Сказки на Самайн

Чтобы даже такая мощная вещь как спутниковый телефон, поймала сигнал, пришлось забраться на холм. В одиночку Олег бы это сделал запросто, но сейчас у него имелось отягчающее обстоятельство, поэтому подъём затянулся. И Волков в конце пути был намного злее, чем мог бы быть. В итоге первым, что услышал собеседник, был такой забористый мат, что какой-нибудь моряк устыдился. А бесился Олег совершенно справедливо. Будучи егерем, он жил и работал в тайге, в одном из самых отдалённых участков. Там не было ни дома отдыха, ни чего-то в этом роде. Поэтому Олег реально обалдел, когда дому подвалил вертолёт, а с ним не продовольственные запасы, а какой-то обсос. Вертолёт так резво взял с места, что у пилота Волков ничего выяснить не успел. Пришлось идти на холм, разумеется, с этим чертилой, потому что Олег давно решил — поганому омеге в его доме делать нечего. В итоге и состоялся этот разговор с диспетчером. — Тридцать седьмой участок у меня. Вы какого хера мне ебаного омегу всучили? Вы там совсем охренели?! — бушевал Олег. — И пилот у вас дебил, даже не объяснил мне ничего! — Подождите минуту, — ровным тоном отвечал диспетчер. — Тридцать седьмой участок…Олег Иванович Волков? — Уже двадцать девять лет как! Вы мне ответите, какого чёрта происходит? — Видимо, пилот ошибся. Тридцать седьмой “А” у него. Это южнее намного. Олег стиснул зубы. — Пусть тогда возвращается и забирает вот это! Я на осень, зиму и весну должен себе на шею приблуду повесить? — Постараемся выслать ещё один вертолёт… — Конец октября! Минимум до апреля никаких полётов! Что вы мне сказки рассказываете? — Олег Иванович, правда, постараемся. — Лучше бы вы мне вторую лошадь отправили или ещё одного сторожевого пса! — в сердцах крикнул Олег. А что было ещё говорить? Омеги — что-то вроде тараканов или крыс. От них один только вред. Даже от животных было больше проку: жеребец Никель помогал Олегу передвигаться по территорию вверенного ему участка, а лайка Пан служил помощником в охоте и помогал отгонять диких зверей от дома. Короче, Олегу ни разу не упёрся омега. В тайге жизнь была суровой, хотя всё необходимое для выживания у Олега имелось: крепкий дом, печь, запасы продуктов. Даже баня. Да, помимо выполнения егерских обязанностей ему приходилось таскать воду, рубить дрова, на которые шли старые и больные деревья, и порой сражаться с дикими животными. Бывало, что и Олег уставал, а он ведь привык к тяготам здешней жизни да и с детства усвоил, что раз он альфа, то должен быть сильнее омег. Ему слабость бы не простили. Омега мог заплакать и избежать тычки в зубы, а альфы получали вдвойне, если давали слабину. Впрочем, сейчас не было смысла думать. Они оба оказались в безвыходном положении: омега не мог уйти, а Олег не имел силы его выгнать. Конечно, он омег на дух не переносил, но не выставлять же его теперь? Олег посмотрел на своего внезапного гостя. Тот выглядел довольно утонченным, наверное, ничего тяжелее хера в руках не держал: высокий, с худым лицом и острым носом. Было в его чертах что-то аристократичное, но голубые глаза смотрели не свысока, а как бы спокойно. Без тупого смирения, но и с достоинством. — Хорош пялиться, – проворчал Олег и сунул спутниковый телефон в карман куртки и стал спускаться с холма. — Пошли домой, всё равно мне теперь никуда не деться от тебя. И тебе - от меня. До ближайшей деревни километров пятьдесят, вряд ли ты туда доберёшься по тайге. У тебя хоть вещи есть? — Есть, — омега потряс небольшим чемоданом, который Олег в порыве злости даже не заметил. — Но вряд ли такая одежда будет тут полезна. Когда выпадет снег, то, скорее всего, мне придётся сидеть дома всё время, а ты вряд ли этому обрадуешься. Олег хмыкнул. Внезапно, этот омега оказался довольно разумным. — Твоя правда. Тебя хоть как зовут? — Серёжа. Вопреки опасениям Олега, они с Серёжей очень неплохо ужились вдвоём. Словно чувствуя настроение хозяина дома, Серёжа старался быть максимально полезным, при этом не сильно отсвечивая. Жил в закутке, отгороженном для него Олегом, готовил еду, помогал ухаживать за животными. С Никелем у них установилась особенная связь: жеребец, ищущий компании, был рад, что появился новый человек, чего не скажешь о Пане. Пёс явно был однолюбом и Серёжу сторонился. Не бросался, конечно, но не выказывал особенного расположения, даже мог зарычать, когда Серёжа недостаточно быстро отходил от миски после того, как наполнил её едой. В середине декабря, когда быт уже совсем наладился и вошёл в привычный ритм, Олег в очередной раз собрался на обход территории, вышел рано, тихонько перехватив вчерашнюю гречку с консервами, чтобы не разбудить Серёжу. Оставил только записку о том, что постарается вернуться после обеда. Серёжа прочёл об этом, когда встал. Светло-серое утро заглядывало в окно, на печке стояла кастрюля с кашей. Серёжа позавтракал, привёл себя в порядок и вышел во двор. Никель в своём небольшом, но тёплом деннике, приветственно заржал. Подходя к нему, Серёжа бросил взгляд на пустующую будку Пана. Видимо, до сих пор только он составлял Олегу компанию: несколько дней назад Никель неудачно упал и ушиб переднюю левую ногу, так что Олег решил не нагружать его какое-то время. Вряд ли травма была очень серьёзная, Никель выглядел и чувствовал себя прекрасно, но явно не жаловался на дополнительные выходные. Серёжа выпустил его на улицу, почистил денник, притащил корма и воды. День обещал быть довольно скучным, по крайней мере, его первая половина. Серёжа немного поболтался во дворе с Никелем, попробовал поездить на нём. Вышло лучше, чем в первый раз, хотя Серёжа всё ещё держался не очень уверенно. Олег как-то сказал, что ему не помешало бы научиться ездить верхом, но в этом искусстве Серёжа пока не слишком преуспел. Зато наловчился запрягать Никеля в волокуши и вести в поводу. Так было намного удобнее привозить домой воду и дрова. Позже Серёжа вернулся в дом, сел порисовать, но скоро отложил это дело и взялся за нитку с иголкой. Хоть Серёжа и не был профессиональным ткачом, но вполне был способен поставить заплатки или пришить оторвавшиеся пуговицы. За работой время бежало быстро, Серёжа оторвался от своего занятия только тогда, когда услышал во дворе лай. Отложив работу, он вышел на крыльцо, чтобы встретить Олега, но увидел только Пана. Пёс замолк, очевидно, пытаясь отдышаться: рёбра под медной шкурой ходили ходуном, из широко раскрытой пасти валили клубы пара, морда и передние лапы почему-то были в крови. Заметив Серёжу, Пан снова заголосил, подбежал к нему, остановился в паре шагов и снова бросился назад, по собственным свежим следам. На сборы Серёжа потратил около пяти минут: в рекордно короткие сроки влез в тёплые штаны, нацепил ботинки, которые прежде принадлежали Олегу, а теперь служили ему, подогнанные под размер с помощью толстой стельки, накинул короткий, но тёплый тулуп. Ещё десяток минут ушло на то, чтобы запрячь Никеля: Серёжа нутром чуял, что Олегу нужна помощь и сам он до дома не дойдёт, а Серёжа его не донесёт. Когда всё было готово, Пан выскочил со двора, а Серёжа последовал за ним, управляя Никелем с помощью уздечки. Какое-то время вся процессия двигалась вслед за Паном. Серёжа не понимал, сколько прошло времени: казалось, оно вообще остановилось. Вокруг был один и тот же пейзаж, цепочка следов не прерывалась, все продолжали шагать. Серёже в какой-то момент показалось, что они заблудились или даже, словно заколдованные, идут, при этом никуда не продвигаясь. Отслеживать время можно было только благодаря погоде. Со временем поднялся ветер, облака сначала двигались, а потом сгрудились в одну гигантскую снеговую тучу. Когда пан привёл их к Олегу, уже пошёл мелкий снег. Олег привалился к стволу дерева, зажимая голень слабыми пальцами. Под ногой натекло не так чтобы сильно много крови, но достаточно, чтобы кожа у Олега побледнела, почти как у мертвеца. — Пришли. — Он улыбнулся посиневшими губами. — Пан молодец. И ты тоже. Он смотрел на Серёжу необычно ласковым взглядом, но это ничего не значило. Серёжа вообще решил отбросить все свои чувства и мысли. Сейчас у него была одна цель: доставить Олега домой. — Волки напали, — бормотал Олег, сквозь стиснутые зубы, пока Серёжа затаскивал его на волокуши. — Хитрые, суки. Зацепил один, я даже сначала не понял. — Дома расскажешь, — отрезал Серёжа. — Береги силы. Он запоздало понял, что забыл взять с собой хотя бы фонарик, в быстро сгущающихся сумерках видимость ухудшалась с каждой минутой, а снег усиливался. Серёжа торопливо развернул Никеля на сто восемьдесят градусов. Следы. по которым они пришли, скоро будут едва заметны из-за снега и тьмы. — Фонарик, — пробормотал Олег, вытащил из-за пазухи налобный фонарь и протянул его Серёже. Тот, нацепив ремешки, щёлкнул включателем. Что ж, по крайней мере, у них был свет. — Пан, домой! Пёс двинулся вперёд, Серёжа натянул уздечку, ступая за собакой след в след. Налегая на уздечку, будто это помогло бы Никелю двигаться быстрее, он пытался предугадать, удастся ли им всем выжить в этом марш-броске до дома.