Протокол "Исцеление"

Прошло два дня. Два дня тяжёлого, гнетущего молчания. Лаборатория Stark Industries была пуста и тиха. Питер приходил, делал свою работу и уходил, не поднимая глаз. На третий день дверь открылась. Тони стоял на пороге. Он был трезв, одет безупречно, но в его позе читалась несвойственная ему скованность. — Паркер. Прерви свой триумфальный марш по страницам научных журналов на минуту, — его голос звучал привычно резко, но без прежней язвительности. Питер не повернулся, продолжая смотреть на монитор. — У меня работа. — Я заметил. Ты за два дня оптимизировал то, над чем моя команда билась полгода. Раздражающе эффективный способ избегать разговоров, — Тони подошёл ближе и поставил на стол рядом с Питером картонную подставку с кофе. — Капучино с тройной пенкой. Как ты любишь. Питер медленно повернулся. Его взгляд был холодным. — Зачем? — Потому что я вёл себя как придурок. Окей? — Тони развёл руками, его улыбка была кривой и безрадостной. — Полностью, стопроцентно, классический придурок Старк. Алкоголь — плохой советчик, ревность — ещё хуже, а их комбинация... Ну, ты видел результат. — Ты пришёл извиниться, — констатировал Питер без эмоций. — Нет. Я пришёл заключить сделку, — Тони сел на край стола, глядя на него прямо. — Видишь ли, есть определённая... проблема. Ты. Питер нахмурился. — Я проблема? — Да. Ты. Со своим гением, своим упрямством и тем, как ты смотришь на меня, когда думаешь, что я не вижу, — Тони указал на него пальцем. — Это сбивает с толку. Мешает работе. И, как я недавно выяснил, приводит к неадекватному поведению. Он сделал паузу, выбирая слова. — Так вот. У нас есть два варианта. Вариант А: мы продолжаем притворяться, что ничего не происходит, я продолжаю делать вид, что не замечаю, как ты на меня смотришь, ты продолжаешь себя изводить, и в итоге мы оба сходим с ума. Вариант Б... — Тони тяжко вздохнул, словно делал самое трудное признание в жизни, — ...мы пропускаем часть с взаимным уничтожением и переходим к... ну, к чему-то другому. Питер смотрел на него, стараясь сохранить невозмутимость, но уголок его рта дёрнулся. — «К чему-то другому»? Это твоё официальное предложение? —Это самое лучшее, что ты от меня получишь, Паркер, — Тони хмуро посмотрел на него. — Я не буду читать тебе стихи и дарить воздушные шары. Но я могу предложить... сотрудничество. На новых условиях. — Каких? — спросил Питер, поднимаясь и подходя ближе. — Без побегов. Без пьяных сцен. Без вранья самому себе, — Тони тоже встал, встречая его взгляд. — Мы пробуем. Со всеми вытекающими рисками, катастрофами и неизбежными газетными заголовками. Если, конечно, ты ещё не передумал, имея дело с таким невыносимым типом, как я. Питер выдержал паузу, глядя в его глаза — наполненные бравадой, но также и искренним вопросом. — Ты действительно ужасный переговорщик, Старк, — наконец сказал он, и в его голосе прозвучала лёгкость, которой не было все эти дни. — Зато я чертовски хорош в том, чтобы разруливать последствия, — парировал Тони. — Итак? Каков вердикт? Ответом Питера было действие. Он шагнул вперёт и, притянув Тони за воротник рубашки, поцеловал его — твёрдо, уверенно, без тени сомнения. Когда они разошлись, Тони выглядел ошеломлённым — редкое для него состояние. — Что ж, — он выдохнул, поправляя воротник. — Это можно считать подписанием контракта. — Только учти, — Питер ткнул его в грудь пальцем, стараясь сохранить строгое выражение лица, но не скрывая улыбки в глазах. — При малейшем намёке на ревностную истерику — расторгаю. Без права на апелляцию. — Принято, — Тони кивнул, и на его лице наконец появилась настоящая, широкая ухмылка. — Но предупреждаю, я ужасно ревнив. — Знаю, — Питер покачал головой. — Я видел твоё «шоу». Больше не повторяй. — Обещаю, — Тони протянул ему кофе. — Только в особо тяжких случаях.