В целях исследования

      Лейт Пьер — известный ловелас, который способен соблазнить любого. Мужчину, женщину — неважно. Он человек любвеобильный, и ему всегда ее мало. Серьезный бизнесмен, весьма недурен собой. Блондин, сероглазый, в хорошей форме. И деньги всегда при нем. Несмотря на весьма скверный характер, золото, а не мужчина! А если учитывать, что Лейт всегда может умело скрыть свои «недостатки», ему никто никогда не откажет… в свидании, и даже больше. Почему на этот раз его выбор пал на своего коллегу, главу исследовательского отдела? А что, мистер Риттерман довольно симпатичный. Мягкие черты лица, холодный прямой взгляд. Глаза орехового цвета. Черные, как смоль, волосы лохматыми волнами спадающие на плечи. Длинная косая челка закрывала ровно одну половину его лица. Как у типичного неформала 90-х. Таких бьют говорят, обычно бьют на улице. Весь такой скрытый, загадочный… Ну просто не может не привлекать. Лейту нравится любоваться им со стороны. Чаще всего на собраниях, когда он сидит поодаль ото всех, смотря в пол, изредка поднимая голову и выглядывая из под челки, чтобы окинуть взглядом кабинет. Или когда тот пустым взглядом утыкается в одну точку, погруженный в свои мысли, можно ему в глаза, морда к морде, пялиться — вряд ли заметит. А как он говорит, ой мама родная… Эдди говорит мало, зато всегда по делу. Приятно слушать его голос с непривычным акцентом. Таким его видят. Сотрудники, акционеры, обычные люди. Лейт знает его чуть поближе. Он совсем не такой загадочный, каким хочет казаться. Это даже забавно, когда один и тот же человек сначала с серьезным видом ведет переговоры с серьёзными дядями, такими же, как он или сам Лейт, а потом с легкой ухмылочкой шутит весь вечер или ржет в голос. Проблемка есть одна. Он любит женщин. Наверное. А может, он вообще никого не любит. Лейт ни разу не видел и не слышал о его любовных похождениях или о личной жизни. Вообще ничего. Хотя нет. Подвыпив, Эдди рассказал ему однажды, как по молодости по койкам скакал только так. И как телочки все на него вешались. Лет так в восемнадцать. Но не факт что это правда. Лейту нравилось думать, что это не правда. Но сегодня все изменилось. Солнечный весенний день на фабрике. Кондиционеры все разом поломались, как назло. Механики работают. Как часто бывает, Лейт сегодня не в духе. Уже успел отчитать троих сотрудников и удариться ногой о ножку стула в своем кабинете. День был бы испорчен, если бы в середине дня к нему не зашел сам Эдди Риттерман. Лейт сразу поднял взгляд с пустого стола на прибывшего. Тот, как всегда, своим молчаливым очарованием пару секунд стоял в проходе, опять погруженный в свои мысли. Вот, опомнился. Моргнул два раза и быстро вошел, кинул стопку каких-то бумаг на стол. — Отчеты, Лейт, — проговорил Эдди, оперевшись руками о стол. Он не уходил, ждал, пока Лейт их посмотрит. Видимо, он хочет ему что-то сказать. — Осторожнее. Не деньгами же раскидываешься, — ответил Лейт, закатывая глаза. Вот у кого тоже был свой нрав. Но все же он заглянул туда. Отчеты по продажам за последний месяц. Март. Диаграммы, таблицы, цифры… показывали значительное различие с предыдущим месяцем. И различались они не в лучшую сторону. Продажи значительно упали. Лейт нахмурил брови. Серые глаза стремительно пробегали по строчкам текста и чисел, мысленно пересчитывая их в уме. И даже так результаты были неутешительными. Эдди молча следил за ним, скрестив руки на груди. Другой отчет, налоговый. Денег истрачено больше. Бюджета на этот месяц может и вовсе не хватить! Лейт отбросил бумаги в сторону и вновь поднял взгляд. Он уже был готов начать гневную тираду, но его прервал насмешливый взгляд коллеги, что заставило его поперхнуться слюной. — Что это все значит? — По-моему, это ты должен знать. Ты же здесь директор. — Как все могло так резко… — Лейт попытался найти подходящее слово, но ничего, кроме «пойти по пизде», ему в голову не приходило, — измениться? Проседил он сквозь зубы. Но это был скорее риторический вопрос. — У меня есть предположения. Но тебе они не понравятся. — Выкладывай. — Приют, инициатива больших тел и твоя дурацкая затея с новыми игрушками. — Ничего она не дурацкая. — Тогда почему, как только они поступили в продажу, их никто не стал покупать? Мы только на их производство половину бюджета истратили. А другую половину — на приют. И еще половину — на эту чертову инициативу Сойера. — В бизнесе бывают свои взлеты и падения, ты и без меня это прекрасно знаешь. — Знаю. Поэтому я и пришел к тебе. Нам срочно надо это исправлять, пока компания окончательно не обанкротилась. — И что ты предлагаешь? — Да не знаю я! Я ожидал каких-нибудь идей от главы инноваций. Чья идея, впрочем, недавно провалилась. — Давай не психуй. Дай мне время, я что-нибудь придумаю… но ты тоже там время не теряй. Подключай всю свою команду. — Обязательно, — язвительно бросил он, поправляя челку, — черт, жарко же здесь. Лейт обратил внимание на его лицо. На покрасневших щеках выступали еле заметные капельки пота. Темные пряди спадали на лицо. Веки прикрыты от усталости. Дыхание участилось. Не его, а Лейта. — Ах… Ага. Кондиционеры все сломались, представляешь? — Еще и деньги на их ремонт уйдут, отлично. — Это не такая уж и глобальная проблема. Здесь бывало и жарче. Эдди проигнорировал его комментарий и поплелся к его кулеру с водой в углу комнаты. «Такого парня вода из кулера не остудит…» — с грустью подумал Лейт, наблюдая, как тот мирно пьет воду из пластикового стаканчика. Когда-нибудь этот британец доведет Лейта до нервного срыва. Пусть хоть будет возможность полюбоваться им в последний раз. Возможность… — Послушай. А ты… не хочешь со мной выпить сегодня? — внезапно предложил Лейт, не до конца осознавая то, что сам только сказал. — Чего?.. Какой выпить, Лейт? Я буду занят всю неделю как минимум. Тебе бы тоже стоило. Ну что ж, отступать уже поздно. Подумал он. — Да ну ладно тебе. Ты еще успеешь наработаться. Месяц только начался. У нас полно времени. Отдыхать когда-нибудь надо. А то ты постоянно занят, когда тебя не спроси. — Я не виноват, что это правда. Ты задобрить меня хочешь? Или в твоем предложении еще какие-то другие мотивы? — А что, мне уже нельзя друга и коллегу вином угостить? Да и ты не настолько невыносим, чтобы тебя задабривать. Давай, приходи ко мне сюда вечером. У меня есть заначка на особый случай. Как раз идеи обсудим. — Ладно, — коротко бросил он и вышел за дверь. И тут без него в комнате резко похолодало. Лейту следовало бы поскорее чем-нибудь заняться. Благо, дел было невпроворот. Например, найти какого-нибудь непутевого сотрудника и спустить на него злость.

***

День за усердной работой прошёл незаметно. От долгой писанины у Эдди заболела кисть левой руки. Ему бы точно не помешал отдых. Вечереет. Глаза слипаются. Дико хочется удариться лицом об стол и провалиться в кому, месяцев так на девять. Только вот эта компания без исследовательского главы загнётся уже через неделю. Жалко её так бросать на произвол судьбы. Ответственность была одной из главных черт Эдди. Но помимо неё — ещё и пунктуальность. Мистер Пьер его ждёт. А опаздывать очень грубо. Вдруг он ещё и напьётся без него. Отложив проклятую ручку, Эдди встал из-за стола. Слегка размял руки, потянулся всем телом. Сидячая работа, всё-таки. До добра она его точно не доведёт, а что поделать. Путь до инновационного отдела очень долгий. Но ему удалось быстро добраться туда без происшествий. Да и к тому же незамеченным, ведь почти все сотрудники уже ушли по домам. Можно сказать, они остались наедине с Лейтом во всей фабрике. Короткий стук в дверь. В кабинете за закрытой дверью послышалась суета. Лейт прокашлялся и разрешил войти. Когда Эдди вошёл, он сразу же почувствовал запах вина и восковых свечей. Лейт смущённо стоял посреди комнаты, зажигая последнюю свечку. Трудно сказать, атмосфера здесь была романтическая или похоронная… Но это точно что-то. Что-то с чем-то. Эдди встал в ступоре, переводя взгляд то на Лейта с бокалом в руках, то на свечи по всей комнате. В голову приходила только одна мысль… «Что это за херня?» Собственно, он и сообщил свои мысли вслух. — Что это за херня, Лейт? Лейт опять прокашлялся. Он часто делает так, когда нервничает. А судя по его лицу, нервничает он сейчас очень сильно. — Это экономия электроэнергии, мой друг. — От одной горящей лампочки фабрика не разорится. Ты больше, кажется, на свечи и спички потратился. — Ой все, заткнись. Я приятную атмосферу создал. А ты не порть мне её с порога. — Какую же атмосферу ты, интересно, пытался создать… — пробормотал он, садясь за кожаный диван поодаль от стола. На единственное место, где не стояли свечи. Но их света всё равно было достаточно, чтобы было видно его лицо. Спокойное, расслабленное… задумчивое. Лейт поспешил присесть рядом с ним. Не слишком близко, но всё равно оставляя мало личного пространства. Но по его лицу не было видно, что он против. — Пей уже, — процедил Лейт, наливая ему в бокал вина. Какое-то старое, дорогое, подаренное одним из щедрых спонсоров компании. Эдди не особо увлекался алкоголем, уж тем более вином. Он просто был рад наконец выпить. Вино оказалось и впрямь недурным. Не слишком сладко, и сразу бьёт в голову. Лейт, по-видимому, выпивал уже не первый свой бокал. Не дождался, жадюга. Или он так успокаивал нервы? Пьер, как всегда, первым начал разговор. — Ну как там дела? — Дела… Ну, мы вот с командой в общем, решили… —Да я не об этом. У тебя как дела? —А… я… Всё нормально, я думаю? Ничего такого в моей жизни не происходит, что могло бы тебя заинтересовать. — Замялся он, не ожидая личного вопроса. Он опустил глаза в пол, рассматривая узоры на паркете, думая, что сказать. Он отмахнулся, как и всегда. Хоть и в этом была доля правды. — А у тебя… как дела? —Ох, у меня? Всё замечательно, Эдди. С моей должностью грех жаловаться. Машину новую купил. Планирую в отпуск скоро уйти. Эдди поджал губы, уже было хотел начать возмущаться, но почему-то передумал. Слишком устал, чтобы спорить с ним второй раз за день. Вместо этого он снова отпил вина. А Лейт всё продолжал. — Ты знаешь. Ты сегодня выглядишь очень… стильно. — Лейт проглотил ком в горле, невольно осматривая друга с ног до головы. Он особо сильно и не изменился. Тот же пиджак с немного пыльным оттенком синего. Белая рубашка, галстук. Чёрные джинсы с блестящей бляшкой от ремня. —Я… Всегда так выгляжу? —Конечно, ты всегда стильно выглядишь. Просто сегодня как-то… по-особенному. Лейту самому становится тесно в своём костюме. Пришлось даже ослабить собственный галстук. Лишь бы он этого не заметил. — Ну я… Спасибо, наверное? Странное чувство. Будто в этом оранжевом освещении Лейт тоже выглядит более приятно, чем обычно. Да, Эдди тоже иногда подмечал красоту своего коллеги. Чисто визуально. Может быть, ему тоже стоит сказать об этом? — Ты тоже сегодня очень необычный. Я имею в виду… На вид. Хотя и на поведение тоже. С тобой ведь ничего не случилось? —Ой, да ладно тебе, — наигранно засмущался он, поправляя волосы. Нервная усмешка заиграла на его губах. Всего на долю секунды, прежде чем он постарался принять спокойное выражение. — Нет. Я думаю, я в порядке… Черт, а здесь действительно жарко. —Если бы здесь не было пяти штук свечей, было бы заметно прохладнее. —Ага. А вот мне кажется, в этом вина далеко не свечей. —Ты о чём? —Да так, не о чем, — отмахнулся Лейт, случайно проливая несколько капель на диван. Он смахнул назад взъерошенные волосы. — Слушай, а как у тебя там дела на личном? Эдди сразу же нахмурился, когда услышал этот вопрос. Он отвёл взгляд куда-то вниз, задумчиво вертя бокал в руке. — А тебе-то что? Нормально, у меня все. На то оно и личное. —Ого, я рад за тебя. А у меня просто… проблемы немного возникли, но всё в порядке. Меня это не сильно заботит. Лейт аккуратно подсел ещё ближе. Теперь их бока неловко соприкосались друг с другом. А так как Лейт нервно ерзал на одном месте, ткани их костюмов терлись между собой, создавая характерный звук. Эдди не выдержал и поспешил отсесть от него, избегая большего контакта, но упёрся другим боком о подлокотник. Теперь он определённо жалеет о том, что вообще согласился сюда прийти. — Что-то ты сильно разнервничался. Ты уверен, что в порядке? —Я не… — Замешкался Лейт. Его мысли путались, а язык заплетался, не выдавая ничего, кроме неловкого мычания. — Нет, мне определённо нужна помощь. Признался он, понизив голос до шёпота. Эдди склонил голову в непонимании. Даже в этой полутьме можно было заметить его метавшийся взгляд. —… В чём именно? Я думаю, я наверняка смогу тебе помочь. —Может, поедем ко мне? — прошептал Лейт, продвигаясь ещё ближе. Его лицо было всего в нескольких сантиметрах от лица Эдди. Он услышал, как его дыхание участилось. Лейт, полностью потеряв страх, взял того за подбородок, приподнимая его лицо и смотря прямо в глаза. Эдди почувствовал, как к груди подступают смешанные эмоции. Эмоции отвращения, страха и гнева. Он резко отпрянул и вскочил с дивана, не обращая внимания на опрокинутый на пол бокал с вином. — Что ты… Ты вообще в своём уме?! — Его голос неосознанно сорвался на крик. — Прости, я не это хотел сказать. Я думал… —Ты придурок, Лейт! И ты не думал! — Отмахнулся он. — Я ухожу. — Погоди, давай я тебя подвезу? — Лейт вскочил следом за ним. Попытался снова потянуть к нему руку, но тот не дал ему это сделать, ударив по ней. —Ты не подвезешь меня, ты пьян. Я сам дойду. И не смей больше меня трогать! И Эдди ушёл, громко хлопнув дверью.

***

Стыдом и гневом Эдди возвратился домой. Ноги сами донесли его до подъезда квартиры. С первого раза он не смог попасть ключом в замок. В квартире его ждала духота и одиночество. Не считая двух пушистых комков, спавших на диване. Но они жили своей жизнью отдельно от хозяина. Оставшись наедине со своим гневом, Эдди не знал, куда себя деть. Он отчаянно не хотел признавать, как внутри все будто перевернулось, когда Лейт коснулся его. Или будто все органы внутри перемешались между собой. Он был слишком близко. Это грубое нарушение личного пространства, которое нельзя простить. Но это смазливое лицо и ядовитая ухмылка… Нет, он отвратителен. Эдди стоило бы просто пойти и подать на Лейта заявление за домогательства. Точно. Так он завтра утром и сделает. Обессиленный, Эдди рухнул на кровать. Персональный компьютер, мирно стоявший где-то вдали, приковал его взгляд. Наверняка этот идиот ему сейчас вовсю пишет на почту. Грязный и отвратительный извращенец. Ему должно быть стыдно. Наверняка он сидит в своём кабинете, бухой и еле попадает пальцами по клавиатуры, сочиняя свое извинительное письмо Однако странное чувство появилось внутри совсем недавно. Как будто старый знакомый и коллега в последнее время стал не таким уж и раздражающим и противным. С ним даже приятнее стало находиться. И внешность его больше не казалась такой… обычной. Но Эдди просто считал, что он стал больше ему доверять. Что они стали ближе как друзья. Они ведь часто проводили время вместе… Разве так не делают друзья? Делают. А пялятся ли друзья на тебя во время собраний? Вряд ли. Эдди замечал. Всё замечал, правда, он ведь не слепой. Но старался просто это игнорировать, ведь они всего лишь друзья. Он не такой, а Лейт просто… странный. Не такой. Не такой… Да, ему всегда нравились женщины. Он встречался с женщинами, спал с женщинами, любил женщин. Наверняка и сейчас любит. Эдди знал, что Лейт бисексуал, и ему не было до этого никакого дела, серьёзно. Какая ему вообще разница?! Он занятой человек, бизнесмен. По уши в работе. На этой фабрике нет ни дня без работы. И в этом месяце уж тем более. Почему же прямо сейчас ему стало не всё равно? Может быть, он просто слишком драматизирует. Лейт странный — это просто факт. А он просто… испугался. Вот и всё просто. Может, просто обойтись от этого жадины моральной компенсацией? Эдди перевернулся со спины на бок, где его встретила только пустая стена. Ему порой становилось интересно, каково это — встречаться, спать с представителями своего пола? Это только мысли, ничего больше. Только фантазии и ничего больше. Всего лишь робкий просмотр журналов для взрослых одним глазком. Нет, он всё ещё любит женщин. Ну а что если? Эдди с шумным вздохом встал с кровати. На часах уже два часа ночи. Возможно, стоит просто пойти поесть.

***

На следующий день Лейт безуспешно пытался найти Эдди, дабы попытаться извиниться ещё десять раз. Этой ночью он без конца слал ему письма на почту, все с теми же извинениями. Он даже приготовил из своего кармана материальную компенсацию. Лишь одна мысль о том, что он больше никогда не сможет его увидеть, приводила Пьера в ужас. Он и сам не до конца понимал, что стало причиной его поведения вчера вечером. Количество выпитого алкоголя до и во время встречи? Или его опьянил сам факт того, что объект давних фантазий находился в досягаемости одной вытянутой руки? Лейт теперь никогда не забудет это прикосновение. Едва отросшая щетина на подбородке мягко покалывала пальцы. Он видел, как его зрачки тогда испуганно расширились. Даже сердце у бедняги забилось быстрее. А сегодня Эдди весь день его избегает и игнорирует. Что вполне заслуженно. Лейт уже начал впадать в отчаяние. Все мысли были заняты только им, прошлым вечером и сожалением. Сожалением о том, что он дебил. До середины дня глава инноваций и сам не понял, как дожил. Весь день он был загружен работой, которую сегодня выполнять было сложнее, чем когда-либо. Лейт Пьер выжат как лимон. И всё, что он делает в конце смены, — это просто прогуливается по всей фабрике, желая развеяться. Он давно ушёл из инновационного крыла. Но он сам не заметил, как случайно забрёл в крыло исследований. Он уже и не надеялся снова увидеть Риттермана. Но он объявился так же быстро и неожиданно, как и исчез. Проходя мимо пустого кабинета, чья дверь была слегка приоткрыта, Лейт почувствовал, как кто-то грубо схватил его за воротник и потащил внутрь. Он кряхтел, ругался и пытался вырваться, но его отпустили только тогда, когда он оказался внутри. Лейт принял боевую стойку и уже готов был драться, несмотря на бешено стучащее сердце и лицо, полное ужаса. Но вдруг он осознал, кто перед ним стоит. Глава отдела исследований Эдди Риттерман, скрестив руки на груди, смотрел на него своим привычным холодным взглядом, с которым Лейт уже мысленно попрощался. Но был до жути рад снова его увидеть. Но в то же время был и напуган. — Послушай, мне реально жаль за вчерашнее. Клянусь, такого больше не повторится. — Ладно. Я принимаю извинения, — оборвал его Эдди ровным тоном. Лейт почувствовал, как у него рухнул камень с души. Он даже не сдержался и облегчённо вздохнул. Но по напряжённому виду Эдди было ясно, что он всё ещё злится. — Так что… Давай просто забудем всё, что было вчера? Мы все ещё сейчас в одной команде, и… ссориться сейчас точно не время. —На самом деле я хотел поговорить. —Ох, конечно! Что угодно… — поспешно закивал он, искренне уверен, что действительно готов ко всему. Эдди молчал несколько минут и откровенно мялся на одном месте. Брови его были сведены у переносицы. Старался не смотреть на него. Было забавно наблюдать, как серьёзный бизнесмен мнётся как школьница. Интересно, о чём он снова задумался? — Ночью я так и не смог заснуть. Я думал. О твоих действиях, — медленно начал он своим спокойным и размеренным голосом, который всё же иногда выдавал дрожь. Лейт ожидал чего угодно от своего коллеги, но точно не этого. Но разве это могло его не заинтересовать? Он затаил дыхание, чтобы просто узнать, что он услышит дальше. — Я до сих пор не знаю, как к этому относиться. Я до сих пор злюсь на тебя. Но я вдруг задумался о том, что было бы, если бы я согласился. — И… Что ты решил? — Я решил, что только в целях исследования я могу… попробовать с тобой. У Лейта чуть было челюсть не отвисла, так что ему пришлось прикрыть рот рукой. Это не то чтобы его шокировало… Нет, он просто ахуел. Но полностью осознав и переварив его слова, его пульс вдруг подскочил, а голова пошла кругом. Вероятно, у него даже пар из ушей пошёл, но этого почему-то никто не заметил. — Ты… Что?! Ты серьёзно? И ты имеешь в виду… Секс? — Конечно, я имею в виду секс, Лейт! Разве ты не это мне вчера предлагал?! — Предлагал, но я же пьяный тогда был. И честно тебе признаться, я ещё и пытался тебя соблазнить. И видимо, успешно. — Я думаю… думаю, да. Я просто пытаюсь понять… Нравится мне это или нет, — хрипло проговорил он, двинувшись с места к своему рабочему столу. — Я задумался об этом только из-за тебя. А раз ты в любовных делах мастер, с тобой мне будет спокойнее, чем с первым встречным. — Мастер — это ещё мягко сказано, мой друг. Ты мог просто сказать прямо, что хочешь меня, — сказал Лейт, усмехнувшись. Пульс его вдруг выровнялся, и на душе настало то самое спокойствие и уверенность, какое появляется наедине с его любовниками. — Потому что меня долго уговаривать не надо. Я хочу тебя уже очень давно. Лейт двинулся к Эдди отяжелевшими от тягости ожидания шагами. Быстрым движением он притянул друга к себе за талию. И вот теперь их лица опять в сантиметре друг от друга. Но тут вдруг Эдди опять что-то не понравилось. — Эй, эй, не так быстро! Не распускай руки раньше времени, — он вырвался из объятий Лейта и слегка отпихнул его, вызвав у того раздражённый вздох. — Я вообще тебя не пойму, ты хочешь или нет? — Да. То есть нет. То есть не знаю! Мне страшно, ладно? — Ах, вот оно что. Ты просто ещё никем не тронутый цветочек. Хранил себя для меня единственного? — Ну да, конечно. Издевайся над тем, кто даже представления не имеет о том, как происходит секс между двумя мужчинами. — Я не издеваюсь, а просто насмехаюсь. Окей, ладно. Давай успокоимся, — игриво проурчал Лейт, беря Эдди за обе руки и снова притягивая к себе. — Не волнуйся. Глава инноваций всему тебя научит. Так что, мне уже можно тебя потрогать? — Можно. Но я начну первый, — тихо отвечает он и освобождает руки из хватки Лейта. Он поднимает взгляд. В серых глазах явно горит огонь. На этот раз он решает долго не мешкать. Эдди смахивает чёлку в сторону для удобства, хватает лицо Лейта обоими руками и прижимает к своему. Их губы соприкасаются в неловком поцелуе. Лейту пришлось слегка наклонить голову, чтобы достать до него, но оно того стоит. Губы его были сухими и солёными, но отпускать их не хотелось ни на секунду. Казалось, этот момент длился вечно, хоть и на деле прошло всего секунды три. Эдди быстро отстранился первым. Из-под прикрытых век он глядел на Лейта, ртом набирая воздух. Прошло едва ли одно мгновение, прежде чем неловкость пропала сама собой. Лейт с большим напором жадно припал к губам Эдди, как будто тот мог утолить его нескончаемую жажду. Да так, что тот упёрся спиной о собственный стол. Это даже слегка напугало Риттермана, судя по тому, как застучало его сердце. Лейт, не обращая на это внимания, продолжал целовать его. Руки его начали нагло блуждать по телу Эдди, пытаясь пробраться сквозь слой рубашки с пиджаком в самую глубь души и сердца своего недавнего коллеги. Сам же Эдди проводил свои исследования с меньшим энтузиазмом, по большей части зарываясь пальцами в его волосы. Натиск страсти был так велик, что им начало не хватать воздуха. Он бы и не обратил на это внимания, если бы Эдди не начал толкать его в грудь, дабы он не угробил их обоих. С неловким звуком Лейт оторвался от его лица, тяжело дыша. Он довольно заулыбался, как будто только что исполнилась его заветная детская мечта. Это вызвало только угрюмый смешок у Эдди. Но Лейт быстро стёр ухмылку с его лица ещё одним быстрым поцелуем в губы. В уголок губ, в щёку, в висок. В общем, он решил не останавливаться на одних губах. Последний лёгкий чмок прошёлся по правому уху Эдди, что вызвало у того дрожь по всему телу и недовольные восклицания. Лейт посмеялся про себя, но отпрянул от его уха, чтобы тот больше не возмущался. Он уткнулся в макушку Эдди, в лохматую копну густых чёрных волос, которые пахли лаком. Приоткрыв глаза, он посмотрел вниз и увидел кое-что странное на макушке друга. — Погоди… ты что, красишь волосы? И увидел Лейт перед собой отросшие русые корни, которые ярко выделялись из этой чёрной массы, что заставило его позабыть обо всём другом. — Ну да. Они у меня ещё и вьются. Я их выпрямляю. — А знаешь, у кого ещё кудри вьются, а? — У тебя, Лейт. — А, точно. Тогда неважно. Небольшая заминка не позволила им двоим снова опуститься в пучину страсти. Очередная серия поцелуев на этот раз была инициирована Эдди. Лейт неожиданно отметил про себя, что он неплохо целуется. Хотелось просто раствориться под его прикосновениями, как пломбир под июльским солнцем. Но от поцелуев всегда нужно переходить к чему-то большему. Поэтому руки Лейта поспешно потянулись к его ремню. Долго он возился с ним, правда. Под тяжёлое дыхание и биение двоих сердец это ожидание было почти что мучительным. Но он справился, и ремень ослаб. Со ширинкой, впрочем, проблем не возникло. Пальцы начало покалывать от предвкушения, когда он нашёл его напряжённый член. С губ Эдди вырвался судорожный вдох, когда тот начал гладить его сквозь трусы. Стиснув зубы, он впился руками в собственный стол. А так, он мысленно проклинал за… за всё. А также себя за то, что ему это нравится. Лейт медлил. Очень медлил. Ему нравилось дразнить его, нагло смотря в глаза. Слишком долго, чтобы Эдди это уже надоело. Умело проигнорировав его раздражение, Лейт наконец высвободил его член наружу. — У меня всё равно больше, — усмехнулся он Эдди в губы. Он смотрел ему в глаза почти как завороженный.Быстро выйдя из транса, он осторожно прикоснулся к нему рукой, медленно проводя от кончика до основания, чувствуя каждую венку и неровность, а также пульсацию. Он почувствовал, как Эдди тут же напрягся. — Завали, — прошипел он, стиснув зубы. Ему пришлось закусить губу, чтобы сдержать очередной вздох. — Шучу. Лейт припал губами к его шее, оставляя на ней мокрые следы, тянущиеся от самого горла до ключицы, которую он до этого освободил от оков мятой рубашки с галстуком. Член Эдди подрагивал в его холодных руках. Он не сильно сжимал его, водя вверх и вниз. Эдди прикрыл глаза, шумно выдыхая. Он уже искусал все губы до крови, но мужественно не издавал ни звука. Всё-таки прямо за дверью кабинета ходят люди. Наблюдая за тем, как корчится его партнёр, он чувствовал, как его собственный член желает вырваться наружу. Эдди, будто прочитав его мысли, сделал то же, что и он минуту назад. Только действовал ещё медленнее, так как руки дрожали. Лейт ненадолго остановился, наблюдая за тем, как тот отчаянно желает прикоснуться к его члену. От этого возбуждение ударило в голову ещё сильнее. Поэтому он восстановил свои движения, да и не просто восстановил. Он ускоренно ласкал его член под звуки кряхтения и судорожных вдохов. Эдди прошипел тихое «Блять» и вскоре вновь замолчал. А ведь он даже не начал трогать член Лейта. Но это легко поправимо. Член Лейта дрожал, казалось, даже больше, чем руки Эдди. Из его кончика сочилась бледная жидкость, которую он размазал большим пальцем. Липко и горячо. Эдди нервно усмехнулся, когда увидел, что он действительно больше, чем у него. Но сейчас это его не сильно расстроило. Он жёстче сжал его в дрожащих руках. Лейт дёрнулся и ахнул от неожиданности. Он остановился. Одна и та же мысль промелькнула в разуме двух коллег. Лейт ближе продвинулся к нему, прижимаясь грудью к его груди. Два их члена коснулись друг друга, как два тающих эскимо. Эдди проглотил ком в горле, а Лейт старался не сводить с него глаз. Неловкая и короткая заминка прервалась жарким поцелуем и синхронным движением двух рук. Всё это сопровождалось приглушённым мычанием с обеих сторон и вульгарными шлепками кожи о кожу. Эти мычания время от времени переходили в тихие стоны. Им двоим оставалось только молиться, чтобы их не услышали, пока они напрочь позабыли обо всех приличиях. Лейт первый оторвался от его лица и прижался к его шее, больно кусая. Но Эдди не обращал на это внимания. Он закинул голову назад и зажмурился. — Эдди, я сейчас… — не успел Лейт закончить, как его член запульсировал и задрожал, как ракета перед запуском в космос. И с неуместно громким стоном он кончил в руку Эдди, полностью запачкав её белым семенем. Им обоим пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание. Лицо Лейта всё ещё находилось у его шеи, обжигая его своим дыханием. — Скорострел, — пробормотал Эдди, возвращая голову в исходное положение. С едва скрываемым отвращением он смотрел на свою ладонь, покрытую чужой спермой, явно думая про себя, как бы от неё поскорее избавиться. — Завались, — прошипел Лейт, отстраняясь от его шеи. Пульсация чужого члена рядом с ним быстро напомнила о себе. Всё внимание теперь должно достаться ему. Он опустился на колени под недоуменный взгляд Эдди. Быстро взглянув на него исподлобья, он медленно взял в рот кончик члена. Реакция последовала незамедлительно. Ноги подкосились, и Эдди бы точно упал, если бы крепко не держался за стол. Он снова запрокинул голову, и оттуда Лейту уже было мало что видно. Но судя по его вздохам, ему должно быть нравится. Поэтому он глубже взял его в рот. Он услышал от него первый вырвавшийся стон. Чему тот был несказанно рад. Прежде чем снова начать двигаться, Лейт почувствовал твёрдую хватку на своих волосах. Немного грубо. Но его это даже больше заводило. Грубыми толчками он сам начал трахать его в рот. Лейт с довольной мордой глубже заглатывал его член. Даже несмотря на лёгкий солоноватый и горьковатый привкус. Но ничего, в следующий раз это легко можно исправить. Сейчас же он на это не обращал внимания. Всё, что он делал, — это пытался получше услышать звуки, исходящие сверху. Эдди почти перестал сдерживаться, и его вздохи перешли в хриплые стоны. Он почти растворился в этих звуках, даже не чувствуя, как у него затекли колени. А ещё он не заметил, как его член сильнее задергался. Лейт очнулся только тогда, когда сперма залила ему весь рот. Точнее, горло. А ещё точнее — и горло, и рот. С мокрым хлюпом он вытащил член Эдди изо рта. Раскрыв глаза, он посмотрел наверх. Сейчас Риттерман выглядел милее, чем когда-либо. Бледная кожа на щеках покрылась румянцем. Обкусанные губы покрыты кровоподтёками. Волосы возле лица мокрые от пота, а остальные были просто взъерошенными. Взгляд его был устремлён вниз, но не на Лейта, а куда-то мимо. Но что-то ему подсказывало, что выглядел он точно так же. Лейт осторожно встал с колен, чувствуя боль затекших конечностей. Он уселся верхом на стол рядом с Эдди и приобнял его за плечо. — Это было клёво. Повторим как-нибудь? — бодро проговорил он, взъерошив коллеге волосы. — Ага. Повторим… — задумчиво пробормотал он, глядя на свою руку, всё ещё покрытую спермой. — Ты мне всю руку запачкал. — А ты мне рот. — И как мне теперь дальше работать? — Не знаю. Слизывай. — Сам слизывай, дебил, — ответил он, закатив глаза и шлёпнув Лейта по лицу. Не сильно. Он отошёл от стола и начал искать салфетки в своём комоде, держа левую руку на весу. — Может, всё-таки поедем ко мне вечером? — Я подумаю, — Эдди усмехнулся на долю секунды, оглядываясь на Лейта. Ухмылка тут же пропала с его лица, как только они услышали стук в дверь. Не долго длилась сказка, пора снова работать.