Пока ты рядом.

Дана ненавидела сплетни. Они казались ей пустыми, бессмысленными, способными лишь растравить нервы и распылить внимание. Но то, что волновало её сейчас, было совсем другим. Робби. Его мысли, его состояние - она не могла остаться в стороне. И поэтому, несмотря на своё неприятие разговоров «за спиной», она рассказала всё Джеку. Джек… он был почти как брат для Робби. Второй после него по значимости в больнице. Годы совместной работы, бесчисленные дежурства, сложные случаи, спасённые жизни - они понимали друг друга без слов. Сколько раз Робби вытаскивал его из проблем, теперь очередь была за Джеком. Дана знала: в сердечных делах Робби - непробиваемая броня. Советы, просьбы, наставления - всё это редко доходило до него. Поэтому она сделала то, что умела лучше всего - отправила Джека на разведку. Пусть просто будет рядом. Пусть наблюдает. Пусть увидит, что что-то меняется. Утренняя смена медленно подходила к концу. Робби всё так же молча выполнял свои обязанности, но взгляд его был где-то далеко, мысли уводили его в прошлое и будущее одновременно. Джек, хотя у него был выходной, пришёл. Не потому что должен, а потому что хотел. Ради него. Он вошёл в лобби, тихо переступая порог, и уже знал, где искать Робби. Холодный ветер развевал пепел от сигареты, которую Робби только что затушил. Он стоял у перил, взгляд устремлённый на огни города. Каждый светящийся квадрат напоминал о тысяче мыслей, которые молниеносно мелькали в голове: стыд, раздражение, тепло воспоминаний, ненависть к себе, страх открыться… Джек остановился в тени, тихо, не вторгаясь в его пространство. Он видел, как Робби сжимает руки, как плечи дрожат от напряжения, как глаза блуждают по вечернему городу. - Брат… - пробормотал Джек почти шёпотом, как будто проверял сам себя, - я рядом. Но Робби оставался в своем молчании. Он был здесь, но мыслями - в прошлом, в людях, в чувствах, которые так долго не давали покоя. Джек сделал шаг вперёд, не спеша, не делая резких движений. Он понимал, что сегодня ему не нужно говорить громко, спорить или наставлять. Сегодня достаточно просто быть рядом. Достаточно позволить Робби почувствовать, что кто-то видит его и, что важно, не осуждает. - У тебя же выходной, - не оборачиваясь, сказал Робби, едва слышно. - Да, но я пришёл за тобой, - Джек подошёл к перилам крыши, и в его голосе не было вопроса, только твёрдое намерение. Робби на мгновение задержал взгляд на нём, чуть удивлённо приподняв бровь. - Не обсуждается. Мы давно не собирались просто посидеть, попить пива. Я уже всё взял, - Джек говорил спокойно, но в словах ощущалась решимость, от которой невозможно было уйти. - Брат… я не думаю, что смогу, - пробормотал Робби, чуть опуская плечи. - У меня есть дела… - Дела? - Джек шагнул ближе, взгляд твёрдый, почти насмешливый. - Какие? Гнить дома и ничего не делать в одиночестве? Я же сказал: «не обсуждается». Робби тихо хмыкнул. И улыбнулся. Чувство, которое подкатывало к горлу, было знакомо: он знал, что сегодня никуда от Джека не деться. Быстро переодевшись, они попрощались со всеми в больнице и вышли на улицу. Ноги, как всегда, сами повели их в парк напротив. Воспоминания снова накрыли Робби, едва он сделал первый шаг по знакомой тропинке. В голове мелькнула та отдалённая лавка, где недавно всё случилось. Он невольно посмотрел в её сторону, но Джек, кажется, этого не заметил. В итоге они устроились совсем в другом месте, на скамейке, где городские огни мерцали сквозь осенние деревья. И всё же, где бы они ни сели, тень той ночи всё ещё тихо висела над Робби, слегка согревая и одновременно тревожа.