Цепи и Шёлк.

Я скулю, когда его член начинается медленно двигаться с небольшой амплитудой, будто разрывая мои внутренние стенки. - Чем больше ты сжимаешься, тем больнее тебе. - подмечает Массимо. И он прав. От боли я напрягаю все свои мышцы, при этом влагалище тоже сильнее обхватывает его член, доставляя мне ещё больший дискомфорт. Я тяжело дышу, пытаясь расслабиться. Мой крик разносится по комнате, когда он входит до конца. - Тихо. - снова рычит Массимо и свободной рукой закрывает мне рот, а второй всё ещё держит мои руки. Я скулю и постанываю, пока он медленно качается вперёд назад, вызывая внутри меня жжение. Мой мучитель выдавливает ещё смазки и проталкивает палец мне в лоно, затем снова заменяет его членом. - Давай, расслабься ещё немного, у тебя почти получилось. - подбадривает Массимо, пока я дышу, будто избитый щенок. Мое тело покрылось потом от такого стресса. Я сильнее раздвигаю ноги, надеясь, что так болевые ощущения утихнут, но это лишь даёт Массимо возможность протолкнуться в меня до упора. Снова вскрикиваю. - Больно! - Я знаю, что больно. Привыкай. Черт, твоя пизда ужасно узкая, не хочет принимать мой член. Давай, раскройся для меня. - он похлопывает меня по щеке, и у меня кружится голова. Его большое тело, медленно вгоняющее член в моё тёплое местечко, его слова и взгляды - это то, что заставляет меня растекаться по кровати. Я начинаю расслабляться. Его рука тянется к моему клитору, пальцы начинают вырисовывать круги на чувствительном местечке, и я впервые вскрикиваю не от боли. Черт, я буквально не чувствую ног от двойной стимуляции, это так хорошо. Массимо замечает перемены в моём самочувствии и ухмыляется. Это даёт ему сигнал, что можно ускоряться. Он глубже вводит свой член в моё тёплое, мокрое от смазки и выделений лоно. Я ахаю и прикусываю губу. Почему моё тело так реагирует? В моем подсознании отключился огонёчек, отвечающий за стыд. Я не слежу за тем, как выгляжу, пуская слюни себе на грудь. Из моих губ срываются всё новые стоны. Он хватает меня за горло и с рыком ускоряется. Я закатываю глаза от его доминации. Рука на моём горле ощущается так хорошо. Я не замечаю, как начинаю выгибаться ему на встречу, моё тело становится ещё более горячим и податливым для него. Я чувствую, как узелок внизу живота потихоньку начинает завязываться, и я стискиваю ноги. Он резко хлопает меня по бедру, от чего я тут же возвращаю их обратно. Ноги будто онемели от этого нарастающего чувства. В такт моему рваному дыханию и бешенному пульсу, мои стоны становятся чаще и громче. Массимо сильнее сжимает моё горло и ускоряется. Я чувствую лёгкую боль, но это ничто по сравнению с сильной волной, обрушивающейся на меня в эту же секунду. Мои ноги дрожат, а мышцы постоянно сокращаются, пока я сжимаю кулаки, всё ещё находящиеся в его руке и опускаюсь на подушки. Он продолжает врезаться в меня твёрдым членом, пока не входит до упора, изливаясь внутрь. По прикрытым глазам и тяжёлому дыханию я понимаю, что он кончил. Страх возвращается вместе с пониманием того, что я могу забеременеть. Я быстро пытаюсь оттолкнуть его, но он всё ещё держит моё горло. - Не дёргайся. Орсон принесёт тебе таблетки сегодня после ужина. - тяжело дыша, шепчет мне на ухо Массимо. Я киваю и расслабляюсь. Возбуждение будто рукой снимает, и лампочка стыда снова загорается в моей голове. Я краснею и отвожу взгляд. Чёрт, я вела себя так пошло, будто шлюха! Массимо усмехается. Любое моё изменение не проходит мимо него. - Поздравляю, ты не девственница теперь. И не надо тут краснеть так, как будто минуту назад ты не стонала и глазами не умоляла трахать быстрее. Не строй из себя невинную. - хмыкает он, вынимая член и садясь рядом на кровати. Я отвожу от него взгляд. Киска всё ещё ужасно болит и опухла, но вместе с этим приятное ощущение всё ещё растекается по моему телу. Массимо уже застёгивает пуговицы на рубашке и встаёт. Его высокая большая фигура никогда не перестанет вызывать во мне смешанные чувства. Страх. Отвращение. Восхищение. Всё же теперь я чувствую, будто мной воспользовались, хотя в глазах таких как он, полагаю, я и есть всего лишь вещь. Массимо хмурится, будто читая мои мысли, но молчит. Он надевает пиджак и поправляет рукава. - Одевайся и приведи себя в порядок. Ужин через двадцать минут, за тобой придут. - снова сухо бросает он, как и всегда, затем молча уходит. Я остаюсь сидеть в растрёпанными волосами и смотреть в пустоту. Моя жизнь дошла до того, что вместо выпуска из приюта и жизни в новой квартире я трахаюсь с чертовски богатым и таким же чертовски опасным мафиози. Боль разрывает моё сердце, и из глаз катятся слёзы. Самое обидное, что моё тело так предательски реагировало на его прикосновения, а в голове была пустота, сменившаяся на до сих пор тлеющее блаженство. Чувствую себя грязной, ведь мне не должно такое нравится. Я не такая. Я не шлюха. Смотрю на время и понимаю, что надо собираться. Другого выхода теперь, увы, нет, хотя его и не было у меня последние два с половиной года, пока я находилась в борделе. Вздох. Иду в ванную, чтобы расчесать волосы и нанести макияж. Глаза загораются при виде дорогой и качественной косметики так, что я даже не знаю за что ухватиться. Замазываю синяки под глазами, наношу румяна, рисую стрелки и крашу ресницы. В завершении добавляю блёсток на веки. Я смотрю на себя в зеркало и не узнаю. Не то, чтобы раньше я себе не нравилась, но в период нахождения в рабстве могу сказать, что я не сильно любила своё лицо и тело по понятным причинам. Моё тело всё ещё выглядит исхудавшим и безжизненным, но лицо стало чуть красивее. Волосы блестят на свету от дорогого бальзама, который я использовала. Так красиво. Высушив волосы, я добираюсь др шкафа с одеждой. Столько новых дорогих вещей, что мои глаза разбегаются. Чувство стиля мне было присуще всегда, но вот возможности воплотить все образы из моей головы у меня не было. Зато сейчас, когда мне дали всё, что нужно, я даже не знаю, что надеть. Мои руки тянутся к серебряному платью, усыпанному блёстками и стразами. Так подходит под мой сверкающий макияж! Я хватаю платье и сразу же бегу к зеркалу. Смотрится неплохо, но меня снова расстраивают мои торчащие кости. Надеюсь, что скоро я смогу поправиться. Как раз в момент, когда я надеваю белые балетки, идеально сидящие на моей ступне, в комнату входит охранник. Всё тот же. Я так полагаю, это и есть Орсон. Мужчина даже не смотрит на меня, лишь тараторит, будто заученный текст: - Мисс, босс ожидает вас на веранде. Я молча киваю, направляясь за ним. Орсон ведёт меня по лестнице на первый этаж, затем мы выходим в тот прелестный сад, который я видела, когда мы подъезжали к дому. На улице уже стемнело, но вокруг светло благодаря большому количеству уличных фонарей и огоньков. Это так завораживает. Я вижу небольшую веранду из тёмного дерева, построенную в античном стиле. Массимо сидит за огромным столом, расслабленно потягивая сигарету. Натягиваю улыбку для босса, но он никак не реагирует. Орсон отодвигает для меня стул, и я сажусь. Вся эта фальшивая грандиозность не выглядит чем-то искренним, что заставляет меня чувствовать себя странно. Стол усыпан едой, хоть мы и сидим с Массимо за одним столом, думаю, если я начну говорить, он едва сможет услышать меня с другого конца. Мой пульс ускоряется, когда он смещает весь спектр внимания на меня и проходится оценивающим взглядом по моему телу. - Плохо. - его голос звучит громом среди мёртвой тишины. Я в недоумении свожу брови, и моё волнение и дипломатичный настрой тут же смывает рукой. - Ты не знала, куда ты идёшь. Что, если бы я был тут не один? Хотела, чтобы все обратили на тебя внимание? - в голосе Массимо читается раздражение и нетерпимость. Я не понимаю о чём он. Ему не понравилось платье, которое я надела? - в следующий раз я очень сильно разозлюсь, если ты снова оденешься так. Ты должна убедиться, что будешь только со мной и после выбирать платье. Ты меня услышала? Он что, отчитывает меня, как маленькую девочку? Мне становится стыдно и я отвожу взгляд. - Я не слышу ответа. - раздражается сильнее он, и я слышу это. - Да. - тихо отвечаю я. - Замечательно. Я бы хотел поговорить о твоём дальнейшем прибывании здесь, о том, как сделать его комфортным для меня и для тебя. И безопасным конечно же. Для тебя есть перечень правил, которые ты должна соблюдать. В случаии несоблюдения ты получишь наказание. Тяжесть наказания зависит от тяжести нарушения. Это понятно? Я ошарашенно смотрю на него и нервно сглатываю. Правила? Наказания? Конечно в борделе девочек тоже могли пороть, но к счастью, меня никто не трогал. Видимо я не сильно кого-то возбуждала, чтобы издеваться надо мной. Ну или я была слишком молчаливой и послушной. Страх сковывает меня от слов о наказании, и я киваю. - Правил не так много. Первое правило - мне нужна от тебя покорность. Делать то, что я говорю. Второе правило вытекает из первого - не спорить. Если я сказал что-то сделать, то ты обязана это сделать. Третье правило - не иметь романтических или сексуальных отношений с кем-то кроме меня. Четвёртое - не одеваться откровенно. - он снова проходит по мне недовольным взглядом - последнее... Пятое правило - хранить верность своему боссу во всём. Я очень надеюсь, что ты сделаешь правильный выбор, дорогая Эвелин. - я сжимаю кисти рук под столом, стискивая платье от волнения. Страх неизвестного сильнее давит на меня. Что будет, если я не послушаю? Он ударит меня? Выбросит из дома? Запрёт? Что будет? - А... какие наказания будут?... - неуверенно выдавливаю я. - Разные. Физические наказания. Чтобы человек знал своё место, нужно показать ему это на деле, не так ли? - ухмыляется он, от чего по телу идут мурашки. Мне не хочется знать, что он подразумевает под этими словами. Надеюсь, что никогда и не узнаю. - если ты всё поняла, то давай поедим уже, ты наверняка голодна. После этих слов к нам подходят несколько мужчин с подносами в руках и ставят на стол первые и вторые блюда. Я морщусь. Зачем приносить ещё еду, если мы столько не съедим? К тому же, честно говоря, мой аппетит не в лучшем состоянии сейчас, и я не думаю, что съем много. Мой взгляд натыкается на пасту. Впервые за долгое время я ем что-то вкусное. Съедаю я немного, после чего ставлю тарелку в сторону и потягиваю сок из трубочки. Массимо не сводит с меня изучающего взгляда, под которым мне всё ещё неуютно. Поднимаю взгляд, замечая в его руке бокал вина. - Хочешь? - Я не пью. Извини. - кратко отвечаю я. Я даже никогда не пробовала алкоголь. - Выпей. - как бы завлекая, предлагает Массимо. - Нет, спасибо. - Я сказал выпей. Ты забыла обо всём, о чём я тут вежливо распинался? - рычит он, и я чувствую злость даже во взгляде его чёрных глаз. Моё тело напрягается, и я беру бокал из руки официанта, сразу же подбежавшего ко мне. Делаю глоток, щурясь от сильного жжения в горле, но вкус приятный. - Что ты чувствуешь? - Горько... но в то же время вкусно. - отвечаю я. Массимо ухмыляется. - Не отпускай это чувство. Чувство жжения и наслаждения сравнимы с ощущением боли и хорошего оргазма. Сейчас ты вряд ли поймёшь, о чём я говорю, но не забывай об этом. Я моргаю, пытаясь переварить смысл его слов. Мои щёки снова пылают от разговоров о сексе, но конкретно эти фразы вызывают во мне смешанные чувства. Слово "боль", конечно же, пугает меня, как и любого человека, но "наслаждение" заманчиво и в то же время обманчиво. Пока что я не могу представить, как боль может быть чем-то приятным. Это даже звучит дико. Я снова оборачиваюсь на его голос. - Всему своё время, дорогая Эвелин. _____________________________________________