Shaman king: Плетение туманной судьбы

Природа Хоккайдо всегда была по-своему прекрасна, хоть и сурова. Жители уже давно привыкли к жёсткому климату, поэтому могли без страха трудиться в поселеньях в самый лютый для тех мест мороз. Рейсана была одной из тех, кто тоже абсолютно не боится холода, она даже научилась им управлять. - Эй, Акару, посторонись! - раздался звонкий женский голос откуда-то с вершины склона, а потом резкий скользящий звук и скрежет снега под сноубордом. Ловко балансируя на изящном сноуборде, вниз съехала девушка, чье лицо скрывали широкие очки. Акара отряхнулся от снега и закатил глаза. - Рей, ты могла быть поосторожней, особенно со мной, еще пару таких снежных ванн и я стану как снеговик. Акару осуждающе смотрел на девушку, но ей казалось было абсолютно все равно, она светилась каждый раз, когда устраивала такие трюки и её падала со сноуборда. Не зря отец ее учил с самого детства, правда в 10 лет она таки сломала руку, ох, и досталось им тогда от мамы, уж слишком та была тревожной. - Я и так осторожна, просто ты вечно крутишься у меня под ногами, - стянув маску, Рей показала другу язык и пошла в сторону дома. А парень лишь покачал головой и последовал за ней, а то эта шебутная девчонка могла вляпаться в любую историю. Ее дом располагался недалеко от главного поселения, современный, с большими панорамными окнами на втором этаже. Дом мечты - как называли родители, это что-то среднее между особняком и уютным семейным гнездышком. Рейсана на мгновение остановилась перед домом и вздохнула, всего пару дней и ей придётся надолго попрощаться с этим оплотом покоя и тепла, ведь ей предстояло найти свой путь, и этот путь она начнет в прекрасном городе Токио, где уже давно выжидает ее самый вредный и самый близкий друг, который написал уже сотню смс о том, что если она не приедет в скором времени, то от скуки можно будет лезть на стенку. Ее мыли прервал звонкий голос отца. - Рей, идем домой, ты вся в снегу, - он кивнула в сторону дома и зашел внутрь. Отец. Это самый противоречивый человек, которого она знала, в один день он может быть моляаливый, а в другой болтать без умолку с мамой и носится по дому с младшим братом. Так и не скажешь, что этот мужчина был когда-то одним из "пяти великих воинов", про которых с упоением рассказывал Рю и тайно восхищался Хана. Неужели время настолько меняет людей? Хотя о чем говорить, прошло столько лет, он уже давно не участвует в битвах, возятся вместе с мамой на огромных полях белокопытника и в очередной раз меняют дома люстру, которая и так была неплохая. - Мам, я дома, - звонко произнесла Рейсана, снимая верхнюю одежду, - мам? Девушка нахмурилась и прошла вглубь дома, в поисках мамы. Но интриги не случилось и ее мать Селия, возилась на кухне, попутно записывая какой-то новый рецепт. Все было так обычно и до боли знакома, отчего у Рейсаны невольно сжалось сердце. Как она будет без этого? Но девушка постаралась быстро прогнать посторонние мысли, ведь не торчать же ей всю жизнь здесь? Хотя мысль была довольно манящей. Селия повернулась к дочери и тепло улыбнулась, от улыбки ее красивое лицо становилось еще светлее. - Тревожишься из-за поездки, детка? - женщина поставила перед дочерью чашку с чаем и села напротив, - не волнуйся, в любом случае ты всегда можешь вернуться домой, если тебе покажется, что это не твое. Мы с папой поддержим любое твое решение. Рейсана поджала губы, она любила и одновременно не терпела такой родительской поддержки, потому что отрываться от этого было все сложнее. - Да нет, мама, все в порядке. Просто немного тревожно справлюсь ли, хватит ли у меня навыков. Хорохоро появился в проходе бесшумно. - Ты прекрасная шаманка, а там ты сможешь отточить свои навыки шамана. Рейсана лишь кивнула, все больше погружаясь в свои мысли. Вокзал Токио. Первое июля 2025 года. Машина такси будто нарочито неспешно увозило ее в Фунбари Онсен, энергетику которого девушка чувствовала от самого вокзала, земля словно дрожала, вибрировала, а духи вокруг так и норовили что-то нашептать ей. - Черт, какая сильная аура, - прошептала себе под нос и сжала виски. Способность считывать ауру она унаследовала у матери, и иногда ей было очень сложно контролировать эту способность, особенно если место было энергетически мощным. Таксист обеспокоенно повернул голову, спросив все ли в порядке у юной леди, Рей лишь кивнула, стараясь глубоко дышать. И чем ближе машина приближалась к горячим источникам, тем настойчивее становились голоса в голова и один она слышала так явно, будто это кто-то рядом шептал ей на ухо. "Следуй за мной, Рей-тяни, следуй за мной". Девушка помотала головой и закрыла уши, прислушиваясь к своему личному внутреннему голосу, как ее учила мама и вроде как помогло, настойчивый Голос исчез, оставив после себя лишь легкую тошноту и головокружение. - Мы на месте, мисс. Вы выглядите бледной, вас укачало? - таксист как назло был невероятно заботливым, поэтому чтобы побыстрее избавиться от этого участия, она сверху суммы дала ему еще чаевые, и он уехал, оставив ее с вещами рядом с местом, о котором она столько слышала и чего греха таить иногда бывала, но сейчас оно было каким-то другим. Более,, наполненным. Фунбари Онсен. Тот самый. - Ты что пешком из Хоккайдо шла? - из размышлений её выдернул до боли знакомый голос. - Нет, летела на Пегасе, Хана-кун. Разве так встречают долгожданных гостей? - Рейсана улыбнулась и подмигнула Хане, отчего тот фыркнул и жестом пригласил ее зайти в дом. Здесь все было как обычно, правда стол был накрыт такой, будто целая орава гостей придёт. Рю постарался, как всегда. Его голос был как и прежде жизнерадостным, он всегда был рад ей как собственной дочери. - А вот и малышка Усуи пожаловала, настоящая копия своего отца. Как поживает мой ледяной дружок? - Рю обнял девушку с невероятной теплотой, Рейсану всегда удивлял факт того, что он так и не обзавёлся своей семьей, растили вместе с Тамао Хану, забыв о собственных жизнях. - Папа передавал тебе привет, - когда объятия прекратились, они сели за стол, Рейсана поделилась новостями, рассказывала о минутианцах, о том, как родители ездили в Африку, помогая там с едой и водой, а также, что ее младший брат теперь не просто делает шаги, а полноценно носится под дому, снося все на своем пути. Диалоги были бытовыми, не затрагивая действительно важную тему, все понимали, что о деле стоит говорить, когда все соберутся здесь. После ужина ей не спалось, даже мелкая дружеская перепалка с Ханой не смогла расслабить ее мозг, поэтому Рей решила прогуляться. Воздух в Фунбари Онсэн был густым и обволакивающим, пропитанным запахом серы и влажного камня. Струйки пара, словно призрачные змеи, извивались между мшистых валунов и старых кедров, создавая таинственный, полупрозрачный занавес. Рейсана Усуи медленно шла по тропинке, вдали от шумной группы участников турнира. Её лёгкие ботинки бесшумно ступали по влажному грунту. Она чувствовала себя здесь и чужой, и своей одновременно. Горячие ключи били из самых недр земли, и их древняя, дикая энергия резонировала с её собственным фуриоку, шепча о чём-то давно забытом. «Ветер здесь ленивый... и слишком влажный», — подумала она, останавливаясь на краю небольшого, уединённого источника, скрытого в каменной нише. Вода в нём была цвета молочного опала, и пар над ней колыхался, словно живой. Рейсана присела на корточки, запустив пальцы в воду. Тепло приятно разлилось по руке, и она на мгновение закрыла глаза, прислушиваясь к тихому гулу земли. Внезапно её внутренний покой, её слияние с местом, было нарушено. Не резко, не грубо, а словно в тихую мелодию вплелась чужая, идеально отлаженная нота. Она не услышала шагов — их попросту не было. Она почувствовала присутствие. Аура была прохладной, чёткой и невероятно сконцентрированной, как лезвие. Янтарные глаза Рейсаны медленно открылись, их вертикальные зрачки сузились, адаптируясь к пару. На противоположной стороне источника, словно материализовавшись из самого тумана, стоял юноша. Его стройная, но поджарая фигура в простой тёмной одежде сливалась с тенями скал. Короткие, идеально уложенные чёрные волосы обрамляли андрогинное лицо с тонкими чертами и пронзительными, ясными глазами, в которых читался безмятежный, но неотрывный анализ. В его позе была стальная выправка, а в спокойствии — скрытая сила, напоминающая собранную перед прыжком кошку. Он казался частью этого сурового, каменистого пейзажа. Незнакомец молча смотрел на Рейсану, и его взгляд был лишён любопытства, но полон глубинного изучения. Казалось, он за несколько секунд считывал каждую деталь: заплетённые в косу обереги, старые ботинки, шрам над бровью. Рейсана, обычно сдержанная, почувствовала лёгкий укол раздражения от этого безмолвного допроса. Она не любила, когда её рассматривают, как экспонат. — Вы тоже сбежали от всей этой суеты? — наконец нарушил тишину юноша. Его голос был ровным, тихим и достаточно высоким, чтобы на секунду посеять в Рейсане сомнение, но в его интонациях чувствовалась мужская твердость. Рейсана медленно поднялась, стряхнув с пальцев капли тёплой воды. Её интуиция, тот самый дар, шептала ей о скрытой силе, скрытой за этим спокойствием. Это была не сила стихии, а сила воли. — Суета мешает слышать, — тихо ответила она, встречая его взгляд. — А здесь... многое можно услышать. Уголки губ незнакомца дрогнули в подобии улыбки, но в его глазах не было веселья. Скорее, понимание. — Согласен. Шум толпы заглушает важные сигналы. — Он сделал паузу, его взгляд скользнул по клубящемуся пару. — Ибуки. Гакко Ибуки. «Рейсана. Усуи Рейсана», — представилась она в ответ, на мгновение задержав взгляд на его изящных, но сильных руках. Внутри неё что-то перевернулось — странное осознание, что её первоначальное восприятие было обманчивым. Гакко кивнул, словно имя что-то ему сказало. Его взгляд на мгновение задержался на татуировке-мондзи «дождь» на тыльной стороне ладони Рейсаны. — Усуи... Род, что чтит договор с землёй и ветром. Интересно. — Он произнёс это не как комплимент, а как констатацию факта, вывод в своём внутреннем исследовании. — Вы только что приехали? Первое впечатление от Онсэна? Рейсана повернулась лицом к источнику, позволяя тёплому пару окутать своё лицо. — Он... честный. Не пытается казаться тем, кем не является. В отличие от многих, кто собрался здесь ради турнира. — Она снова посмотрела на Гакко, теперь уже осознавая его мужскую природу и отмечая новые детали — более резкую линию подбородка, ширину плеч под просторной курткой. — А вы? Ищете уединения для тренировок? — Я ищу эффективности, — поправил её Гакко, и в его глазах на секунду блеснула стальная искорка. — А уединение — её неотъемлемая часть. Возможно, наши цели не так уж и различаются, Усуи Рейсана. Тёплое напряжение между ними ещё витало в воздухе, когда инстинкты сработали одновременно. Рейсана резко отпрянула от воды, её янтарные зрачки сузились в тонкие щели. Гакко, секунду назад казавшийся расслабленным, мгновенно принял стойку, его тело напряглось как пружина. — Ты чувствуешь? — выдохнула Рейсана, её пальцы инстинктивно потянулись к запястьям, где висели безмолвные сейчас колокольцы-судзу. — Невидимое искажение, — коротко кивнул Гакко, его взгляд метнулся по пустому, затянутому паром пространству. — Два импульса. Слева и сзади. Воздух завихрился. Из клубов пара вырвались бледные, полупрозрачные когти, целясь в спину Гакко. Он не стал уворачиваться. Вместо этого его рука описала резкую дугу, и в воздухе с сухим щелчком вспыхнул барьер из сконденсированного фуриоку — не широкий, но невероятно плотный. Когти со скрежетом отскочили от невидимой стены. В тот же миг Рейсана уже действовала. Её ладони мягко толкнули воздух перед собой. «Кумо-но Мэй, Сеть!» Мысленный приказ был мгновенен. Пространство между ними и источником атаки сзади сгустилось, превратившись в вязкую, невидимую паутину. Ещё одни когти, готовые вонзиться в неё, замедлились, словно увязнув в смоле. Враги, хоть и невидимые, были пойманы, их контуры на миг проступили в дрожащем воздухе — высокие, искажённые, лишённые физической формы. — Теперь! — крикнула Рейсана, чувствуя, как её дух-паук натягивает нити. Гакко не нужно было объяснять дважды. Пока Сеть безмолвия удерживала одну цель, он сконцентрировался на второй. Его руки сложились в быстрый мудр, и в ладонях вспыхнул сгусток чистой энергии, похожий на светящийся сёдзи. Он не был похож на технику её отца — это была не стихия, а сфокусированная воля, кинетический импульс, выпущенный с точностью выстрела. Светящийся диск пронзил пар, попав в искажённый контур. Раздался не крик, а оглушительный, беззвучный вскрик в духовном плане, заставивший содрогнуться воду в источнике. Вторая сущность, увитая паутиной Рейсаны, дёрнулась и начала рвать невидимые нити. Они обменялись взглядом — одного мгновения хватило, чтобы понять друг друга. Гакко сделал шаг вперёт, создавая ещё один, меньший барьер, прикрывая её фланг. Рейсана, пользуясь прикрытием, резко свела ладони вместе. «Исчезни». Паутина сжалась в одну точку с такой силой, что воздух захлопнулся с глухим хлопком. Но было уже поздно. Искажённые контуры поплыли, распались на клочья тумана и растворились, оставив после себя лишь звенящую тишину и ощущение ледяного сквозняка, быстро рассеивающегося в тёплом воздухе Онсэна. Они стояли спиной к спине, дыхание ровное, но адреналин ещё пульсировал в крови. Пар по-прежнему клубился, но враг исчез. — Они отступили, — констатировал Гакко, медленно опуская руки. Его голос был ровным, но в глазах застыла тень аналитического недовольства. — Мы их не уничтожили. — Но мы их увидели, — тихо ответила Рейсана, поворачиваясь к нему. Её пальцы слегка дрожали от напряжения. — Ты... ты смог почувствовать их точное местоположение. Я лишь ощущала угрозу. Он встретил её взгляд, и в его глазах мелькнуло нечто, похожее на уважение. — А ты смогла их удержать. Мои атаки бесполезны, если цель невозможно поразить. — Он окинул взглядом поляну. — Они были на испытание. Прощупать наши силы. Рейсана кивнула, чувствуя, как холодок тревоги скользит по спине. Эта внезапная атака, эта вынужденная, но безупречная слаженность их действий... Всё это было не случайно. И по тому, как сжались губы Гакко, он думал о том же. Турнир ещё не начался, но первая битва уже была выиграна. И проиграна, потому что истинный враг остался в тени. Тропинка, петляющая между вековых кедров, вела не к общественным купальням, а к скромному деревянному особняку. Адреналин от схватки постепенно сменялся глухой усталостью, и каждый шаг отдавался в ногах тяжестью. Рейсана, не глядя, кивнула в сторону крыльца, приглашая Гакко следовать за ней. Это было естественно — после такой атаки нельзя просто разойтись по углам. Нужно было обсудить случившееся, понять, с чем они столкнулись. Они поднялись на скрипучие ступеньки, и Рейсана уже протянула руку к раздвижной двери, как она сама резко отъехала с громким стуком. На пороге, застыв в позе человека, которого только что оторвали от чего-то важного (судя по крошкам на губах, от пачки печенья), стоял Хана Асакура. Его взгляд, скользнув по Рейсане, тут же ухватился за фигуру незнакомого парня за её спиной. В глазах Ханы мгновенно вспыхнул огонь, но не любопытства, а самого что ни на есть чистого, несфокусированного возмущения. Он отшатнулся назад, как будто его толкнули, и его палец, дрожа от немого возмущения, переводился с Рейсаны на Гакко и обратно. — Э-э-эй! — его голос прозвучал на пол-Онсэна, заставляя сонных духов в окрестных деревьях встревоженно зашептаться. — Это ещё что за представление?! Рейсана, ты хоть поняла, что творишь?! Ты кого это в наш дом привела?! Он сделал шаг вперёд, его лицо исказилось в гротескной маске негодования. Он ткнул пальцем в сторону Гакко, который стоял совершенно невозмутимо, лишь слегка склонив голову, изучая бурлящую реакцию Ханы с холодным научным интересом. — Я не знаю, кто ты и откуда выполз, — прошипел Хана, наступая, — но это не гостиница для всех подряд! У нас тут что, приют для бездомных открыли, а я и не в курсе?! — Он развёл руки в стороны, обращаясь к небу, как бы взывая к высшей справедливости. — Сначала этот весь сырой туман и паутина повсюду, а теперь вот... вот это! Без предупреждения! В мой дом! Рейсана, собрав всю свою выдержку, перевела дух, чувствуя, как нарастает знакомая головная боль. Её пальцы непроизвольно сжались, и она мысленно попросила Кумо-но Мэй о дополнительном терпении. - Хана, будь пожалуйста дружелюбнее, - за его спиной раздался стальной голос, отчего у него побежали мурашки, - придётся научить тебя вежливости. Хана может и испугался, а вот Рейсана улыбнулась. - Алюми, скучала по тебе.