Лисса

— Джордж, я тебе говорю это гениально! Она решила проблему меньше чем за сутки и отдала нам готовый экземпляр! — восхищался Фред в спальне.  — Гениальная идея, или гениальная Мелисса? Уточни этот момент пожалуйста. — с хитрой улыбкой подколол близнец, за что тут же получил несколько подушек в лицо. —Ладно-ладно. Даже если так, у нас всё равно нет тех заклинаний и веществ, которые она использовала. Так что придется оставить эту идею на полку «когда-нибудь потом». Фред тут же нахмурился. Брат как обычно слишком быстро обломил его грандиозные и яркие планы, не дав даже помечтать. Это было хуже всего — не сам отказ, а этот прагматичный тон, которым Джордж хоронил самую суть азарта.  —Я не понимаю тебя! Почему ты хочешь убедить меня в том, что мы должны стоять на месте? Нас уже обгоняют. Она не просто решила проблему. Она показала, что она решаема. Разве это не главное? — парень с бешенства начал мерить комнату шагами. — Главное — чтобы у нас были средства. У нас нет её знаний в древних рунах, чтобы стабилизировать магический контур, нет доступа к тем ингредиентам из континентальной Европы, которые она, я уверен, использовала. Мы делаем великие вещи из того, что есть под рукой. А её работа — это высокая магическая теория, смешанная с алхимией. Это другой уровень. — И что, мы так и останемся «практиками», которые делают прыгающие носы? Пока такие, как она, будут двигать магию вперёд? Ты хочешь, чтобы нас вспоминали как клоунов, а не как новаторов?  В этой фразе прозвучала не просто обида, а настоящий страх — страх остаться в весельчаках, так и не совершив чего-то по-настоящему великого. Джордж сел, и его лицо стало серьёзным. Он уловил эту ноту. — Я хочу, чтобы у нас был свой бизнес. Успешный и стабильный. А для этого нужно знать свои сильные стороны. Наша сила — в доступности, в массовости, в том, чтобы любой мог купить кусочек волшебства за несколько сиклей. Её сила — в эксклюзивности и сложности. Это другая ниша. Мы не можем прыгнуть выше головы, просто потому что нам захотелось. — Захотелось? — Фред фыркнул, и в его голосе впервые зазвучала не шутливая, а горькая усмешка. — Это не просто «захотелось». Она… она увидела механизм. Разобрала его до винтика и собрала заново, но лучше. Она взаимодействовала с нашей идеей на полном серьёзе. Когда в последний раз кто-то относился к нашему творчеству не как к баловству, а как к… инженерии? Джордж промолчал. Это был точный удар, ведь он и сам ценил это. — И что ты предлагаешь? — наконец спросил он, сдаваясь под напором энтузиазма. — Просить её стать нашим личным алхимиком? Ты видел её расценки. Она берёт не только галеонами, но и личной выгодой. Мы не можем себе этого позволить. Фред остановился у окна, глядя на тёмные воды озера, где отражался огонёк с дурмстрангского корабля. — Я предлагаю не покупать её. Я предлагаю… сотрудничать. Найти то, что можем предложить только мы, а не только галеоны. То, что будет ценно для неё. А мы… — он обернулся, и в его улыбке снова появился знакомый огонёк, но теперь в нём был расчёт. — Мы специалисты по тому, чтобы взламывать системы и находить лазейки. Даже если эта система — человек. Джордж задумчиво потер подбородок. Идея брата была безумной, пахла авантюрой. Но в ней был главный компонент, которого часто не хватало их планам: фокус на уникальной потребности другой стороны. — Ладно, — вздохнул он. — Но нужно же что-то предложить ей?  — Потом придумаем. — отмахнулся Фред, но в его глазах уже горел план. Он смотрел не на брата, а куда-то в пространство, выстраивая новую схему. Не схему устройства, а схему взаимодействия.

***

В Большом зале сегодня было особенно шумно. После вчерашней вечеринки и выбора участников турнира все обсуждали главные произошедшие события. Мелисса плавно вошла в зал, сразу ища глазами за столом Слизерина хоть одну знакомую фигуру. И нашла. Теодор сидел хмуро, смотря в свою тарелку. А рядом с ним сидел больно довольный Блейз, воркуя с Эмили Роуквуд; тихая однокурсница Драко Малфоя, но слишком проницательна для него. Закатив глаза, Лисса ускорила шаг, приземляясь рядом с Ноттом, и тихо приветствуя всех. Из диалога мулата девушка уловила, что после её ухода с вечеринки началось самое интересное: Дурмстрангцы с пьяной дури начали демонстрировать всем тёмную магию, именно ту, которой учат у них. «Случайно» попали в нескольких людей, а потом, не удосужившись извиниться, начали обливать всех липким морсом, прикрывая это шуткой и весельем. А команду сборной по квиддичу Болгарии за шкирку забрал Каркаров, который объявился без предупреждения как гром, выгоняя всех посторонних с корабля криками «К чертям!», так что уже к утру успели разлететься слухи о том, что он был пьян или под действием чар.  Она безнадежно помотала головой, мысленно представляя как это реально было. Вдруг со стороны входа в зал послышался женский визг. Катц уже догадалась кто был причиной данной бурной реакции. К сожалению, ещё не все девушки Хогвартса взяли автограф у Крама и его команды, поэтому парень с друзьями остановился у входа, быстро оставляя кляксы на пергаментах и своих фотографиях для фанаток. Когда девушки разошлись, рядом нарисовался Рональд Уизли, который с трясущимися руками подошел с Виктору, ожидая внимания, но… его даже не заметили. Тео и Лисса прыснули со смеху, наблюдая за этой картиной. Да, жалко его однако.  Как только парни подошли к столу Слизерина с невозмутимым лицом, не понимая смеха друзей, Катц, сквозь сильно улыбчивое лицо, которое буквально светилось, рассказала как это выглядело со стороны.  — Nein! — с ужасом возмутился Крам, — Я его просто не заметил, я не хотел его обидеть!  — Ты немного теряешь, отказывая Уизли. — с пренебрежением отозвался Забини, кидая взгляд в сторону Гриффиндора.  —Ой, ну всё-всё. — прервала язвительный поток девушка, — Сейчас подойдем к нему.  И как бы друзья не хотели отказаться от этого смутного предложения, они всё равно встали вслед за Лиссой. Волков ходил за ней тенью, настораживая этим всех вокруг. Подойдя к рыжей макушке, которая как обычно сидела в окружении Поттера, Грейнджер и своих братьев, Крам неловко помахал рукой, вызывая этим приступ шока у людей рядом. Девушка вновь закатила глаза и приняла инициативу на себя: — Виктор хотел сказать, что сожалеет о том, что не заметил тебя. Ну, ты как игрок понимаешь, усталость, вечное внимание, да? — говорила Слизеринка, краем глаза замечая на себе много непонимающих, но внимательных и враждебных лиц. — Ты хотел автографы от всей команды? Все с радостью подпишут твой пергамент! Или что там у тебя…  Рон сидел, открыв рот. Если бы не подзатыльник от Джорджа, возможно, он так бы и не очнулся. Он быстро достал всё необходимое и сборная команда по квиддичу Болгарии оставила свои широкие почерки. Признаться, они не планировали это делать, но… что-то их заставило это сделать, в виде  взгляда подруги. Со всей командой Катц общалась лично, и со всеми имела теплые отношения, они часто общались и ездили друг к другу на каникулах, поэтому оставить очередную кляксу расстроенному фанату не представляло трудности.  Уизли выдавил тихое «спасибо», и в том же шоке проводил компанию глазами до выхода. Как только они покинули зал, вокруг Рональда скопилось огромное количество людей, таращась на пергамент. Полный комплект автографов лучшей команды. Даже Диггори подошел посмотреть на это краем глаза, не скрывая зависти.  — Сколько ты заплатил за это? — с интересом задал вопрос Колин Криви.  Рон перевел на него взгляд. Шок его уже отпустил, сменяясь широкой улыбкой на всё лицо.  Близнецы переглянулись. Что вообще происходит вообще?  Но Фред быстро сообразил: нужно действовать сейчас, а не откладывать на потом. Поэтому рыжий быстро схватил за руку своего брата и втянул в толпу, в которой все двигались монотонно после завтрака. Где-то там же и находилась причина действий: Мелисса. Нужно её найти, выцепить, поговорить и без лишних глаз. Как это сделать Фред ещё не знал, но делился планами с Джорджем, скрупулёзно пробираясь сквозь толпу, задавливая первокурсников.  Сегодня судьба удивительным образом была на стороне рыжих: Дурмстрангцы прощались с друзьями, уходя в сторону корабля на вторую за это утро тренировку, Блейз уже уходил с Роуквуд, и лишь Теодор стоял рядом. Но он ничуть не смутил близнецов на своём пути.  — Катц! — чуть громко сказал Фред, когда уже поравнялся с девушкой, — Минуту.  Нотт сложил руки на груди, уже предвкушая этот разговор. Лисса посмотрела равнодушным взглядом, но всё равно ей не удалось скрыть какого-то интереса, который лишь на секунду проявился в ней. Или она специально не скрывала его?  — Уложишься в минуту? — лишь коротко спросила девушка.  Джордж ухмыльнулся и быстро достал из своей сумки те самые перчатки, вызывая немые вопросы на лицах слизеринцев.  — Твой апгрейд, —начал Фред, — Он гениален. Мы его протестировали. Кристалл не просто держит заряд, он его умножает. Мы такого не проектировали. — Я рада, что ваши тесты прошли успешно. — сухо ответила она, делая шаг, чтобы пройти дальше. — Подожди, — он её не задерживал, просто продолжил говорить, и это заставило её замедлить шаг. — Дело не в комплиментах. Дело в том, что мы не можем это воспроизвести. А хотели бы. Твой метод, твои руны... это уровень, до которого мы физически не можем дотянуться без соответствующих знаний. — Ваш вывод? — холодно спросила она, но в её позе появилась едва уловимая готовность слушать. Её работу разобрали и поняли. Тео цокнул, недовольный тем, что она вообще продолжает разговор с ними. — Вывод — ты растрачиваешь талант, — сказал Джордж, и в его голосе не было шутки. Только констатация.  — Ты варишь зелья для Снейпа и чинишь хлам для таких, как мы, когда могла бы проектировать артефакты для тех, кто в них действительно нуждается. Но для этого нужны две вещи: репутация и... канал сбыта, свободный от предрассудков. Она медленно подняла бровь. Он говорил на её языке — языке возможностей и систем. — У нас есть канал, — продолжал Фред, понизив голос. — Для серьёзных вещей. Маскировочные устройства, портативные щиты, средства связи — то, что нужно не ученикам, а взрослым волшебникам, которые... сталкиваются с проблемами. Людям, которые ценят эффективность, а не факультетские цвета. У нас есть налаженные связи в Хогсмиде и не только. Но нам не хватает архитектора. Кого-то, кто может превратить сырую идею в безупречный магический прибор. — Твой талант — в фундаменте, — настаивал Джордж, поймав нужную волну брата — на котором эти идеи можно построить. Мы предлагаем тебе лабораторию, полную проблем, которые стоит решать, и аудиторию, которая оценит, что ты гений, а не твою фамилию.  Они предлагали признание в ином кругу, вызов её интеллекту, выход из тесного мирка школьных интриг в реальную, взрослую магию с последствиями. И что ключевое — они признавали её превосходство в своей области, не унижаясь, а предлагая союз. — Вы говорите о подпольном цехе, — сказала Мелисса, но в её голосе уже не было отказа, только анализ рисков. — Я говорю о мастерской, — парировал Фред. — Без бюрократии Министерства и предвзятости профессоров. Ты будешь первой, кто увидит чертежи. И последней, кто поставит на них свою магическую печать. Твоё слово будет решающим в том, что пойдёт в дело. Это твоя доля в бизнесе, который может изменить правила игры. Мелисса молчала, явно просчитывая. — Почему я? — наконец спросила она. — Вы же можете попросить кого-то из своих... или нанять. — Потому что ты сделала из нашего хлама шедевр за ночь, — ответил Фред без тени иронии. — Потому что ты не побежишь сплетничать МакГонагалл. И потому что... — он понизил голос, — потому что я видел, как ты смотришь на наши шутки. Не как на дурость, а как на механизм. Ты разбираешь вещи в голове. Нам нужен именно такой человек. Не наёмник. Партнёр. Катц помолчала с минуту, быстро анализируя предложение в голове, и выдала: — Известность гениальности не прокормят. Вы говорите без меня ваши изобретения «не такие»? Значит, я хочу половину от всей прибыли.  Нотт ели сдержал свой шок, чтобы прямо сейчас не высказать подруге о её глупости. Сделка с Уизли? Звучит как бред. Но прямо сейчас он разворачивался у него на глазах.  — Не здесь, — оглянулся Фред. — После уроков. Классическое место — кабинет на втором этаже, тот, что с рыцарем. Только ты и мы. Джордж принесёт черновые схемы. — Только? — в её голосе зазвучал лёгкий скепсис.   — Боишься? — в унисон и с огоньком в глазах спросили Уизли. — Смешно, — Лисса уже поворачивалась, чтобы уйти, схватив Теодора. — После уроков, в 18:00, не опаздывайте. Мое время дорого. Девушка вела своего друга за руку быстро и резко, не желая оборачиваться на него и смотреть ему в глаза. Она и так прекрасно знала, что он скажет, как посмотрит и что будут говорить его немые действия по типу тяжёлых вздохов. Не сейчас. Она интуитивно пробиралась сквозь толпу, в которую она слепо попала, пока обрабатывала весь диалог с Уизли в своей голове.  Тео тоже знал, что он скажет, как посмотрит и что в неё кинет, но пока ему пришлось мириться с выбросом эмоций подруги в таком немом виде. Он даже не собирался вырывать руку, останавливаться и перечить ей как-либо. Нотт молча строил схему как выбраться оттуда, куда его ведёт слизеринка, сжимая его руку так сильно, что на коже оставались следы её ногтей. Но парень всё ещё шёл. Пока не врезался в спину Катц, настолько она резко остановилась. Посмотрев на ситуацию вокруг, а потом переведя взгляд на руку друга, она начала тараторить извинения полушепотом, взяв руку Теодора настолько нежно, насколько была способна, будто это нежное пёрышко. — Лисса! — шатен вырвал наконец свою руку и обратил внимание на себя. Мелисса молча кивнула и хотела подойти ближе к Нотту, но тот лишь кинул, — обниматься с Блейзом будешь, а нам ещё на Древние руны нужно успеть. Как ты вообще ум…умудрилась сюда зайти!? Услышав ломанную русскую речь, которую её друг молча запомнил и воспользовался в нужный момент, Катц улыбнулась. Не такой Тео уж и привередливый и нудный как все говорят! Точнее, Теодор.  Мелисса решила оставить обсуждение произошедшего на потом, когда об этом узнает и Забини. Он уж точно не сдержится и, как-нибудь, да назовёт её нецензурно. Но будет прав. 

***

В комнате Катц на секунду воцарилась тишина. Потом и на минуту. На кровати сидела Лисса её взгляд был устремлён не в стену, а внутрь, в быстро сменяющиеся схемы, прогнозы и цепочки связей. Блейз развернул стул спинкой, уложив голову на локти, и молчал, осмысляя рассказанное подругой. А Нотт прихорашивался около зеркала, пытаясь скрыть глубокие раздумья. — Ты только что добровольно влезла в пасть к двум гриффиндорам, чья репутация равна репутации взрыва в кабинете зелий. Зачем? — спросил Тео, его голос был низким и ровным, без повышения тона. — Они предлагают не шутки, — попыталась объяснить Лисса, но её тут же прервал Нотт.  — Идиотская риторика, но точная по направлению удара. Они просекли твою слабость — тебе скучно.  Катц закатила глаза и хотела что-то ответить, но ей не дал этого сделать Блейз, всего лишь подняв палец вверх: — Позволь уточнить, — его голос был лишён обычной лени. — Ты вступаешь в деловые отношения с дуэтом, чья деловая репутация сравнима с репутацией обезьяны с гранатой в фарфоровой лавке. Это сознательный выбор или временное помутнение рассудка? — Это стратегический захват ресурсов, Блейз, — сказала Мелисса ровно. — Их ресурс — непредсказуемость и доступ к каналам, которые для нас закрыты социальными фильтрами. Мой ресурс это знания. Вопрос не в «зачем», а в «как удержать контроль». Мои первоначальные условия —прибыль.   — Подожди. Давай разберём по пунктам, как на тех дурацких дебатах Слизерина, которые я терпеть не могу, — начал мулат, приняв позу светского критика. — Во-первых, репутация. Ты, Мелисса Катц, чьи предки составляли библиотеку для Екатерины Великой, будешь ассоциироваться с двумя клоунами, чьё самое сложное изобретение — это зловонная бомба? Это всё равно что надеть платье от Диор на гоблинский аукцион. — от него это звучало так легко и привычно, почти небрежно, но каждое сравнение било точно в цель её гордости.  — Половина прибыли — это смешно. Ты требуешь не процент от продаж. Ты требуешь патентное право и право на любое применение твоих модификаций. Твоё имя не фигурирует, но твоя магическая подпись в приборе должна стоить им отчислений с каждой единицы. Навсегда. Я составлю договор. Обычными чернилами и магическими. Они его, конечно, проигнорируют, но это создаст давление. Но юридическая бумага — это последний рубеж обороны. Она сработает, если всё пойдёт крахом. — Ты, Теодор, говоришь о договорах и патентах. Это хорошо. Это скучно, но правильно. Но он упускает главное: они непредсказуемы. Они — хаос в рыжих волосах. А хаосом нельзя управлять контрактами. Им можно только… дирижировать. А для этого нужен доступ к их слабостям. У тебя его нет. У меня — мог бы быть. — Он позволил этой фразе повиснуть в воздухе, дав ей понять: он уже видит возможные рычаги влияния. — Верно, — согласилась Мелисса. — Поэтому нужен первый рубеж. Тот, что не даст всему пойти крахом.  Теперь оба друга смотрели на неё. Она была не просителем, а командующим, ставящим задачи. Блейз оценивающе поднял бровь. Его раздражение сменилось профессиональным интересом. — Первый рубеж, — повторил он. — То есть, упреждающее влияние. Сделать так, чтобы им было невыгодно тебя обманывать. Или, что лучше, неинтересно. Ты хочешь, чтобы я занялся… социальной инженерией? — Я хочу, чтобы ты создал для них такую реальность, в которой их самый выгодный путь это путь сотрудничества со мной, — уточнила Катц, вылезая наконец из своих внутренних схем и расчетов в голове. — Не через угрозы. Через желание. Ты же любишь говорить, что элегантнее предложить человеку самому выбрать нужную тебе дверь, чем тащить его в неё силой. На губах Блейза появилась та самая улыбка — улыбка художника, получившего вдохновляющий заказ. — О, это уже звучит как проект. Создать для двух живых ураганов иллюзию свободы выбора, ведущую к нужной нам цели… — его взгляд стал мечтательным. — Это потребует тонкости. Нужно будет изучить их мотивацию, их язык. Не словарь, а то, что ими движет. Азарт? Признание? Жажда нарушить правила? Мы сыграем на этом. Возможно, через их тщеславие. Или через их… братскую динамику. Теодор фыркнул, но это был фырк одобрения. — План «А»: мой договор. План «Б»: его театр. А план «В»? — спросил он, глядя на Мелиссу. — Твой. На случай, если и договор, и театр провалятся. Что исключено, конечно же. — добавил он чуть тише, но девушка услышала и чуть усмехнулась. — План «В» — это то, почему они ко мне и пришли. Я — единственная, кто понимает, как работают их устройства на уровне фундаментальных принципов. Я могу не только улучшить, но и… деактивировать. Навсегда. Без возможности восстановления. Если они предадут сделку, они потеряют не партнёра. Они потеряют все свои будущие «гениальные» идеи, потому что я внедрю в их основу магическую мину замедленного действия, которая сработает при попытке обойти наши условия. Они этого не узнают. Пока не станет слишком поздно. В комнате повисло новое, глубокое молчание. Даже Блейз замер, впечатлённый беспощадной элегантностью общего плана. — Боже, — наконец выдохнул Забини с трепетом. — Ты не просто гений, дорогая. Я в деле. Мне уже не терпится наблюдать за этим. Теодор кивнул, и в его глазах читалось уважение и понимание. Его подруга не просила спасать её от её же ошибки.  Лисса снова стала неподвижной. Теперь в её голове запускался следующий расчёт: первые слова на встрече, язык тела Фреда и Джорджа, их больные точки. Ей нужно всё. Из гениальных раздумий вырвал мулат своим уверенно-наглым тоном:  —Я буду на той встрече. Не в комнате, снаружи. На случай, если их «дело» окажется чем-то, за что исключают. — он проигнорировал резкий взгляд подруги, но заметив такой же от Тео, быстро добавил, — Мы будем.  — Или на случай, если кто-то надумает вставить свои пять копеек. — прибавил Нотт, явно намекая на Ивана.  Но Мелисса это тактично проигнорировала, направляясь на встречу к Уизли.