тусклое фиолетовое сияние, а вокруг них беспорядочно кружили всё те же бабочки. Только теперь их полёт казался каким-то вялым и бессильным. Крылья дрожали, а когда-то яркие цвета заметно поблёкли. Хлоя нахмурилась, почувствовав внезапное беспокойство. – Они… заболели? Минхо опустил взгляд, избегая её прямого вопроса. – Да. Лес умирает. Магия слабеет. – Но почему? – её голос прозвучал тише, чем она ожидала. – Тому есть причина, – уклончиво ответил он. После чего замолчал на несколько долгих мгновений, словно подбирая подходящие слова. – Но это не то, что я рассказываю случайным незнакомцам. Хлоя вызывающе скрестила руки на груди. – Тогда считай, что я уже почти знакомая. Я знаю, что у тебя в лесу растут грибы-певцы, живут болтливые деревья и летают слишком честные бабочки. По-моему, это уже на подружку тянет. Минхо впервые за всё время едва заметно улыбнулся. Совсем чуть-чуть, лишь уголками губ. – Ты странная. – Зато искренняя, – лукаво подмигнула Хлоя. – Так что выкладывай всё как на духу. Он долго и внимательно смотрел на неё, будто старался прочесть её мысли и увидеть скрытые мотивы её поступков. И наконец, после невыносимо долгой паузы, нарушил молчание: – Лес болен из-за древнего проклятия. Давнего и очень сильного. Если его не снять, бабочки исчезнут… а вместе с ними – и весь лес. Хлоя, не отрываясь, смотрела на дрожащую бабочку, которая из последних сил цеплялась за её ладонь. – Тогда давай снимем это проклятие, – уверенно произнесла она, хотя сердце бешено колотилось в груди от охватившего её волнения. – Вместе. Минхо на некоторое время погрузился в задумчивое молчание, но Хлоя заметила, как в его глазах промелькнуло что-то новое – не просто настороженность и недоверие, а слабая, едва уловимая искра надежды. – Может быть, – тихо произнёс он. – Может быть, и вместе.

***

Хлоя, удобно устроившись на поваленном дереве, с любопытством наблюдала за тем, как Минхо разводит костёр прямо посреди поляны. Огонь, словно по волшебству, оказался совсем не обычным: пляшущие языки пламени переливались всеми оттенками фиолетового и голубого, не обжигая, а словно лаская руки приятным теплом. Хлоя заметила, что на поясе у Минхо висят ножны с длинной, изогнутой рукоятью. – Это меч? – спросила она. – Да. Лес опасен даже для хранителя, – ответил он, подбрасывая ветку в костёр. – Волшебный костёр, – мечтательно произнесла Хлоя, протягивая ладони к теплу. – Мне бы такой в дорогу. Никакого дыма, никаких искр, которые только и норовят подпалить юбку. – Юбка у тебя и так слишком короткая для дикого леса, – сухо заметил Минхо, бесцеремонно нарушив её идиллию. Хлоя в притворном удивлении приподняла бровь. – Вот как… Стало быть, приглядываешь? Минхо неловко кашлянул и уставился в огонь, стараясь не встречаться с ней взглядом. – Я просто говорю как есть. – Ну-ну, – с усмешкой протянула Хлоя, – она не могла не заметить как в отблесках пламени отражаются его глаза – глубокие, тёмные, бездонные, но в то же время в них проскальзывало что-то неуловимо ранимое и беззащитное, словно он носил в себе какую-то глубокую, тщательно скрываемую тайну. – Так что за проклятие? – сменила она тон, стараясь придать своему голосу серьёзность. Минхо помедлил, будто собираясь с мыслями, а потом медленно, словно нехотя, начал свой рассказ: – Давным-давно, когда этот лес только зарождался, люди и эльфы жили здесь в мире и согласии. Они вместе охраняли его, бережно собирали целебные травы, трепетно ухаживали за волшебными бабочками. Всё в лесу держалось на хрупком равновесии. Но однажды появился колдун. Жадный и злой человек, для которого власть и нажива были превыше всего. Он захотел подчинить себе магию этого леса, чтобы использовать её в своих корыстных целях. – Знакомая история, – не удержалась от комментария Хлоя. Минхо лишь коротко хмыкнул в ответ, но, тем не менее, продолжил свой рассказ: – Его изгнали, но перед тем как покинуть лес, он наложил на него страшное проклятие. С тех пор лес медленно угасает, теряя свои волшебные силы. А первыми, как ты, наверное, уже заметила, слабеют волшебные бабочки – неразрывно связанные с магией этого места. Если они исчезнут окончательно, лес превратится в безжизненную пустыню. – И снять это проклятие сможет только… – Хлоя подалась вперёд, стараясь не пропустить ни единого слова. – Только Цветок Сердца, – тихо ответил Минхо. Голос его при этом звучал как-то приглушённо, словно он произносил слова древней молитвы. – Он растёт в самом сердце заколдованного леса – в месте, куда ещё не ступала нога смертного. Даже многие эльфы не решались туда соваться. Там путников поджидают смертельные ловушки, древние чудовища… и сама Тьма, которую когда-то выпустил на волю злой колдун. – Цветок Сердца, – продолжил Минхо, – отзывается только на того, в ком нет тьмы. На того, кто пришёл с чистым сердцем, без жажды власти. Поэтому я не могу его сорвать – я слишком давно здесь, и лес уже стал частью меня, а я – частью его проклятия. Нужен кто-то со стороны… кто рискнёт собой ради других. Хлоя задумчиво повертела в руках сухую веточку. – Звучит как идеальное место для романтического свидания. Минхо едва не поперхнулся от её неожиданного заявления. – Свидания?! – А что? Приключения, опасности, звёзды над головой… Всё как в приключенческих романах. Он закатил глаза к небу, но уголок его губ предательски дрогнул, выдавая лёгкую улыбку. – Ты просто неисправима. – Именно поэтому со мной никогда не бывает скучно, – самодовольно улыбнулась она. – Слушай, если всё настолько плохо, то почему ты до сих пор не отправился на поиски этого цветка? Минхо надолго замолчал. Хлоя заметила, как он напрягся, словно она затронула какую-то больную тему. – Потому что я – хранитель, – наконец тихо произнёс он. – Я должен оставаться здесь и оберегать лес. Если я уйду, он станет беззащитным. – Но если ты останешься, лес умрёт, – мягко возразила Хлоя. Наступила тишина, нарушаемая лишь треском поленьев в костре. Минхо, казалось, не слышал её слов. Его взгляд был устремлён в никуда. Вскоре он вскинул голову и посмотрел на неё. – Ты права. Но в одиночку мне не справиться. Хлоя, не раздумывая, выпрямилась во весь рост. – Значит, бери меня в свою команду. – Тебя? – с явным сомнением переспросил он. – Ты даже через безобидные кусты не сможешь продраться, не подняв при этом переполох на весь лес. – Зато я умею находить выходы из самых безвыходных ситуаций, – самоуверенно подмигнула Хлоя. – А ещё у меня отличное чувство юмора. Поверь, в путешествии это очень важный навык. Минхо невольно улыбнулся – впервые открыто и искренне, без тени недоверия. – Ладно. Будь по-твоему. Хлоя, сияя от радости, тут же протянула ему руку. – Значит, мы напарники? Он, казалось, заколебался. С недоверием посмотрел на её протянутую ладонь, а затем нерешительно коснулся её своей. Его прикосновение было тёплым, но вместе с тем робким и осторожным. – Напарники, – тихо подтвердил он, глядя ей прямо в глаза. И в этот самый момент над ними пролетела стая фиолетовых бабочек. Их крылья всё ещё слегка дрожали от слабости, но Хлое показалось, что они стали светиться чуть ярче, чем прежде. Минхо провёл рукой в воздухе. Хлоя увидела, как вокруг поляны замерцал едва заметный фиолетовый купол. – Что это? – спросила она. – Защита. Ненадолго. Этого хватит, чтобы мы могли отдохнуть, – ответил он, опускаясь на землю.